Реклама 18+

Ильсур Метшин: «Честно? Быть президентом «Рубина» в чем-то труднее, чем мэром»

«Успехов «Рубина», я думаю, надо дождаться», – говорит теперь уже экс-президент казанского клуба Ильсур Метшин. В эксклюзивном интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал, как два года готовилась передача всей полноты власти «ТАИФу», по каким причинам на роль главного тренера был приглашен Хави Грасия, с которым не сложилась «химия отношений», и почему готов первым пожать руку Сердару Азмуну, когда тот вернётся в Казань.

Хави Грасия, Ильсур Метшин,Олег Кузьмин  

 

 «МЫ НЕ НАЧАЛИ С КРЫШИ, МЫ НЕ НАЧАЛИ С ФАСАДА...»

– Ильсур Раисович, расскажите, как проходил попечительский совет «Рубина» в среду – теперь уже исторический для клуба?

– В хорошем, конструктивном диалоге, как это всегда бывает у нашего президента. Обсудили итоги сезона, задачи, которые стояли, – что выполнено, что нет, и то, куда двигаться дальше. Мне было приятно услышать от Альберта Кашафовича Шигабутдинова слова благодарности. Хочу сказать спасибо и «ТАИФу». Потому что, во-первых, они поддержали нашу стратегию год назад, они увеличили финансирование. И, во-вторых, мы вместе сделали очень большую работу по приведению клуба к международному стандарту. Например, мы впервые за историю привлекли партнеров Pricewaterhouse и сделали международную отчетность, чтобы клуб был понятен для ФИФА, для УЕФА, для других международных организаций. Для потенциальных спонсоров.

– Которые и появились?

– Да. «МегаФон», Mail.Ru... Впервые в истории клуба федеральные компании стали нашими коммерческими партнерами. Для «Арсенала», «Барселоны», для «Ювентуса» всё это понятные вещи, а мы это делали впервые. Вся эта работа со стороны абсолютно невидима, но, поверьте, по юридической и финансовой части это всё равно что из хостела перестроить пятизвездочный отель. Как автобус «Керогаз» перевести на Евро-4. Мы еще не Евро-5 по внутреннему менеджменту, но Евро-4 – твёрдо.

Я искренне благодарен всем спонсорам: и нашим энергетикам, и СИНХу, стоит вспомнить и о Валерии Юрьевиче Сорокине – он огромную работу по финансовому фэйр-плей провел за свой период. Все финансировали ритмично, все делали. Под амбициозную задачу все подстроились, в том числе финансово, кому как бы трудно ни было...

Валерий Сорокин  

 

Из тех задач, которые передо мной стояли, за полтора года нам вместе что-то удалось больше, что-то – меньше, но мы создавали фундамент. Мы не начали с крыши, мы не начали с фасада, мы именно создали тот фундамент команды, успехов которой, я думаю, надо дождаться.

Решение о переходе на частную модель, которое было принято на попечительском совете, созрело не вдруг. Известна позиция УЕФА – они к государственному финансированию относятся с большим недоверием. По их мнению, клуб должен быть акционерным обществом, должен иметь прибыль, доходы, расходы, которые должны быть релевантными. Мы слышим и то, как на совете по спорту при президенте Российской Федерации Владимир Путин говорит, что нужно отходить от государственного спонсирования спортивных клубов, что они должны быть частными и работать, как бизнес.

Хорошо, что к этому моменту мы подошли не вот так вот – утром проснулись, а уже зима. Мы созрели. Для этого была подготовлена база, проведена большая внутренняя работа по финансовой, юридической части.

– «ТАИФ» тоже готовился: сначала финансовый директор от них у вас появился, потом генеральный. Это всё к этому шло?

– Безусловно. Не секрет, что еще два года назад Рустам Нургалиевич предлагал [«ТАИФу» взять «Рубин»], но тогда «ТАИФ» сказал: «Не готовы, дайте нам время». И вот этапами было: сначала финансовый директор, потом он стал генеральным директором. Скажу, что это очень сложно, потому что в «Рубине» привыкли вольно жить. Дали деньги и только результат ждут. А когда у тебя отчетность, все регламенты прописаны в соответствии с международными стандартами – к этому надо привыкнуть, это занимает время. Но мы эту работу вместе проделали.

– Траты на футбол из госкармана всегда вызывали и мощнейшую критику общественности...

– Прямых бюджетных денег ни копейки не было, но, тем не менее, компании с госучастием были. Безусловно, эта критика тоже сыграла свою роль.

Радик Шаймиев и Ильсур Метшин  

 

– Как вы оцениваете решение о назначении президентом клуба Радика Шаймиева?

– Я передаю ему эстафетную палочку с большим уважением и пожеланиями успеха. Лично я его знаю давно. Это человек успешный во всем. Во-первых, успешный спортсмен. Чемпионами мира просто так не становятся ни в каком виде спорта. Это победитель по духу, это огромное терпение, огромный труд. Ну и во-вторых, он один из руководителей группы компаний «ТАИФ», а «ТАИФ» за что бы ни брался, делает качественно и на мировом уровне. Они [спонсоры] особо подчеркнули, что «Рубин» – это всегда был городской клуб и что безусловно мы будем вместе делать всё для того, чтобы наш проект, принятая совместно стратегия состоялась, и болельщики увидели родной клуб в топе всех турнирных таблиц и самое главное – увидели красивую игру своего «Рубина».

