«Баскетбол снова вернется в Сиэтл. И я все еще буду здесь, когда это случится». Шон Кемп вспоминает «Соникс»

Оригинал – The Players’ Tribune

Когда люди видят меня в Сиэтле, то они подходят и спрашивают что-то вроде «Эй, мужик, где ты нынче живешь?».

«В Сиэтле. Я никогда не уезжал отсюда».

Никто не верит мне, когда я говорю, что фактически остался тут с 1989-го. Ну, то есть, после того, как я покинул «Соникс» и отправился в «Кливленд» – это было примерно в 97-м – я немного поездил перед окончанием карьеры. Но даже когда я играл в Италии, то никогда не продавал свой дом в Сиэтле. В моей голове даже не было никаких сомнений, что я когда-то вернусь. И, вы знаете, многое здесь поменялось. Сердце этой культуры все еще бьется. Но многое изменилось.

Город стал другим без баскетбола. Все не так, как было обычно.

Сейчас об этом вспоминаю с улыбкой на лице, но когда-то в 1989 году я был самым молодым игроком в НБА. 19-летний парень – не боюсь признать, что я абсолютно ничего не знал о том, как быть профессионалом, жить самостоятельно и все такое. Хотя, я действительно не придавал этому большого значения. Я был молод. Я был голоден. Я хотел данчить через этих дураков, играть по ночам, а затем данчить через них снова на следующий день.

И мне повезло. Многие из тех, кто приходят в лигу с таким настроем, не задерживаются в ней долго. Я учился у таких ребят, как Ксавьер Макдэниэл, Нэйт Макмиллан, Майкл Кейдж – ветераны, которые играли за «Сиэтл», когда я попал туда. Все они сразу научили меня, что игра состоит из большего, чем просто искать возможности для данка.

Мой первый год стал большим переходным периодом. Я был подростком, который должен был начать следовать правилам, тяжело работать в зале каждый день, изучать тренерские отчеты в свободное время – короче говоря, учиться баскетболу. Они всегда говорят: «Это работа», но это становится действительно работой только тогда, когда ты учишься принимать данный факт.

Так что вот таким был мой первый год – понемногу я взрослел. Когда я вернулся перед своим вторым сезоном, то был готов полностью показать свой потенциал. Не собирался позволить кому-либо отвлекать меня, хотел доминировать на площадке.

У нас был второй пик на драфте в том году.

Мы выбрали этого парня, которого зовут Гэри Пэйтон.

О нем уже много говорили, особенно в округе Орегона и Вашингтона. Он играл за национальную сборную NCAA. Уже был на обложке издания Sports Illustrated, все такое.

Я помню, когда впервые увидел его в деле. Это было в моем первом году в лиге. Думаю, что в пятницу в полдень. Наш генеральный менеджер Боб Уитситт вызвал меня к себе и сказал посмотреть по телевизору игру между Орегоном и Южной Калифорнией – была возможность, что этот самый Гэри может стать моим будущим одноклубником. Знаете, это было прикольно, когда генеральный менеджер просит тебя побыть скаутом и действительно посмотреть и изучить игру проспекта. К тому времени я пытался быть профессионалом и хорошим товарищем. Я хотел серьезно относится к своей работе.

И знаете, что я лучше всего запомнил с того матча? Разговоры от Гэри. Не то, как он вел мяч или защищался, а его разговоры. Он говорил что-то каждому. От начала встречи до финальной сирены этот чувак ни разу не затихнул – и он говорил со злостью, не просто подшучивал. На обеих сторонах площадки, ребятам на скамейке, фанатам Южной Калифорнии, судьям – не имело значения. Все были под угрозой. Я помню, как подтянулся поближе к телевизору, чтобы попытаться понять, что он говорил тренеру соперника. Тренеру соперника! Юноша из колледжа. Я обожал это. У Гэри всегда было что сказать каждому.

Если я не ошибаюсь, в той игре он набрал 58 очков.

Как только прозвучала финальная сирена, я позвонил в наш фронт-офис.

«Если мы получим такого парня, как он, вам не потребуется делать что-либо, дабы мотивировать меня».

Вот что я им сказал.

«Мы должны задрафтовать Гэри. Вдвоем мы станем успешными».

Берни Бикерстафф был моим тренером в дебютном сезоне. В следующем году его заменил Кей Си Джонс и к нам пришел Гэри. Они сразу же не поладили. Однако, спустя долгие годы Пэйтон и я до сих пор говорим о том, насколько многому Кей Си нас научил, насколько важным он был для нашего развития. Он был жестким, но вы должны помнить, Кей Си пришел к нам из «Бостона», чемпионской культуры, тренируя одних из лучших игроков в истории лиги. Он рисовал на доске розыгрыши для Ларри Берда и Кевина МакХэйла.

А затем, внезапно он должен был рисовать розыгрыши для Шона и Гэри. Мы были детьми. У нас было много таланта, но мы еще не знали, что с ним делать.

Я думаю, в баскетбольном мире недостаточно ценят то, что сделал Кей Си для «Соникс». Даже в тот год он многому научил нас о профессионализме вне площадки так же, как и в тренировках и играх. Мы с Гэри все еще говорим о том, какой фундамент он нам заложил для последующих лет.

