Берти Фогтс: «Даже на тренировках со мной было непросто»

Раздался стук в дверь президентской ложи на стадионе «Borussia-Park». Снаружи, перед стеклом дверного проема, стоит вице-президент клуба Райнер Бонхоф и смеется. Внутри только что расстегнул куртку и занял место за столом Берти Фогтс. «Из-за шока, что ты приехал, должен был только что выйти на свежий воздух», шутит Бонхоф, входя в комнату. Берти улыбается и сердечно приветствует своего бывшего соседа по комнате. «Бонни» и Берти тут же начинают болтать. Спустя полчаса беседы, полной путешествий сквозь десятилетия футбольных историй, Бонхоф вынужден попрощаться со словами: «Оставлю вас тут спокойно работать.» Так началось наше интервью с человеком, который был одной из самых больших звезд 1970-тых годов. С игроком и тренером, выигравшим на своем пути множество трофеев. С футболистом, не игравшим больше ни за один клуб, кроме «Боруссии». С тем, кто 30 декабря празднует свое 70-летие: Берти Фогтсом.

фото1

Берти Фогтс

- Господин Фогтс, если бы Вы захотели отпраздновать свое 70-летие со всеми друзьями и знакомыми из мира футбола, то, наверное, заполнился бы целый стадион. Как же Вы будете отмечать это событие?

- Я отмечаю свой день рождения в уединении в Шварцвальде. Это будет маленький праздник. Возможно, я наверстаю упущенное несколько позже. Между Рождеством и Новым Годом, в любом случае, большинство моих друзей находятся в отъезде. В общем, праздновать буду в узком кругу.

- С 1979 года Вы были тренером молодежной сборной, затем тренером Бундеслиги и сборных разных стран. Но формирующим весь Ваш дальнейший жизненный путь было время, проведенное игроком «Боруссии», не так ли?

- Возможно здесь, в «Боруссии», я провел лучшие годы своей жизни. Каждый раз в этом убеждаюсь. Например, в моменты как сейчас, при встрече с Райнером, моим старым соседом по комнате. Это дружба на всю жизнь, и не только с отдельными товарищами по команде, но и с «Боруссией» в целом.

Как же случилось, что Вы стали игроком «Боруссии»?

- Мы жили в Нойссе, в окружении, которое в футбольном плане скорее ориентировалось на дюссельдорфскую «Фортуну». Мне было 17 лет, вместе с Гюнтером Нетцером, Вернером Ваддеем и Юппом Хайнкесом мы участвовали в юношеских сборах. Но на сам клуб вышел мой тренер, Деттмар Крамер, знавший Вайсвайлера еще со времен кёльнской спортивной школы. Крамер нашел мою тетю и через нее попросил меня позвонить. Когда я это сделал, он сказал, что поговорил с Вайсвайлером и мне нужно заглянуть на тренировку «Боруссии».

- Что случилось потом?

- Потом я поехал на поезде в Гладбах. Зашел в офис и представился Хельмуту Грасхоффу. Он тогда сказал мне в своей типичной манере: «Ну, какой-то ты не очень большой.» (смеется) Я ответил, что меня прислал Крамер, и я должен поговорить с господином Вайсвайлером. Вайсвайлер уже видел меня на какой-то игре и войдя, сказал: «На турнире ты играл не особо хорошо.» Это и был наш первый разговор. Когда дело дошло до игр за попадание в Бундеслигу, «Боруссия» взяла меня с собой на матч против «Holstein Kiel». Эта поездка стала для меня настоящим приключением. Затем клуб обрабатывал меня до тех пор, пока я не подписал контракт. Даже моя тетя, будучи опекуном, тоже должна была расписаться. Клуб, кажется, заплатил «VfR Büttgen» за меня около 28 тысяч марок. Так я и стал игроком «Боруссии». Лучшее решение в моей жизни.

- Как сильно и как быстро изменилась тогда Ваша жизнь?

- Я вырос в очень скромных условиях. Зарплата в клубе сильно отличалась от того, что я получал раньше, хотя эту сумму и нельзя сравнивать с нынешними зарплатами. Деттмар Крамер говорил: «Берти, не обращай внимание на деньги. Важно, чтобы вокруг тебя были игроки, с которыми ты уже играл и тренер, который способствует развитию молодых игроков.»

- Получается, «Боруссия» стала, в какой-то степени, заменой семьи?

- Я был сиротой и не знал, каково это – жить в настоящей семье. Мои родители умерли очень рано, и я переехал к тете. Замена семьи – слишком громко сказано, но вместе мы пережили многое. Гюнтер, Юпп, Вернер – мы были примерно одного возраста. Да и Вайсвайлер, в качестве тренера, был настоящим подарком судьбы для меня.

