5 мин.

Предварительное слушание

70

Прошло чуть больше недели с момента сногсшибательной находки секретных документов «Феррари» в доме Майка Кафлана, и многие вопросы, которые я накидала в первой заметке по сему вопросу, нашли ответы. Например, стало известно, как Скудерия вышла на главного конструктора «Макларена». Поначалу показавшаяся анекдотичной история оказалась сущей правдой: миссис Труди Кафлан, собственно, жена Майка, принесла документы с грифом «Секретно, копирование запрещено» в коммерческий копи-центр в Уокинге. Сотрудник центра оказался человеком порядочным и, как назло, болельщиком «Феррари» (вот он, настоящий резидент, засланец «ферраристов» в страну «Макларена»!) В общем, Труди спалилась. А зачем нужно было делать дополнительную копию имеющихся документов, и почему занимающий достаточно высокий пост в конюшне и наверняка нормально зарабатывающий Кафлан не приобрел для этих целей ксерокс, мне, например, не понятно до сих пор.

В принципе, когда в дни Гран-при Великобритании прозвучало признание Ника Фрая о встрече с Найджелом Степни, а затем совместно с ним и Кафланом, показалось, что вырисовалась определенная картина – материалы «Феррари» шпионы собирались использовать для «Хонды», куда они устраивались на работу. Хотя тут тоже неясность. Я бы себе представила этот процесс таким образом: Степни с томиком, или жестким диском, с досье Скудерии, и Кафлан с аналогичным багажом из «Макларена» прибывают в японскую конюшню, находящуюся в вопиющем кризисе. «Хонда» по уши зарывается в ноу-хау и строит с нуля машину и организационную структуру — кстати, это именно им и надо срочно предпринимать, с помощью извне, или без нее. Но, во-первых, Фрай отрицает, что его команде были предложена секретная информация, во-вторых, все-таки документы уже давно (об этом подробнее – чуть ниже), еще до начала переговоров, находились дома у Кафлана. Думаю, «Хонду» пока можно исключить из уравнения.

Вопрос, как досье «Феррари» попало к Кафлану, тоже получил ответ. Только мы его пока не знаем, и либо не узнаем вовсе, либо придется потерпеть. Но «алые»-то знают точно! В среду в суде в Лондоне отстраненный главный конструктор «Макларена» пошел на сделку. Под присягой он дал показания, откуда у него информация, и кому еще она была открыта. В обмен он, по-видимому, получил согласие Скудерии не использовать эти показания против него в итальянских органах.

Для «Феррари» эти признания, очевидно, были очень важны. Дело в том, что Степни ушел в глухую несознанку и отрицает, что это он был каналом передачи данных. Повторный обыск в его доме, вероятно, не дал достаточных оснований, чтобы уличить Найджела. Но как только показания Кафлана оказались в руках итальянской команды, она направилась прямиком в… ФИА! Да-да, не в суд против собственного бывшего сотрудника, хотя если это он снес документы, то и ему в скором времени не избежать разбирательства, а сразу в Федерацию с доносом на «Макларен».

Вчера ФИА объявила об экстренном заседании Всемирного Совета, которое состоится 26 июля и на которое приглашены представители «Макларена». В заявлении Федерации указано: «Представители команды вызваны для дачи показаний по обвинению в том, что с марта по июль 2007 года в нарушение статьи 151с Международного спортивного кода, Vodafone McLaren Mercedes незаконно располагал документами и конфиденциальной информацией, принадлежащей Scuderia Ferrari Marlboro, включая информацию, которая могла быть использована для проектирования, создания, проверки, тестирования, развития и/или гоночных операций с автомобилем «Феррари» 2007».

Очевидно, просто незаконного владения документами сотрудником «Макларена» было недостаточно для выдвижения обвинений против команды, но в признаниях Кафлана появилось что-то более существенное, чтобы Федерация, еще не закончившая собственное расследование, уже взялась за дело. Например, обратите внимание на даты в заявлении. Если раньше говорилось о бумагах конца апреля, то теперь всплывает март, а это сдвигает нас в начало чемпионата, гораздо расширяя возможности для внедрения в процесс новых идей, ежели таковые были доступны не одному только главному конструктору, и снова поднимает вопрос о «гибких днищах». В предыдущем посте как раз обсуждался их запрет, как одно из возможных направлений использования секретной информации не себе на пользу, так противнику во вред. Кстати, Скудерия утверждает, что в досье были документы, датированные и более поздним сроком, чем апрель, а это означает, что информация «сливалась» более-менее регулярно.

И еще кое-что. Стало известно, что управляющий директор британской команды Джонатан Нил знал о секретной информации. Но Рон Деннис нас совсем недавно убеждал, что никто в конюшне, кроме единственно Кафлана, не имел представления о досье…

Теперь у нас на повестке два существенных вопроса: может ли команда, сотрудник которой уличен в незаконных действиях, быть привлечена к ответственности, и что там с очками Алонсо и Хэмилтона? То есть если пилот побеждает, то заслуженно радуется вся команда. А если кто-то оступается, то у всех ли горе?

Как вовремя подсказал www.grandprix.com, согласно статье 3.1 спортивного регламента «Формулы-1» «команда несет ответственность за обеспечение соблюдения требований Договора Согласия, Международного спортивного кода, технического и спортивного регламента всеми своими сотрудниками». Если ФИА зацепится за этот пункт и решит, что одного только незаконного владения информацией (заметьте, в заявлении ФИА не сказано о ее использовании, в формулировке обвинения – «возможность использования»!) достаточно для того, чтобы наказать «Макларен», можете ожидать все: штрафы, аннулирование результатов, вплоть до дисквалификации.

Но что касается пилотов – несут ли они ответственность за действия команды, а точнее какого-то одного из ее членов? Ведь им просто дают машину, и они выходят на ней на старт, не имея представления о том, легальна она, или кто-то в ней что-то смухлевал. Можно вспомнить случаи, когда очки снимали с команд, но оставляли пилотам. В 1995-м на Гран-при Бразилии результаты «Бенеттона» и «Уильямса» были аннулированы из-за несоответствия проб топлива образцам, предоставленным в ФИА. Шумахер и Култхард после апелляции очки сохранили. Победитель Большого приза Австрии 2000 года Мика Хаккинен тоже не пострадал, тогда как «Макларен» был лишен очков, когда во время технической проверки было обнаружено отсутствие пломбы на блоке управления двигателем. Но вспомним более свежий пример: БАР с его дополнительным баком в 2005-м. Наказание было суровым – дисквалификация на три этапа. Понятно, что непричастные к нелегальному изобретению гонщики тоже отбывали наказание.

В общем, 26-й день июля откроет парочку секретов и ответит на парочку вопросов.

Найджел Степни
происшествия
Майк Кофлэн
дисквалификации
logoФеррари
logoФИА
logoМакларен