Реклама 18+

«Кросби с Бержероном задавали тон тренировкам – подходили к ним как к игре. Они уже были феноменальными». Тренер, собравший лучшую команду в истории МЧМ

От редакции Sports.ru: вы находитесь в блоге Hockey Books, который полностью перевел две огненных автобиографии – Фила Эспозито и Шона Эйври, очень умную книгу про хоккейную аналитику, а сейчас взялся за издание о молодежном хоккее с кучей интересных историй. Поддержите авторов плюсами, подписками и комментариями, чтобы крутые переводы чаще появлялись на Трибуне и в вашей ленте.

Вам классно заходят переводы интервью из подкаста Spittin’ Chiclets, а потому я просто не мог не порадовать вас огненным выпуском с Брентом Саттером. Сам Райан Уитни сказал, что это интервью точно входит в топ-5 за всю историю проекта.

Чем же оно так хорошо?

Во-первых, это интервью с одним из Саттеров. В них легко запутаться, но после этого текста, который, как всегда, получился на 30 страниц, вы точно научитесь отличать Брента от, например, Дэррила.

Во-вторых, тут снова много про молодежный хоккей, что хорошо перекликается с публикациями книги «Пока горят огни». Особенно с шестой главой.

В-третьих, где вы еще прочитаете кучу забойных баек про молодежку, НХЛ 80-х, Кубки Канады и МЧМ? Да еще и от одного и того же человека? Вот-вот.

Ну и немножко попиарю себя – имею право :) Помимо КХЛ и МХЛ я освещаю НХЛ на Старт ТВ в качестве редактора и комментатора. Недавно мы запустили историческую рубрику. Если вам нравятся истории и кадры про хоккей былых времен, то смело подписывайтесь на нас в соцсетях – у нас ежедневно выходит по сюжету. Например, в инстаграме – @kanal_nhl.

Напоминаю, что если вам нужны автобиографии Шона и Фила в формате EPUB, то напишите мне здесь – в личку на Sports.ru. Электронная версия книжки про аналитику пока не готова.

Если хочется помочь проекту материально – внизу есть номер нашей карты.

Дальше – слово Полу «Бизу» Биссоннетту, Райану «Уиту» Уитни и РА (Rear Admiral или Контр-Адмирал – это прозвище Брайана Макгонагала, со-ведущего подкаста). Впереди километры букв. Читайте на свой страх и риск.

РА: Мы рады приветствовать нашего следующего гостя. Он отыграл более 18 сезонов в НХЛ в составе «Айлендерс» и «Чикаго» и выиграл два Кубка Стэнли на Лонг-Айленде в 80-х. В качестве тренера он дважды привел сборную Канады к золоту МЧМ, а также выиграл Мемориальный кубок. Кроме того, он пять лет тренировал «Нью-Джерси» и «Калгари», после чего вернулся в Альберту, где сейчас совмещает посты президента, генерального менеджера и главного тренера в клубе WHL «Ред Дир Ребелс». Спасибо, что пришел к нам на подкаст Spittin’ Chiclets, Брент Саттер. Как дела, дружище?

– Привет! Все классно.

Уит: Нихера себе представление! В хоккее вообще еще хоть что-то осталось, что он не попробовал?

Биз: Он еще автобус водит.

Уит: И обед на команду готовит!

*Все смеются*

– И масло в автобусе я тоже меняю.

РА: С суровым лицом.

Биз: С ума сойти!

РА: Как вам там с командой на арене-то живется? Ты вместе со всеми там ночуешь?

– Неа.

*Все смеются*

Уит: Ни в коем случае!

РА: Ну и правильно. Зачем там президент клуба?

– На самом деле у нас для сотрудников клуба две ложи есть. У нас два сотрудника посменно ночуют с игроками. Так что дети всегда под присмотром. Мы все, включая меня, попадаем под тот же протокол, что и те команды, чьи игроки живут в приемных семьях. Так что мне разрешено находиться на катке и на ферме – вот и все, в общем-то. Больше толком никуда ходить нельзя.

РА: Как к этому относятся игроки? Быстро привыкли?

– Ты знаешь, игроки прекрасно к этому отнеслись. Они сами выбрали такой вариант – причем не раздумывая. Мы дали им три варианта на выбор: жить в приемных семьях, в отеле или здесь. Учитывая все протоколы, если жить в приемной семье, то находиться можно только дома и на катке. Такая же ситуация с отелем. Получается, что за пределами катка ребята не могли бы видеться.

Биз: Мда уж.

– Я решил, что так будет лучше с точки зрения организации. Мы сошлись во мнении с моим сыном Мерриком, который работает в клубе старшим вице-президентом (по хоккейным операциям – прим. пер.), и племянником Шоном, занимающим пост помощника генерального менеджера. Мы решили, что игрокам будет лучше жить здесь, но все равно предоставили им выбор. Мы поговорили с ними и приняли решение практически единогласно. Все хотели жить на катке, чтобы проводить время вместе и заниматься чем-то помимо тренировок и работы в спортзале.

Да и тут полно всего, чем можно развлечься. У ребят есть баскетбольные кольца, настольный теннис хорошо им зашел – даже турниры по нему проводят. У нас куча всего стоит в фойе над нижним ярусом. Еще мы почти все велотренажеры и прочее из зала наверху перетащили в фойе – в целях социального дистанцирования. Еще ребята в карты играют. Ну и видеоигры и прочее, конечно же. В телефонах сидят. Телевизоры повсюду стоят.

В разных уголках арены все устроено на лад гостиной комнаты, где тренеры сидят. Кормят нас просто невероятно. У нас доставка прям на каток. Так что в плане питания ребята ни в чем себе не отказывают. Лучшего не придумаешь.

Уит: Вне всякого сомнения ты превратил «Ред Дир» в одного из грандов WHL. Круто, что ты сам там играл, а теперь тренируешь.

Я вообще хочу поговорить про твою семью. Вы же настоящая хоккейная знать. Если кто не в курсе, в НХЛ играли 6 братьев Саттеров, они выиграли 6 Кубков Стэнли и суммарно провели в лиге более 5000 матчей. Кстати, есть ведь и седьмой брат – Гэри. Причем, я так почитал, вы все говорите, что он играл лучше вас всех. Только он так и не заиграл же в итоге. Я правильно вычитал, что он решил остаться на ферме и заниматься хозяйством?

 
 
 
Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от GONGSHOW® (@gongshowgear)

– Гэри мог играть на любой позиции, кроме вратарской. А так он и в обороне, и в нападении хорош был. Гэри был неуступчивым игроком и всегда на взводе. Его то и дело дисквалифицировали за колющие удары и подобные вещи. Он играл жестко. Однако в возрасте 16 лет ему и нашему брату Брайану пришло приглашение из «Ред Дир Растлерс» – команды класса Junior A. Гэри отклонил их предложение. У него девушка была в родном городе – причем из непростой семьи. Гэри остался дома, чтобы помогать ей, и решил не лезть в профессиональный хоккей (Саттеры родом из города Вайкинг, который находится в 220км от Ред Дира – прим. пер.).

А вот Брайан поехал. Вот, в общем-то, и все, если вкратце. Гэри остался дома в Вайкинге и женился. К сожалению, где-то через год-полтора они развелись. Как-то так.

Биз: Я вот что хотел спросить: а ваш отец наверняка играл в хоккей? Вы же выросли в Вайкинге. Там больше и заняться толком нечем, кроме как в хоккей на пруду играть – там же очень холодно. Я к тому, что он на вас как-то давил?

– Совершенно нет. Батя вообще не играл. Ну, точнее, он играл – в рабочих ботинках на замерзших болотцах. И все время с шайбой. Потому что стоило нам к нему подойти, как он сразу колющие начинал раздавать.

*Хохот*

Так что если он с нами играл на болотцах, то шайба всегда у него была. А так по-настоящему в хоккей он никогда не играл. Батя вообще на нас никогда не давил. Мы росли в маленьком городке, там все дети играли в хоккей. У нас в семье было семь мальчиков, на ферме хватало болотец. Почистишь лед – и играешь сколько влезет. В полнолуние могли и всю ночь напролет играть. А летом мы вытаскивали все сено с верхнего яруса амбара и играли там. Амбар у нас был большой, так что места хватало.

К нам приходили друзья с соседями – и мы устраивали турниры. По-всякому играли. Для нас хоккей не ограничивался шестью месяцами в году. Мы играли круглый год – просто по-разному.

Биз: Да вы наверняка бошки друг другу ##### откручивали в этом ###### амбаре. Представляю себе ваши махачи там.

– Знаешь, порой действительно было жестко. А потом слышишь, что кто-то по лестнице поднимается…

Уит: В ботинках!

– Приходил батя и говорил, типа, завязывайте. Не послушаешься – батя всем люлей раздаст (смеется). Так и жили.

Биз: А была же какая-то история, когда вы уже в молодежке играли, что он приехал к вам на игру – и там все в копах или что-то в таком духе? Мне кто-то что-то такое рассказывал.

– Рассказываю. Мы в том году стали чемпионами Канады (имеется в виду победа в розыгрыше Кубка Столетия молодежного уровня Junior A; Брент Саттер выиграл его в составе «Ред Дир Растлерс» в сезоне-1979/80 – прим. пер.). Мы играли против «Сент-Альберт Сейнтс» – с ними было серьезное дерби. В том году у нас хорошая команда подобралась – ее специально собирали под победу в чемпионате Канады: у нас самый маленький защитник в том сезоне был с габаритами 177 см и 95 кг.

