5 мин.

Андрей Гербулов: «Дайте нам право на ошибку»

- Давайте с главного. Почему вчера не бежал Устюгов?

– Это решение всего тренерского штаба. Вы заметили, что по всему сезону у нас прослеживается четкая линия: выступают лучшие на данный момент.

- Но Женя – быстрейший в составе как раз на данный момент.

– Понимаете, падение немножко выбило его из колеи. После этого ему было сложно собраться. Если спортсмен показывает достойный результат – мы его ставим на следующую гонку. Так мы делали весь сезон. Нам надо привыкнуть к тому, что в соревнованиях участвуют сильнейшие.

- Есть информация, что вы лично хотели поставить Устюгова.

– Предварительно – еще до чемпионата – у нас в прикидках был другой состав. Ну а по ходу турнира уже исходили из того, что демонстрировали ребята. Мы рано или поздно должны были проверить молодых. То, что они здесь показали, все равно принесет пользу. Они станут совсем по-другому реагировать на проблемы, на ту обстановку, которая сейчас сложилась вокруг команды. Им надо через все это пройти.

Не надо казнить Гараничева. Несколько лет назад в Германии так же менялись поколения – и ничего не получалось. Потом потихоньку отыскали людей. Вот у нас то же самое сейчас.

- Как и кем определялся состав на эстафету?

– Коллективно. По этапам мы давно проводили моделирование. Вот насчет Шипулина вы не задаете вопрос. Потому что знаете: первый этап – его. Антон в течение нескольких лет нарабатывал действия для первого этапа. Каждый должен знать свое место. Нужна слаженность.

- Был в составе человек, по которому вы так и остались не согласны?

– Можно рассматривать все кандидатуры. С выбранным составом я полностью согласен.

***

- У вас нет тревоги за психологическое состояние Гараничева?

– Он молодой еще, третий год в биатлоне. Рано рассчитывать на стабильные результаты в каждой гонке, но о неустойчивости говорить нельзя. Вот в спринте он справился со стрельбой, прошел два рубежа без штрафа. Была надежда, что и в эстафете справится.

- Вы как тренер по стрельбе можете объяснить, что с ним стряслось?

– От нервов потерял контроль над действиями. Женя не первый раз заходит на круги в эстафетах, но надеюсь, комплекса у него не появится. Побеседуем с ним один на один: он мне расскажет об ощущениях, о том, что ему помешало. Мы так после каждой гонки беседуем с каждым.

- Сегодня Гараничев и Шипулин опять жаловались на лыжи.

– На эмоциях они могут говорить что угодно. По моим ощущениям, на выкате их лыжи работали хорошо.

Поймите, ошибки в подготовке лыж есть у всех. Не могу сказать, что у нас этих ошибок стало больше. И спортсмены, и сервис не были готовы к жаре. Весь сезон мы бегали в легкий морозец и просто не набрали опыта на «плюс 15».

- Сервисеры же приехали в Рупольдинг задолго до старта чемпионата.

– Вы же видели, как менялись погодные условия. Вот сегодня холодно – бригада подбирает смазку на холод. Через день теплеет – и все, вчерашняя работа, считай, зря. Надо начинать снова. Там масса нюансов, тонкие технологии, где надо крепко разбираться.

***

- Почему Маковеев все-таки не бежал индивидуалку?

– У нас было желание попробовать молодежь с прицелом на будущее. Мы в этом виде программы выступаем не очень: за последние годы только Максим Максимов чего-то добивался. Нам до Олимпиады надо проверить как можно больше ребят, которые способны успешно выступить на двадцатке.

- Но ведь было ясно, что Волкову и Лапшину попасть в призы там не легче, чем Маковееву.

– Так можно рассуждать только после гонки. Перед стартом любой спортсмен надеется на медаль. Никто ведь не думал, что Соукуп выиграет бронзу, что Фак выиграет золото. Но они мечтали об этом.

- Андрей признался, что для него было важно участвовать.

– Мы перед сезоном провели собрание, где сразу сказали: последнее слово – только за тренерами. Да, не выиграл Андрей глобус, но нам было бы сложно объяснить другим парням, почему на гонку поставлен человек, не проходящий по спортивным результатам. Дайте нам право на ошибку.

- Участие Малышко в индивидуалке, по-вашему, логично?

– Мы уже сделали выводы. Дима силен в контактных гонках. Может, через два-три года научим его бегать и индивидуалки.

****

- Вы готовы признать, что команда сейчас слабее, чем была по сезону?

– Нет. Команда готова. Она выступает в свою силу. По сезону было как: кто-то отбежит ярко и уходит в тень. Так и чередовались. Проверьте статистику: на ЧМ за последние десять лет я не помню, чтобы в призерах был кто-то неизвестный. И сейчас все призеры, кроме Фака и Соукупа, находятся в топ-15 и между собой разыгрывают медали. В биатлоне надо быть зрелым.

- Если не брать Шипулина, насколько остальные близки к персональным пикам?

– На сегодня Антон лучше других, да. Но не может вся команда быть на одном уровне. Нам, тренерам, тоже не все про спортсменов известно. Как их вывести на пик? За год разобраться тяжело. Сейчас нажили какой-то опыт, который учтем впредь.

- Вам ставилась конкретная задача на сезон?

– Никто никаких задач не ставил. Цель есть: просмотреть молодежь. Найти людей, которые могут дать результат в ближайшем будущем. Осенью мало кто верил, что мужская команда может что-то вообще показать. Но в течение сезона пошли призовые места, всем захотелось много медалей на чемпионате. Не получилось – увы.

- Вам проще работать с такой командой, как сейчас, или лучше, когда есть один явный лидер?

– Конечно, удобнее сотрудничать с людьми, которые выступают стабильно. Давайте не будем далеко ходить: мы работали во времена золотой четверки. Они всегда были не ниже третьего места, если не мешала погода. Сейчас такой уверенности нет, потому что мы взяли молодых. Приятно работать и сейчас. Видеть всплески. На следующий год эти всплески могут вылиться во что-то более ровное, стабильное.

***

- В ваших отношениях с Польховским что-то изменилось?

– Нет, у нас профессиональные отношения. В одиночку принять правильное решение сложно. Рядом должен быть тот, кто старше, опытнее, выше по рангу. Нормальные отношения у нас.

- Тот же самый вопрос – только про команду?

– Ребята взрослеют, становятся мужчинами, по-другому реагируют на негативные факторы.

- А на вас?

– У нас дружеские отношения. Если спортсмен что-то хочет мне сказать, у него всегда есть такая возможность. Мы его услышим.

- Чемпионат мира для вас – разочарование?

– Мы должны быть готовы к любому исходу. Одна медаль – тоже хорошо. Но хочется больше. Естественно, я расстроен.