Король Севера. Манифест болельщика «Комо»
И мне все равно, что Сеск — испанец.
Недавно мне написал в личку давний подписчик. Сказал, что прочитал мой последний текст про Фабрегаса. Что я — предатель, продался испанской ереси, переметнулся. В общем, достаточно культурно мне объяснил, кто я есть на самом деле.
Сразу скажу: я помню, что, когда вернется «Юве», тогда вернется и кальчо. И мне хочется, чтобы Гасперини остался в Риме надолго. Но я не буду расстраиваться, если в смертельной схватке за четвертое место первым окажется «Комо».
Давайте разберемся, почему присутствие Фабрегаса полезно для итальянского футбола. И шире — почему важно само существование таких проектов, как «Комо». Здесь есть несколько уровней.
Во-первых, финансовый. В «Комо» пришли инвесторы. Их каждую неделю показывают на трибунах, и они сидят с таким выражением лица, словно не очень понимают, что происходит на поле. Этих ребят привлекает возможность быть частью dolce vita. У себя они наторговали спичками и табачными изделиями, а в Италии хотят сидеть в VIP-ложе и говорить приятелям: вон моя команда. А вон там за трибуной — рукой подать до виллы Джорджа Клуни, там легендарное озеро, кругом селебрити. С приходом новых хозяев клуб обновляет инфраструктуру, а стадион становится фундаментом на будущее.
Но есть и второй уровень — куда более важный. Идеологический. Сеск Фабрегас начинает с того, с чего и должен начинать любой современный тренер: со стиля, с философии, с идентичности. Он говорит: мы будем играть через давление, через контроль мяча. Мы будем развивать игроков, будем работать с молодыми, будем менять их карьерную траекторию. И это не декларации. Он не пришел к этому сразу. Он набил шишки, попробовал разные решения. Попробовал даже Белотти.
Но в какой-то момент Сеск сделал выбор. Об этом я подробно написал в последнем тексте о нем. И что особенно важно — этому же выбору следует клуб. Спортивный менеджмент работает в той же логике. Трансферы делаются с учетом желаний тренера. В Италии это по-прежнему редкость. И вот здесь возникает главный вопрос: почему вообще философия так важна?
Давайте вспомним Роберто Манчини. В 2018 году в Болонье была унылая Италия. Попытки играть 4-3-1-2, выставив просто сильнейших игроков на данный момент, серые матчи, ничья с Польшей. Я был на той игре и хорошо помню, как поляки перед матчем разгуливали по болонским церквям в коротких шортиках. После игры итальянские журналисты говорили: у них хотя бы есть Зелиньски, а у нас нет полузащитников такого класса.
Но проходит месяц — и мы видим совершенно другую Италию с «ложной девяткой». И вдруг выяснилось, что у Манчини есть идея. Он собрал штаб и сказал: мы будем играть в позиционный футбол. Да, как испанцы. Его спрашивали: но у нас нет таких игроков. Он ответил: неважно. Мы возьмем эту модель и встроим в нее свои итальянские элементы.
И это ключевой момент. У Манчини было три опоры. Треугольник в центре поля с Жоржиньо, Верратти и Бареллой — типовые комбинации, контроль мяча, и еще он прикрутил к этому doppio play. Основу он взял от Сарри, который был тогда актуален, некоторые комбинации прямо скопировал один в один, только вместо Аллана был Верратти, там еще участвовал Инсинье. Высокий левый терцино, который потом выстрелит на Евро, — от Аллегри. Позиционная оборона — тоже частично от него. Некоторые механизмы — из «Сассуоло» Де Дзерби, прежде всего взаимодействие Локателли и Берарди. Были еще другие примеры, в том числе неудачные попытки интеграции Сенси, которая не взлетела из-за здоровья футболиста.
