Слуцкий больше не мой герой. Грустный итог этой весны
Мнение Глеба Чернявского.
Встреча с легендой – это всегда опасно. В 2011 году в «Ливерпуль» перешел Луис Суарес и сразу влюбил в себя. Я купил футболку сборной Уругвая с его фамилией, поставил Суареса на все заставки, смотрел матчи «Ливерпуля» и кайфовал от каждого его действия.
Когда объявили о товарищеском матче России и Уругвая в мае 2012-го в Москве, у меня была одна цель – сфотографироваться с Суаресом. В той игре Луис даже забил, и у меня не осталось сомнений, что все получится.
Реальность оказалась не такой сладкой. Я не раз видел, как Месси и Криштиану проходят мимо со стеклянным взглядом, никого не замечая, но тут ситуация была похуже. В ответ на робкую просьбу о фото Суарес посмотрел на меня с отвращением и пошел дальше.
Окей, он не обязан ни с кем фотографироваться и может отказываться с любым выражением лица, но тот взгляд я уже никогда не забуду.
Те годы – время общего восхищения Леонидом Слуцким. Он уже был суперпопулярным человеком в России, но со всеми дружил и с каждым был готов говорить о футболе часами. Даже со студентами, которым проводил лекции прямо после тренировок в Ватутинках.
У Слуцкого была особая система организации интервью: он не брал трубки с неизвестных номеров, а просил скинуть ему смску с запросом – в ответ присылал время и место разговора. Как раз по этой системе с смской мы с ним в 2014-м и договорились на интервью.
Я очень боялся разочароваться, как с Суаресом, но все прошло идеально: мы сели на лавочке в Ватутинках и очень интересно проговорили два часа. Тогда Слуцкий впервые сказал, что ради Европы готов поработать даже в Чемпионшипе.
После той встречи я убедился, что в нашем футболе нет человека замечательнее. И очень радовался, когда Слуцкого позвали в сборную, а он вытащил ее на Евро-2016.
И хотя на Евро случился кошмар (один из штрихов – по рассказам игроков той сборной, никто, кроме игроков ЦСКА, не понимал новый принцип организации обороны, но тренер был уверен в идее), Слуцкий продолжал активничать. Он уехал в Англию готовиться к радикально другому этапу карьеры – и все желали ему успеха.
Это было непривычное реалити-шоу: чуть ли не самый приятный человек из закрытого российского футбола, откуда никто из местных уезжать не стремился, учит язык с нуля, не стесняется ошибаться, шутить над собой. Фактически Слуцкий стал послом спорта от России на Западе. Открытым, интересным послом.
Но когда не получилось и пришлось вернуться домой, мы увидели уже немного другого Слуцкого.
Он стал капризным, вечно жаловался на судей и на всех обижался. Тренер будто бы вообще перестал воспринимать критику – в последнее время Слуцкий не общается со Sports.ru, «Матч ТВ», «Чемпионатом» и даже с главным казанским медиа «Бизнес Online».
Я слушал самые разные истории об обидах Слуцкого, но даже тогда продолжал отгонять плохие мысли. Мой Слуцкий оставался все тем же приятным мужиком с лавочки Ватутинок. К тому же «Рубин» радовал невероятными ироничными видео с тренером в главной роли, а еще был силен на поле: 4-е место по итогам прошлого сезона, неплохой футбол, приятные игроки.
И только последний сезон не оставил шансов болеть за Слуцкого дальше.
Тотально шокировал и расстроил мартовский перформанс в эфире «Матч Премьер» из-за недовольства судьей Мешковым. Что бы там ни было на поле, как можно дойти до полноценной истерики и бесконечного потока оскорблений, как можно так показывать уязвленность и искать причины неудач вовне?
Мой детский тренер Лев Георгиевич говорил: «Никаких разговоров про судей. Надо быть на две головы сильнее соперника. Одну голову отрезает судья, а на второй вы побеждаете». Банально, но классно и очень по-спортивному.
Очевидно, судьи ошибаются. И не только в матчах «Рубина» – доказано статистикой. Да, иногда неправильные решения приводят к фатальным последствиям, но это часть футбола. И фатальные последствия не могут мешать весь сезон или даже половину сезона.
Стало уже совсем чудовищно видеть, как Слуцкий даже не пытается относиться к проблеме проще и пытаться быть сильнее судей, а продолжает винить их во всех бедах.
Впрочем, даже это я ему прощал. Но с тем, что случилось дальше, я уже не могу смириться.
Для начала небольшой пример. Знаете, чем вратари отличаются от полевых? Они никогда не сдаются. Бывает, счет уже 0:7, оборона встала, никто не бьется, на кипера выходят три в ноль, а он все равно сражается – для него ужасно пропускать 8-й, 9-й и 10-й.
Слуцкий этой весной – это вратарь, который сдался и наблюдал, как ему забивают голы.
Он убедил себя, что раз лучшие легионеры уехали, без них уже ничего не выиграть. Стал ли состав «Рубина» слабее, чем у «Урала», «Химок», «Нижнего Новгорода», «Уфы» – соперников по борьбе за выживание? Дюпин, Тальби, Самошников, Зуев, Зотов, Игнатьев, Абильгор – все они прекрасно могли играть в основе и без отъезда других иностранцев.
Слуцкий не хотел драться, не хотел пройти этот челлендж, как, например, сделал «Краснодар», который с составом из «Краснодара-2» обыгрывал ЦСКА и «Локомотив». Слуцкий постоянно говорил про потери, демотивируя своих же игроков, будто не веря в них. Он ухватился за оправдание и успокоился.
