20 мин.

«Через три года ждем на просмотр сына Промеса». Сергей Родионов — о спартаковской академии

Большое интервью президента спартаковской академии и легендарного форварда красно-белых о подготовке новых красно-белых талантов.

— Сергей Юрьевич, вы довольны сегодняшним количеством воспитанников в первой команде «Спартака»?

— Всегда хочется большего. Но давайте обратимся к статистике. На сегодняшний день в основном составе у нас Максименко, Денисов, Игнатов, Литвинов, Зорин, Мелешин, еще один вратарь — Волков. Регулярно привлекаются к тренировкам и другие ребята, что нас не может не радовать. В то же время понимаем, что первичное приглашение не всегда гарантирует игру в основе. Это скорее возможность для воспитанников закрепиться, заявить о себе. Пробиться в основной состав «Спартака» сложно. Выдержать конкуренцию тоже сложно. Но возможность у ребят есть, и это хорошо. Работа Абаскаля в этом плане нравится, он как раз дает эту возможность.

— А у академии есть какой-то KPI?

— Берем вертикаль: академия — молодежная команда — первая команда. Глобальный заказ, который поставили перед нами учредители — подготовить игроков для основного состава. Но есть ступени, которые ребята должны пройти. Кто-то их проходит быстрее, кто-то дольше. Как правило, в молодежную команду у нас попадает 10 выпускников каждый год. Из них и формируется костяк, который укрепляется селекционерами, отбирающими ребят в других школах и академиях. Дальше идет работа совместно с клубом по выявлению перспективных ребят, на которых уже может рассчитывать первая команда.

— Сколько выпускников спартаковской академии играет в нашем чемпионате?

— Если не считать «Спартак», то в РПЛ — 23 человека, в ФНЛ — 26, в ФНЛ-2 — 60. Если добавить нашу структуру, то это 7 человек в РПЛ и 21 — в молодежной команде. Порядка 75 процентов наших воспитанников доходят до профессионального футбола. Это считается хорошим показателем. 20 процентов по разным причинам заканчивают с футболом — из-за травм, переключаются на учебу, выбирают другую работу. Мы публикуем на сайте академии статистику, которую периодически обновляем. Там можно увидеть количество воспитанников и узнать, где они находятся. Мы следим за всеми, нам интересна судьба каждого из ребят. Эта пропорция 75/25 более-менее стабильна на протяжении многих лет.

Но есть и особые случаи. Например, была команда 2004 года рождения. Мы из ребят не отдали никого в молодежный состав, это решение было принято на уровне руководства клуба. Соответственно, эти ребята полностью отыграли сезон в ЮФЛ-1, никого из них в дубль не забрали. Надо пояснить: первое место в ЮФЛ-1 давало право играть в юношеской Лиге чемпионов, поэтому борьба шла до последней минуты последнего тура. И дальше уже случился переход всей команды вместе с тренером на следующий уровень. И основной результат заключается в том, что игроки этого возраста сейчас в главной команде у Абаскаля: Мелешин, Зорин, Веденеев, Иванников. Можно назвать и Пяткина, который был на сборах.

«Мы внесли коррективы в физическую подготовку воспитанников»

— Как изменилась система взаимоотношений с первой командой, когда в клубе работал Лука Каттани?

— Эта система была всегда, если мы говорим о методологии и обучении в академии. Потому что система работы вертикали — это абсолютно другая тема. С Каттани мы общались в меньшей степени, в основном здесь работал Антар Яхья, который занимал пост технического директора академии.

— В прессе Яхья критиковали. Что скажете о работе с ним?

— Он вел себя квалифицированно и правильно, долгое время присматривался к нашей работе и знакомился с документацией, методикой подготовки. А также оценивал то, что происходит на футбольных полях, и сравнивал это с европейским опытом. Он — футбольный человек, сам играл в Европе, имеет хорошую карьеру и опыт работы в одной из академий во Франции. Нюансы всегда обсуждались, что-то мы перенимали от него, но эти изменения были точечными. Есть понятие технической, психологической подготовки, мы же сейчас касаемся физической.

