«В Питере готова самая крутая трасса мира. Такой в России еще не было». Попов поговорил с первым русским пилотом «Ф-1»

О гоночной карьере и жизни после Гран-при.

Российский голос «Формулы-1» Алексей Попов по сей день остается безальтернативным источником живых репортажей, инсайдов из паддока и контента о лучшей гоночной серии мира для большинства русскоязычной публики. Помимо комментирования Гран-при на «Матч-ТВ» он еще в прошлом сезоне запустил свой канал на ютубе, где регулярно рассказывал о жизни паддока и записывал горячие интервью с российскими гонщиками Сергеем Сироткиным, Никитой Мазепиным и Артемом Маркеловым.

В 2019-м Попов пополнил канал новой рубрикой — подкастами с гостями, и в дебютный выпуск попал первый русский пилот «Формулы-1» Виталий Петров. «Выборгская ракета» осталась без места в Гран-при в конце 2012-го, и с тех пор прокатилась по ДТМ и «Бланпену». Сейчас же обладатель первого российского подиума «Ф-1» работает в программе «СМП», гоняется за нее же в WEC, а также тренирует Роберта Шварцмана – гонщика «Према», «СМП Рейсинг» и члена академии «Феррари». Парень из Санкт-Петербурга уже выиграл Toyota Racing Series и занял третье место в прошлом сезоне «Формулы-3», а новый чемпионат начал с победы и первой позиции в общем зачете — как выяснилось, не без помощи Петрова.

О Шварцмане, жизни самого Виталия после Гран-при, бывших коллегах и чемпионатах Попов и поговорил со своим гостем в первом специальном выпуске подкаста «Гаснут огни».

А здесь вы можете прочитать самое интересное и основное из их беседы.

Новый российский талант

- Как ты пришел к тренировкам молодых пилотов? У кого родилась эта идея?

– Наверное, у самого Роберта c Микой Сало (бывший гонщик «Ф-1», теперь консультант программы «СМП» – Sports.ru). Они меня попросили приехать на предсезонные тесты в Будапешт, и мы пообщались, поговорили. Потом Роберт сказал, чтобы я точно был в Барселоне – на всех налетел и потребовал, чтобы я прилетел вместе с ним.

- Я лично вижу в нем огромный потенциал. Очень боюсь сглазить, чтоб не перегорел. Ты не только пилотажу Роберта учишь, но пытаешься еще что-то ему объяснить? Как себя вести, как не вести, где сдержать какие-то эмоции…

– В основном да, ему надо быть спокойнее. В нем есть эта молодость, все это проходили. Во многом есть еще давление с «Феррари» – то, что ему навязывают делать. По своему опыту — я уже прошел всю эту школу детскую — некоторые вещи можно было чуть переделать. Но я, к сожалению, не совсем могу навязывать свое «я». Я буду говорить и направлять, но моя задача — больше Роберта подготовить именно морально.

- Ты сказал «большое давление». Мне кажется, очень многие мечтали бы быть хоть в одной структуре, а он сразу в двух — и в «СМП», и в «Феррари».

– Это и ответственность огромная! Это больше психологически давит. Он понимает, где он и что это вообще такое, понимает, что ему помогает «СМП». Даже просто одно название «Феррари» – трясутся руки!

- Роберт будем чемпионом в этом году?

– Я думаю, да.

Гоночные академии, коллеги, сбитый мизинец

- Уже Мик Шумахер из академии поездил на тестах «Формулы-1», потом Фуоко, Каллум Айлотт. И больше того — пример Джовинацци и Леклера показывает, что они и до основной команды доводят. Не просто академия, как у твоего любимого «Мерседеса». Ты-то, может, этого не скажешь, но со стороны это выглядит ужасно: они взяли Верляйна и бросили. Взяли Окона — а он у них без дела.

– Скажу сразу: я не слежу за ситуацией, которая творится в «Мерседесе». Мы не сотрудничали ни разу в этом направлении. Я отвечу по-другому: наверное, понимаю, почему они так поступили с Верляйном (чемпион ДТМ, бывший гонщик «Манора» и «Заубера» – Sports.ru).

- Именно с ним? Считаешь, что он недостаточно быстрый?

– Считаю, что он слишком великий у себя в голове стал. Когда я был с ним в ДТМ, он уже… Я задаю ему вопрос, а он мне так: «Да ты что?!». Какой-то мелкий шкет. Я был в «Формуле-1», а он никого с собой не равняет. Уже был такой возвышенный. А к нему действительно хорошо относился Тото Вольфф и поддерживал «Мерседес». Но возможно — опять же, я не буду утверждать — он испортил какое-то отношение внутри команды.

