11 мин.

Шумахер без места в «Ф-1» и «Феррари» – что дальше? Настройка «Мерседеса» под Хэмилтона и гонки по грязи (почти как Мазепин)

Следующий год – ключевой для карьеры.

Мик Шумахер остался без места в «Хаасе» и «Формуле-1» после замены на Нико Хюлькенберга, а 15 декабря «Феррари» объявила о прекращении сотрудничества в рамках молодежной Академии. Чем же сын семикратного чемпиона Михаэля Шумахера займется теперь?

На самом деле у него уже есть работа – разрыв со Скудерией произошел не просто так: в тот же день Мик уже фоткался в Брэкли с болидом «Мерседеса» и новым шефом Тото Вольффом.

Теперь Шумахер-младший займет роль резервиста и третьего пилота – будет работать на симуляторе над настройками для Льюиса Хэмилтона и Джорджа Расселла. Ровно как «Мерседес» и обещал в финале сезона под слухи о разрыве с «Хаасом».

Почему именно в «Мерседес»? Просто немцы поддерживали Мика в молодежных сериях еще до контракта с «Феррари», а с уходом Ника де Вриса в «Альфа Таури» как раз освободилось место на симуляторе: из конкурентов – только совсем молодой Фредерик Вести из «Ф-2». У Скудерии же – полная Академия, Антонио Джовинацци неподалеку от ростера и Роберт Шварцман на контакте резервиста.

«Связи были еще в юношестве и в первый год в «Ф-3», – вспомнил Мик в первом интервью в белом. – Мой отец работал в «Мерседесе» с 2010-го по 2012-й и многое заложил. Было бы здорово тоже продолжить и помочь с прогрессом всеми силами. Здесь многое изменилось с момента моего последнего визита в 2014-м – виден колоссальный прогресс. Надеюсь, я не только помогу своими знаниями новых машин и покрышек, но и приобрету новые, которые помогут мне в дальнейшей карьере».

Чем же конкретно он займется? Шварцман так недавно описывал роль резервиста: « Я работал на симуляторе с виртуальной машиной этого года. Тестировал разные варианты настроек для команды. Симулятор «Феррари» предполагает работу с тонкими настройками машины и близкое общение с инженерами. Моя задача – опробовать как можно больше вариантов настроек, прочувствовать их – и обеспечить команде лучшие отзывы. Так я стал более совершенным пилотом.

Когда поступают данные с трассы, весь уик-энд я занимаюсь корреляцией и дополнительными тестами. Потом мы сравниваем впечатления, Карлос Сайнс и Шарль Леклер задают вопросы о моем мнении насчет того или иного решения. Это командная работа.

Я много времени провожу на симуляторе. Фактически у меня третья машина, хоть и виртуальная – и я сверяю данные, так и помогаю. На Гран-при Майами в ночь на субботу мы с инженерами работали до шести утра».

Год назад Алекс Албон тоже работал резервистом на симуляторе «Ред Булл» – и, кажется, вкалывал чуть ли не больше боевых пилотов:

«Ред Булл» сделал шаг вперед, в том числе благодаря использованию симулятора наилучшим образом. Мы проводим там много времени. В некоторые дни я там почти живу! Заползаю с утра, а потом продолжаю работу после ланча. Я провожу так около 20 дней в месяц. Хочу сказать: если кто-то проедет крут по Барселоне в симе быстрее меня, то я сниму перед ним шляпу! Я накатал там, должно быть, уже миллион кругов.

Огромная часть моей работы – изучение других команд. На симуляторе мы ищем сильные и слабые стороны – особенно для треков, где мы должны быть медленнее. А потом мы выбираем другие машины и изучаем: почему они быстрее нас в некоторых поворотах, что из их настроек может сработать у нас, что они делают, а мы – нет.

И дело не только в общем уровне сцепления: еще в траекториях, наездах на поребрики, ширины используемого трека, объема загрузки шин в поворотах. Изучение всех этих аспектов позволяет неплохо разобраться в преимуществах и слабостях всех остальных.

План на неделю такой: в понедельник у меня выходной, а во вторник и среду я работаю полные дни над болидом следующего года.