— В чем было ключевое изменение?

— Мы внесли коррективы в физическую подготовку. Скорректировали недельный микроцикл, помогая нашим воспитанникам развивать атлетизм, координационные способности, скорость, ловкость и другие компоненты.

Был создан департамент физподготовки во главе с куратором Вадимом Боровским, который направляет тренеров. Методология состоит из 365 страниц — фактически целая книга. Но важен даже не объем, а умение правильно пользоваться методологией, а для этого надо эту методологию понимать. У каждого своя философия. Мы стараемся шагать в ногу с тенденциями развития современного футбола. Идеала не существует, но мы все время видоизменяемся. Футбол становится жестче, быстрее. Еще хотелось бы отметить интенсивность, в которой российский футбол уступает европейскому. Именно на этом в том числе был сделан акцент в тренировочных занятиях. Мы используем эти наработки. Антар оставил приятное впечатление, делился знаниями, а не оставлял негативные отзывы. Мы старались внедрять то, что подходит нам, и брать из зарубежного опыта то полезное, что может прижиться здесь.

— Как сейчас работает эта вертикаль?

— Сейчас связь налажена. Максимально вовлечен в дела академии генеральный директор Евгений Мележиков. Спортивный директор Пол Эшуорт тоже часто бывает здесь. К тому же Артем Ребров является еще одним связующим звеном, поскольку спортивный директор в силу занятости не может уделять огромное время делам академии. Ребров активно работает и с нами, и с молодежной командой. Недостатка в общении точно не существует.

— Есть расхожее мнение, что команды всех возрастов должны играть по одной модели.

— Каждая академия выбирает свой собственный путь развития футболистов и подготовки. У нас шесть команд из десяти играют в формате 11 на 11. И каждая из этих команд должна уметь использовать разные модели. Наша задача — подготовка квалифицированного футболиста, способного выполнять задачи, поставленные любым тренером. Фактически это можно сравнить с обучением в общеобразовательной школе. Дать больше материала в самых различных схемах: 4-3-3, 3-5-2 и так далее. Если воспитанник будет знать все основы, то ему будет легче адаптироваться в первой команде. Порой схема может несколько раз поменяться даже по ходу матча: это может зависеть от противника, игровой ситуации, счета. Поэтому неправильно сосредотачиваться на чем-то одном, мы стараемся расширить кругозор наших воспитанников. Тренеры главной команды иногда меняются. В том числе и поэтому академия не сможет перестраиваться каждый раз по принципу: «А теперь давайте играть только по этой модели». На наш взгляд, чем разностороннее подготовлен футболист, тем проще ему будет. Мы выбрали такой подход.

— Можно ли говорить о том, что на сегодняшний день спартаковская академия — лучшая в России?

— А что подразумевается под оценкой «лучшая» или «сильнейшая»? По каким критериям это оценивается? Инфраструктура, количество игроков, квалификация тренеров, качество полей? В течение шести лет наша академия завоевывала первые места на московских соревнованиях, а иногда и на общероссийских турнирах. Но выигрывать все время невозможно, все хотят развиваться и обыграть «Спартак».

В то же время количество воспитанников академии в основном составе может быть небольшим. Хорошо это или плохо? На наш взгляд, продуктивность и сила академии — это наличие игроков в профессиональном футболе. Задача, чтобы они остались на высоком уровне. Я бы в этом случае уходил от сиюминутного результата.

К нам всегда приковано огромное количество внимания как и к клубу. Если мы выигрываем турнир, то последует вопрос: «А где воспитанники?» Если мы проиграли с воспитанниками, тоже будут вопросы. Мы для себя давно уже поняли: уйти от результата здесь и сейчас довольно сложно. Внутри академии ведется такая работа. Результат может быть важен для самих воспитанников, они нацеливаются и вырабатывают психологию победителя. Но тренеры и другие сотрудники должны ориентироваться на важность выступления игрока в структуре и в основной команде, плюс в профессиональном футболе.

— Вы пристально следите за показателем количества игроков в профессиональном футболе среди других академий?