- Миша Алешин, твой партнер по BR01, в «Индикаре» разложился очень серьезно и полгода пропустил.

– Да, слава богу, что у него сейчас все закончилось нормально. Если честно, он когда разминается, он весь такой скрюченный после всех аварий. У него там и кисти сломаны, и плечи зашиты — когда смотришь, он весь в ранах. Но я не вижу смысла рисковать жизнью.

- У тебя-то все нормально?

– У меня вот мизинчик побитый, я человеку от голову его разбил.

- Слушай, ну у меня тоже. Скажи честно, употребил перед этим? Я — употребил!

– Я защищал брата. Тот человек нагнул голову, и я прямо со всего размаха — и прямо хрустнуло, я слышал.

- Я тоже, еще в советское время.

– Так что касается того же Расселла, Окона… Я не знаю, насколько Расселл хорош или не хорош, но раз ему не дают шанс…

- А как это можно в «Уильямсе» сейчас узнать? На фоне Кубицы?

– Никак.

- Давай так: это правда, что ты был один из тех, кто считал Кубицу самым великим пилотом современности?

– Нет, не совсем великим, но на тот момент он был на пике формы. И, возможно, если бы не та авария, он бы в 2013-м перешел бы в «Феррари». Выходит, Роберт и себе все испортил, и мне все испортил.

- С кем из партнеров тебе было проще всего? По человечески, а не как с гонщиком?

– Наверное, с Хайдфельдом. Бруно (Cенна — Sports.ru) был не быстр…

- Насколько сложно каждый раз партнеров менять? У вас в этом году уже были Баттон, Хартли, Вандорн.

– Мне главное, чтоб пилот выполнял свою работу. Безошибочно.

- А кто из них лучше?

– Баттон — красавчик! Ну и Вандорн показал себя.

- Ты знаешь, со стороны возникает ощущение, что ты фанат Льюиса Хэмилтона.

– Я не фанат, я уважаю его за то, что он один из быстрейших на сегодняшний момент пилот «Формулы-1». А на инстаграме он делает имидж и зарабатывает! Он старается быть востребованным не только в «Формуле-1» и строит свою карьеру в том плане, что, возможно, он будет сниматься в фильмах, возможно, как Бэкхэм, будет сниматься о всех рекламных компаниях.

- Я понимаю, когда лайкаешь гоночные фото. Но когда он там в невообразимых нарядах… Объясни мне, почему ты его лайкаешь?!

– (оба смеются). Проехали. Поддерживаю все, что он делает.

- Теперь без шуток. Считаешь его сильнейшим гонщиком «Формулы-1»?

– Да.

- Намного?

– Ненамного, но у него есть некий такой стержень… Понимаешь, он всех своих напарников сделал. В квалификациях, в гонках — у него не было равных. У него есть стиль пилотирования. Пусть надевает капюшон и гламурничает, но в машине у него всегда есть результат.

- А Феттель еще воспрянет, или все — эра Леклера?

– Блин, я надеюсь, что все будет нормально, и эта взбучка придаст Себу мотивацию, чтобы показывать результаты. Феттель — он тоже, можно сказать, великий и очень быстрый пилот. Да, извините меня, фанаты, бороться со стариком Уэббером не совсем сложно было — Себ его практически размазал.

- С Чарли Уайтингом хорошо был знаком?

– Да он офигенный мужик был! К нему можно было всегда подойти. Он как будто родной был для всех в «Формуле-1». Поэтому когда он ушел, казус в Баку с люком и произошел, наверное: он замечал все нюансы, а сейчас выбрали 10 маршалов. 10 человек следят сейчас за всем, с чем раньше справлялся один Уайтинг.

Спортивные качества, нечестные соперники, неудача с «Катерхэмом»

- Ты с детства спортом занимался. Хотя не совсем с детства. Давай об этом.

– С детства, но не автоспортом.

- Ты в футбол играл.

– У меня красный пояс по дзюдо, красный пояс по тхэквондо… Вроде я был чемпионом Выборга по тхэквондо.

- Ты вообще азартный. Я вспоминаю, как мы с тобой в Выборге в пинг-понг играли — ты не можешь проиграть. Особенно какому-то там журналистишке. В футбол рубишься в кость со здоровыми мужиками.

– Не вижу смысла, зачем иначе приходить — пусть даже это на интерес. Но меня больше всего выбешивает, как вот наши раньше были футболисты — проигрываешь, но ничего не делаешь для того, чтобы выиграть или хотя бы делать вид, что ты, блин, стараешься. Пришел играть в футбол — ну выложись ты, умри, уйди в защиту, защищайся, но не бегай тогда.