Мы с братьями Ронни и Ричем были там на вторых ролях – пусть даже и довольно неплохо играли (Брент явно скромничает: в том сезоне он занял первое место в команде по очкам в регулярке и плей-офф, причем с огромнейшим отрывом – прим. пер.). Меня в том году как раз задрафтовали – «Айлендерс» меня в первом раунде выбрали как раз из того «Ред Дира».

Дело было так. Мы приехали в Сент-Альберт. Дерби между нашими командами всегда было забойным. Всегда потасовки возникали. И потасовки были не как сейчас, где по две драки. Тогда все с лавок на лед выпрыгивали, на скамейках никого не оставалось. Но тогда до этого даже не дошло.

Мы пришли на каток. Переоделись. Оставили краги в раздевалке. Они сделали то же самое. А потом мы просто вышли на лед и устроили махач.

*Истерика*

Болельщиков на арене толком не было, потому что это на разминке произошло. При этом все без клюшек вышли. Просто вышли на лед и стали драться. Настоящий дурдом. Дрались везде: в штрафном боксе, на трибуне… Генеральные менеджеры сцепились в фойе. Нас тогда Джон Чапмен тренировал – его в предыдущей встрече на 12 матчей дисквалифицировали, потому что он за судьей гонялся по льду после сирены в Шервуд Парке. Так что его там не было. Наш генеральный менеджер Грэм Парсонс в итоге под лавкой прятался. Их тогда отец Марка Мессье тренировал – Даг Мессье. А он жесткий тип.

Это был реальный ######. Драка в итоге в фойе продолжилась. На арене свет потом вырубили – это когда уже полиция приехала. А батя с мамой на эту игру ехали как раз. Им из Вайкинга до Сент-Альберта на машине примерно час или час с небольшим ехать – может быть, полтора. И вот они заезжают на парковку…

А там же как было: когда мы ушли со льда, полицейские нам сказали, мол, снимайте коньки, собирайте свои манатки, садитесь в автобус и убирайтесь из города.

*Истерика*

И вот мы грузимся в автобус, а на парковку батя с мамой заезжают. А мы там все с клюшками и баулами. Бросаем экипировку в багажное отделение внизу автобуса, толпимся вокруг него – все еще в форме. Батя подходит к нам и говорит: «Ну вы и ######## [идиоты]». Развернулся и уехал. Конец истории.

*Истерика*

Биз: Надо было маме с папой хоть на бензин подкинуть.

– А следующим утром у нашего брата Дэррила матч в Американской хоккейной лиге. Он только-только из Японии вернулся, где успел поиграть в том сезоне. И сразу в «Монктон Хокс» – фарм «Чикаго» тогда.

Наш матч был в среду вечером. На следующий день мне звонит Дэррил – в 6 утра. По Монктону это было в 9:30 или что-то в таком духе. И говорит: «Нихера себе! Что у вас там произошло?». То есть новость успела донестись до другого конца Канады.

Уит: И это до интернета!

– Именно. Никакого интернета тогда не было. А пресса об этом шумела. Во всех новостях передавали – все в курс дела вошли. Историю окрестили «Черной средой». Тот матч до сих пор так называют. И все из-за той потасовки. Это было что-то невероятное. Настоящий дурдом.

Биз: То есть по дороге на матч вы уже наверняка понимали, чем все закончится. Вы переживали как-то по этому поводу или, наоборот, с нетерпением ждали начала?

Уит: Биз, да он же альбертский парень из Вайкинга. Он этим живет!

– Тут надо отмотать на два года назад. Мы тогда, кстати, с братом Дуэйном вместе играли. Мне всего 15 лет. У «Сент-Альберта» тоже офигенная команда тогда была – за них тогда Марк Мессье играл. Причем у них возрастной состав – Марк там одним из молодых был. Ему 16, получается, потому что он на год старше меня. А с ним в команде играло много 20-летних, вернувшихся из топового молодежного уровня. Здоровые все еще. Прям здоровенные мужики. По крайней мере, мне в 15 так казалось.

В общем, мы встретились с ними в первом раунде плей-офф. Отец Марка – Даг – возглавлял «Сент-Альберт». Он был потрясающим тренером. Да и человек он отличный. Но тренером был жестким. Мы играли у Джона Чапмена – он тоже из жестких тренеров. Мы бились с ними на протяжении всего сезона. Несколько раз вспыхивали потасовки. И вот в первом раунде плей-офф в четырех матчах из семи были потасовки на разминке.

*Все в шоке*

Серия дошла до седьмого матча. Они обыграли нас 4:3. И перед игрой была потасовка по полной программе – это был дурдом.

Уит: Потасовка в седьмом матче… что?!

– Так тогда как было-то: обе команды на раскатке по всей площадке кругами катались – поэтому так и происходило. Мой брат Дуэйн зарядил одному из их игроков клюшкой с двух рук. Так все и началось в седьмом матче.

Мы проиграли 3:4. Так что мы думаем, что для нас сезон окончен. Садимся в автобус, приезжаем домой. У нас тогда в команде был 20-летний женатый парень, который только-только построил себе дом. Марли Скотт его звали. Мы всей командой завалились к нему – и тусили два дня напролет. Даже в школу никто не пошел. Два дня без перерыва тусили. И вот на второй день в полдень нам звонит Чаппи, наш тренер. И говорит: «Наш протест удовлетворили – будет восьмой матч в серии». И мы такие: «ЧЕ?!».

Спрашиваем: «Вы протест подали?». Он говорит: «Да». У нас же на льду было 20 человек – точнее, 19 по тому регламенту. А у них было 19 и потом еще трое из раздевалки вышли. Так что их было 22. Лига удовлетворила наш протест – и на следующий день надо было обратно туда ехать на восьмой матч.

Уит: И там вы снова подрались?

– Нет. Нас раздельно на разминку выпустили.

*Истерика*

– Так и было! Мы провели разминку раздельно. А потом мы проиграли в овертайме.

Биз: Эх…

– У нас все 19 человек с дикого бодуна играли. Счет 2:4… Точнее, 2:3. Я в конце третьего периода и сравнял – 3:3. Не знаю, разозлились ли на меня тогда партнеры – ведь пришлось овертайм играть (смеется).

*Все смеются*

Как бы то ни было, мы проиграли в овертайме – 3:4. И вот с тех пор мы постоянно с ними грызлись. На следующий год мне было уже 16. К нам пришел совершенно другой человек на позицию главного тренера и менеджера, который вообще не понимал масштабы этого дерби. И вот мы приехали в Сент-Альберт на выставочный матч. У нас тогда в составе был 15-летний паренек Даррен Маккей. В день игры тренер подходит к нам и говорит: «Ребята, вы сегодня не в составе».

Потому что он привел с собой в команду каких-то технарей. Маленьких и техничных ребят из Саскачевана, с которыми он раньше работал, потому что сам был оттуда родом. Он понятия не имел, что у нас там за дерби. Мы с Дарреном переглянулись – мол, отлично! Нам не придется в этом участвовать! Мы-то ведь понимали, что там произойдет (улыбается).

Мы садимся на трибуне, смотрим на часы. Выходят эти наши технари. Тут на льду появляется «Сент-Альберт» – и давай бросать по нашим воротам. То есть они бросают по нашим воротам со своей половины, а потом приезжают к нашим воротам и забирают шайбы. Ну вы поняли, что было дальше, верно? Наши смотрят на них и охеревают. Из прошлогоднего состава остались же только мы с Дарреном. В общем, понеслась. Все тут же превратилось в массовую потасовку. А мы с Дарреном сидели и смотрели на все это с трибуны. Что нам еще оставалось?

История получила продолжение. На следующий год у них была габаритная и возрастная команда. У нас тоже состав стал постарше. Чаппи вернулся в команду. Мой брат Брайан, кстати, был одним из партнеров, участвовавших в покупке команды. Сделку о продаже оформили летом, после чего они старательно подбирали персонал. У нас подобралась феноменальная команда – с кучей здоровых ребят. Кульминацией того сезона стала та самая потасовка, которую и назвали Черной средой.

И знаете, что самое страшное во всей этой истории? Отца Марка – Дага – пожизненно отстранили от хоккея после того матча.

Все хором: ДА ЛАДНО?!

Уит: А почему все на него свалили-то?

Биз: Потому что он вашего тренера под лавку загнал?

– Даг сошелся в рукопашной в средней зоне с нашим физиотерапевтом Терри Сексмитом.

*Все смеются*

У Терри было прозвище «Хук». Он играл в ECHL и Central Hockey League. Ему там пожизненную дисквалификацию выдали за то, что он ногой соперника по голове пнул. Вот такой у нас физиотерапевт был (в Северной Америке в детском и молодежном хоккее позиции физиотерапевта и менеджера по экипировке зачастую совмещает один человек – прим. пер.).

*Все в шоке*

Он всегда на взводе был. Если надо было заточить коньки между периодами, проще было самому это как-то сделать. А то попросишь об этом Терри – так он просто коньком в тебя с разворота зашвырнет. Поэтому между периодами у нас никто коньки не точил. Вот такая у нас команда была. Длительные дисквалификации то и дело прилетали. У нас генерального менеджера как-то на год отстранили или что-то в таком духе.

С отцом Марка и вовсе вот так вот получилось. Мне даже жаль было Дага, потому что он действительно был хорошим тренером. Он был, как и все тренеры в ту эпоху, постоянно напряжен. Он строил жесткие команды. Я всегда это уважал. Он был потрясающим тренером. Жаль, что все так произошло. В итоге Канада в лице Дага потеряла отличного специалиста.

Уит: Биз, прикинь, такого физиотерапевта попросить новый налокотник тебе выдать? А он в тебя просто взглядом впивается.