— Нет, но, разумеется, знакомимся со статистикой. Хотя такие цифры нужно постоянно перепроверять. Существует множество споров. Например, кого считать доморощенным футболистом, а кого — нет. Если брать «Спартак», то мы, например, считаем Михаила Игнатова нашим воспитанником. А кому-то приятно «Спартак» уколоть и сказать, что его вырастил ЦСКА, а мы забрали за три года до выпуска.

«Агенты однозначно влияют на ребят. И порой не с лучшей стороны»

— Как воспринимаете уход воспитанников в другие клубы?

— Родители приводят мальчиков в академию с мечтой, что они окажутся в основном составе «Спартака». Мы не можем говорить ребятам, что готовим их для кого-то другого. Но обиженные будут всегда. У каждого своя история: кто-то получил шанс, кто-то нет, кто-то сумел проявить себя, кто-то нет.

Воспитанники, у которых не сложилось в «Спартаке», должны сами задаться вопросом: «А все ли я сделал для того, чтобы закрепиться в основном составе?» Возможно, такой вопрос стоит задать и своим агентам, представителям.

Мы кропотливо работаем с выпускными возрастами, готовя их к шансу выйти на поле в составе первой команды хотя бы на одну минуту. Нужно уметь себя проявить даже в рамках небольшого времени.

— Вы упомянули агентов. Их влияние на молодых игроков велико?

— Агенты однозначно влияют на ребят. И порой не с лучшей стороны. На уровне академии регулировать этот вопрос достаточно сложно. Но мы работаем в этом направлении. На родительских собраниях и в индивидуальных беседах. Потому что в основном начало диалога ведется именно через родителей, многое зависит от них.

Какими методами пользуются некоторые агенты сегодня, можно догадаться. Иногда на определенных этапах при участии агента игрок принимает решение покинуть академию, если не находится при этом на контракте. В такой ситуации сделать что-то довольно сложно. Мы спрашиваем родителей: «А что вас не устраивает?» Обычный ответ: «Нам все нравится, но мы доверяем судьбу своего сына агенту». У нас это вызывает непонимание и недоумение.

Недавно случилась ситуация с Андреем Ивлевым. Парнем 2006 года рождения, которому был предложен контракт от лица клуба. Он тянул с ответом. До этого игрок пробовал свои силы в «Динамо» и «Локомотиве», после чего заиграл у нас, будучи важным звеном в команде. Дошел до сборной России. Этот путь занял около двух лет. Разумеется, мы на него рассчитывали.

— И что в итоге?

— Всех все устраивало, претензий не было, а контракт подписан не был. Будем называть это «агентской игрой». Игрок ушел в воронежский «Факел», хотя мог оказаться в одном из московских клубов. Необъяснимо...

Нам тяжело противопоставить что-то такому давлению на неокрепшие подростковые умы. Несколько раз в день им пишут разные люди, предлагая золотые горы и невероятную карьеру. В какой-то момент и ребенок, и родители сдаются под напором. И порой они оказываются в ситуации, когда не вольны самостоятельно принимать решения. Их принимает посторонний человек, руководствуясь своими интересами и разрушая только начинающуюся карьеру.

Регламент УЕФА запрещает общаться с посредниками игрокам до 16 лет. Соответственно, коммуникация строится через родителей. Поэтому нам отследить нарушения довольно сложно. Есть лицензированные агенты, а есть их помощники. Сейчас конкуренция слишком высока, поэтому агенты начинают «обрабатывать» даже маленьких футболистов от 10 лет. Доходит до абсурда — даже здесь в Сокольниках после матчей и тренировок эти люди чуть ли не из-за кустов пытаются подойти к родителям и воспитанникам и в чем-то их убедить. Также агенты приезжают на сборы, где готовится команда, и поджидают в холле или у ворот. Закроешь дверь, они в окно. Это сильно отражается на психологии ребят.

— Что вы можете сделать со своей стороны?