Когда план на среду выполнен, переключаюсь на уик-энд. Например, возьмем Гран-при России: в четверг мы просто проверяли корреляцию данных с реальностью. Тестировали инструменты ребят, углы атаки антикрыльев, проверяли баланс при прогнозируемых скоростях ветра.

В пятницу началось все веселье! Я провел в симуляторе все первую и вторую практики. Мы отсматривали кадры с бортовых камер в прямом эфире и старались скоррелировать данные между машиной и симулятором как можно быстрее. Нам нужно было добиться того же баланса, что и у ребят на треке, ведь всегда закрадывается небольшое несоответствие – его и нужно отловить.

Также во время сессий мы тоже вгрызались в трек и слушали отзывы Макса и Чеко, предлагая советы в ответ. Например, когда Макс залезает в машину, он обычно говорит, что хочет «это, это и это». И сперва нам нужно настроить сим так, чтобы повторить все его проблемы на реальном треке. То есть если он, к примеру, борется со срывающимся задом во втором повороте, мы настраиваем сим так, чтобы у него тоже срывало зад во втором повороте, и потом меняем установки по его предпочтениям. Передаем результат его гоночному инженеру, и он вносит изменения в настройки машины. То же самое делаем для Чеко.

Пятница – очень долгий день: я никогда не заканчиваю раньше 21:00. Иногда приходится сидеть вообще до 23:00, а 3 или 4 часа утра нужно в аэропорт – на рейс до трека.

Как только я приезжают на трассу, продолжаю общение с пилотами и их свежайшие отзывы и пытаюсь сопоставить их со своими ощущениями на симуляторе – тогда мы обычно приходим к последним правкам настроек. Но я общаюсь не только с гонщиками: еще с инженерами, изучающими трекинг GPS по скорости в определенных местах трассы – мнение гонщика добавляет еще немного ценности.

Я на треке каждый уик-энд все последние 7 месяцев [со старта сезона], – подчеркнул Албон. – И каждый раз это болезненный щипок – когда на трассе и не гоняешься».

Резервистам в «Ф-1» еще сложнее, чем боевым гонщикам: катают на симе до ночи, а потом летят на Гран-при – без сна и отдыха

Теперь все это предстоит и Мику Шумахеру.

«Мик трудолюбив, обладает спокойным и методичным подходом и по-прежнему жаждет учиться и совершенствоваться. Это важные качества, и мы рады, что он поможет нам развивать новый болид W14 уже для 2023-го. Мы также знаем, что он будет готов в любой момент заменить Льюиса или Джорджа, если возникнет необходимость», – пообещал Тото Вольфф.

Шумахер останется в гонках – по грязи на багги (прямо как Мазепин)

Мик не останется без соревнований и схваток на треке – ведь у него на 400-акровом ранчо в американском Северном Техасе есть багги Can-Am Maverick X3 (прямо как на «Дакаре») и собственный грязевой трек!

И Мик очень любит гонки по грязи.

«Если я когда-нибудь запишу альбом – обложка будет такой».

 

«Занимался бы этим весь день, – рассказывал Мик о любви к гонкам по грязи для ESPN перед Гран-при США – когда устроил группе инженеров и механиков «Хааса» небольшой отпуск. – Это убежище, место, где я могу делать что захочу. И без ощущения, что на меня постоянно смотрят или за мной следят. Я приезжаю сюда просто понаслаждаться.

Мы здесь словно в центре захолустья. Если я пойду в окрестный магазин – ни один человек не заметит. Даже когда я еду в Даллас – там никто меня не узнает. Так что я определенно счастливее здесь.

Потому мы и решили выкупить еще немного земли и построить здесь трек. И прошли долгий путь. Сперва у меня был стандартный Can-Am, а теперь он превратился в гибридную гоночную машину».

Любимым делом Мик занимался и в начале межсезонья – после финального Гран-при, но перед объявлением в «Мерседесе»:

Это он с сестрой Джиной-Марией и ее парнем Йэном Бетке приняли участие в 12-часовой грязевой гонке на багги серии Can-Am Outlaw Series.