– (улыбается) Ну Биз, кстати, с ним поладил бы. Он вообще у Хука любимым игроком был бы.

Биз: Потому что мы с ним играли в одном духе?

– Ему бы понравился твой стиль.

Уит: А вот меня бы он ненавидел.

– Да, у тебя с ним были бы проблемы.

*Все смеются*

РА: Никогда раньше не слышал, чтобы кому-то так прилетало от физиотерапевта. Ну и история.

Брент, я вот что хотел спросить. Ты вот говоришь, что играл с братьями за одну команду. А были вообще случаи, когда вы играли друг против друга, и возникали подобные ситуации?

– Ты про драки? Скажу честно – у нас даже потасовок не было ни разу. Мы в молодежке вообще ни разу не сыграли друг против друга. Мы все играли за «Ред Дир», а потом перешли в «Летбридж». А оттуда уже все попали в НХЛ. Так что в молодежке за разные команды мы никогда не играли. В НХЛ же уже, конечно, играли. Мы с Дуэйном играли за «Айлендерс», Ронни и Ричи – за «Филадельфию».

Так что нас было четверо. Перед первой игрой телевидение, само собой, сильно раздуло историю. Четыре брата – по два в каждой команде. Началась заварушка…

*РА хихикает в предвкушении*

Нас разнимали игроки обеих команд. Типа, ребята, вы же братья, что вы творите? Но таких ситуаций, чтобы мы прям сбросили краги и стали драться, никогда не было.

Уит: Мне вот что интересно, Брент. «Айлендерс» выбрали тебя в первом раунде. После драфта ты играл в WHL в «Летбридже». А через два года ты отыграл полгода в молодежке, другие полгода в «Айлендерс» – там ты зажег и выиграл Кубок Стэнли. Тебя подняли из WHL посреди сезона? Или как там дело было?

– Поднимали меня и за год до этого. Тогда правила другие были. У «Айлендерс» тогда многие травмировались. Они отправились на выездную западную серию. Мне было 18 лет, и я играл за «Летбридж». У нас вообще половина состава из «Ред Дира» перешла в «Летбридж», включая тренера. Так что у нас 10 человек было из команды, которая взяла Кубок Столетия, плюс тренер. Мы все еще были более или менее в порядке. Я проводил хороший сезон. Тут мне позвонили и сказали, что хотят видеть меня в команде.

Я сыграл три матча – один в Калгари, на следующий день в Ванкувере и через два дня в Лос-Анджелесе. И все потому, что у них вылетел Троч (Брайан Троттье – прим. пер.), Стив Тамбеллини тоже не играл… В общем, им нужен был центральный нападающий. Так что я приехал на игру на машине с братьями Ронни и Ричи.

Уит: Блин, чума!

– И вот что самое интересное про этот матч. «Калгари» – это же бывшая «Атланта Флэймс». И если вы помните, то в «Атланте» всегда были нереально огромные команды. Здоровяк на здоровяке. Знаете какие были габариты у Кларка Гиллиса? (191 см, 95 кг – прим. пер.). Так вот у них таких бугаев человек десять в составе было. В общем, здоровая команда.

Играли на «Калгари-Коррал» – тогда еще не было «Сэддлдоума». Ну а Коррал, сами знаете, там прям через дорогу.

Все хором: Ага.

– Так вот, заходим на арену. Одна из троек следующая – Уэйн Мэррик, Бобби Нюстрем и Джон Тонелли. Переодевались мы в длинной и узкой раздевалке. Я сижу в самом конце раздевалки с этими тремя. Мы проиграли тот матч 4:11. Эл Арбур (главный тренер «Айлендерс» – прим. пер.) ростом где-то 185 см, но в плечах метра два с половиной. Он открывает дверь, спускается по двум ступенькам, поворачивает за угол – и там уже раздевалка.

Мы все сидим в самом конце. Эл заходит и тут же идет к нам. Встал и впился в нас взглядом. У Нюстрема, Тонелли и Мэррика было по «-7» в том матче.

*Все смеются*

«-7»! Такое за год-то трудно набрать.

Биз: Жесткий матч.

Уит: Да это матч в духе Уитни!

Биз: За такой матч могут и пары кубков лишить.

– Так вот он подходит к нам и смотрит на меня. Я думаю: «Ну все, ######». Потом снова смотрит на них и говорит: «Три мудака!». Потом разворачивается и уходит из раздевалки.

*Все смеются*

На следующий день мы играли в Ванкувере и выиграли 5:2. Я забил гол и отдал передачу. Через два дня играли в Лос-Анджелесе и выиграли 2:1. Я набрал результативную передачу на первой шайбе и забил победный гол за три минуты до конца. (Саттер немного путает события – «Айлендерс» действительно проиграли «Калгари» 4:11, причем ведя 4:3 после первого периода, затем обыграли «Ванкувер» 5:1, а в матче против «Лос-Анджелеса» Брент не набрал голевых передач, а его победная шайба пришлась на начало третьего периода – прим. пер.).

Биз: Ничего себе!

– В общем, в итоге меня все равно отправляли домой. Эл зашел в раздевалку сказать об этом команде. Я-то сам уже знал, что уезжаю. И вот он говорит, мол, ребята, молодцы, отлично сыграли, но у меня для вас плохие новости – нам придется отправить Брента обратно в молодежку.

Я поехал обратно, ничего такого. Затем меня подняли опять уже на плей-офф перед серией с «Миннесотой», когда нас выбили из кубковой стадии. Кстати, и Келли Руди тоже подняли. Мы были «черными тузами» в той команде, как и Монти Троттье – ребята из западной Канады. Отличное время было.

Уит: Да у черных тузов вообще отпадная жизнь!

Биз: Я так всю карьеру жил.

– (смеется) Играешь 3-на-3, а в день матча идешь в бар. После тренировки всегда пару коктейлей пропустишь. Классно время проводишь. В общем, они обыграли «Миннесоту». Здорово было находиться с командой и видеть все это изнутри – потрясающий опыт. Просто быть рядом с ребятами, тренироваться с ними и вообще наблюдать за происходящим так близко… В следующем сезоне я приехал на сборы и, кстати, стал лучшим бомбардиром команды там.

Затем мне позвонил Билл – Билл Торри, генеральный менеджер клуба. Он сказал, типа, привет, Брент! Я, как и Эл, считаю, что ты здорово проявил себя на сборах, но нам все равно придется отправить тебя в молодежку. А там посмотрим, как сложится начало сезона – я хочу оставаться преданным тем ребятам, которые выиграли Кубок Стэнли.

И я это прекрасно понимал, но все равно расстроился. Поехал обратно и набрал уж не помню… 80 очков в 30 матчах или как-то так…

Уит: 46 голов в 34 матчах. Настало время идти дальше.

– И что-то около 200 минут штрафа к тому же (162 – прим. пер.). Сумасшедшие цифры. У нас потрясающая команда тогда была. Как бы то ни было, меня включили в состав сборной на МЧМ. Мне позвонили и сказали, что хотят видеть меня в команде. Более того – капитаном. Я думал, что так все и будет. Но через пару дней мне позвонил Билл – это было числа 10 декабря уже примерно. Он сказал: «Мы не хотим, чтобы ты ехал на МЧМ. Мы собираемся поднять тебя на пару матчей перед Рождеством. Затем мы отправим тебя домой, чтобы ты провел свое последнее Рождество в компании мамы и папы. Погостишь у них недельку, а 4 января мы снова тебя поднимем».

Так что я знал, что меня ждет. Поиграл в молодежке, затем 21 декабря меня подняли на выездной матч против «Детройта». 22-го мы играли дома на Лонг-Айленде против «Виннипега». Потом меня отправили домой, и я провел Рождество с мамой и папой, а также братьями Ронни и Ричи. Остальные братья уже играли в НХЛ.

*Уит ухмыляется и качает головой*

Затем я вернулся в «Летбридж» и отыграл там еще неделю. 4 января меня подняли…

Уит: И все.

– И все. Что было дальше – уже история.

Уит: С кем ты играл в тройке, когда вы выиграли кубок? Для команды он был третьим подряд, так ведь?

– Тут, кстати, забавно получилось. В том сезоне я изначально играл с братом Дуэйном и Бобби Борном. Странный год получился. Плей-офф вообще был сумасшедшим. У меня было 41 очко в 41 матче или как-то так (43 в 43 – прим. пер.), 20 с чем-то голов (21 – прим. пер.) и первое место в команде по штрафным минутам.

Вышли в плей-офф. Первый матч против «Нью-Йорк Рейнджерс». Как мы все прекрасно знаем, в детстве никого не учат последним выходить из зоны с шайбой и тащить ее через всю площадку. А я именно так и сделал. Я подкатывался к нашей синей линии, и Роб Маккленехан, выступавший за сборную США на Олимпиаде, отобрал у меня шайбу и забил победный гол. А вы представляете себе что такое дерби «Рейнджерс» и «Айлендерс». Так вот мы проиграли тот матч 4:5. После игры мне никто ничего не сказал, но я и так чувствовал себя идиотом.

Биз: Мда уж.

– Меня после этого толком вообще на лед не выпускали. Я играл одну-две смены за матч в четвертой тройке.

Уит: Ничего себе!

– Меня выпускали против тафгаев соперника. Я вообще почти не играл. Ко мне ребята все подходят и спрашивают, мол, что происходит, почему ты не играешь? А я им говорю: «Да ничего не происходит. Мне надо просто играть по заданию. Что мне говорят, то я и делаю. Больше мне нечего вам сказать. Сколько дают играть – столько и играю. Дают по три смены за матч – значит, так и должно быть. Мы же не ради меня играем, а ради победы в Кубке Стэнли».