Дело даже не в итоговом месте «Рубина». Важнее настроение, с которым клуб туда упал – с ощущением тлена и безысходности.
Вместо того чтобы вдохновлять игроков и цепляться за спасение в РПЛ, Слуцкий всю весну просто отбывал повинность. И довел «Рубин» до катастрофы.
После такого он точно больше не мой герой.
Телеграм-канал Глеба Чернявского о русском футболе
Фото: РИА Новости/Илья Наймушин, Максим Богодвид, Владимир Песня, Сергей Пивоваров
Не только клубы способны пройти очищение через ФНЛ, думаю и для тренера Леонида Викторовича будет момент всё переосмыслить, обдумать и переоценить.
Удачи ему.
з.ы МУСААААААААААА, БЕГИИИ!!!!
Насчет Слуцкого тоже согласен с Вами. Раньше он и для меня был героем. Выглядел мужик как спаситель всего российского. Все его жалобы, обвинения в проблемах других, отказ от критики, кажется, что Слуцкий как тренер просто сломался. И аналогия с вратарем мне тоже очень нравится. Действительно, выглядит так, будто он даже не пытается ловить мячи и его хватает только на гримасы от происходящего.
А ещё эти кумиры говорят о политике, медицине и других вещах. В которых вообще не разбираются. Но им верят. Они ж кумиры)
автор, может, про КБ и не нужно писать? глядишь, и поток минусов иссякнет, и воспринимать начнут, как взрослого
Мне кажется,что он просто выгорел психологически.
Леонид человек конечно не слабый морально, он просто мягкий. Там где тот же Карпин сохраняет самообладание общаясь со разозленными болельщиками а Черчесов переходит в словесную контратаку против СМИ, Леонид просто плывёт. Ему тяжело даётся работа под давлением и в связи с этим у меня вопрос - справится ли он с возвращением Рубина в РПЛ в следующем сезоне? Матчей будет больше, ряд игроков покинут клуб, команду будет нужно создавать с нуля а другого результата кроме как победы в ФНЛ от Леонида не примут. Каждый его матч будет рассматриваться под микроскопом.
Так что это не признание конца Слуцкого, а очередное подтверждение того, из чего сделаны наши (да и не только наши - но конкретно в этом случае речь про наших) прекрасные спортжурналисты
При этом против Спартака (ни на что не намекаю - в Спартаке и без Рубина полно умельцев придумать себе проблемы) Рубин бьется в кровь, а против других безвольно протягивает ножки (да против той же Уфы - во что Рубин играл во втором тайме до второго гола?).
Но сейчас козел отпущения Слуцкий - и, думаю, в следующем сезоне (если Рубин не расформируют) Рубин (не без некоторого количества «неожиданных» поражений) достаточно легко вернётся в РПЛ, те же журналисты будут петь ему дифирамбы, говоря о том, как он «перезагружает карьеру» и др. А на вещи немного более высокого порядка никому дела снова не будет;)
Васюкинские шахматисты внимали Остапу с сыновьей любовью. Остапа несло. Он почувствовал прилив новых сил и шахматных идей.
— Шахматы! — говорил Остап. — Знаете ли вы, что такое шахматы? Они двигают вперед не только культуру, но и экономику! Знаете ли вы, что шахматный клуб четырех коней при правильной постановке дела сможет совершенно преобразить город Васюки?
Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно.
Ослепительные перспективы развернулись перед васюкинскими любителями. Пределы комнаты расширились. Гнилые стены коннозаводского гнезда рухнули, и вместо них в голубое небо ушел стеклянный тридцатитрехэтажный дворец шахматной мысли.
— Это он! — закричал одноглазый. — Ура! Ура! Ура! Я узнаю великого философа-шахматиста, старичину Ласкера. Только он один во всем мире носит такие зеленые носочки.
— Не беспокойтесь, — сказал Остап, — мой проект гарантирует вашему городу неслыханный расцвет производительных сил. Подумайте, что будет, когда турнир окончится и когда уедут все гости. Жители Москвы, стесненные жилищным кризисом, бросятся в ваш великолепный город. Столица автоматически переходит в Васюки. Сюда переезжает правительство. Васюки переименовываются в Нью-Москву, а Москва — в Старые Васюки. Ленинградцы и харьковчане скрежещут зубами, но ничего не могут поделать. Нью-Москва становится элегантнейшим центром Европы, а скоро и всего мира.
Гроссмейстер вошел в зал. Он чувствовал себя бодрым и твердо знал, что первый ход e2 — e4 не грозит ему никакими осложнениями. Остальные ходы, правда, рисовались в совершенном уже тумане, но это нисколько не смущало великого комбинатора.
Остап не баловал своих противников разнообразием дебютов. На остальных двадцати девяти досках он проделал ту же операцию: перетащил королевскую пешку с е2 на е4. Один за другим любители хватались за волосы и погружались в лихорадочные рассуждения. Неиграющие переводили взоры за гроссмейстером. Единственный в городе фотограф-любитель уже взгромоздился было на стул и собирался поджечь магний, но Остап сердито замахал руками и, прервав свое течение вдоль досок, громко закричал:
— Уберите фотографа! Он мешает моей шахматной мысли!
На третьем ходу выяснилось, что гроссмейстер играет восемнадцать испанских партий. В остальных двенадцати черные применили хотя и устаревшую, но довольно верную защиту Филидора. Если б Остап узнал, что он играет такие мудреные партии и сталкивается с такой испытанной защитой, он крайне бы удивился. Дело в том, что великий комбинатор играл в шахматы второй раз в жизни.