– Как вы считаете, зачем вообще «ТАИФу» это нужно? С «Татнефтью» понятно, ей в свое время Шаймиев поручил опекать хоккей...

– «Татнефть» и «ТАИФ» – это две самые главные компании, они равновеликие на сегодняшний день. И там, и там люди неравнодушные к судьбе республики, к народу республики. А «Рубин» – это дух республики, в том числе и наша визитная карточка. Один из наших брендов, который знают за рубежом. И коль скоро «Татнефть» несет на себе, и спасибо им – «Ак Барс» – наш второй великий клуб, то спасибо им [«ТАИФу»], что они услышали призыв нашего президента Рустама Нургалиевича и пусть через время, но полностью взяли финансирование «Рубина» на себя. Это большая ответственная работа, большие затраты. Я считаю, это говорит о социальной ответственности «ТАИФа».

– Это шаг вперед, безусловно. А возвращение Бердыева, если оно состоится, это не шаг назад?

– Нет, я так не считаю, хотя есть разные мнения на этот счет. Курбан Бекиевич – один из лучших тренеров российской премьер-лиги. Его любят и ему благодарны в Татарстане, в Казани. Я к нему отношусь с большим уважением. Кроме того, тот Курбан Бердыев, который ушел, и тот, который, может быть, вернётся – это два разных человека. Люди склонны меняться. Кто не делает ошибок? Я вам могу за прошедший год работы на пальцах двух рук назвать те ошибки, которые я бы сейчас не сделал.

«ИНОСТРАНЦА ВЫБРАЛИ ИЗ-ЗА КОРОТКОЙ ТРЕНЕРСКОЙ СКАМЕЙКИ РОССИЯН»

– Вам ведь и раньше несколько раз предлагали стать президентом «Рубина», но вы отказывались, почему согласились на этот раз?

– До 2016 года мне трижды предлагалось возглавить клуб, стать президентом. Первый раз – в 2005 году, сразу после того, как я стал мэром. Но всегда удавалось находить аргументы, чтобы отказаться, и спасибо руководству, Минтимеру Шариповичу, Рустаму Нургалиевичу, что мои доводы принимались. Однако в 2016 году настолько было тяжело клубу (а мы были в подвале турнирной таблицы, были предпосылки к вылету из премьер-лиги), что аргументов у меня не нашлось. Универсиада уже проведена, чемпионат мира по водным видам спорта тоже...

Кстати, и тогда «ТАИФу» настоятельно было предложено взять клуб в свои руки, но они оказались не готовы, попросили время. И вот момент настал.

– Какой вы видели стратегию развития клуба?

– Было несколько вариантов, которые мы обсуждали на попечительском совете в закрытом режиме, где принималось коллегиальное решение. Первый – быстрая победа и результат любой ценой, второй – продолжать такими силами, которые у нас на тот момент были. А по составу и трансферной стоимости игроков, потенциалу команды, количеству игроков сборной России наше место было то, которые мы заняли – 10-е. Этот вариант – ставка на своих игроков, небольшое усиление, стратегия на 7 - 8 лет. Третий вариант – развитие клуба, конкретная задача к 100-летию республики – победа в Лиге Европы, чемпионство на третий год работы.

Мы так в Татарстане воспитаны: будь то промышленность, сельское хозяйство, культура или спорт берутся амбициозные задачи. Был утверждён третий вариант устойчивого развития клуба и стратегия, где ставилась задача возвращения в топ турнирной таблицы, но не любой ценой, не так, что потом – выжженная земля.

Я тогда сказал: «Мы собрались в топ, но нас там никто ждёт». На вершине турнирной таблицы уже тогда были «Спартак», «Зенит», ЦСКА, «Краснодар», «Локомотив» – первая пятёрка клубов, которая имеет ежегодное беспроблемное финансирование, великолепные стадионы, традиции, школу, молодёжь, тренеров. Поэтому, чтобы туда постучаться, нужны кардинальные изменения в клубе и надолго, не на раз. Мы должны были именно под это собрать команду и главного тренера.

– Почему выбор пал именно на иностранца, а не на российского специалиста, который смог бы быстрее собрать команду?

– Сказалась короткая скамейка российских тренеров. Тот же Курбан Бердыев на тот момент был связан обязательствами с «Ростовом». К тому же он только недавно ушёл из «Рубина» с 11-го места в таблице. Поэтому в том же попечительском совете его кандидатура на «ура» не воспринималась – ещё не было европейских побед с «Ростовом», говорящих о том, что тренер пересмотрел свою тактику, стратегию.

Я встречался с Виктором Гончаренко. Это перспективный тренер, мне он сразу понравился, но было условие от Евгения Гинера, что если уйдёт Леонид Слуцкий, то Гончаренко вернётся в ЦСКА. Хотя Слуцкий тогда и не собирался уходить, мы не могли это принять.

Роберт Евдокимов – воспитанник татарстанского футбола, успешный тренер, но тот момент этот вариант тоже был из разряда «пальцем в небо». И сезон, к сожалению, показал: «Оренбург» не смог закрепиться в премьер-лиге, то есть, наши опасения были не напрасными. Хотя я и не сомневаюсь в его будущих успехах, это один из наиболее перспективных тренеров премьер-лиги.

Сергей Семак – гордость «Рубина», капитан команды, но был риск: он работал только вторым тренером, и хорошо, что сейчас начинает обкатку в клубе из середины турнирной таблицы.