- То есть получается, что Сенна, Шумахер, Алонсо, в начале Хэмилтон — недобрые ребята — но правильные. Обязательно ли спортсмену стремиться к победе любой ценой?

- Да, но не к нечестной победе. Это для меня, по крайней мере. Я никогда бы, например, не подлил бы себе больше мощности и радовался бы потом этой победе. Я считаю, что это позорно.

- Я знаю, у тебя по этому поводу остались вопросы к Хюлькенбергу и Вальсекки? В GP2 практиковались разные мощности моторов, насколько я понимаю.

– Да, но мы до сих пор не знаем, правда это или нет. Есть разные видео, в которых можно обратить на это внимание. Доказать — здесь никто не докажет. Но с другой стороны, если ты работаешь в одной команде, а другой пилот может что-то сказать прессе… Грубо говоря, если у меня к мотору добавили больше мощности, то другой это увидит на прямых. Должен увидеть. Я не знаю, каким образом они это делали, и я не могу это доказать.

 

- У меня ты всегда ассоциировался с одной стороны с азартным и непримиримым спортсменом, а с другой стороны — с очень честным парнем. Может быть, излишне честным. Мне казалось, тебе не хватало хитрости, которая есть у этих «злых» ребят из «Ф-1».

- Да я постоянно думаю на эту тему. И сейчас, и каждый уик-энд. Я должен был быть более убедительным и стоять на своем до последнего. Блин, сказать: «Похрен, выгоняйте, либо делайте, как я!».

- Это в какой момент? В «Рено», в «Катерхэме»?

– В «Катерхэме» все вообще шло так, как я хотел: мотористы на меня работали, им огромное спасибо. Много было положительного. Вы, обыкновенные люди, этого не видите, что мы сидим там по несколько часов и не просто так в компьютер играем, а прямо по телеметрии смотрим, что именно и в каком диапазоне мотора мне нужно добавить больше бензина, чтобы оборотов больше было, и я проехал поворот быстрее.

- Чего не хватило этой команде? Бюджета?

– Людей. И бюджета, и людей — без одного другого быть не может. Тони Фернандес, видимо, сделал свой бизнес, рекламу авиакомпании, и ему не хотелось продолжать дальше.

Если про запчасти: у нас всегда подкидывали монетку в споре за запчасть, с которой машина едет на 0,2-0,5 секунд с круга быстрее. Потом ее привозили и для второго пилота, но позади уже была одна гонка. А иногда Ковалайнен ставил такую деталь себе, но я ехал быстрее. То есть не факт, что эта запчасть работала.

Посол марки, тренер в академии, лучшая в мире трасса

- Ты официальный посол марки «Мерседес» в России?

– Друг марки.

- Если я тебе дам «УАЗ»…

– Ну во дворе с тобой поездим, но без телефонов. Да на самом деле можно было бы, но я дорожу этими отношениями. С 2014 года мы вместе, у них суперское отношение ко мне, а у меня — к ним. Постоянно придумываем какие-нибудь акции совместные. Дружить с такой маркой в России мне нравится.

- А почему с ними в ДТМ не продолжили? Хорошо, сначала результаты не пришли, окей. Но так бывает. Тебе надоело?

– Нет-нет-нет, на самом деле была некая история, я пока не готов ее рассказать. Но есть причины и в ДТМ, и в «Формуле-1». Возможно, мною будет написана книга когда-либо, или я скажу, когда настанет время.

- Многие говорят, как ты: «напишу потом книгу — многое узнаете». Тот же Росберг, когда уходил из «Мерседеса», сказал, что не может до конца объяснить.

– Потому что он сотрудничает с «Мерседесом».

- А ты примерно понимаешь, о чем там может идти речь? Что у них с Льюисом могло быть?

– 100 процентов, конечно. Однозначно не знаем, но я могу узнать. Могу у Вандорна спросить насчет Алонсо.

- Насчет «СМП»: я так понимаю, это твое сейчас официальное место работы. Это не только потому, что ты отдельные гонки за них проводишь. Ты посол команды, тренер там.

- Да, мы полностью сотрудничаем.

- Ты выбираешь сам программы, или тебе говорят, где поедешь?

– У меня есть контракт, который мы заключили на сезон. Он подходит к концу в середине этого года, потому что сезон заканчивается тогда.

- На следующий сезон ты остаешься и команда остается?