Одной из тех вещей, где у меня были проблемы – это выкладываться каждую игру. В НБА ты должен быть готов побеждать в каждом матче. Я знаю, что это клише, но правда в том, что нам посчастливилось попасть в «Соникс». Они уже были командой с положительным балансом побед и поражений, имели в составе ветеранов, которые знали лигу. Мы могли выходить и блистать, играть в довольно замечательный баскетбол, просто на инстинктах. Вне площадки мы с Гэри могли проводить все наше время в баре или просто слоняться без дела где-либо. Но великие команды НБА никогда не отдыхают. Ты вкалываешь на тренировке всю неделю и внезапно, когда ты играешь против одной из этих команд, они тебя разделывают на части.

Я помню, как Ксавьер Макдэниэл напрямую сказал мне, что лучше бы нам не проходить через это. Другие ветераны в команде не хотели тратить время, и не только потому что их карьера близилась к завершению. Это было потому, что они относились к работе, как профессионалы.

Ксавьер и те ребята спасли меня и Гэри от непримечательной карьеры. Они давили на нас и пытались научить ответственности. Это забавно, поскольку я был слегка проще в роли ученика для этих ветеранов. Всем пришлось потратить некоторое время, чтобы понять Пэйтона. Как я уже говорил, что когда попал в НБА, то был уверенным, но все еще ребенком. Думаю, что распознал – все остальные смотрели на меня как на подростка, который только что закончил школу в Индиане. Когда старшие ребята говорили мне делать что-либо, я делал это. Никогда не возмущался. Это то, через что проходит каждый новичок. Возможно тебе нужно будет собрать чей-то багаж, захватить кому-то Колу или колоду карт. Я никогда не имел ничего против.

Хотя вот Гэри… Нет. Он не хотел делать эти вещи.

Его задрафтовали под вторым пиком и он ходил вокруг с таким видом, чтобы всем стало ясно – собирать кому-то багаж не прописано в его контракте. Изредка это раздражало парней, но обычно никто не обращал внимания, поскольку они знали – у Гэри были необходимые навыки и доброе сердце, чтобы отступать от своих слов. В его дебютный год в лиге это видел каждый – он может стать будущим «Соникс». Но если ты собираешься выгонять каждого игрока или тренера, который первоначально не поладил с ним, тогда твоя скамейка не будет особо глубокой. Так что у нас был период, когда мы все привыкали к Гэри. Но это того стоило.

Как только он начал выходить на площадку, все увидели, насколько нам повезло – и не играть против него в том числе. Трэш-ток от Пэйтона в адрес каждого на тренировках мотивировал нас. Делал нас лучше. Он был проблемой, но он был нашей проблемой.

Есть одна история о предсезонной игре, которую рассказывает Гэри – он вызвал на дуэль Майкла Джордана и тот опозорил его. Я помню это. Я думаю, что для остальной команды, когда Гэри подошел к нему и сказал что-то, это было… это было символично. Это был большой знак. Малыш собирается драться с задирой со школьного двора.

Мне повезло увидеть Джордана в его прайме в ранних 90-х – МВП, который готов убить тебя. На тот момент я был в лиге только один год, но черт, ни для кого не понадобилось много времени, чтобы понять – когда ты играешь против Майкла Джордана, ты можешь хоть проводить лучшую игру в жизни, хоть играть на домашней арене, в свой день рождения – у него могла быть чертова простуда – что угодно. Все прогнозы могут быть на твоей стороне, а потом Майкл набирает 25 очков в первой половине, высовывает язык… делает вызов твоему клубу как организации. Он жил этим.

Так что когда мы увидели, насколько бесстрашным был Гэри с Майклом, то поощряли это. Мы все говорили ему продолжать, не отступать. Пэйтон дал нам всю эту неуступчивость и желание бороться, которое продолжалось многие годы в «Сиэтле». Спустя некоторые годы мы заслужили репутацию. «Сиэтл» был хорош физически. Мы не боялись никого. Не имеет значения, проигрывали ли мы или выигрывали, эта команда «Соникс» была особенной, поскольку мы всегда считали, что у нас есть шанс.

Это был момент новичка для Гэри, и это было не так уж и плохо. Майкл был Майклом.

Когда я впервые сыграл против Билла Лэймбира, то почувствовал все на себе. Это было в 1989-м. Будучи новичком, я выходил со скамейки. «Бэд бойз» в Детройте все еще были на ходу после первого чемпионства.

Я хорошо играл на протяжении нескольких недель. Мы побеждали и я данчил через всех. Тогда казалось, что буду доминировать всегда. Это напоминает игры с более низким кольцом против соседних детей. В тот вечер к нам пожаловали «Пистонс» и это произошло в начале встречи. Я открылся и заданчил через Билла Лэймбира. «Дейтрот» взял тайм-аут. Я чувствовал себя хорошо. Подбегая к своим парням, я увидел, как Билл ловит меня глазами.

«Он смотрит на меня?»

Он ведь не специально пялится на меня. Я только что задачил через этого парня.