Всё, на этом российская скамейка перспективных тренеров заканчивалась – или все нам знакомые, или те, кто кочует из клуба в клуб.

– С Черчесовым встречались? На тот момент он не был тренером сборной...

– Мы его не рассматривали, потому что хотелось, чтобы была какая-то связь с «Рубином» или Татарстаном. Или человек должен иметь безусловный успех, как Гончаренко в Лиге чемпионов с никому неизвестным БАТЭ. И когда начали обсуждать тренеров, выбор пал на ла лигу, представители которой в последние 10 лет побеждали везде – в Лиге чемпионов, Лиге Европы, чемпионатах Европы и мира.

– Был ведь и с Хаджи вариант?

– С Хаджи встречались, мы за ним даже поехали. В этом году он стал чемпионом Румынии со своей академией, у него там больше 75 процентов состава – свои воспитанники, но в тот момент, когда нам нужно было, чтобы он к нам поехал, он не смог оставить клуб – они шли на втором месте. Он сказал: «Дайте мне три месяца доиграть». Но потом уже и мы остыли.

– Был вариант и с Паулу Соузой...

– Я встречался с Паулу Соузой. Он произвёл на меня великолепное впечатление, как человек. Это легендарный игрок, выигрывавший Лигу чемпионов. Он рассказывал, как выходил в составе «Боруссии» на поле в финале Лиги чемпионов в знаменитом матче против «Ювентуса». За год до этого с «Ювентусом» Соуза выиграл Лигу чемпионов, но его контракт в «Юве» не продлили: он получил сильную травму. Его взяли в «Боруссию», где он был опорным полузащитником и капитаном команды. Им дали установку в финале играть определённой схемой. Но зная «Ювентус» изнутри, он сказал: «Не слушайте тренера, играем вот так». Конечно, это нарушение этики, но победителей не судят.

У него есть лидерские качества, харизма, я, можно сказать, в него влюбился, как в человека. И он очень хотел ехать к нам, был готов, остался великолепного мнения о Казани. Но мы не сошлись по цене контракта – в три с половиной раза дороже, чем у Хави. При том, объективно говоря, кроме чемпионата Португалии Соуза ничего не выигрывал.

Еще Павел Врба был согласен, мы встречались неоднократно, но он мог приехать только после чемпионата Европы, а нам был нужен тренер уже в начале лета.

Таковы были варианты при том, что людей, готовых отправиться на работу в Россию, не так и много.

– Но Манчини же приехал...

– Да. Но не забывайте, что «Зенит» – это всегда либо Лига Европы, либо Лига чемпионов. К тому же величина его контракта соответствует уровню европейского топ-клуба. Сравнивать наши возможности с «Зенитом» все-таки не стоит.

Хави Грасия  

 

– Почему вы все-таки остановились на Хави Грасии, у которого за спиной не было больших побед?

– Пеллегрини, уходя из «Малаги», указал на Грасию, сказав, что его нужно забирать из «Осасуны». Дальше – работа аналитиков. У «Малаги» было меньшее количество пропущенных голов против топ-5 чемпионата Испании. Плюс личные качества. При этом Хави изначально просил и ставил в качестве условия, что будет поиск команды, оптимального состава в первый год работы. Грасия говорил: «Мы за год соберём команду, но у меня должен быть карт-бланш. И не ждите от меня в этом году результата».

Такие гарантии были даны. Попечительский совет и руководство клуба доверили ему проект на четыре года, обещали не требовать результата в первый же сезон. Мы честно сказали об этом и болельщикам, хотя, безусловно, в глубине души пусть не результата, а красивой и содержательной игры все-таки ждали уже в этом сезоне.

– Ориентир победить в Лиге Европы по-прежнему остаётся?

– Это уже вопрос к новому президенту, но Республика Татарстан и Казань никогда не согласятся с амбициями второго плана. Как говорит Минтимер Шарипович [Шаймиев], всё, кроме золота, - сплав. Впереди у нас столетие республики. Событие для республики знаковое, и победа «Рубина», о которой будут говорить за пределами России, будет самым лучшим подарком и стране, и республике и всем её жителям.

«УЗНАВАЛИ СОСТАВ НА МАТЧ ЗА ЧАС ДО ИГРЫ»

– Все-таки что не получилось? Такая могучая трансферная кампания, дорогостоящие игроки...

– Во-первых, я убежден, что трансферная кампания в целом была проведена верно. Мы приобрели высококлассных игроков и они покажут свой класс уже в недалёком будущем. Во-вторых, я прочитал, что мы в том году были далеко не чемпионами по приобретениям в истории «Рубина» – каждый год наш клуб приобретал минимум 10 - 15 игроков, а бывало и по 19 новичков приходили. А у нас на этот год, например, были планы поменять только четверых. Вернуть Кверквелию, продать Санчеса, Саму Гарсию и расстаться с Сонгом. У нас были договорённости по Миранчуку и ещё паре российских игроков. Ни о каких десяти приобретениях этим летом не было и речи.