— В первую очередь, это общение с родителями. Мы просим сигнализировать, если кто-то ведет себя неподобающим образом. Также мы передаем информацию в клуб. Мы можем дать только рекомендацию, стоит ли подписывать соглашение с конкретным специалистом. Призываем родителей и детей до выпуска из академии не отвлекаться на посторонние вещи, а сконцентрироваться на футболе! Родители могут прийти и открыто поговорить с нами, обратиться за советом. Запретить, само собой, мы не можем, у нас нет подобных рычагов. Мы не можем и не будем влиять на выбор.

Есть определенное количество людей, которые повели себя непорядочно не только по отношению к академии, но и к самому клубу — мы их знаем и эту информацию держим в уме. К счастью, есть и добросовестные агенты — хотелось бы, чтобы их больше. Мы выступаем за конструктивный диалог с посредником, если он способствует построению успешной карьеры футболисты.

«Вопрос о необходимости «Спартака-2» сейчас обсуждается»

— В прошлом году проект «Спартака-2» был закрыт. Что ждет его в будущем?

— Вопрос о необходимости существования «Спартака-2» и то, в каком виде это должно быть, сейчас обсуждается. «Спартак-2» был третьей ступенью после академии и молодежного состава. Кому-то из воспитанников она была нужна. Другие же быстрее оказывались в основном составе. Хотя даже сейчас, если взять Мелешина, рано говорить о том, что ему не нужен был опыт выступления за «Спартак-2». Кому-то из ребят не хватает многого в физическом, тактическом, психологическом или техническом плане. И им такая ступенька нужна. По моему мнению, вопрос в другом: где должен играть «Спартак-2»? Нахождение в ФНЛ не так способствует развитию, как хотелось бы. Это непростая лига, где команды в основном нацелены на результат.

— С чем это связываете?

— Прежде всего, с учебно-тренировочным процессом. Когда игроки выпускаются из академии, они еще как «полуфабрикаты». Обучение продолжается дальше и в молодежной команде. Один из моментов — это и частые разъезды. Если взять любой дальний выезд, то может «вылететь» до трех дней подготовки. Важно тренироваться в рамках недельного микроцикла и добирать то, что должны молодые футболисты.

На наш взгляд, и во второй лиге можно развивать футболистов при наличии правильного календаря и отсутствии паузы в пять месяцев, о чем сейчас идет речь в футбольных структурах. Важен учебно-тренировочный процесс, а не количество матчей и переездов.

«Дзюба — воспитанник «Спартака». Из песни слов не выкинешь»

— Ребята в академии часто берут 22-й и 35-й номера. Очевидно, тут есть отсылка к Дзюбе и Акинфееву. Вас это не смущает?

— Мы никогда даже не задумывались над этим. Предлагаете изымать эти номера? Но в основном составе под номером 22 за «Спартак» играет Михаил Игнатов. Это запрещено? Или это означает, что он ровняется на Дзюбу? Например, 1, 16, 32 и тот самый 35 — это «вратарские» номера. В общем, не смотрим здесь на ситуацию под этим углом. Мы слышали, что в некоторых академиях запрещен красный цвет. Но мы не доходим до таких странных мер. Мы можем обратить внимание на детали, но не опускаемся до определенного уровня. Воспитание на ненависти — не наш путь.

А что касается номеров, то сегодня мы вообще думаем о том, чтобы перейти на упрощенную систему нумерации. Кто находится на поле — с 1 по 11. С запасными — до 25-го.

— Зимой команда с Дзюбой в составе выиграла традиционный турнир спартаковских воспитанников разных лет, и некоторым фанатам не понравились фото в социальных сетях академии, на которых Артем поднимает кубок над головой.

— Мы слышали недовольство болельщиков после публикации. Турнир выпускников проводим каждый год, при этом не занимаясь формированием составов команд. Академия является организатором мероприятия. В наши функции входит определение возрастных категорий, так как существуют ограничения. В декабре самым младшим возрастом был 1990 год рождения. Также с нашей стороны готовится сетка турнира.