фото2

Берти Фогтс и Хеннес Вайсвайлер

- Был ли он Вам кем-то вроде отца?

- Конечно, будучи сиротой очень важно иметь в своей жизни такого человека. Когда я играл не очень хорошо, он подходил и интересовался, нет ли у меня проблем. С ним можно было говорить обо всем, как и с его женой. Первые месяцы, когда у меня еще не было водительских прав, на тренировки меня возил Герберт Лаумен. Он работал в типографии в Дюссельдорфе, а я должен был своевременно ждать его на вокзале в Нойссе, где он меня и подбирал. В то время я учился на изготовителя инструментов. В «Боруссии» я чувствовал себя в надежных руках.

- В 18 лет Вы дебютировали в основе в первой же игре Бундеслиги, и имели постоянную игровую практику. Вы ожидали нечто подобное?

- Нет, абсолютно нет. Именно поэтому я и получил образование и даже полгода проработал подмастерьем. Вообще-то, я хотел стать чертежником. Таков был мой план на случай, если бы у меня не вышло с футболом. А именно из этого я тогда и исходил.

- Но затем, за семь лет Вы сыграли 223 игры, не пропустив при этом ни единой минуты. В чем Ваш секрет?

- Это было чистым везением. Возможно, мне помогал Бог. У меня никогда не было мышечных проблем и очень мало травм. До тех пор, пока я не сломал ногу по истечении 14-ти лет моей карьеры.

- За всю вашу карьеру, будучи защитником, Вы получили всего лишь 15 желтых карточек и ни одного удаления. Как Вам это удалось?

- На самом деле, я никогда не пропускал игр из-за перебора желтых карточек. Но иногда мне приходилось быть крайне осторожным. В том числе и в сборной. Например, в финале Чемпионата Мира 1974 года, когда спустя всего 2 минуты я увидел перед собой предупреждение, и ко всему прочему должен был еще играть против Йохана Кройфа. Правда, один раз меня все-таки удалили. Это была товарищеская игра в Бразилии во время нашей поездки по Южной Америке с «Боруссией». Судья свистел все время против нас. Я не выдержал и попал мячом ему в голову, за что тут же и был удален. Немецкий футбольный союз хотел дисквалифицировать меня за это на две игры, но за два дня до старта сезона меня оправдали.

- Как Вы относились к бесконечным поездкам заграницу с «Боруссией» в 70-тых годах? Были ли это рутиной или же скорее семейной вылазкой?

- Семейной вылазкой нет. Но были и путешествия, за которые мы до сих пор благодарны. Это были настоящие приключения. Например, однажды, из-за отсутствия мест в самолете, мы застряли в Рио-де-Жанейро. Было сказано: отцы семейств летят, молодые игроки остаются еще на два дня. Менеджер выдал нам по сто марок со словами: «Можете делать что хотите, но мы встречаемся следующим утром между 9 и 10 утра на завтраке. Если кто-нибудь не явится – я немедленно звоню в полицию.» (смеется) Так я и познакомился с Рио. Это было совсем неплохо. К концу поездки наш вратарь, Манфред Оржессек, даже не хотел возвращаться домой. (смеется)

- Ваша карьера и в национальной сборной развивалась стремительно. В Гладбахе Вы вдруг стали звездой. Хоть Нетцер и был харизматичной фигурой, а Хайнкес – топ-голеадором, все же именно Вы сыграли больше всех игр и выиграли больше всех титулов с «Боруссией». Как Вы справлялись с возросшим вниманием?

- Иногда с этим случались проблемы, но у меня был хороший тренер. Я мог поговорить с Вайсвайлером даже когда другие клубы интересовались мной.  Тогда он шел к менеджеру Грасхоффу и мы вместе находили решение. Я никогда не выпрашивал бОльшую зарплату. Всегда был рад тому, что имею. Мне кажется, в то время «Боруссия» росла вместе с нами – игроками. Мы были одной командой, друзьями. Мы были сплочены, сейчас в футболе такое встречается редко. Несмотря на то, что на тренировках, бывало, случались серьезные стычки.

фото3

Игра против «Франкфурта», 1965 год

- С каким бы нападающим того времени мы не общались, все боялись играть против Вас на тренировках.

- Когда в упражнении «нападение против защиты» Юпп Хайнкес должен был играть против меня, мы не всегда ладили друг с другом. Иногда Вайсвайлер в тренировочных играх специально ставил меня против определенного футболиста, сыгравшего не очень хорошо в прошлом матче. Таковы были воспитательные меры. Остальным тоже приходилось не сладко против меня.

- Вы были единственным звездным игроком, кто не искал возможности перейти в еще более именитый клуб заграницей. У Вас не было такой возможности или Вы просто не хотели?