Что не получилось? Затянулась адаптация у Грасии и тренерского штаба – они явно недооценили уровень чемпионата России. Сегодня они уже понимают, что это. Если проанализировать погодные условия, то мы всего два раза в этом календарном году играли, когда на улице была температура выше 10 градусов. Сказался и уровень полей в России, да и взять наш Центральный стадион весной – они не привыкли на таких огородах играть. Кто-то может возразить: все же играют на таких газонах. Но такие высококлассные, техничные игроки, как Рочина, Жонатас, Лестьенн, Сонг, МВила привыкли показывать мастерство на бильярдном столе.

Всё сразу не бывает. Вспомните советское прошлое: ты идешь на рынок и у тебя ВАЗ-2103, нет запчастей. Когда от «тройки» поставишь, когда от «шестёрки», не все запчасти подходят. Так же и футболисты. Он прекрасно играл в донецком «Шахтёре», но не факт, что после этого у него получится в «Боруссии». Или замечательно выступал за «Спартак», но не факт, что получится в «Бешикташе». Когда в «Милане» Шевченко выступал, был мегазвездой, а пришёл в «Челси» – сдулся, и карьера закончилась. Кто может назвать неудачным приобретение Шевченко? Это был супертрансфер, но не подошёл под менталитет. Таких примеров множество. «Барселона» отказалась от Ибрагимовича в своё время. Всякое было, и на 100 процентов просчитать невозможно, нужно время для строительства коллектива.

Но были и другие моменты. На мой взгляд, был нарушен микроклимат, когда долго не доверяли Гёкденизу, во втором круге после травмы не выпускали Олега Кузьмина. Только дисквалификации Бауэра и Набиуллина вынудили поставить его в стартовый состав.

– Грасия, как настоящий баск, настолько упрямый?

– Для меня полным удивлением был такой подход главного тренера. Работая в Нижнекамске или здесь с самыми большими руководителями градообразующих предприятий, я находил общий язык и убеждал больших руководителей скорректировать своё мнение. С Грасией это не удалось вообще. Он имел своё мнение по всем вопросам и переубедить его было невозможно. Мы проигрывали, но он говорил: «Вы увидите, будет результат». Мы встречались даже после проигрыша полуфинала Кубка России «Уралу», где я не увидел воли команды, что они хотят прийти и выгрызть клок земли, но победить. Хорошо, сезон потерян, но остаётся восемь туров, мы можем показать игру. Хави всегда говорил: «Президент, ваше – это финансы, менеджмент, спортивная часть – моя». Кого поставить в состав мы накануне спрашивали, он говорил, что сообщит за час до игры.

– При этом порой складывалось впечатление, что Хави был слишком дипломатичен с игроками...

– Я обсудил возможные кандидатуры тренеров с костяком нашей команды на тот момент – Рыжиковым, Кузьминым, Оздоевым, Девичем и Караденизом. Подавляющее большинство сказало, что хотело бы работать с иностранным тренером и надо попробовать. Ла лига есть ла лига – это совершенно другой уровень. Было не только коллегиальное решение попечительского совета, но и согласие со стороны ребят. По ходу сезона несколько раз встречался с игроками, замерял температуру и пытался понять, что ещё я могу сделать как президент для улучшения результатов и микроклимата в команде. Во время одной из таких встреч Мага (Магомед Оздоев, – ред.) сказал: «Ильсур Раисович, катастрофа. С нами так нельзя. Мы играем хорошо – он хвалит. Плохо играем – он всё равно хвалит. Мы выросли из детских академий, где тренеры на нас орали. Мы такого языка не понимаем». Вот такой менталитет наших российских игроков, без жесткой руки и криков в раздевалке, если тренер не пихает провинившихся и команду за поражения, то результата не будет.

Гёкдениз Карадениз  

 

– С Эмери была примерно такая же история...

– Мы же собирались строить новую команду. Когда мы были на девятом месте, президент «Зенита» сказал мне: «Не расстраивайся, вы пытаетесь играть в футбол, в России – это редкость». Я, конечно, расстраивался. Он продолжил: «Рубин» – одна из тех команд, которая показывала игру». Мы приглашали тренера и игроков в команду, которая должна была собирать 45-тысячный стадион, должна была показывать атакующий и интересный футбол. Ринат Ахметов - президент «Шахтёра» говорил: «Определитесь, какой тренер вам нужен, который даст результат или покажет зрелищную игру. Мне нужна игра. Мы можем проиграть 1:4, можем выиграть 3:0, но все видят зрелищный футбол». Мы поставили на красивый и зрелищный футбол, но за один год поставить такую игру тренеру не удалось.

– Рядом были помощник тренера Дмитрий Кузнецов, работавший в «Рубине» уже несколько лет, и Ильгиз Фахриев, которые могли выполнить роль жёсткой руки.

– Для этого Хави надо было понять наш менталитет. Я говорил ему в середине сезона: «Хави, ну не бывает константы, нужно меняться. Может, состав изменить, кому-то больше довериться для микроклимата?». Он ответил, что всё нормально и команда работает. Среди музыкантов есть мнение, что тренироваться должен тот, кто играть не умеет. А у него всё чётко. Он в состав ставил только тех, кто работал на износ на тренировках. По этой причине всё время выходил Ткачук. Он трудился. Сонгу, может быть, из-за его мастерства и не надо было столько работать. Но Сонг мог бы выйти на поле и решить исход матча.