– Остается, да. На самом деле все идет нормально. У нас договор по «Ле-Ману» и сотрудничество по школе. Мы давно пытались сделать академию «СМП», и сейчас они, так сказать, более плотно за нее взялись. Мы ее будем в Питере открывать на новой трассе в Игоре — это будет самая крутая трасса чуть ли не во всем мире. Я думаю, она сопоставима с такими, как «Сильверстоун», где много разных трасс в одном месте. Такого в России пока не было, вот будет единственная. Она уже готова. Можно будет прокатиться на чем хочешь — от мотокросса и картинга до прототипов или GT3. Покупаем целый автопарк вплоть до электрических картов. Я буду руководителем не только программы «СМП Рейсинг Академия», но и электрических и дорожных суперкаров, и, возможно, даже LMP3 туда закупим. Люди смогут приехать и попробовать свои силы практически на любой технике.

- А ты спортом много сейчас занимаешься?

– Не особо. Как и раньше, в принципе. Бегаю, в футбол много играю, люблю больше рваный темп. Для сердца полезно. Когда был в «Формуле-1», то ел кусочек лосося на пару с овощами. Нормально! Раньше я пил много воды, пил все эти энергетики, которые полезные, но со временем я отошел от всего этого, и мне хватает сил.

- А в качалку любишь ходить?

– Ну надо иногда гантели потягать. С маленькими весами и побольше. Я не хочу качаться.

- А шея как после «Формулы-1»?

– У нас закрытый кокпит и нету таких перегрузок. Но какие-то есть. Например, гонка по Себрингу была похожа на заезд по Сингапуру, когда из машины не вылезти. Не знаю, сколько я там килограмм потерял, но сидел и минут 10 себе холодной воды лил, чтобы просто прийти в себя.

Старт карьеры, «Ле-Ман», «Уильямс»

- В том возрасте, когда Макс Ферстаппен дебютировал в «Формуле-1» и выиграл первую гонку (18 лет — Sports.ru), ты еще ни разу не сидел за рулем и в итоге обошелся без картинга. Расскажи, как ты решил гоняться.

- Я просто любил машины. Очень любил ездить с папой на автодроме. Он все-таки занятой человек, и мы попросили тренера выборгского, ездившего в ралли — я с ним начал ездить. Нам говорят: надо на соревнования ехать. Мы поехали на соревнования — лед, зимние трековые гонки, ралли-спринты. Я даже не знал, что кольцо существует. Я тогда боролся с Юрой Ничипоруком — это был мой главный конкурент. Когда я его сделал, я так радовался! Понял, что он лучший в своем деле, да и по натуре он человек спокойный – вместе с ним мы перешли в Кубок ЛАДА. «Формулу-Русь» мы с ним выиграли, «Кубок Поло» с ним выиграли. Грубо говоря, он меня всему научил — как относиться ко всему вообще и абстрагироваться от всего, что происходит рядом с тобой. Не обращать на всяких дураков внимания, не грызть себя изнутри всякими сплетнями…

- Получается?

– С ним — да. А потом, к сожалению, его не стало. Было сложнее чуть-чуть, особенно в «Формуле-1», когда многие люди были больше против нас, чем за. Нелегко было.

- Помню, ты когда еще ездил в GP2, то параллельно участвовал в гонках LMP2. Что это была за машина?

– В 2007 году было, «Кураж». Мы лидировали в гонке, но эта машина была какая-то проклятая: мы весь сезон ехали ровно 5 часов и 45-50 минут, а потом ломалась коробка передач.

- А тебе «Ле-Ман» нравится?

– Он прикольный.

- Петров будет на подиуме в «Ле-Мане»?

– Фух… Да, мы должны. Сделаем все для этого.

- Наката хватает? В чемпионате мало гонок.

– Да это вообще бред, что они придумали. Этот суперсезон — такая чушь. Ну правда.

- А почему ты тогда не едешь «Бланпен»? В прошлом году ты ехал на «Мерседесе», Миша Алешин — на «Феррари».

– Честно? Его интересно выиграть и поставить точку, захлопнуть дверь и уйти оттуда. Мне не понравилось, что там не соблюдают правила. Во время квалификации ты едешь на быстром круге, а машины выезжают из пит-лейн и специально тебя блокируют. В тренировках мы показывали лучшие времена, были в тройке и пятерке по отношению ко всем — у нас был очень быстрый экипаж. Но в квалах, блин, мы не показали ни одного быстрого круга, чтоб попасть в топ-5 или еще что-то. Ну ладно, это трафик, но правила есть правила: если ты кого-то заблокировал — тебе дадут штраф. В «Бланпене» такого нет — как хочешь, так и справляйся с этой задачей. Мне поэтому серия не очень понравилась.