- Все предложения я отклонял. У меня был вариант с «Аякс Амстердам», Йохан Кройф очень хотел, чтобы я перешел. Я передал это Вайсвайлеру и он очень испугался. Затем Хельмут Грасхофф немного повысил мне зарплату, хотя я об этом особо и не просил. Я оставался в «Боруссии» из принципа, и сделал бы то же самое снова.

- Вольфганг Клефф однажды в интервью сказал, что своей любовью и популярностью «Боруссия» обязана не только многочисленным титулам, но и зачастую весьма трагичным провалам. Он прав?

- Лучше бы он словил на пару мячей больше, тогда бы и титулов у нас прибавилось! (смеется) Но это правда. Стоит только вспомнить бросок банки: ты побеждаешь 7:1 против миланского «Интера», но игру аннулируют из-за такой вот глупости. Или, когда ты забиваешь два чистейших гола в полуфинале Лиги Чемпионов против мадридского «Реала», а судья их не засчитывает. В целом, мы всегда были маленькой «Боруссией» из Нидеррайна, которая вдруг встала на один уровень с большими клубами и была способна их позлить. Но что меня терзает до сих пор, так это то, что мы так и не смогли победить «Баварию» у них дома. Это все еще злит меня. Что мы только не перепробовали – ничего не помогало.

- Но в 1977 году счета 2:2 в Мюнхене все же хватило, чтобы в третий раз подряд стать чемпионом Бундеслиги.

- Да, но четыре дня спустя это стало причиной нашего поражения в финале Лиги Чемпионов в Риме против «Ливерпуля».

- Почему?

- Потому что наш тренер и некоторые игроки знали, где в Мюнхене можно хорошо отпраздновать. Было бы, наверное, правильно сразу улететь в Рим. Никто из нас не знал итальянского, и вряд ли бы вышел из отеля. А так нас хватило всего на 20 минут хорошей игры против «Ливерпуля». Проигрыш в этой игре был для меня самым большим разочарованием, но в этом была лишь наша вина. Мы должны были вести себя как спортсмены.

- В начале Вашего последнего сезона 1978/79 в качестве игрока в кубковой игре против «WuppertalerSV» Вы сломали ногу, но к концу сезона все-таки успели вернуться…

- … это при том, что возвращаться я уже совершенно не планировал. Но над командой стояла опасность вылететь из Бундеслиги.

фото4

Берти Фогтс и Юпп Хайнкес, 1975 год

- Как произошло Ваше возвращение и спасение?

- Все это заслуга Аллана Симонсена. Наш тренер, Удо Латтек, перестал рассчитывать на меня и Вольфганга Клеффа. Когда я снова выздоровел, то начал играть за дубль против основной команды. Дубль всегда выигрывал со мной на позиции либеро. Тогда Аллан пошел к Грасхоффу и спросил: Почему Берти не играет? После этого я сыграл еще 6 игр в Бундеслиге, мы заработали 8 очков и спаслись. К этому нужно еще прибавить 3 игры в Лиге Европы, которую мы выиграли. После этого я повесил бутсы на гвоздь.

- Вам было 32, Вы только что так удачно снова вернулись в строй. Почему закончили? 

- Я больше не мог долго играть на нужном, хорошем уровне. Это было последствие моей травмы. После сезона стало известно, что Латтек уходит, а Юпп Хайнкес принимает командование. Менеджер Грасхофф предложил мне войти в тренерский штаб Хайнкеса, но я отказался. Совместная работа у нас бы не вышла. Конечно, у нас были схожие идеи и видение футбола, но должен был быть кто-то, за кем было бы последнее слово, а в лице Юппа «Боруссия» уже сделала свой выбор. Это было верным решением – иди своим путем. У меня появилось предложение стать тренером молодежной сборной, и я его принял. Грасхофф, правда, потом очень долго был на меня зол.

- В любом случае, Ваше решение работать в сборной оказалось правильным. Вы воспитали 18 игроков чемпионского состава 1990 года и сами стали чемпионом Европы в 1996 году в Англии. Но несмотря на все эти титулы не было ли у Вас ощущения, что Вы не получаете в Германии того признания, которое заслуживали?

- Наверное, заслужил я признание или нет – должны решать другие. Кроме того, на этой почве у меня случались конфликты с некоторыми СМИ. Но у меня дома висит зеркало, в которое я спокойно могу смотреть. Только это является для меня важным, все остальное меня мало интересует.

- Затем Вы работали в Шотландии, Кувейте, Нигерии и Азербайджане в качестве тренера сборной. Четыре абсолютно разные страны, культуры, манеры игры в футбол. Где Вам больше всего понравилось?