Конечно, есть исключение – Карадениз. Гёк провёл зимний сбор лучше, чем большинство молодых игроков. Он заслужил место в составе. Я просил, даже упрашивал Грасию вывести его на поле. Мне говорили и Жонатас, и Рочина, что Карадениз – это дух команды, человек, который может повести всех за собой. Хави же мне говорит, что Гёк недостаточно физически подготовлен, что нужно подождать, результат придёт и без Гёка. Надо отдать должное Караденизу, который вёл себя как профессионал. Да, как все звёзды, он эмоционален и позволил себе высказать тренеру своё мнение. Но что в этом такого? Мы же команда. Выслушал и продолжил работу. Но в этом случае, видимо, затаилась обида.

– Кажется, что Лестьенн не убивал себя на тренировках. Но в состав попадал стабильно.

– Он моложе. Плюс есть статистические данные, которые указывали на его продуктивность. Я считаю, что Лестьенн не показал и 50 процентов того потенциала, который он показывал в прошлом году. Те голы, та результативность, тот класс – этого не было. Я рассуждаю не как тренер, а как болельщик с трибуны.

Ильгиз Фахриев  

 

«СКОЛЬКО У НАС БЫЛО ПО-НАСТОЯЩЕМУ ПРОВАЛЬНЫХ МАТЧЕЙ? ДВА»

– Сколько раз по ходу матчей вы заходили в раздевалку?

– Только один раз – во время игры с «Тереком». Тогда команда обратилась к болельщикам и попросила о поддержке: выкупила все билеты и сделала вход бесплатным. Болельщики пришли, значит, откликнулись. Игроки должны были хоть вдевятером обыграть «Терек», на воле и желании порвать соперника. А они проводили обыкновенный матч. Я не видел, что они умирали на поле.

– Почему это происходило?

– Я не могу отвечать за дух команды и спортивную часть. Тогда мне надо было бы стать главным тренером команды. Я не могу настраивать команду – это неэтично в конце концов. Мы ведь не зря пригласили серьёзного главного тренера с одного из ведущих европейских чемпионатов. Но один раз я зашёл и сказал всё, что я думаю. Игроки потом сказали, что мне следовало сделать это на десять туров раньше.

– После этого было видно, что Хави изменил схему...

– Да, он изменился, но сделал это в последние пять туров. Кстати, сколько у нас было по-настоящему провальных матчей? Два – против «Зенита» и «Ростова». Мы кому-то проигрывали 0:4 или 1:5? У нас восемь ничьих. Мы потеряли 11 очков в играх с теми, кто расположился в конце турнирной таблицы – с «Томью», «Крыльями», «Арсеналом» и «Оренбургом». Если бы не эти осечки, то мы бы оказались на четвёртом месте. Сказались и судейские ошибки.

Но в целом хочу сказать, что по спортивной части все вопросы лучше адресовать главному тренеру. Я не специалист в области футбольной тактики. Что касается микроклимата, то ещё в октябре я говорил Хави, что он разрушает атмосферу, доверяя слишком сильно Санчесу и Саму.

Дмитрий Кузнецов (слева)  

 

– Может быть, стоило бы поставить к Грасии второго русского ассистента?

– Для этого должен был появиться запрос от главного тренера. Но у него уже был Дмитрий Кузнецов. Куда лучше? Человек знает российский чемпионат и как тренер, и как капитан ЦСКА и игрок сборной России, и как успешный игрок в Испании. Есть кандидатуры лучше? Но чтобы такое сочетание сработало, Хави надо было слышать. Он слушал, но не слышал.

– Стоило ли Грасии привезти ещё больше испанских специалистов в свой штаб?

– Все ребята говорили, что тренировки были интересными. Им нравилась разносторонность. Даже Рыжиков – очень опытный игрок, открыл для себя много нового при работе с испанским тренером вратарей. Они были в постоянном контакте с игроками. Но прошёл всего лишь год. Дюков говорил: «Мы взяли в «Зенит» двух новых игроков, и не можем собрать команду полгода. Только двух! А ты взял десять, так что набирайся терпения». Он сказал, что временами мы показываем очень интересную игру.

– Если бы вы остались президентом, продолжил ли работу Грасия?

– Надо было садиться и разговаривать. Люди же учатся на своих ошибках. Он эти ошибки видел и в конце сезона стал меняться. Пошли победы над «Локо», «Амкаром», «Уфой»...

Но понимаете, я как мэр привык видеть цель, ставить завышенную планку, идти к ней и вести за собой команду. А будучи президентом клуба, ты не можешь передать эту энергию, не можешь постоянно быть в команде – так устроена иерархия и футбольная жизнь. Между президентом клуба и главным тренером должна быть определенная «химия отношений», должен быть унисон. С Грасией такого взаимопонимания не получилось. Оговорюсь, что речь чисто о футбольных вопросах. Что касается его личных и человеческих качеств, то в них нет никаких сомнений, он прекрасный человек. У него прекрасная семья, дети и он искренне хотел построить одну из лучших команд российской премьер-лиги.

Алекс Сонг и Хави Грасия  

 

«ПОСМОТРИ – САНЧЕС, СТОЛЬКО ОШИБОК, СОЛОМОН ЛУЧШЕ»

 Как велась работа на трансферном рынке? Как формировался состав «Рубина», какое участие Грасии было, вас конкретно, Ильгиза Фахриева?

– Грасия настоял на двух игроках – это Санчес и Саму, остальные – это всё работа Ильгиза Фахреева. Мы работали совместно с пулом агентов и рассматривали вместе каждого игрока. Дальше было так, что тренер говорил:  «Мне этот подходит, этот не подходит». Кстати, Ильгиз Газизович на самом деле очень интересных игроков предлагал, но Грасия сказал: «Они мне не нужны».