- Ладно, но есть кузовные гонки, где уже нет никаких любителей. Я вот фанат NASCAR и V8 Supercars – это Америка и Австралия. Нет желания никакого?

– Есть. Интересно попробовать. Я же давно говорил: я очень хочу «Индикар» попробовать.

- У тебя есть менеджер?

– Я сам себе менеджер, мне не нужен никто. После «Формулы-1» я остался один, пошел на этот риск и оказался там, где оказался. Сам договаривался о ДТМ, договорился и с «СМП».

- А если захочешь поехать в V8 Supercars, не будет с «Мерседесом» проблем? Какие там марки – «Холден» австралийский, «Форд», «Ниссан».

– Там нужно просто вникать, как и в «Ле-Ман». До того, как прийти в «СМП» и поехать в 2016-м, я скачал каждую гонку, квалификацию и тренировку, все онборды.

- Ты должен «СМП» заинтересовать — сказать им: «А давайте поедем в Австралию!».

– Они скажут «А зачем?». Наверное, им не особо это интересно. Я это понимаю и мне тяжело у них просить, потому что они лучше поддержат молодого какого-нибудь из «Ф-4».

- По поводу молодого: вот скажи, что сейчас делать с Сергеем Сироткиным? Вот прям сердце разрывается. Он с одной стороны молодой, а с другой — как будто все. И вот этот «Уильямс» проклятый, не побоюсь этого слова. Это посмешище сейчас в паддоке. Люди между собой просто смеются, все иностранцы.

– Просто хочется знать правду. Я не говорю, что знаю, что там на самом деле, но есть только два варианта: либо действительно — хотел матом сказать, но не буду — проиграли сезон в том плане, что построили просто говномашину. Настоящую говномашину! Либо строили ее неумелые руки, либо просто не угадали в каком-то направлении и получили. Либо просто украли бабки. Заработали, убрали в карман.

Алексей Попов нахамил критику его комментария на Гран-при Азербайджана. Через ютуб

Чемпион «Формулы-1» потроллил Алексея Попова за внешний вид перед Гран-при Азербайджана

Фото: instagram.com/vitalypetrov; instagram.com/popovf1; instagram.com/smp_racing; globallookpress.com/Gruppe C/Hoch Zwei, Panoramic/ZUMAPRESS.com; Gettyimages.ru/Paul Gilham, Clive Mason

+66
Реклама 18+
Популярные комментарии
dimonivanov
+103
Петрова безмерно уважаю. Он легенда, первый российский подиум, этого уже не отнять.
Nubreed
+62
Автораздел тухлый из-за того, что гонки на спортсе мало кого интересуют. Все топят только за футбол и хоккей + тут существует отдельная секта фигурного катания...
Ответ на комментарий tenmanager
«Алексей Попов по сей день остаётся безальтернативным источником репортажей, инсайдов...»

Ну это объясняет, почему на спортс такой тухлый атораздел.
Английская пресса? Итальянская пресса? Немецкая пресса? В конце концов есть классные подкасты у Росберга и Палмера. Нееее, у нас есть попов.
Алихан Михайлянц
+36
Самый приятный наш пилот)
tenmanager
+34
«Алексей Попов по сей день остаётся безальтернативным источником репортажей, инсайдов...»

Ну это объясняет, почему на спортс такой тухлый атораздел.
Английская пресса? Итальянская пресса? Немецкая пресса? В конце концов есть классные подкасты у Росберга и Палмера. Нееее, у нас есть попов.
doctor.morge
+24
Европеец и не задумается о распиле, а у русского одна из первых вещей на уме. Разница в менталитете.

\

Ну это вы преувеличиваете. Погуглите к примеру "Берлинский аэропорт".

Тут вопрос не менталитета, а именования понятий. Лоббизм официально разрешен, плата за решение вопросов тоже. Потому что места за столом где взрослые решают вопросы заняты уже лет сто.

Вопрос в том, что у нас нынешняя система лоббирования немного смешная, как в мавзолее, через доступ к телу. А вообще распил удел тех, кто не допущен за стол к взрослым.

PS Кстати, Вильямс вполне допущен как оказалось к военным заказам сомнительной полезности. Решили же как то вопрос.
Ответ на комментарий privet100
Европеец и не задумается о распиле, а у русского одна из первых вещей на уме. Разница в менталитете.
Написать комментарий 29 комментариев

Новости

Реклама 18+