Короче, неважно. Дело доходит до второго матча финальной серии против «Ванкувера». Первую встречу мы выиграли. Во второй игре ведем 5:1, что ли, во втором периоде, и у нас еще и большинство. Вбрасывание в зоне атаки – у ворот «Ванкувера». У нас на льду, естественно, Троч, Босс (Майк Босси – прим. пер.) и Дени Потвен – спецбригада большинства. Тут ко мне подходит Эл и хлопает по плечу. Выходи, говорит, вместо Троча И я такой: «Ээээ…».

Уит: Простите, вместо кого?

– Ага. Я ему говорю: «Вы ничего не путаете?». А он такой: «Давай выходи». Выхожу, подъезжаю к Трочу, хлопаю его по плечу… Ну а Троч он вообще настоящий командный игрок. Хлопнул меня по щиткам и сменился. Я выиграл вбрасывание – и мы реализовали большинство (такой эпизод действительно был, но произошел не во втором, а в первом матче серии при счете 3:2 в пользу «Айлендерс», с передач Саттера и Стефана Перссона шайбу забросил Дени Потвен – прим. пер.).

Я потом до конца матча со льда не уходил. Меня выпускали через смену – играл со всеми подряд. Потом мы приехали в Ванкувер. И меня выпустили на стартовое вбрасывание в третьем матче финальной серии Кубка Стэнли. Я выхожу на лед регулярно, и меня, кажется, даже первой звездой матча выбрали (второй – прим. пер.). Впрочем, неважно.

В четвертом матче – та же история. Я постоянно на льду, и в конце мы выигрываем Кубок Стэнли. Отмечаем победу в раздевалке по полной программе. Заходит наш менеджер по экипировке Джим Пикард, хлопает меня по плечу и говорит, мол, выйди в коридор, тебя там Радар искал. «Радаром» мы Эла называли. И я такой: «Чего? Зачем? Мы же только что Кубок Стэнли выиграли».

Биз: А он там командное собрание уже проводит.

Уит: Я недоволен твоей игрой в третьем периоде, Брент!

– (смеется) В общем, мы отмечаем победу с пацанами – и тут такие новости. Я выхожу из раздевалки – а он там стоит с своими широкими плечами. Классный мужик. Подходит ко мне, хватает за сетку под горлом и скручивает ее в кулак – рука прям мне в подбородок упирается. И говорит: «Какой урок ты для себя из этого извлек?». А я ему говорю: «…простите, что?».

*Все смеются*

Он повторяет: «Какой урок ты для себя из этого извлек?». Я ему отвечаю: «Я не очень понимаю, к чему вы клоните… ну… наверное, я научился… побеждать?». Ну а что я ему еще должен был ответить? А он мне говорит: «Я сделал из тебя самого жесткого сукиного сына в этой лиге. Тебя впереди ждет длинная карьера. Поздравляю с Кубком Стэнли».

Уит: Нихера себе!

Биз: Вот это да!

– И я 18 лет играл в НХЛ.

Уит: Офигеть!

Биз: Твою же мать…

– Мне многое удалось пережить в психологическом плане. Как бы тяжело мне порой ни приходилось, он сделал из меня отличного профессионала. Благодаря ему я в очень раннем возрасте понял важность психологической устойчивости. Я десять лет у Эла отыграл. Я для него был почти вторым сыном. Да и он для меня был вторым отцом, пожалуй. Невероятный мужик. Мы всегда с ним ладили. Я очень уважал Эла.

Уит: Все знают, что Эл Арбур был одним из лучших тренеров в истории хоккея. С тех пор все сильно изменилось. Я так понимаю, что он был из немногословных тренеров – все это отмечают. Но иногда-то он хоть говорил что-нибудь типа «молодчики»? По щиткам хлопал? Или вообще такого не было?

– Эл был потрясающим тренером – из тех, что всегда на стороне игроков. В той команде хватало ребят, которые играли под его руководством с тех самых пор, когда он только пришел в лигу. Ну или точнее, когда он стал главным тренером «Айлендерс» – году в 75-м или 74-м, уж не помню (Арбур начал тренерскую карьеру в 1970-м в «Сент-Луисе», где и заканчивал карьеру игрока; «Айлендерс» он возглавил в сезоне-1973/74 – прим. пер.). Так что многие поиграли у него уже лет 5-6.

Эл вообще был из тех тренеров, что всегда на взводе. Но он также хорошо разбирался в хоккее. В те времена не было ни видео, ни помощников тренера. За лавкой был только главный тренер – и больше никого. Так что он один руководил всем процессом. Он порой заходил в раздевалку с клюшкой. И если ему не нравилось как кто-то играл, то он со всей дури бил ему по щиткам.

*Все смеются*

А потом просто смотрел на тебя из-под очков, которые сползали до середины носа у него. Он их то и дело поправлял и просто смотрел на тебя. А ты сидишь и думаешь: «Ну ######». Все знали про эту особенность, но все также и глубоко уважали и любили его как тренера. Эл был потрясающим тренером. Об этом говорит и список его достижений, не так ли? Он долгие годы шел на втором месте по проведенным матчам в лиге среди тренеров, уступая лишь Скотти Боумэну, прежде чем его обогнал Джоэл Кенневилл. Вспоминаешь порой те времена и хочется все пережить заново.

РА: А прозвище «Радар» – это же из сериала «МЭШ»?

– Вообще его так прозвали из-за очков, в которых он играл.

РА: Ого! Нихера себе.

– Он же в «Сент-Луисе» в защите играл и носил очки. Он их еще в районе переносицы лентой белой обматывал, чтобы они не сломались. А сзади они крепились резинкой. И он так в обороне играл. И если так вспомнить – хотя, конечно, об этом редко говорят – но в 60-х Эл феноменально блокировал броски. Он летел лицом вперед под любой бросок. Эл был отличным защитником оборонительного плана – причем здоровым. Гляньте как-нибудь его хайлайты – там много крутого.

РА: Вряд ли ты задумывался о том, чтобы стать тренером 40 лет назад. И все же – что ты взял из его тренерского стиля в свой?

– Думаю, у всех тренеров есть много чему поучиться. Мне кажется, так все и делают. Джон Чапмен, у которого я играл по молодежке, был потрясающим тренером. Он сделал из меня профессионала. Он научил меня играть в атаке и обороне. Чаппи много лет играл в младших лигах. У него в «Летбридже» в Junior A играл Лэнни Макдоналд – до того как перешел в «Медисин Хэт Тайгерс». Тогда команда называлась «Летбридж Шугер Кингс».

Чаппи научил меня хоккейным азам и вообще как правильно играть. После него мне игралось… ну не то чтобы легко, потому что в НХЛ попасть совсем непросто… но я вышел из молодежки с хорошим пониманием игры. Эл был этим очень доволен. Поэтому меня и выпускали часто на лед в ключевых ситуациях. Потому что хоть я и был молодым игроком, меня не надо было всему этому учить. Я и так уже все понимал.

Так что меня многому научили уже в молодежке. Но Эл сделал из меня отличного профессионала и научил как вести себя в тех или иных ситуациях. Я очень уважал Эла. Думаю, я до сих пор вспоминаю какие-то моменты на тренировках. Сидишь и думаешь: «Как бы Эл поступил в этой ситуации? Какой подход он выбрал бы для этого игрока?». Его влияние всегда было мягким.

Мне кажется, у всех тренеров – а я играл и у своего брата Дэррила, и у Майка Кинэна, и у Глена Сатера на Кубках Канады, и со многими выдающимися помощниками главных тренеров поработал – у всех есть чему поучиться. Я и у Крэйга Хартсбурга поиграл опять же. У всех тренеров чему-то учишься. Считаю, что все они в той или иной мере внесли вклад в мой тренерский стиль.

Забавно, что я до сих пор использую многие приемы Эла. Например, он приходил в раздевалку и выключал свет.

*Все смеются*

Причем он делал это очень интересно. Он заходил и просил всех лечь, а ноги закинуть на лавку. Причем в перерывах матчей! Мы ложились и закидывали ноги на лавку. Потом он выключал свет и говорил: «Так. Выбросьте все из головы, закройте глаза и подумайте, в чем вы можете преуспеть в этом периоде». Невероятно – но это работает.

Я это и на своих игроках попробовал. Блин, это будто весь организм перезапускает. Подобные вещи до сих пор работают, пусть даже хоккей и сильно изменился. Но психологические моменты и концентрация до сих пор актуальны.

Биз: У меня есть несколько вопросов. Ты ведь не только копировал, но и свое придумывал. Выдать всем деревянные клюшки и выпустить пять защитников на стартовую смену – этому тебя тоже Эл научил или это ты уже сам?

– (смеется) Нет, я уже сам на ходу придумал.

*Уит смеется*

История про клюшки – это, кстати, из того сезона, в котором мы выиграли Мемориальный кубок (сезон-2000/01 – прим. пер.). Мы играли неважно. И при этом проиграли всего то ли 10, то ли 12 матчей (12 – в регулярке, 6 – в плей-офф и 1 – на Мемориальном кубке – прим. пер.). Но играли при этом неважно. Безусловно, как тренер, я понимал, что у меня за команда, что она может добиться успеха и, может быть, даже выиграть Мемориальный кубок.

Мы приехали в Брэндон. Я подошел к «Радару» – нашему менеджеру по экипировке (Дэйву Хорнингу, работающему в клубе с 1995 года, а в лиге и вовсе с 1991-го – прим. пер.). Я ему сказал: «Радар, сходи в спортивный магазин или в хозяйственный и купи 24 деревянные клюшки» (в Канаде базовый хоккейный инвентарь можно купить в сетевых хозяйственных магазинах – прим. пер.). А он такой: «Че?».