– Например?

– Зобнин из «Спартака», он был у нас практически. Оказался лучшим игроком страны в этом сезоне. Морозов из «Динамо», крайний защитник. Тренер от обоих футболистов отказался. Но и приобрели хороших игроков. Ну что сказать про Сонга, что он был плохим игроком? Человек, который играл в «Арсенале» и в «Барселоне»? Или Мвила? Другое дело как тренер смог использовать их потенциал...

– С другой стороны, может, тот же Сонг – сытый кот, которому уже не хочется никому ничего доказывать?

– Нет, я с ним встречался, он говорит: «Доверяйте мне, вы увидите тот уровень, на котором я играл». В одну игру его поставили на 30 минут, вторую – опять на скамейке провел, а потом его только из-за травмы кого-то вернули в состав. А у него большое желание было играть.

 А сейчас вы говорили о том, что готовы его продать. Сейчас уже этого желания нет?

– Желания нет. По какой причине ему оставаться – раз тренер не доверяет. У него век же короткий, им интересуются. Им интересовался «Эвертон», я разговаривал с руководством, они его хотели купить в зимнее трансферное окно, им интересовались китайцы, но мы на тот момент не отдавали.

– Многие говорят, что проблема «Рубина» – слишком длинная скамейка. Почему все-таки не удалось никого толком продать из тех, кто не нужен тренеру?

– Вы сами сделали анализ, какой у нас вагон с тележкой оставшийся: Дядюн, Билялетдинов, Шарипов, Батов, Гетигежев. Это всё игроки, которых мы не смогли даже в аренду устроить. Мы в интересах игроков хотели, чтобы они хотя бы играли, чтобы им платили любую зарплату, но чтобы они какую-то ценность имели потом. Их даже в аренду не взяли, а по правилам мы обязаны предоставить им тренировочные возможности, поэтому была целая группа, которая отдельно занималась.

– А тот же Дядюн. Неужели его даже Хави не проверил, на тренировках – ничего. Неужели Билялетдинов не смог помочь «Рубину»?

– Билялетдинов же тренировался с нами, зимние сборы прошел, ему доверяли, он выходил. Но опять-таки я не говорю, что Дядюн или Билялетдинов – никакие футболисты, но, если тренер его не ставит, не видит его в картинке.

– А другие клубы...

– А другие клубы – мы Динияру, Володе Дядюну предлагали: в любой клуб! Но никто не взял. Это о чем-то говорит? Причем тут Грасия?

Соломон Кверквелия  

 

– Возможно, у Грасии самая большая ошибка – это все-таки Соломон Кверквелия. То, что он на нем поставил крест, не дав шанса...

– Я говорил Хави: «Посмотри – Санчес, столько ошибок, но ведь Соломон лучше». Хави отвечает, что нет, он в моей игре не справится. Соломон один из лучших центральных защитников, он ещё и великолепный человек. Он настоящий грузин, у него великолепная душа, и эта душа его в Казани, в «Рубине». Ему не за деньги, ему хочется играть в «Рубине». И видя это, я понимаю, что это преступление просто – держать его на скамейке. Но тренер говорит:  «Нет, я его в составе пока не вижу». Что нам остается делать? Мы отдаем его в аренду, чтобы Грасия своими глазами увидел за эти полгода, что Саба стал основным в «Локомотиве» и вышел в Лигу Европы. И, конечно, после этого мой план был простой – вернуть Соломона.

 По контракту нет опции первоочередного выкупа «Локомотивом»?

– Нет, он игрок, полностью принадлежащий «Рубину», и в летнее трансферное окно он должен вернуться в расположение клуба.

 Какой трансфер был самый неудачный, на ваш взгляд?

– Санчес.

– Не Саму?

– Саму, потому что он уже ушел. Санчес и Саму – это просто... Санчесу вид спорта надо поменять.

 Ну или закончить карьеру. А если мы говорим о молодых игроках? Жемалетдинов – столько надежд было, авансов, ни одного гола не забил...

– Посмотрим, сколько ещё забьет Жемалетдинов. Это не показатель. Ему нужно время на адаптацию, он молодой парень, всё у него получится. Это ненормально, что он не забил, но цыплят по осени считаем. Парню - 20 лет. Я перезаключил контракт с Ахметовым и Жемалетдиновым. Я считаю, что это две будущие звезды. У Ахметова был еще детский контракт, а мы с ним заключили, как со взрослым футболистом, с перспективой. Увидите и Ахметова, и Жемалетдинова. Никаких сомнений у меня нет в этих двух игроках. Безусловно, Жонатас, Рочина, Лестьенн и Мвила, я считаю, хорошее приобретение, Сонгу просто не дали раскрыться. Бауэр уже востребован в Европе. Ко всем к ним есть интерес.

   

 

«АЗМУН БУДЕТ ИГРАТЬ В «РУБИНЕ»

– В прессе сообщали, что функции спортивного директора в «Рубине» полгода исполнял фактически Ральф Иззенегер. Насколько это достоверно и какую роль он играл?

– Он был в пуле агентов, он привез хороших игроков – Рочину, Лестьенна, Сонга, Самбрано порекомендовал...