Но при всем этом философия оставалась неизменной. Именно она позволила создать команду, которая могла играть с одним стилем. И могла побеждать. Не обязана — но могла. Это важная разница. Потому что ты можешь все делать правильно, но потом один эпизод все сломает. Ты можешь все предусмотреть, а потом Гроссо не забивает гол немцам, или Паблито Росси не реализует момент в том самом матче с бразильцами при счете 2:1. Ты можешь делать все неправильно, дотянуть до серии, а потом Массаро забьет с точки Таффарелу, а Дунга с дрожащими ногами отправит Бразилию в нокаут. Или матч твоей команды доверят судить наркоторговцу. Турниры полны случайностей, но мы лишь можем увеличивать вероятность своего успеха.
А дальше — самый показательный момент. У Манчини пошли победы: сначала над слабыми соперниками, потом над средними. И через год я написал текст «Я вижу, как ты танцуешь», в котором говорил, что Италия может выиграть. Это было за два года до Евро, хотя тогда я думал, что за год. А в Италии тогда критики начали говорить, что это все быстро закончится, что надо возвращаться к традиционным лекалам.
Но штаб не отступал от выбранной философии. Потом на Евро мы легко вышли из группы, прошли бельгийцев, хотя все говорили, что это наш предел. И вот он — полуфинал с Испанией. С теми, кто придумал позиционный футбол и довел до совершенства. Играть с ними в их же игру — безумие. И Манчини делает то, что обязан делать любой тренер высокого уровня: он отступает от своей же философии. Чуть-чуть.
Ты можешь, конечно, попытаться переиграть испанцев в их футболе и быть разгромленным, как Пранделли в 2012 году. Тогда Чезаре тоже стоял перед похожим выбором — и у него был пример: успешная игра «на ножах» с испанцами в группе. Но он предпочел красоту и проиграл. Кстати, через год, на Кубке конфедераций, Пранделли играл с испанцами уже иначе и довел дело до пенальти. А это минимум 40% шансов на победу.
Накануне полуфинала у Манчини травмирован Спинаццола, который играл ключевую роль в фазе маневрирования, на его месте есть Эмерсон, который, несмотря на свои ограничения, справился с возложенными задачами, потому что до этого много месяцев тренировался по этим схемам. У Манчини есть остатки BBC, есть «пятый защитник» Толой, у него есть Доннарумма, с которым не страшно идти на серию пенальти. Мне рассказали, как это происходило: была дискуссия, были разные мнения в штабе. И все же решили попытаться выиграть первый Евро для Италии с 1968 года.
И Манчини по ходу матча опускает блок, снижает баричентро, доводит матч до пенальти — и выигрывает. Это не предательство идеи. Это ее развитие. Потому что футбол — это череда эпизодов. И если у тебя нет плана Б, ты проиграешь.
Точно так же действовал и Энцо Беардзот в 1982-м. Команда играла смело, в атакующий футбол. С бразильцами не всегда удавалось выдерживать эту линию, но итальянцы шли вперед по мере возможностей.
Но перед финалом у Беардзота травмирован Антоньони — фантазиста, тогда он располагался глубоко. Можно было бы выпустить другого полузащитника. Но в финале тренер выпускает Бергоми — персональщика под грозного Румменигге. К 81-й минуте — счет 3:0. Компромисс ради результата.
Теперь возвращаемся к Фабрегасу. Если бы он постоянно играл в пять защитников, к нему были бы вопросы, как к тому же Куэсте из «Пармы». Возможно, тогда к Сеску ночью действительно пришли бы духи Михелса и Кройфа. Но Фабрегас использует пятерку сзади как инструмент. Скальпель в нужный момент. Против команд, которые прессингуют персонально по всему полю, ты не можешь эффективно строить первую фазу без дополнительного игрока. Можно, но это уже повышенный риск. И он идет на компромисс. Не отказывается от философии, а дополняет ее.
Прикручивает к четверке защитников пятого, помятого. Как Манчини. Как многие до него. На дистанции важна философия. Но в отдельных эпизодах нужно не бояться применять план Б.
В Италии Фабрегаса за последние полтора года безжалостно критикуют — порой за те вещи, за которые другим, наоборот, аплодировали бы.