Участвуют порядка 16 команд. Турнир пользуется популярностью среди воспитанников академии, которые поиграли в других командах. Как правило, у каждого выпускного возраста есть свой активист, как в школе. Они и занимаются формированием состава и заявкой. Есть ограничение в 12-13 человек. За прошедшие годы в турнире участвовало огромное количество футболистов, среди которых были Погребняк, Самедов, Шишкин, Семенов. Несмотря на то что они играли за другие клубы. Как говорится, слов из песни не выкинешь — Дзюба является воспитанником академии «Спартака». И этот турнир — как встреча выпускников в школе или институте. Ребята собираются вспомнить молодость, пообщаться и сыграть в футбол.

Мы понимаем всю деликатность ситуации и не можем не реагировать на мнение болельщиков. Но наши воспитанники играют в разных командах и лигах, и многим из них наверняка захочется раз в году встретиться со своими товарищами и первыми тренерами в стенах академии. Мы — учреждение, которое дает футбольное образование. Мы не можем отказываться от собственных воспитанников. Хотя у многих из них карьеры складывались по-разному. На турнир их приглашают игроки того же возраста и тренер, который хочет их видеть в составе. С нашей стороны было бы неправильно влиять на комплектацию команд.

«Аршавин только начинает познавать азы футбола»

— Сколько сегодня стоит обучение в академии?

— Оно бесплатное, родители не платят деньги за ребенка, который обучается в нашей академии. Все идет из бюджета, который утверждается в клубе. Всем необходимым обеспечиваем.

— Как идут дела у сына Андрея Аршавина, который занимается в спартаковской академии?

— Неплохо, занимается футболом, получает образование. Все покажет время. Он ученик академии, который только начинает познавать азы футбола.

— А сына Промеса у себя ждете?

— Сын Промеса — 2017 года рождения. У нас самые маленькие ученики — 2014 года. Поэтому Квинси принял решение отдать ребенка в школу-партнера, в группу начальной подготовки. У нас существует партнерская сеть «Спартак-Юниор», а также Spartak City Football. Через три года сын Квинси, возможно, пройдет отбор в академию «Спартака». Мы получаем от партнеров информацию о наиболее перспективных игроках.

— С какого возраста стоит сегодня начинать занятия футболом?

— «Мальчик с улицы» без опыта — сегодня большая редкость, в отличие от советского времени. Приведу собственный пример: я пришел в футбол в возрасте 10 лет — и нашему поколению это не мешало достигать определенных результатов. До этого момента я получал все знания и навыки в общеобразовательной школе и во дворе. Но тогда были другая среда, условия. Если говорить о периоде с 2011 года, когда я начал работу в академии, можно отметить очень маленькое количество ребят, начавших заниматься у нас без предварительной подготовки. Я до сих пор мечтаю о том, когда придет мальчик 10 лет из двора и не будет ничем отличаться от ребят с подготовкой, конкурируя с нашими воспитанниками. На мой взгляд, оптимальный возраст — 5-6 лет. Хотя я не могу давать конкретных рекомендаций.

«Ещенко — это авторитет для ребят»

— Часто доводится слышать разговоры о том, что в нашем футболе хватает блата и коррупции. В том числе детском.

— Мы не возглавляем антикоррупционный комитет, поэтому подобные проблемы в других школах сложно комментировать. Мы можем говорить только о собственной работе. В основном, наверное, коррупция может проявляться на этапах зачисления и отчисления. У нас на сегодняшний день существует тренерский совет из семи человек. Это высококвалифицированные и уважаемые специалисты. Таким образом, мы минимизируем, исключаем ошибки в принятии решения в командах всех возрастов. Когда-то тренер в одиночку решал судьбу пришедшего игрока. Сейчас все по-другому.

Если говорить об отборе, тренерский коллектив в полном составе принимает в нем участие. Условно говоря, пришло сто мальчиков, и каждый тренер для себя отмечает фамилии, после чего тренеры остаются и проходит голосование. И то это только первый этап отбора. Конечно, от ошибок никто не застрахован, тем более если мы говорим о маленьком возрасте, но сейчас в любом случае один тренер не является вершителем судеб. Мы выбрали такой подход.