Надо понимать, что тогда новый тип клюшек только начал выходить на рынок.

Биз: Synergy и прочая лабуда.

– Именно. Но деревянными крюками, прикрепленным к алюминиевым черенкам, еще играли. Полностью деревянными клюшками уже, конечно, не играли. Молодое поколение уже не хотело ими играть. В общем, сказал ему купить их. Играем в Брэндоне. Горим 0:3 в первом периоде.

Захожу в раздевалку, ничего не говорю и просто молча начинаю собирать клюшки. Вышел из раздевалки с 20 клюшками подмышкой. Сложил их в сумку, достал деревянные, вернулся в раздевалку и поставил по одной у каждого игрока. Говорю им: «Обмотайте клюшки белой лентой и напишите «Труд» на обеих сторонах крюка».

Выходим на второй период с деревянными клюшками, обмотанными белой лентой и надписью «Труд» на обеих сторонах крюка. В итоге победили 7:3 (красивая история, но такого счета и такого развития событий не было ни в одной встрече между «Ред Диром» и «Брендоном» в том сезоне; Брент явно путает команду или год, но будем уважать жанр байки – прим. пер.).

Биз: И это с деревянными палками! (смеется)

– Самое интересное: я сказал всем, что запасных клюшек нет. Так что надо беречь их на тренировках и играх. После этого на тренировках никто не щелкал.

Уит: Конечно! А то сломаешь еще.

– Именно. Все боялись сломать клюшку, потому что думали, что другую им не выдадут. Они же не знали, что у меня были запасные деревянные клюшки. Я ведь этого им не сказал. Мы потом целый месяц не проигрывали.

Биз: Да хорош заливать!

– У всех было по одной деревянной клюшке, и мы ни одного матча не проиграли. И знаете, что самое интересное? С новой клюшкой же всегда как? Поначалу на тренировке то в стекло бросишь, то выше ворот… А с деревянными клюшками все по воротам попадали. Каждый бросок был правильным. В матчах же наш процент попаданий в створ увеличился феноменально. И все из-за наших клюшек. Упор делался не на силу броска, а на точность. Ребята перестали бить друг друга по клюшкам на тренировках – все боялись их сломать.

И самый прикол в том, что мы и в клубном магазине стали продавать замотанные мини-клюшки с надписью «Труд». Наши поставщики нам так их и присылали. Это самый ходовой товар в нашем магазине был в том сезоне. У всех детей в городе была мини-клюшка, обмотанная белой лентой с надписью «Труд». Невероятная история. Она мощно выстрелила. Ну а чем все закончилось – вы в курсе.

Биз: Так а когда и, главное, зачем игроки вернулись к нормальным клюшкам, раз с деревянными все шло так хорошо?

– Ну я подумал, что в плей-офф с одной клюшкой не пробиться.

*Все смеются*

Так что за два дня до старта плей-офф я отдал им их клюшки. И это ни на что не повлияло. Мы как выигрывали матч за матчем, так и продолжили.

Уит: Я тут позвонил одному из своих любимых бывших партнеров по команде Колби Армстронгу. Уверен, ты с удовольствием тренировал его в «Ред Дире». Он рассказал мне забавнейшую историю. Спроси, говорит, его про тот случай, когда я в него шлемом кинул в финальной серии WHL.

– (улыбается) Мы играли против «Портленда». Это случилось во втором матче. Первую встречу мы выиграли дома. Во второй ведем 5:1 в начале третьего периода или что-то в таком духе. А Колби нахватал три малых штрафа (на самом деле всего один – прим. пер.). Он же из тех, кто отвечает на тычки.

Биз: Ответный тычок, все правильно.

Уит: Он только так и играл, да.

– Только он отвечал с локтя.

Уит: (смеется) Ага.

– Поэтому его постоянно удаляли за удар локтем. Мы выиграли 6:4, забросив в пустые. Не надо было до этого доводить, но что поделать («Ред Дир» выиграл 5:4, но действительно растранжирил преимущество в четыре шайбы и с трудом довел встречу до победы; у Колби Армстронга результативная передача на победной шайбе – прим. пер.).

Нам забросили две или три шайбы в большинстве, когда Колби находился в штрафном боксе. Потом мы поехали в Портленд на третий матч. В первом периоде Колби получил еще два удаления за то же самое (на самом деле всего одно, но последовавшее большинство действительно реализовал Марцел Госса – прим. пер.).

Уит: Твою же мать, Колби!

– Я был в бешенстве. Захожу в раздевалку. При этом перед тем, как зайти, я сказал своему помощнику, мол, смотри, что сейчас будет – я немного встормошу Колби, но зато он до конца матча будет играть как зверь.

В общем, захожу в раздевалку и говорю: «Колби, тебе что, страшно? Ты что, зассал? Боишься под силовой попасть, чтобы момент создать? Что с тобой?». Он встает и смотрит на меня. А я стою в этой прямоугольной раздевалке. Ну вы представляете – шкафчики в конце, шкафчики по бокам, а за мной большая белая доска.

(улыбается) Так вот он встает и говорит: «##### мне не страшно! Ща я покажу тебе кто тут ссыкло!». Берет шлем и швыряет его прямо в меня. Он пролетает в миллиметрах от моей головы и прямо в белую доску. Выхожу из раздевалки и говорю Далласу (Далласу Гому, своему помощнику – прим. пер.): «Вот увидишь – он сейчас всех порвет». И он стал лучшим игроком матча! (Армстронг не набрал ни одного очка, а «Ред Дир» проиграл 2:3 в овертайме, хоть и действительно отыгрался с 0:2 – прим. пер.). В следующих периодах он летал по площадке и играл великолепно. Вот и вся история.

Уит: Завел его, в общем.

– Да я вообще обожаю Колби. Отличный парень. Он и игроком классным был. У нас тогда отличная команда была, я в тесном контакте с ребятами. До сих пор со многими общаюсь. Колби то и дело по телеку вижу и пишу ему иногда, мол, что ты там вообще бормочешь? Ни слова не разобрать! (смеется) Я с ним, кстати, недавно разговаривал. В прошлом году, когда все дома сидели, помните интервью с ним было? У него на заднем фоне две сетки висели – «Питтсбурга» и «Ред Дира». Так вот в этом году он снял сетку «Ред Дира».

Уит: Херасе.

– (смеется) Ну вот поэтому я его немного ########## (пожурил). Сказал ему: ты стал забывать свои корни, дружище.

*Все смеются*

Уит: Давай быстренько назад вернемся, а то мы как-то быстро соскочили с темы «Айлендерс». Вы выиграли четвертый кубок подряд, одолев в финале «Эдмонтон».

Я уже поднимал историю в подкасте о том, как Гретцки рассказывал про тот вечер, как он посмотрел на ваше празднование на льду и понял, как тяжело дается победа. На следующий год вы идете за пятым кубком подряд, но уступаете «Эдмонтону», который выигрывает свой первый.

Ты заметил в начале серии, что перед вами совершенно другие «Ойлерс» по сравнению с предыдущим годом? Я не к тому, что они стали старше на год – это понятно. Было ощущение, что вас ждут тяжелые матче в борьбе за пятый кубок подряд?

– Безусловно. Достаточно взглянуть на их команду в предыдущем сезоне. В «Эдмонтоне» тогда было полно классных молодых игроков – Грец, Месс (Марк Мессье – прим. пер.), Курри, Кевин Лоу, Пол Коффи, Грант Фюр, Гленн Андерсон и так далее.

*С каждым именем нервный смех Уитни усиливается*

Сплошные суперзвезды. Впрочем, у нас тоже была классная команда. Мы в полуфинале с «Бостоном» играли. Серия дошла до шестого матча. Играем на выезде. При этом они свою предыдущую серию, кажется, всухую выиграли. Не помню только, у кого (потому что этого не было; «Бостон» одолел «Квебек» 3-1 в первом раунде и потом прошел «Баффало» лишь в семи матчах – прим. пер.). После утренней раскатки в день матча журналисты сказали, мол, да в этой конференции вообще нет команды, которой «Ойлерс» по зубам. Так что неважно, кто из вас победит – все равно в финале все понятно. Это нас и завело.

Уит: Понятное дело.

– Мы вообще-то действующими чемпионами были. Мы вышли на лед и обыграли «Бостон». А потом с нетерпением ждали начала финальной серии. И в итоге четыре раза подряд выиграли у «Ойлерс». Грец потом рассказывал об этом, мы все его слышали. Я искренне считаю, что он прав. Уверен, та серия их многому научила – как стать чемпионом, как играть на уровне обладателей Кубка Стэнли.

Мы встретились с ними в финале на следующий год и проиграли первый матч 0:1 на своей площадке, но победили во второй встрече. Причем на тот момент – по-моему, так поступили и на следующий год, когда «Эдмонтон» с «Филадельфией» играл – это был первый раз, когда серия проводилась в формате 2-3-2. То есть два матча дома, потом три на выезде и потом еще два дома.

Уит: Так в НБА, кажется, играют.

– В третьем, четвертом и пятом матче они нам даже шанса не оставили. Мы проигрывали со счетами в духе 1:6, 2:7… Что-то такое (2:7, 2:7 и 2:5 – прим. пер.). Ну то есть без вариантов. Их было не остановить. Но справедливости ради надо отметить, что и наша команда постарела. У нас накопились травмы – все-таки по тем временам мы очень много играли.

Уит: Это точно.