И именно поэтому Фабрегас так важен для кальчо. Потому что он предлагает не схему. Он предлагает метод. Идеологию, которая развивает игроков. К нему идут футболисты. Иногда даже на менее выгодных условиях — потому что понимают, что здесь они вырастут. И неважно, сколько у него итальянцев. Один-два молодых итальянца в такой системе могут быть важнее, чем восемь в команде, которая учит только играть низким блоком. Таких тренеров у нас в Коверчано и так полным-полно — в клубы из них стоит огромная очередь. Людей, следующих заветам Джанни Бреры, который говорил, что итальянцы на генетическом уровне способны играть только через контратаки, у нас хватает. Кстати, тот же самый Брера советовал Сакки перед финалом Кубка чемпионов против «Стяуа» в 1989 году играть от обороны. Представьте себе: великому «Милану» с Гуллитом и ван Бастеном он советовал сидеть за линией мяча.
Тот же Сеск многому научился в Коверчано — и он сам об этом говорит, об этом легко найти его интервью. Это важная деталь, потому что она ломает привычную оптику: Фабрегас — не внешний элемент, не чужеродное тело в кальчо, а человек, который эту систему изучал изнутри, впитывал ее язык и культуру. У него много друзей среди итальянских тренеров, которые учились с ним на курсе, и после первых успехов Сеск никогда не отказывает коллегам в помощи.
И на этом фоне особенно неприглядно выглядит та самая провинциальная ревностность, которая сейчас поднимается вокруг «Комо». Завидуют не только результатам, но и деньгам. Но здесь возникает подмена понятий. Я уже писал об этом в другом тексте: важно не наличие ресурсов, а то, как ими распоряжаются. Потому что в том же чемпионате есть примеры, когда клубы тратят десятки миллионов на игроков, которые изначально не соответствуют их собственной философии.
В случае «Комо» все устроено иначе. Это не история про «все купили». Это история про попытку выстроить систему, в которой трансферы подчинены идее, а не наоборот. И именно в этом — принципиальная разница.
Успех Фабрегаса — это модель, которую можно тиражировать. Потому что в Италии много таких мест, как Комо, — привлекательных, красивых, способных притягивать богатых инвесторов. По экономическим причинам итальянцы Премьер-лигу не перебьют. Но у англичан нет озера Комо, у них нет дворца Медичи и набережной Арно, у них нет Пьяццы Гранде и запаха неистоптанной китайскими туристами части Тосканы, у них нет белых трюфелей и Форума. Это сильная сторона Италии, и ее надо использовать.
Но одной красоты и культуры недостаточно. Нужна спортивная идея. Нужны такие тренеры. И нужен, в конечном счете, итальянский Фабрегас. Заряженный, убедительный, не спящий ночами с ноутбуком, обязательно в белых кроссовках.
Теперь — к сборной. Никто не понимает, куда ее ведут Буффон и Гаттузо. После Манчини была попытка изменить курс — но она не состоялась. Сегодня мы видим набор решений, но не видим системы. Мы используем схему, от которой в мире отказались еще в 70-е и которая в Италии в последний раз приносила успех на уровне Серии B.
Можно играть и не в позиционный футбол — это не догма. Можно туда добавить щепотку вертикальности, например. Можно взять идеи Конте, Гасперини, кого угодно из тех, у кого можно поучиться. Но должна быть база, каркас, от которого ты отталкиваешься. Сейчас его нет. И это проблема. Если Гаттузо ее не решит, придет другой, но рано или поздно сборная Италии должна будет собрать инновационный штаб.
Иногда нужно отступать от принципов. История знает примеры, когда отказ от компромисса менял судьбы целых стран. Франция после Второй империи была в шаге от восстановления монархии. И не июльской, с герцогами-эгалите в потертых сюртуках и золотыми батонами в сундуках, а с Бурбонами — легитимистской, настоящей.
Все было готово. Возможно, вы слышали эту историю про чудесно сохранившегося принца. Ему сказали: мальчик, ты будешь нашим королем. Но у нас в стране за последние годы кое-что произошло. Людям не нравится белый флаг с лилиями. У нас уже была схема 4-2-3-1, был зонный прессинг, был позиционный футбол, была тика-така, мы не хотим играть с низким блоком и старой персоналкой, мы не хотим с белым флагом. Подпиши вот тут и ступай царствовать, парламент сейчас проголосует за тебя.