Первые четыре часа проехал Мик, затем его на два часа сменила сестра, после нее на четыре часа за руль сел Йэн, а после – опять Мику. До финиша Шумахеры не добрались – пришлось сойти после 11 часов из-за пробитого колеса.

И, судя по публикациям Джины в соцсетях, машину и себя отмывали потом пять часов.

Внезапно эта страсть роднит сына Михаэля с бывшим напарником по «Хаасу» Никитой Мазепиным – тот тоже обожает заезды на багги по бездорожью!

«Мне нравится в Твери. Очень красивая природа. Туда мы обычно выезжаем на квадроциклах – так что это не скоростные заезды, а грязевые маршруты. Периодически утопаешь буквально на метр глубины, – рассказывал Никита нам в интервью в 2021-м. – Это послевоенные маршруты – там раньше проходили танки, до сих пор все разбито. На день можно засесть и в грязи маяться.

Самый экстремальный выезд в жизни? В мае 20-го ездили с друзьями из Москвы в Питер исключительно по грязевым маршрутам. Только на квадроциклах. Без дорог, без гостиниц, без охотничьих домов. Только палатки. И питание – сам готовишь заготовленную еду. Вот это было экстремально! А еще было холодно, так что целью было не заболеть. Очень понравилось!

У меня для таких поездок есть несколько высокоскоростных вездеходов. И думаю выступить на Чемпионате России по гонках на багги».

И в самом деле: в 2022-м Никита заявился на главный рейд России «Шелковый путь» – и победил с первого же раза

Однако на «Дакар» Мазепин так и не попал. Может, Мик его и здесь обгонит?

Но главная цель – возвращение, а то можно совсем остаться без будущего в «Ф-1».

Тем не менее, главной целью все равно остается работа в «Формуле-1» – прогресс как пилота на симуляторе «Мерседеса» (он помог Нику де Врису подготовиться к дебюту и выбить место в программе «Ред Булл», например) и поиски вариантов для возвращения.

«Я всерьез настроен вернуться в 2024 году, а может, даже и в 2023-м. Я показал свою скорость, и знаю, что многие люди в паддоке довольны моим прогрессом. Поэтому я рассчитываю переговорить со многими командами.

Прямо сейчас я не хочу перехода в ДТМ или другую серию. Я хочу остаться в паддоке «Формулы-1», какие бы возможности ни предоставились. «Формула–1» – моя жизнь, я люблю каждую ее деталь. И уроки, и трудные времена – они ее части. Вопрос лишь в отношении и как с этим справляешься. Тогда и понимаешь, создан ты для этого спорта или нет».

Однако не все разделяют оптимизм насчет возвращения – например, чемпион 2016-го и эксперт на немецком RTL Нико Росберг не уверен, что у Мика есть возможность отдохнуть сразу два года:

«Роль резервиста – хороший вариант для Мика. Так у него будут шансы на возвращение в 2024 году, но ему нужен будет богатый спонсор, который заплатит за его возвращение. Если же Мик не вернется в пелотон в 2024-м, то, вероятно, простится с «Формулой-1».

«Я горю желанием выступать в «Формуле-1» и буду упорно сражаться за возвращение на стартовую решетку. PTW (доказать их неправоту – Sports.ru)», – написал Мик в соцсетях сразу после разрыва с «Хаасом». Первый шаг выглядит логично для пути возвращения: через роль резервиста пробуривались обратно и Эстебан Окон в «Альпин» (тоже через симулятор «Мерседеса»), и Даниил Квят (через работу в «Феррари»), и тот же Албон.

Будете болеть за младшего Шумахера?

Команда отказалась от Шумахера из-за давления семьи и публики? «Хаас» и правда пинали в Германии – и возносили Мика

Шумахера выгнали из «Ф-1» и заменили 35-летним резервистом – это вообще как? Мик правда так плох?

В «Ф-1» за год разбили машин на $34 млн! Самая «дорогая» гонка обошлась в $4,5 млн, Шумахер – чемпион по ущербу за два сезона

Фото: instagram/mercedesamgf1; mickschumacher; alex_albon; globallookpress.com/Paul Vaicle / Dppi/Dppi