– Можете себе представить, сколько надо сыграть матчей в плей-офф, чтобы выиграть четыре Кубка Стэнли подряд? Ну а соперник у нас был бесподобный. С кучей суперзвезд в составе. У них с того сезона тоже дела пошли в гору. Они заслужили победу в том Кубке Стэнли. Они были феноменальной командой с классными игроками. И что интересно, я ведь потом со многими из них поиграл вместе в сборной на Кубке Канады 1984 – уже после того, как они победили нас в финале. И Слэц (Глен Сатер – прим. пер.) был главным тренером сборной.

Так что я там со многими близко познакомился. Грец, Месс, Кофф и я играли на трех Кубках Канады – 1984, 1987 и 1991. Поэтому я их довольно хорошо узнал по играм за сборную. Понял, как они видят игру. Я тоже многому у них научился в разных ситуациях на Кубках Канады. Они вне всяких сомнений были невероятной командой. Причем многие годы.

РА: Ты сразу после того поражения понял, что вы передали им эстафету династий? Или вы считали, что, мол, ничего страшного, обыграем их на следующий год?

– Ну, всегда хочется верить, что тебе удастся поквитаться. Но тогда, думаю, уже начала сказываться бизнес-составляющая. У ряда игроков возникли разногласия по контрактам. Некоторые покинули команду. И тут надо помнить еще один важный момент: «Айлендерс» же на каждом драфте выбирали игроков под поздними номерами.

Уит: Факт.

– Со временем уровень мастерства меняется. Так что победы в Кубках Стэнли со временем аукнулись «Айлендерс». Со временем уровень команды падает. Я провел там десять лет. И когда меня обменяли, я уже два года как был единственным игроком в составе, который выигрывал Кубок Стэнли. Нас там трое таких осталось – Эл, я и Билл. Даже физиотерапевты покинули клуб. Из тех времен, когда мы выигрывали кубки, нас осталось лишь трое.

Уит: Ты 10 или 11 сезонов в карьере набирал по 50-60 очков. Но в один раз – в сезоне-84/85 – ты набрал 102 очка. Все дело в партнерах? Что тогда изменилось, что ты столько накидал?

– Ну, от партнеров, безусловно, многое зависит. Это был сезон после Кубка Канады. А на Кубке Канады… даже не знаю, как вам это объяснить. От «Айлендерс» в сборной играли Джон Тонелли, Бобби Борн, я… Кто там еще…

Уит: Потвен?

– Деннис там, по-моему, не играл. Нет-нет, точно не играл (Потвен выступал на двух предыдущих Кубках Канады в 1976 и 1981 – прим. пер.). От «Ойлерс» в сборной играло человек семь или восемь. И мы не были дружной командой. Мы и по Кубку Канады с трудом шли в том году – даже на групповом этапе (поражения сборным СССР и Швеции, а также ничья с США позволили канадцам выйти из группы лишь с четвертого места – прим. пер.). Поворотный момент случился в Ванкувере. За день до игры (против Швеции, которую канадцы проиграют 2:4 – прим. пер.) прошло командное собрание.

Ну, вы знаете Бэй-шор на западе города – мы там в отеле остановились. Собрание проходило в большом зале, по периметру которого расставили стулья. Там игроки высказались на разные темы – в том числе по поводу партнеров по сборной. Это ведь как раз было после того, как «Ойлерс» выиграли у «Айлендерс» в финале Кубка Стэнли. Бобби Борн довольно открыто высказался по ряду вопросов. Джон Тонелли не остался в стороне. Игрокам «Ойлерс» тоже нашлось что сказать.

Но это пошло на пользу, потому что все высказались. Мы решили все вопросы и пришли к общему знаменателю. В матче против шведов у скамеек завязалась большая потасовка. Внезапно игроки «Ойлерс» и «Айлендерс» бились плечом к плечу. Это полностью поменяло всю динамику. Затем мы обыграли русских в овертайме 3:2 на «Сэддлдоуме» в Калгари (в полуфинале – прим. пер.). На льду в эпизоде с победной шайбой находились я, Джонни и Босс. А атаку начал Пол Коффи – после того, как прервал выход 2-в-1. Мы забили в ответной атаке. Слэц поставил нас в одну тройку.

Потом мы вернулись на Лонг-Айленд. Ну и вы же помните, как раньше было. На сборы приезжали, чтобы набрать форму (улыбается).

Биз: Так и было!

Уит: А тут вы втроем приезжаете в полном порядке.

– Мы втроем были в такой форме, будто на дворе середина сезона. Эл поступил здраво и не стал разбивать нашу тройку. При этом Троч и Босс играли вместе кучу лет. Однако когда мы вернулись с Кубка Канады, он оставил нас вместе. И к Рождеству у каждого из нас набралось в районе 60 очков.

Уит: Херасе!

– Мы как-то играли против «Лос-Анджелеса», а они за тот сезон, напомню, выиграли то ли 10, то ли 15 матчей, то ли что-то в таком духе. Они так себе играли, в общем («Кингс» действительно не блистали, но все равно выиграли 34 матча в том сезоне, после чего всухую проиграли «Ойлерс» в первом раунде – прим. пер.). Так вот мы один матч у них выиграли на выезде 8:2. Джон Тонелли, Босс и я забросили все восемь шайб, и у каждого из нас было по 6 или даже 7-8 очков (на самом деле, «Айлендерс» играли дома, выиграли 8:3, тройка Саттера забросила семь шайб из восьми, Босси набрал семь очков, Саттер и Тонелли по шесть – прим. пер.).

Когда столько очков за матч набираешь, к концу сезона их много накапливается. Причем я последние 10 матчей в том сезоне пропустил из-за того, что у меня плечо вылетело. Точнее я пропустил 10 матчей и вышел на последний в регулярке. Джей-Ти (Тонелли – прим. пер.) набрал сотое очко в той встрече. Босси в итоге набрал 120 с чем-то (117 – прим. пер.), а я 100 с чем-то. А Джей-Ти ровно сотку.

Уит: Потрясающе.

– Я думаю, тут большую роль сыграл тот факт, что мы приехали на сборы в отличной форме. Мы уже были готовы к играм – мы только что участвовали в напряженных матчах высокого уровня, сопоставимого с уровнем плей-офф Кубка Стэнли. В этом заключалось наше преимущество. Мне вообще повезло попасть в сборную на тот Кубок Канады. Тогда ведь 30 игроков на сборы пригласили. В том числе моего брата Брайана. Я тренировался у него в гараже на озере Силвер (озерный край Мускока в провинции Онтарио, излюбленное место дачного отдыха обеспеченных канадцев – прим. пер.). Он набирал там форму перед сборами. Так что мы друг друга подстегивали. Он с нетерпением ждал начала сборов.

В общем, приезжаем в сборную. И это был год, когда Троч решил не выступать за Канаду, а использовал свою Карту Договора, чтобы играть за Америку (англ. Treaty Card – позволяет представителям коренных народов Северной Америки свободно пересекать границу между США и Канадой и работать в обоих государствах; по отцу у Троттье корни народа Кри – прим. пер.).

Генеральным менеджером сборной назначили Билла Торри, а главным тренером – Слэца. Мне позвонил Алан Иглсон. Сборы начинались в пятницу, а он мне позвонил в понедельник. «Привет, Брент! Это Алан Иглсон, – говорит. – Мы хотим, чтобы ты присоединился к нашей команде в Монреале».

А я ему отвечаю: «Да пошел ты #####!». И положил трубку.

*Все смеются*

Я подумал, что надо мной кто-то прикалывается. Разве такие новости не почтой сообщают? В общем, я совершенно этого не ожидал. Поэтому прям так ему и ответил: «Пошел #####». И положил трубку. Я-то думал, что меня разыгрывают. Через две минуты телефон зазвонил вновь. На этот раз на проводе был Билл Торри: «Брент, тебе только что звонил Алан Иглсон. Мы приглашаем тебя на сборы».

Мне повезло, потому что я как раз тренировался с Брайаном. Так что я был в довольно хорошей форме. Поехал на сборы и в итоге прошел в состав. В том году Петер Штястны натурализовался и получил канадское гражданство, потому что выступал за «Квебек». Его тоже включили в сборную. Уникальная ситуация была определенно.

Биз: Ты сейчас рассказывал про матч с «Рейнджерс», когда вы проиграли первый матч, но все равно выиграли кубок. Это было в том же сезоне, когда у тебя возник конфликт за пределами площадки с болельщиком «Рейнджерс»?

– (смеется) Это после победы в финале, что ли?

Биз: Именно. Вы там то ли на баскетбол пошли, то на бейсбол.

– Это случилось спустя примерно четыре дня после победы в финале. Мы с братом Дуэйном взяли жен и пошли на матч «Мэтс» на «Чэйс Стэдуим». Ну, выпили. Сидим на трибуне, пьем пиво, едим хот-доги и все такое. Короче, стандартная история на бейсбольном матче. Нам обоим захотелось в туалет. Встаем, начинаем двигаться в ту сторону. Встаем у писсуаров, как и положено мужикам. Дуэйн прошел чуть дальше, а я встал поближе ко входу – нас разделяет писсуар. И тут к нему подходит человек. Ну и он так по сторонам немного посмотрел, как все делают. И тут я вдруг слышу…

*Пауза*

(смеется) Ну просто довольно смешная история. Этот парень повернулся и вместо того, чтобы ссать в писсуар, стал ссать Дуэйну на ногу и ботинки.

Уит: ##### cебе…

– А на Дуэйне белые ботинки, которые он только купил. Тогда ведь дизайнерские джинсы только появились. Вместо Wranglers и Levi’s в Нью-Йорке все их стали носить и ботинки к ним клевые подбирали. Вот и Дуэйн себе такие купил. Кожаные ботинки такого кремово-белого цвета. Так этот парень ему доверху в оба ботинка нассал. А потом развернулся и убежал. Дуэйн, даже не закончив, тут же бросился за ним.

