Реклама 18+

Счастливая звезда Томаса Моргенштерна

«Я не буду больше томить вас в ожидании: я завершаю карьеру», – с натянутой улыбкой произнёс вчера усталый юноша в прямом эфире главного австрийского канала ORF 1. Эти слова мало для кого стали неожиданностью, и тем не менее сложно найти хоть одного человека, сопереживавшего всё это время судьбе Томаса Моргенштерна, в сердце которого бы до последнего не теплилась надежда.

Иногда бывает, что сама жизнь пишет сценарии ничуть не хуже именитых голливудских драматургов. И эта история – яркий тому пример. Двенадцать лет, полных невероятных успехов, побед, триумфов, страшных падений и феноменальных возвращений. Много раз Томас сгорал дотла и восставал из пепла, словно феникс, сильнее и смелее, чем прежде, – и обязательно с широкой улыбкой на лице. 

Первые испытания достались ему ещё на самой заре карьеры: семнадцатилетний Томас, неопытный и юный, не справился с сильным порывом ветра в Куусамо в 2003 году, но несмотря на душераздирающе выглядевшие кульбиты по горе приземления спустя несколько недель вышел на старт второго в своей жизни Турне четырёх трамплинов и поднялся на подиум в Оберстдорфе. Таким же было и падение на тренировке в Куопио в 2009 году, после которого он быстро вернулся на трамплин. Точно так же он выходил на командное соревнование на чемпионате мира в Валь-ди-Фьемме в 2013-ом, когда он прыгал, несмотря на травму колена, на обезболивающих и силе воли, почти не в состоянии держаться на ногах после второго прыжка, только чтобы взобраться на верхнюю ступень пьедестала не без помощи товарищей.

В подобных эпизодах – весь Томас: быть всегда на пределе, оступаться, падать, снова вставать, улыбаясь, как прежде, постоянно тянуться к чему-то большему, шаг за шагом, снова и снова. Под своей счастливой звездой, которая никогда его не оставляла.

На вчерашней пресс-конференции не обошлось без стандартного вопроса о самом счастливом моменте в карьере. И Томас с улыбкой, единственной не вымученной за все полчаса эфира улыбкой мягко ответил: «Турин-2006, когда мы выиграли с Кофи». Действительно, тот прыжок во втором раунде соревнования на большом трамплине на хилл-сайз с сумасшедшими прошедшими в зачёт тремя оценками 19.5, позволивший ему обойти пропущенного вперёд в первом раунде Анди Кофлера, – пожалуй, один из лучших прыжков Томаса в карьере. А смотря на то, как он довольно жмурится на пьедестале под звуки австрийского гимна, и вовсе думаешь, что лучший. Просто посмотрите на это ещё раз и убедитесь сами. 

Про события прошедшего олимпийского сезона сказано и написано уже слишком много: газетные заголовки скорее напоминали сказочную историю в лучших традициях морфологии этого жанра за авторством Проппа. Трижды Томас попадал в передряги, трижды он поднимался, расправив крылья.

После Валь-ди-Фьемме, проблем с коленом и сложностей в личной жизни Томас смог выйти на старт сезона в неплохой, пусть и чуть нестабильной, форме. Несколько хороших соревнований, подиум в Лиллехаммере, с каждым этапом новый шаг вперёд – и победа в Титизее-Нойштадте. Двадцать третья в карьере. Последняя. Потому что стремительный взлёт сменился резким падением: в субботу он обнимал товарищей по команде в зоне выката, светясь от счастья, а в воскресенье его уносили с этой самой зоны выката на носилках.

Но Томас действительно родился под счастливой звездой и отделался лишь ушибами и сломанным пальцем (который, кстати, догнал его спустя десять лет: после падения в Куопио в 2003 году многие газеты писали, что кроме прочего Томас сломал тогда палец на руке, и он все эти годы удивлялся, откуда пошла тогда эта дезинформация; теперь же, спустя декаду, старые слухи материализовались). Уже через неделю он вопреки всем сомнениям вышел на старт Турне и, будучи не в состоянии самостоятельно застегнуть ботинки из-за гипса, занял второе место в общем зачёте. Подобное везение лишь подстегнуло любовь Томаса к хождению по опасной грани – иначе он не умеет и каждый раз рискует всем.

Почувствовав, что ему всё дозволено, что счастливая звезда над головой вытащит его из любой передряги, он начал заигрывать с судьбой и прыгать максимально агрессивно даже тогда, когда это было во вред. Как, например, это было во время ветреного этапа в Инсбруке, где на тренировке он чуть было не побил рекорд Бергизеля в опасных ветровых условиях, а потом сорвал прыжок в соревновании из-за слишком дёрганного отталкивания (вспомните реакцию всё понимавшего Пойнтнера: не разочарование, а облегчение и даже радость хорошему исходу). Просто потому что Томас не мог иначе.

Дальнейшие события известны всем, даже тем, кто мало интересуется прыжками на лыжах с трамплина: столько упоминаний этого вида спорта в самых разных СМИ не бывает даже во время Олимпийских игр. Страшное падение, дни томительного ожидания, героические усилия, пресс-конференция в дневной прайм-тайм по ORF 1 (почти как вчера) – и будто бы ставший старше на несколько лет за месяц, но всё такой же радостный Томас в шлеме со звездой во лбу все две недели Олимпийских игр перетягивает на себя всё внимание журналистов.