– В этой связи хотелось бы затронуть «Дело Азмуна». Почему «Рубин» проиграл эту тяжбу, изначально ведь дело казалось перспективным?

– Наши дела как раз представлял Ральф Иззенегер. Дело в том, что есть процедуры, которые предусматривают кассации и прочее. Когда настал момент обращаться в криминальную прокуратуру Швейцарии, к Ральфу было обращение руководства ФИФА – не выносить сор из избы, не выходить за футбольную юрисдикцию. Было назначено новое перерассмотрение футбольного состава ФИФА. Когда я вам давал интервью, мы уже знали, что будут преобразования в клубе, и когда я сказал, что закончится всё интересно, я знал, о чём говорил. Поэтому совсем скоро мы увидим Азмуна в составе «Рубина».

– Как же болельщики, которые с моральной точки зрения считают, что такому футболисту не место в команде?

– Я так не считаю. Что для меня футболисты? Это в подавляющем большинстве дети, несмотря на то, что им от 22 до 27 лет. Игроки, попадая молодыми и талантливыми в академию с семи лет, незаметно для себя до двадцати лет дорастают, а ментальность у многих – ранимых юношей. Они привыкли, что около них всегда есть детский тренер, потом тренер юношеской сборной. А когда его нет, сразу появляется агент и заполняет вакуум вместо мамы и папы. Что касается Азмуна, я с ним лично общался. Он великолепный человек. Как человек он мне очень понравился. У него уважительное отношение к своей стране, родителям, Казани. Но рядом всегда есть те люди, которые говорят как поступать. Он не мог поступить сердцем, он не мог поступиться желаниям. Он бизнес-проект. И так 90 процентов всех футболистов. Когда Азмун вернётся в Казань и наденет футболку «Рубина», я ему с удовольствием пожму руку и скажу: «Добро пожаловать в Казань, с возвращением в «Рубин». Всё становится на свои места. Мы хотели выиграть суд или Азмуна обратно получить? Вот и всё. Для меня правильно, что мы хотели получить обратно Азмуна. Слава Всевышнему, Азмун будет у нас.

   

 

– «Рубин» в этом сезоне установил антирекорд посещаемости. На команду ходили вяло, почему не удалось заполнить стадион?

– Сыграла роль постоянная смена стадиона – это раз. После «Казань Арены» особо на Центральный стадион идти не хочется. А наша красавица «Казань Арена», хотя она и одна из лучших арен страны, имеет проблемы – нельзя машины ставить рядом со стадионом. Это то, что нужно обязательно решать, потому что во всем мире есть понятие удобства – я не могу идти 5 километров пешком или оставлять машину во дворах. Это были объективные проблемы, и, не решив их, тяжело будет говорить о посещаемости. Конечно, сказалась и игра команды. Если бы «Рубин» побеждал и показывал интересный футбол, то людей было бы больше на трибунах.

– Одни из достижений вашей работы – реконструкция базы клуба. Для чего это было нужно?

– Я объездил несколько европейских клубов, топ-клубов: в «Ювентусе» был, «Барселоне», в «Ливерпуле», «Арсенале», смотрел, как работает «Краснодар» у Сергея Галицкого. Мы поняли, что уровень нашей базы – это железнодорожная станция, каменный век: и по фитнес-подготовке, и по восстановительному центру, и по зоне питания, и по зоне проживания. Это был просто тихий ужас. Поэтому спасибо Рустаму Нургалиевичу за то, что поддержал нас, это было решение не попечительского совета, а президента республики. Мы приняли решение и в зимний перерыв, буквально за 1,5 месяца сделали европейского уровня базу. Мы построили новое тренировочное поле, которое полностью копирует газонное покрытие и дренаж «Казань Арены». То есть, игроки теперь тренируются и играют на поле одинакового уровня.

Открою небольшой секрет: новичков перед подписанием контракта мы размещали в отеле «Лучано» и они видели, что это мирового уровня СПА, которое не везде в мире встретишь. Потом они ехали на «Казань Арену» и понимали на каком стадионе будут играть. И последней точкой была база – такого уровня, какую имеют, может быть, топ-30 клубов. И для игроков было приятной неожиданностью, что в таких условиях они будут тренироваться и жить в период подготовки к играм. Но, в любом случае, завтрашний день – это полноценная база.

– А что с этой базой не так?

– Количество полей не соответствует международному стандарту, то есть нормальная база европейского клуба – это 9 - 10 тренировочных полей. Это все-таки, как правило, зона спокойная, где-то в пригороде, где есть соответствующий воздух и шума нет. Поэтому завтрашний день – это строительство новой базы, в любом случае.

– Спонсоры, наверняка, к этому придут?

– Я думаю, что они сами к этому придут, поездив по миру, увидев. 

«ЭТО ТРУДНЕЕ, ЧЕМ БЫТЬ ГЛАВОЙ ГОРОДА»

– Часто в кулуарах вас упрекали, что вы единственный президент «Рубина» в истории, который получает зарплату в клубе...

– Действительно, должность президента оплачиваемая, достаточно хорошая зарплата у президента клуба. Но по закону о госслужбе я не имею права получать зарплату где-либо, кроме как в муниципалитете. И в этой связи все полтора года я руководил «Рубином» на общественных началах, то есть я не получил ни копейки: ни премий, ни зарплаты. Более того, по этому же закону я не имею права летать в командировки за чужой счет. И в то же время я не имел права летать за счет мэрии, потому что это командировка не по назначению моей основной деятельности.