- В Шотландии. Шотландцы любят и живут футболом так, как ни одна другая нация. Я должен был все время следить за тем, чтобы в сборную вызывалось равное количество игроков «Селтика» и «Рейнджерс». Мы до сих пор раз в году встречаемся с бывшими игроками в Шотландии за игрой в гольф. Но я плохой гольфист.

- На своей презентации в Шотландии Вы сами себе дали прозвище «Берти МакФогтс». Вы обладаете самоиронией?

- Как и большинство других людей. Только в Германии этого никто не замечал или не хотел замечать. Однажды я сказал: «Если бы я умел ходить по воде, то некоторые СМИ обязательно бы написали: Он еще и плавать не умеет.»

- Благодаря футболу Вы посмотрели весь мир. В последнее время Вы работаете техническим консультантом в сборной США. После 70 лет все еще будете продолжать работать в футболе?

- Я всем обязан футболу. И поэтому хочу что-нибудь передать молодому поколению. Свою работу в США я скоро прекращу, в качестве тренера клуба тоже, скорее всего, работать больше не буду. В крайнем случае, в американской лиге МЛС. Но это должен быть очень красивый город. (смеется)

фото5

Германия - Чемпион Европы, 1996 год

- После Вашего последнего большого успеха в качестве игрока «Боруссии», в финале Лиги Европы против команды «Црвена Звезда» в 1979 году, Вы сказали знаменитую фразу: «Внимательно посмотрите на этот кубок – это последний трофей, который «Боруссия» смогла выиграть.»

- К сожалению, я оказался прав. Но я видел, к чему все идет.

- Жалели ли Вы впоследствии о своих словах, так как они, возможно, оказали слишком большое давление на Юппа Хайнкеса и его команду?

- Что же я тогда должен был сказать в 1990 году после Чемпионата Мира, когда Франц Беккенбауэр пообещал, что сборная Германии теперь на долгие годы останется непобежденной? (смеется) Но вернемся в 1979: В других клубах спонсоров было больше. Подобной финансовой силой «скромный» Мёнхенгладбах не обладал. Кроме того, стали появляться стадионы и тренировочные комплексы, с которыми уже тогда Бёкельберг не способен был конкурировать. Должен признаться, «Боруссия» во главе с президентом Ральфом Кёнингсом и администратором Штефаном Шипперсом проделала в этом направлении колоссальную работу. Кроме того, развитие спортивной составляющей, намеченное менеджером Максом Эберлем, не может никого оставить равнодушным.

- Но зимой 2011 года Вы критиковали действия Макса Эберля.

- Я уже несколько лет назад извинился перед ним за свои слова.

- Как Вы считаете, куда ведет путь, выбранный «Боруссией»?

- Я считаю, в этом году у команды был сложный период, который просто нужно преодолеть. А затем «Боруссия» способна на долгие годы закрепиться в первой семерке клубов Бундеслиги. При условии, что клуб будет следовать уже намеченному ранее плану. Возможно, мы еще сможем пробиться в финал кубка Германии и заберем титул домой. Для этого каждый должен отдать все свои силы на поле.

- В последние успешные годы СМИ все чаще сравнивали нынешнюю «Боруссию» с командой 1970-тых годов. Обоснованно?

- Нет, это большая ошибка. Обе эти футбольные эпохи и команды невозможно сравнить. Подобные сравнения пробуждают в болельщиках, праздновавших в 70-тые годы трофеи, совершенно завышенные ожидания. Это неправильно и является большим бременем для любого тренера, работающего тут.

- К этому относится и свист, раздававшийся на протяжении нынешнего сезона на стадионе?

- Знаете, свист раздавался и во времена моей карьеры в «Боруссии», а тогда болельщики ожидали от нас совершенно иных результатов. Когда, в 1975 году, мы два раза подряд отдавали горизонтальный пас, вместо того, чтобы атаковать, свистел весь Бёкельберг. Болельщики были очень критичны. Если мы спокойно доигрывали матч, ведя 2:0 в счете, то нам тоже свистели – зрители хотели видеть еще больше голов. Как бы я хотел в то время иметь сегодняшнюю публику. С поддержкой, как сейчас мы бы два раза выиграли Лиги Европы и Лигу Чемпионов.

- Ожидания со времен пережитых плей-офф игр 2011 года выросли и в Мёнхенгладбахе.

- Да, последние три года команда играла действительно хорошо. И я понимаю болельщиков, которые летом читали о «лучшем составе всех времен», а теперь наблюдают актуальное положение команды в таблице. Но я не думаю, что между клубом и фанатами есть какое-то недопонимание.  Болельщики на «Borussia-Park» великолепны и большинство из них правильно относятся к нынешней ситуации.

фото6

 

 

Источник: FohlenEcho

Фото: gettyimages / bundesliga.de / dpa / dfb.de

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Bökelberg
+10
Популярные комментарии
Написать комментарий

Новости

Реклама 18+