Возможно, телевизионная картинка искажала и смягчала действительность, но для всех, кто видел его на Играх лично, было очевидно, каких нечеловеческих усилий стоило ему приехать в Сочи. Он через силу улыбался перед камерами, пытаясь скрыть боль и страх, но выдавая себя то жестами, то прорывавшимися в стандартные интервью фразами («То, что действительно важно, – просто быть здесь, быть живым», – как-то ответил он на вопрос о результатах, кажется, на среднем трамплине), то тем, как он старательно заставлял себя не смотреть на зону выката, если кто-то падал.

Но иначе быть и не могло, и я сомневаюсь, что на планете есть хоть один человек, который бы верил, что Томас не приехал бы на Игры при наличии хоть малейшего шанса попасть на них. Просто потому что он не мог сдаться и опустить руки. «Такова моя природа», – напишет он потом об этих неделях своей жизни. Действительно, такова его природа. В этом весь Томас.

Две недели борьбы с самим собой и пара чуть не сорванных прыжков получили по-настоящему сказочное завершение: заслуги Томаса в командном серебре сложно преуменьшить. Окрылённый победой в первую очередь над собственным страхом, Томас лучезарно улыбался после соревнования, рассказывая каждому встречному о том, что он снова может прыгать, снова может летать. «Для меня эта серебряная медаль значит больше, чем любое золото», – сказал он в тот вечер, и ни у кого не могло быть и тени сомнения в том, что это не дежурная фраза для красивых заголовков.

Сразу же после того, как Томас вместе с тремя товарищами поднялся на вторую ступень олимпийского пьедестала, он объявил, что больше не будет выступать в этом сезоне и берёт паузу для того, чтобы прийти в себя и полностью восстановиться. Всю весну и всё лето он упорно работал: поддерживал себя в форме, тренировался, занимался с психологом. Несколько недель назад он впервые с Олимпийских игр вышел на трамплин. Но ничего не вышло.

После Игр Томас постоянно повторял, что делает всё для того, чтобы вернуться. Но оставался страх, всепоглощающий страх, который удалось побороть лишь на один день, 17 февраля – и сложно представить, чего ему это стоило тогда, на склонах Кавказских гор. Отголоски падения до сих пор не позволяли ему вновь почувствовать себя уверенно. Каждый прыжок был огромным усилием над собой.

Весь последний месяц из стана австрийцев доносились вести, с каждой из которых становилось всё понятнее, что мы больше не увидим фамилию Томаса в стартовом протоколе. После первого сбора на трамплине в Филлахе он признался, что это было «не слишком-то и весело». То и дело в разных интервью всплывали будто бы случайно оброненные фразы о страхе, который не удаётся победить. «Несколько месяцев прошло, а у меня до сих пор мороз по коже», – написал он в Твиттере после того, как вместе с частью команды съездил в роковой Кульм. Последней каплей стал прыжок на Бергизеле, капризном, своенравном Бергизеле. В тот день было ветрено: альпийский фён – явно не самые благоприятные условия для прыжков. Томас признался, что во время своего последнего прыжка ему стало слишком страшно. Сразу после приземления он собрал вещи и уехал со сборов. Решение было принято.

Томас – один из немногих, кто действительно может носить титул «чемпиона всего»:  три олимпийских золота, одно личное и два командных, и сочинское серебро, которое, как известно, дороже золота, восемь золотых медалей чемпионатов мира, одна из которых личная, три золота полётных чемпионатов в команде и две личных бронзы (при том, что Томас никогда не был ярко выраженным полётчиком), два общих зачёта Кубка мира, одно Турне четырёх трамплинов, 23 личных победы в Кубке мира… Список можно продолжать вечно. Теперь же обновлённому составу австрийских «адлеров» придётся учиться обходиться без него. Причём не только в отношении результатов: думаю, не стоит объяснять, кто именно был все эти годы центром команды, её душой и сердцем. С новым тренером и без психологического лидера – в этом сезоне мы увидим весьма непривычную картину под красно-бело-красным флагом. Возможно, одному долговязому австрийцу придётся наконец-то повзрослеть, но это повод для совсем другого разговора.

Томас признавался, что мысли о конце карьеры появились у него уже после первого падения в Титизее-Нойштадте. Но тогда это был неправильный момент. После Кульма нужное время тоже не пришло. У подобных прекрасных историй должен быть столь же прекрасный финал, и там, на «Русских горках», в одном из интервью на очередной вопрос о будущем Томас ответил, что он постарается выбрать красивый момент, чтобы поставить точку. Героически выигранная серебряная медаль в Сочи – достойный финальный аккорд.

И, по правде говоря, стоит прислушаться к словам самого Томаса: это не конец, это просто начало чего-то нового. 

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Не во сне, а наяву
+29
Популярные комментарии
scintillation
+8
просто нет слов - печаль бездонная, но всеж не такая глубокая, как при его падениях.

УДАЧИ Солнечному золотому (во всех смыслах) мальчику в новой жизни без падений!

СПАСИБО за прекрасный пост!!! есть только один недостаток - пост короткий:)
Антон Бодров
+7
Спасибо Томасу за карьеру и Вам за этот замечательный пост, Томас стал для меня одним из тех людей, которые привили мне любовь к зимним видам спорта. Мне будет очень сильно его не хватать.
Anna Konovalova
+5
Спасибо вам, что читаете. Я сама впервые увидела прыжки в Турине-2006, и нетрудно догадаться, из-за кого я начала их смотреть на постоянной основе.
Да, скучать по Томасу все мы будем сильно.
Ответ на комментарий Антон Бодров
Спасибо Томасу за карьеру и Вам за этот замечательный пост, Томас стал для меня одним из тех людей, которые привили мне любовь к зимним видам спорта. Мне будет очень сильно его не хватать.
Написать комментарий 14 комментариев

Новости

Реклама 18+