— Какие функции возложены на Андрея Ещенко, который пришел на работу в академии после недолгого опыта в тренерском штабе первой команды?

— Андрей вовлечен в работу. Он помогает команде 2007 года рождения. Его авторитет и желание обучаться тренерскому делу приносит плоды. Фигура футболиста, недавно закончившего карьеру, — это авторитет для ребят. Не все готовы учиться, а Ещенко готов. Многие после окончания игровой карьеры думают, что все знают. Но Андрей абсолютно объективно себя оценивает и понимает, что нужно расширять знания.

— Насколько важную роль в воспитании ребят играет общее образование?

— Мы должны развивать гармоничную, разностороннюю личность. Литвинов, Зорин, Ишутин — медалисты. У нас каждый год появляются ребята с достижениями в учебе.

Раньше бытовало мнение, что футболисты не слишком увлечены учебой. На самом деле все идет от изначального отношения к спортсмену. Ребята могут пойти в школу «Гамма», которая находится рядом, мы в прекрасных отношениях. Несколько лет назад они любезно приняли нас к себе и исключили различие между футболистами и обычными учениками.

Футболисты принимают участие во всех мероприятиях школы, социализируются, общаются со всеми учениками. Есть некоторые поблажки по расписанию, но требования предъявляются такие же. За счет этого игроки растут планомерно и не выпадают из социума. Футболисты могут учиться на хорошие оценки, получать медали и поступать в самые разные институты, помимо физкультурного. В академию приходят за футбольными знаниями, в школу — за общеобразовательными.

Очень важную роль играет психолог, который выполняет в том числе функцию учебно-воспитательной работы. Есть также возможность обучаться и в других школах, например, по месту жительства. Если позволяет расписание, можно сочетать любые варианты.

— А истории «Спартака» уделяется большое внимание?

— Конечно! В планах у нас встречи с недавно созданным комитетом ветеранов. Мы устраиваем под руководством психолога просмотры прекрасного фильма о «Спартаке», сделанного клубом совместно со «Спорт-Экспрессом». Проводятся традиционные викторины для учеников. Обязательным является посвящение в спартаковцы в музее на стадионе. Клуб всегда идет навстречу. Этот год станет годом просвещения учеников и тренеров, все должны развиваться. Историю «Спартака» рассказываем в доступной, интересной форме — делим по блокам, чтобы ребятам было понятнее.

Мы говорили о 75 процентах игроков, которые остаются в профессиональном футболе. Им также важно получать образование, в том числе и для того, чтобы выполнять сложные тактические задумки тренера на поле. Необразованным футболистам в общей массе будет сложно. Игроки должны выпуститься из академии, будучи приспособленными к жизни. Другим 25 процентам, у которых не получилось стать футболистом, также необходимо иметь образование для дальнейшей жизни.

— Планируется ли модернизация академии и переезд в Тушино?

— Смотрите, академия в нынешнем виде существует с 2009 года. На условия подготовки и обеспечения тренировочного процесса мы жаловаться не можем. Поля и футбольный манеж позволяют нам круглогодично заниматься тренировочным процессом. Более того, за последние два года многое сделано со стороны клуба по ремонту, переоснащению, модернизации полей и инфраструктуры. Однако время не стоит на месте. На встречах с «Лукойлом» отмечалась особая значимость работы академии сегодня, и проект переезда и дальнейшего развития всей сопутствующей инфраструктуры действительно существует. Этот вопрос курирует генеральный директор совместно с профильными экспертами со стороны акционера. Смотрим с оптимизмом в будущее, учитывая те перспективы, которые были озвучены. Если все удастся, то сможем выполнять еще более сложные задачи по подготовке игроков.

— Что в случае переезда будет с нынешней территорией академии? В прошлом году была информация, что земля в Сокольниках будет продана и пойдет под строительство жилья.

— Этот вопрос решит совет директоров клуба, и сейчас, наверное, рано об этом говорить. Для нас ключевая задача — обеспечить академию всеми необходимыми условиями в соответствии с требованиями времени.

sport-express.ru