Выхожу из туалета и вижу (смеется): этот парень уже на другом конце фойе, а Дуэйн стоит с обоссанной ногой и ботинками. Этот парень поворачивается в нашу сторону – а на нем майка и кепка «Рейнджерс». Показывает Дуэйну средний палец и кричит: «Пошел ты #####, Саттер! Ненавижу тебя!». И убежал.

*Все смеются*

Возвращаемся на наши места. Дуэйн, само собой, в бешенстве и не в духе. Ботинкам хана, сам весь обоссанный… Плюс от него ведь еще и пасет! После игры садимся в машину, едем по Мидтаун тоннелю в Нью-Йорке. Внутри все провоняло мочой этого парня. Ботинки-то Пес так и не снял (Пес – прозвище Дуэйна Саттера – прим. пер.). Я ему говорю: «Пес, выкинь ты эти ботинки уже, ну невозможно же!». Так он остановил машину, снял ботинки и выкинул их прямо на скоростную магистраль Лонг-Айленда!

*Все смеются*

Уит: Вот это я понимаю нассать и удрать!

– А у него ведь прозвище «Пес». Я ему и говорю: «Слушай, Пес, не зря тебя так прозвали-то! Ты вот ссышь на покрышки и пожарные гидранты, а тот парень нассал на тебя – так что вы квиты» (смеется).

Биз: Извиняюсь, что у меня не получится плавного перехода на эту тему, но раз мы заговорили про прозвища, я вот что хотел спросить – тебя так и называют «Блевашкой»? (англ. Pukey – прим. пер.).

– Да. Понимаю, звучит ужасно. Но меня так с пяти лет зовут. Когда я рос в Вайкинге на ферме, мне приходилось подолгу ездить на автобусе. Нас забирали в 6:50 и в 8:45 высаживали у школы. И раньше дороги были другие – более извилистые. Потому что раньше их строили вокруг болотец, а теперь они идут прямо через них.

И вот там был такой участок, где дорога виляла между холмов. Мы забирали детей из двух-трех домов – минут 20 так ехать надо было. Потом возвращались на трассу и ехали дальше. Меня в первом классе постоянно укачивало в автобусе – конкретно на этом участке. Я прям ничего не мог с собой поделать. И меня каждый день тошнило в автобусе – месяца три или четыре подряд. Вот мне и прозвали «Блевашкой».

Но что реально бесило моих братьев – Гэри, Брайана и Дэррила – так это то, что водитель останавливался на повороте, высаживал меня и кому-то из них приходилось выходить со мной и ждать 20 минут, пока автобус не вернется обратно, забрав других детей. И неважно – жара на улице или холод. И все ради того, чтобы меня не вырвало в автобусе. Что в -30, что в +30 кому-то из них приходилось выходить вместе со мной. Потому что я был младшим братом и учился в первом классе.

Так «Блевашка» за мной и закрепилось. Меня до сих пор дома только так и называют (смеется). Я уже и привык. Даже не обращаю внимания. В «Айлендерс» меня стали называть «Щеночком». Потому что Дуэйн был «Псом». Поэтому в хоккейных кругах меня называли «Щеночком», ну а в реальной жизни зовут так, как вы и сказали.

РА: Брент, я хотел поговорить об одном твоем одноклубнике, которого ты уже сегодня упомянул – о вратаре Билли Смите. Если взять кого-то за прототип сумасшедшего вратаря, то Билли Смит идеально подходит на эту роль. По-моему, у него всего два сезона с НЕ двузначным количеством штрафных минут. Как тебе с ним работалось и игралось почти десять лет?

– Смитти был клевым. Смитти был вратарем, но при этом классным парнем и отличным партнером. Про него всегда говорили, что когда он в воротах – команда побеждает. И я вам так скажу: чем больше было на кону – тем лучше он играл. Но стоило кому-нибудь на тренировке бросить ему выше пояса…

Уит: Ой-ой-ой.

– Он подкатывал с клюшкой и начинал тебя ей дубасить. Так что ему бросать можно было только ниже пояса. Иначе он приходил в бешенство. И все это знали. Все знали, что Смитти нельзя бросать верхом на тренировке. Иначе он с ума сходил нахер. Но незадолго до старта плей-офф он совершенно менял свой подход. Он бесился, если мы НЕ пытались ему забить.

Уит: Херасе.

– Он боец. Его поэтому так и называли Билли «Боец» Смит. Он в такой манере и играл. Он жил игрой. Его предматчевые ритуалы – это же вообще что-то с чем-то. Я в «Айлендерс» рядом с Билли в раздевалке сидел много лет. И между нами всегда свободное место было. И мне хватало ума ничего не класть в тот пустой шкафчик. Полевые ведь знают про подобные загоны вратарей.

Он заходил, надевал трусы, клал щитки на пол… Ну и вы знаете, какие тогда шкафчики были. Они ведь не такие, как сейчас, которые c одной стороны открыты. Тогда-то встроенные шкафчики были – и дверца у них вбок открывалась. Если откинуться назад в шкафчик, то соседа не видно. Вот Билли именно так и откидывался назад.

А сидели мы прямо у выхода. Так вот я специально всем говорил, чтобы никто не трогал его щитки. Прям стороной обходите – а то он с кулаками на вас набросится. Постоянно всех об этом предупреждал. В общем, он читал книги Луи Ламура. Это такой писатель вестернов, знаете? Так вот он брал книгу и откидывался в шкафчик так, что его было не видно.

Он на собраниях вообще ничего не слушал. Он на всех собраниях книжки читал. Эл просто забил на него. Идет собрание – а он книжку читает. Ему плевать было. Читает книжку – и все тут. Вот так он настраивался на матчи. Он в раздевалке тихо себя вел и очень спокойно. Молчал по большей части. Но парень он классный. Он и за пределами площадки классный. Мы частенько вместе зависали. Хороший мужик. Я очень уважаю Смитти. Он жил игрой. У него был свой подход к тренировкам и прочему.

(смеется) Был с ним один случай. Он как-то ушел с тренировки. И все потому, что кто-то ему шайбой в грудь попал. И он сразу поехал к калитке и ушел, мол, не собираюсь я с вами тренироваться. А на следующий день вышел на матч и отыграл на ноль.

(Все смеются)

– Хоккей тогда был другим. Это сейчас игроков отправляют в фарм, дисквалифицируют или штрафуют, или еще что. А тогда так не поступали.

Уит: Слушай, Брент, мы с тобой хоть пять часов можем говорить – такой ты крутой.

Биз: Да ваще.

Уит: После завершения игровой карьеры ты взял паузу на год, а затем стал тренировать в «Ред Дире». Прошло всего пару лет, и ты уже выиграл Мемориальный кубок, и чемпионство WHL – и тебя зовут тренировать сборную Канады на МЧМ. Ну и, конечно же, #####, ты тренировал, пожалуй, лучшую канадскую молодежку в истории, где играли Бержерон, Перри, Уэбер, Гецлаф и далее по списку. А потом еще и на следующий год выиграл турнир, став первым тренеров истории сборной Канады, кто взял два золота МЧМ подряд. Почему ты не пошел за третьим золотом подряд? Я прочитал, что ты сам отказался тренировать команду.

– Да просто это же надолго надо оставлять свою команду.

Уит: Ну да.

– Да и тогда ведь не как сейчас было. Перед тем, как вступить в должность в 2005 году, я встретился с Бобом – Бобом Николсоном (президентом Федерации хоккея Канады – прим. пер.). Он спросил: «Брент, хочешь возглавить нашу программу и стать тренером сборной в грядущем сезоне?». Я уточнил у него: «А что в это входит? Мне просто тренировать надо?». Он сказал: «Нет, я хочу, чтобы ты изменил культуру». Они на тот момент семь лет золото не выигрывали. Он сказал: «Мы хотим, чтобы ты тут руководил в том же ключе, что и в «Ред Дире».

Когда я купил «Ребелс», мне все говорили, типа, ничего себе. Назначил себя там и главным тренером, и генеральным менеджером…

Уит: И водителем автобуса.

– И так далее, и так далее. Но я потратил рекордную на тот момент сумму денег в истории на покупку молодежного клуба. Я даже и позволить-то этого не мог. У меня не было таких денег. Вы же знаете, сколько сейчас игроки НХЛ зарабатывают. А тогда мне пришлось все свои накопления на это потратить, плюс добавить ферму и все остальное в качестве гаранта.

Биз: С ума сойти!

Уит: Вот это риск.

– Я мог потерять все. Я нашел банк, который выдал мне кредит на десять лет. И по степени погашения кредита они возвращали мне землю и постройки в полную собственность. Так что денег ни на тренера, ни на генерального менеджера у меня не было. У меня не было выбора.

На пресс-конференции я тогда сказал – и даже самому сейчас в это не верится, но это чистая правда – «Мы выиграем Мемориальный кубок в течение трех лет». И мы выиграли на второй год. Я даже игроков не знал. Ну точнее я до этого помогал команде немного. Терри Симпсон был главным тренером, а Уэйн Симпсон – генеральным менеджером. Они были в числе партнеров, которым принадлежал клуб. Я у них его и купил. Я им немного помогал в том году – ну так, чисто на тренировках.

И вот некоторые игроки мне понравились – хорошие и молодые ребята. Но я слышал, что там на подходе есть очень хорошие игроки. Я поездил и посмотрел на них, и лично в этом убедился. Когда мы выиграли Мемориальный кубок через два года, в составе осталось лишь два игрока с сезона-1999/2000, когда я помогал команде с тренировками. Пришлось менять всю культуру клуба. И мы работали над этим.