Так что я ответил ему взглядом глаза-в-глаза.

«Бэд Бойз» получили этот никнейм не только лишь потому, что были хороши в защите. Они были плохишами. Готовы искалечить тебя. Я действительно никогда ранее не играл в баскетбол против таких парней.

Тайм-аут подошел к концу, мы взяли подбор, и на другой стороне площадки кто-то дал пас мне в краску.

Лэймбир дышал мне в спину.

Я не знаю, что произошло затем. Я очнулся в больнице.

–--

Хочу рассказать вам одну вещь. Я начал спать намного больше, чем раньше.

Все эти выходы из дома, походы по клубам вместе с Гэри после игр. Чувствую, как будто это было так давно. Однако, мы все еще собираемся вместе время от времени. Но сейчас это уже не то.

Наши мамы стали подругами. Я знаю сеьмю Гэри, а он очень хорошо знает мою. Не так давно мы даже наблюдали за тем, как наши сыновья играют за колледж друг против друга в Сиэтле. Это выглядит сюрреалистично. В те года мы привыкли шутить, что когда-то будем вместе наблюдать за игрой наших сыновей. И сейчас сложно поверить в то, что это осуществилось. Быть возможным поделиться опытом с нашими детьми и с семьями друг друга … если вы посмотрите, какими мы были тогда, и насколько многое изменилось спустя годы, это выглядит безумием.

Я был отцом всю свою карьеру. Я потерял многие моменты своей семьи в то время, когда играл, и об этом теперь тяжело думать. И могу сказать вам, что я безусловно не всегда был лучшим образцом для подражания для своих детей. Но я всегда пытался учиться. И в итоге ты учишься этому, как баскетболу – каждый день, что важно.

Отцовство, баскетбол. Это все отнимает время. За исключением отцовства, никто из тренеров или ветеранов не ставит целью убедиться, что ты все делаешь правильно. Это твой собственный путь от начала и до конца. Я благодарен за свою семью, свою карьеру и за прочную дружбу с некоторыми ребятами. Благодарен за все.

«Стоктон и Мэлоун» – мы с Гэри часто повторяли это на тренировках. Они были теми, на кого мы смотрели в первую очередь, пытаясь улучшить нашу игру. И это забавно, невозможно упоминать одного из них, не подумав сразу же про другого.

Сейчас это честь, когда я слышу от людей, что они говорят так же про Гэри Пэйтона и Шона Кемпа. Это нечто вне баскетбола – история на площадке и настоящая дружба вне ее, даже спустя все эти годы.

Я все еще здесь, в Сиэтле. Женат на протяжении 23 лет. Когда-то проводил все свое время в разъездах, а сейчас я муж и отец. Я наблюдал за тем, как стремительно меняется город, но здесь все еще живут страстные фанаты. Этот город все еще любит баскетбол, даже не имея свою команду. С самого первого дня своего прибытия люди так хорошо ко мне здесь относились. И любовь длится гораздо дольше, чем моя карьера. Меня снова приняли с распростертыми объятиями сразу же после ее завершения.

Благодаря баскетболу я увидел весь мир. И после того, как я увидел так много за столько лет, все еще могу сказать с полной уверенностью – не хотел бы жить в любом другом месте на планете.

Но кое-что неправильно. Чего-то не хватает. Мы нуждаемся в наших «Соникс».

Столь многие величественные спортивные моменты случились здесь. Столь многие легенды баскетбола показывали себя в Сиэтле. Я знаю, что появление новой команды в НБА может быть хлопотным делом, но ты не чувствуешь здесь близость к лиге без «Соникс».

Я верю, что это случится – в один прекрасный день у нас снова будет команда. Не знаю, когда и как, но я ощущаю это. Баскетбол снова вернется в Сиэтл.

И я все еще буду здесь, когда это случится.

 

Фото: Gettyimages.ru/Brian Bahr/Allsport, Andreas Rentz/Bongarts, Rick Stewart, Jonathan Daniel, Otto Greule Jr

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Supersonics
+175
Популярные комментарии
Юрий Жуков
+45
Reignman. Никакого нах.. дождя
Ответ на комментарий peter bjorn
It’s rainin’ man
Макс Погорелый
+23
Замечательная статья. Отличная была команда! Конечно, не смотря на прошествие стольких лет, верим, что команда из Сиэтла снова вернется в НБА! Хотелось бы, чтобы и с таким же названием. Просто к сведению - Шон Кемп единственный в НБА (да и вообще), который в прыжке доставал до верхнего края баскетбольного щита, легко! Забивал данки босиком, предворяя теперешний неофициальный конкурс по данкам в носках.
peter bjorn
+14
It’s rainin’ man
Allex_38rus
+11
Шон Кемп! Моя первая именная баскетбольная майка была именно #40 Kemp! Один из героев моей юности! Очень приятно вспомнить то время и баскетбол 90-х
AlexSPB
+8
В 90-ые мой любимый игрок... Помню, по утрам, перед тренировками, в метро, бежал за спорт-экспрессом, глянуть результаты матчем и самое главное-статистику)))) эх, ностальгия
Написать комментарий 24 комментария

Новости

Реклама 18+