А летать было нужно – и в итоге у меня пару десятков поездок набралось, на которые я вынужден был брать административный отпуск, опять же по закону, писал заявление в свою бухгалтерию, отдел кадров. Я в счет отпуска летал и оплачивал поездки из своего личного кармана. Или же эти поездки приходились на выходные. Так что моя семья сейчас рада, что в выходные у меня будет больше времени на общение с ними.

– Ваша семья – это ведь и мэрия?

– В мэрии тоже еще больше обрадовались. Потому что на самом деле это время занимало достаточно много, и энергии, и сил. Но я всегда чувствовал поддержку Рустама Нургалиевича, для меня это очень важно, и я благодарен ему за это.

И как мэр я получаю больше всех поддержки и личной, и финансовой – ни один градоначальник столиц регионов в России не может похвастаться этим. Но в том, что касается «Рубина», я получил особую помощь. Рустам Нургалиевич во всех ситуациях был рядом с клубом: помогал и словом, и делом, и сердцем, и советом. Постоянно приходилось преодолевать какие-то новые трудности, решать задачи, которых раньше решать не приходилось. И без участия президента республики было бы гораздо сложнее.

– Как опытный менеджер можете сказать, чем отличается футбольный менеджер от любого другого? Насколько трудно быть управленцем такого клуба?

– Честно? В чем-то труднее, чем быть мэром города.

   

 

– Почему?

– Какие бы сложные задачи ни стояли перед мэром в городе и сколько бы не было неизвестных в их решении, наметив путь, при наличии определенных финансовых, кадровых ресурсов и системности в работе ты достигаешь результата с вероятностью в 90 процентов. В футболе такого нет. Может быть, потому что такие же планы есть и у 5 - 6 твоих конкурентов.

Тут дело даже не в специфических знаниях. Слишком много игры вне футбольного поля и стадиона. Закулисье огромное. То, что видят зрители... Они видят не больше 25 процентов. Нужно понимать, что не всё зависит от денег. Если бы всё зависело от них, то «Зенит» был бы чемпионом 10 лет подряд. Если от желания и любви, то тогда бы выигрывал «Краснодар». Сергей Николаевич [Галицкий] - великолепный менеджер, успешнейший предприниматель, создатель компании мирового уровня, но, видите, и любовь есть, и деньги, но столько нюансов.

Этим надо жить. Я спрашивал руководство «Барселоны»: «Что для вас клуб?» Они говорят: «Для нас клуб – это все, это жизнь, это мы, мы это не делим». И генеральный менеджер мне рассказал: «Мы похоронили деда, и он сказал: «Когда я умру, похороните меня лицом к «Камп Ноу», чтобы и оттуда  смотрел футбол». И для меня все стало понятно.

– Интересно ваше личное эмоциональное состояние. Прошло чуть больше суток, как вы уже не президент «Рубина» – что вы сейчас чувствуете?

– Огромное облегчение, если честно. Я много раз слышал слово «надо» в своей жизни. Когда меня направляли в Нижнекамск в 28 там с копейками лет – это не был какой-то подарок судьбы, это был вызов. Там не платили пенсии, задерживали зарплату бюджетникам два месяца, пенсии не платили 62 дня, «Нижнекамскнефтехим» не выплачивал шесть месяцев зарплату, «Нижнекамскшина» – девять месяцев. И вот я в таком возрасте, приехал туда, ну просто на амбразуру. Уходя из Нижнекамска, я видел результат, город был дважды признан самым благоустроенным городом России. Была гордость нижнекамцев за свой город, а приезжал я, когда говорили «Нищекамск».

– Казань после Универсиады также преобразилась.

– После тысячелетия, я напомню, кому-то казалось, что это цветок аленький, что все классно. Но долги Казани после 2005 года были больше в два раза, чем бюджет Казани. Спасибо и президенту, и всем, что мы разрешили этот вопрос. Потом была Универсиада... Покажите мне еще города не только в России, а в мире – кроме китайцев – которые в 5 раз за 8 лет выросли в туризме. То есть, я везде видел результат.

«Рубин» был очередным вызовом, и здесь – это первый мой опыт, когда я не могу сказать, что я был успешен. Да, для меня большая честь и гордость, что я принял участие в строительстве фундамента нового клуба. Но до дома еще далеко. Любой болельщик скажет, что сезон провален, проект провален. И я хочу сказать огромное спасибо тем фанатам, которые, несмотря на поражения, оставались верны «Рубину». Это дорогого стоит. Простите, что не всё получилось так, как задумывалось. Но таков футбол.

Что я чувствую? Конечно, что скрывать, мы так воспитаны, дух победителя в нас живет, что хотелось бы в качестве президента клуба подержать чемпионский кубок, но... Дай Бог, поддержим в руках его еще раз – я дважды держал – уже будучи мэром. Бог любит троицу.

Айрат Шамилов / БИЗНЕС Online

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Блог редакции «БИЗНЕС Online»
+11
Популярные комментарии
Arda Turan
0
Словесный понос от Метшина. Ясно-понятно все с этим персонажем
leftdefender
0
Зря от Зобнина то отказались год назад.
teamsby
0
- Скажите, трудно в шахматы играть?

- Вы знаете, очень трудно.

- А ты в шахту уголь иди кидать, там легко.
Написать комментарий

Новости

Реклама 18+