Поэтому когда меня назначили тренером сборной в 2005-м, я сначала ужаснулся. Захожу в раздевалку в первый день и думаю: «Вы шутите, что ли?». Там людей вокруг игроков было больше, чем самих игроков.

Уит: Реально?

– Просто ужас. Даже представители компаний по экипировке находились в раздевалке. Я положил всему этому конец. Я сказал: «Вам нечего здесь делать. В раздевалке могут находиться только игроки, тренеры и физиотерапевты. И все. Хотите пообщаться с прессой? Делайте это снаружи. Что-то еще? Тоже снаружи». Дети должны были понять, на чем они должны сконцентрироваться и как все должно работать.

Это, безусловно, поменялось. У нас была прекрасная команда. Вспоминаешь так сборную 2005-го – там 13 человек из прошлогоднего состава было, который проиграл в финале. Первым делом после разговора с Бобом я нанял Пита Дебура. Он стал моим со-тренером. Затем мы пригласили Джима Халтона в качестве ассистента. У Пита был точно такой же настрой, как и у меня. Он хотел провести точно такие же перемены. Мы работали с ним бок о бок.

Мы встретились с 13 игроками из прошлогоднего состава и сказали им: «Ребят, будет так-то и так-то. Вот что мы хотим увидеть. Дальше сами решайте – подходит это вам или нет». Но когда они решили стать нашими партнерами – а я им так и сказал, что у нас партнерские отношения – они согласились играть по нашим правилам. И тогда нам оставалось найти еще 8 или, точнее, 8 человек, которые нашли бы общий язык с этими 13 – и тогда у нас получится лучшая команда.

Удивительно, как все получилось, на самом деле. У нас оставался последний выставочный матч. Играли в Виннипеге против сборной Университета Манитобы. Для Кори Перри это был матч жизни, потому что на сборах у него все складывалось тяжело. Все знали, что он классный игрок, но тут у него что-то не заладилось. А на его место претендовали другие. Таких было даже двое – Эрик Фер и Райан Стоун. Райан же он? Забыл, как его звали. Они оба за «Брэндон» играли и шли в WHL на первом и втором месте по очкам.

Дошло до того, что они втроем претендовали на одно место в составе. Кори забросил три шайбы и отдал три передачи в том матче. Мы выиграли 6:1. Так что выбор нам дался легко тогда. И это же ведь еще локаутный сезон был. Поэтому у нас был роскошный подбор молодых игроков, семь или восемь из которых при других обстоятельствах играли бы в НХЛ в том сезоне. Вы вспомните нашу защиту: Дион Фанюф, Ши Уэбер, Брэйдон Коберн, Брент Сибрук…

Уит: Нихера себе.

– И нападение соответствующее. Бержи к нам приехал из АХЛ, потому что в предыдущем сезоне он в 18 лет уже играл за «Бостон». А потом случился локаут – стало быть, он может играть в АХЛ. И его отпустили к нам на МЧМ. У нас тройка была – Патрис в центре вместе с Сидни. Круто же. Они до сих пор на международных турнирах вместе играют. Но все началось на том МЧМ. Мы поставили их в одну тройку и добавили к ним Кори Перри.

В следующую тройку поставили Райана Гецлафа, Джеффа Картера и Эндрю Лэдда. В третьей тройке играли Майк Ричардс, Энтони Стюарт и Найджел Доус. А в четвертой – Кларк Макартур, Колин Фрэзер и… как же звали этого паренька Диксона…

Биз: Стив Диксон?

– Точно! Стив Диксон.

Уит: Да ладно?! Он тоже играл в той команде?!

Биз: Прикинь! Дики попал в состав. Вот что называется правильно поперчить блюдо. Он же с Сидом, по-моему, с самого детства знаком. С ним классно. Он отличный парень. Командный игрок. И в меньшинстве, к тому же, здорово играет.

– Да, он классно играл. В общем, они составляли нашу энерджи-лайн. А 13-м нападающим у нас был Джереми Коллитон. Но он получил травму и не сыграл. Он повредил колено и не мог играть, но мы все равно включили его в состав. Ну а про защиту я уже говорил. К вышеперечисленным мне остается лишь добавить Кэма Баркера – он был единственным 18-летним игроком в команде. Всем остальным было по 19 (Баркер был единственным игроком 1986 года рождения, все остальные были 1985, кроме… Сидни Кросби, который родился в 1987-м – прим. пер.). Еще у нас играл Шон Белл.

Уит: Какое же у него было замечательное катание…

– И Дэнни Сиврет. Это все по защитникам. А вот что касается вратарей… Мы ведь ни одного из них даже не приглашали на сборы в августе. Мы решили поступить следующим образом – взять двух сильнейших вратарей страны, которые будут понимать, что им могут бросить всего 15-20 раз за игру. Так что нам нужны психологически устойчивые вратари, выступающие за команды с хорошей обороной. Поэтому мы взяли Джеффа Глэсса из «Кутни» и Бошемена из «Принс Альберта» – двух лучших оборонительных команд лиги (WHL – прим. пер.). Эти команды позволяли соперникам бросить лишь 15-20 раз за игру.

И нам на том МЧМ никто не бросил больше 15 раз. Поэтому нам нужны были ребята, которые смогут не сломаться психологически. Настрой у команды был запредельный. Мы отправились в Северную Дакоту на автобусе из Виннипега. Все игроки были заряжены на победу. Все хотели доказать, что могут сыграть лучше, чем на прошлом турнире. Их было не остановить. Думаю, никто не станет спорить с тем, что лучше команды МЧМ никогда не видел.

Уит: Да куда там.

– Вы посмотрите на состав – все в НХЛ играют. И все звезды. Кто-то даже долгое время капитан (Саттер, конечно, приукрашивает, но в целом прав – прим. пер.). Просто феноменальная молодая команда. Прекрасные игроки, которые еще и сплотились. Мы держались все вместе и не отвлекались на сторонние вещи. Здесь я перед всеми снимаю шляпу. Все в команде отнеслись к турниру со всей серьезностью, а ребята и вовсе были одержимы целью. До сих пор не было второй такой уникальной и феноменальной команды.

В том году Сидни как раз задрафтовали. Ему было 17 лет. Они с Патрисом задавали тон тренировкам. Они к каждой тренировке подходили, как к игре. Просто невероятно. Они были феноменальными игроками уже в том возрасте. Вместе с ними и все остальные поднялись на новый уровень. Поэтому с тренерской точки зрения с такой командой было легко работать. Надо было просто сделать так, чтобы все забыли про свое эго, и мы стали одной командой. По-моему, мы всего 6 голов за весь турнир пропустили или как-то так. А забили 40 с чем-то (7 и 41, соответственно – прим. пер.).

А на следующий год из этого состава остался только Кэм Баркер. Пришлось новую команду набирать.

Уит: (смеется) И мы снова победили.

Биз: Невероятно.

– Так и было.

Уит: Слушай, Брент, я, конечно, сказал, что мы с тобой часами можем разговаривать, но мы и так у тебя уже столько времени заняли. Мы с удовольствием проведем второй раунд. Арми говорит, у тебя красивейший дом на озере. Может быть, мы как-нибудь к тебе просто в гости напросимся.

– Да я только рад буду! Я часто вас слушаю, ребят, и мне все очень нравится.

Уит: Нам было очень весело.

Биз: Эй, Брент, выходит ты так на мини-клюшках поднялся, что дом на берегу озера купил?

*Все смеются*

– У меня несколько штук до сих пор в гостиной висят!

Уит: Еще раз огромное тебе спасибо. Это одно из наших лучших интервью. Удачи тебе дальше в этом сезоне!

- Спасибо, парни!

Понравилось? Поддержи проект рублем! Наша карта – 4274 3200 3863 2371

Подкасты

Интервью Райана Кэллахана. «Мы выносим на клюшках Мадонну – и она говорит: «Ребят, закройте глаза, а то я без белья». Бывший игрок «Тампы» и «Рейнджерс» травит истории

Интервью Криса Торберна. «Бросить не может. Отдать не может. Кататься не умеет. Что за ######?!». Как поднять Кубок Стэнли, если сыграл 4 матча плей-офф за карьеру

Интервью Брендена Диллона. «Овечкин всегда улыбается. Настоящий мутант. 700 шайб случайными не бывают». Защитник «Вашингтона» – о карьере, щедрости Ковальчука и тренировках Ягра

Книги

«Пока горят огни: Сезон в умирающей игре». (Новая глава – каждую неделю!)

Книга «Хоккейная аналитика. Кардинально новый взгляд на игру». Хоккейная аналитика дает уникальный взгляд на игру и меняет ее. Но игроки, тренеры и менеджеры все равно в это не верят (и ссылки на все предыдущие)

Автобиография Фила Эспозито. «Вид на нудистский пляж? Отлично. Я там прямо в центре и встану». Последняя глава автобиографии Эспозито (и ссылки на все предыдущие)

Автобиография Шона Эйври. Закончил карьеру из-за Тортореллы, женился на супермодели и стал актером. Последняя глава книги Эйври (и ссылки на все предыдущие)

Фото: Gettyimages.ru/Dale MacMillan, Jeff Vinnick, Glenn Cratty /Allsport, Bruce Bennett

+140
Популярные комментарии
Gord Lane
+27
Ни одного комментария в шикарном материале. Надеюсь только потому , что все зачитываются запоем
BrooksLaich
+19
Прекрасный материал,спасибо.Всегда хотелось про Саттеров почитать,все таки,уникальное семейство.
Написать комментарий 16 комментариев

Новости

Реклама 18+