Но претендент отказался принять трехцветный флаг. Он хотел старый — белый. Который висел над его детской кроваткой. Он хотел играть с либеро и ala tornante. Он не смог «выпустить своего пятого защитника». Не смог сделать шаг назад, чтобы выиграть.
И еще. Футбол давно вышел за рамки национальных традиций. Нет «чисто итальянского» или «чисто испанского» футбола. Все заимствуют, все адаптируют, все развивают. Сакки заимствовал и был в своей революции не первым и даже не третьим. До него Маэстрелли заимствовал и обогащал идеи голландцев. А вы знаете, что катеначчо изобрели не итальянцы, а бразилец? В футболе — как в науке или в IT: ты уже не можешь вариться в собственном соку. Если ты изолирован, то начинаешь изобретать велосипеды и схему 3-4-2-1. Не проще ли выложить репо на GitHub, посмотреть, что скажет сообщество, или глянуть на Stack Overflow?
И даже Де Дзерби заимствует, а когда упрямится и слишком прикладывается из чана Гвардиолы версии 1.0, то терпит крах. Конте меняется — и именно поэтому остается актуальным. Антонио даже выкладывал видео, где его команда играет с costruzione dal basso, — можете себе это представить. Нынешний Конте и тот Конте, который был 12 лет назад, — два разных тренера. Потому что кто не меняется, тот отстает и уходит со сцены — в лучшем случае на Sky рядом с Капелло занудствовать, а в худшем — в бар брюзжать под пиво Nastro Azzurro в компании с футболистами, которые никогда ничего не выигрывали.
Фабрегас — яркий представитель нового типа тренеров, для которых футбол немыслим без процесса постоянных изменений. Сеск — испанец? Еще лучше. В Италии уже был один наполовину испанец, который однажды чуть не объединил страну на 350 лет раньше, чем это произошло в действительности. Тогда это считалось прогрессивным — объединять страны. Ему помешала только череда нелепых случайностей. И знаете, читая в итальянской прессе то, что иногда пишут про Сеска, все эти завистливые ложно-патриотические опусы, мне на память приходят записки старины Бурхарда и все то, что всех мастей делла Ровере, Орсини и Колонна и мелкие князьки Романьи говорили про семейство Борджа.
Если ты карабкаешься наверх, то тебе всегда сопутствуют сплетни и зависть. Макиавелли писал, что правителя должны и бояться, и любить. Но если выбирать, лучше, чтобы его боялись.
Тренер тоже в каком-то смысле правитель, но в 2026 году, пожалуй, все наоборот. И великий флорентиец, с которым я мысленно в шутку иногда сверяюсь, наверняка высказался бы иначе. Тренера могут не любить. Могут не бояться. Главное, чтобы у него были идеи и он умел вдохновлять ими окружающих.
Каждый раз, включая матч «Комо», я ловлю себя на одной и той же мысли: интересно, что сегодня произойдет? Что Сеск придумал на этот раз? И почти всегда есть ответ. Почти всегда появляется что-то новое, что-то любопытное — работает ли это до конца или нет, уже второй вопрос.
P.S.
И после долгого перелёта, едва приземлившись, — я первым делом не выясняю, кого Гаттузо вызвал вместо Скамакки. Я набираю знакомый номер и спрашиваю только одно:
— Выиграли?
— 5:0.
— Отлично. Это самая лучшая новость за сегодня.
Подписчикам премиум-канала «Моя Италия» уже доступен 91 текст о кальчо — от тактических разборов до исторических лонгридов.
Последние материалы на премиум-канале:
«Я не буду спать, но найду решение». Сеск Фабрегас придумал «план Б», но предал красивый футбол
Разоблачение Аллегри. «Милан» отлично подготовился к дерби и показал инновационный футбол
Присоединяйся к премиум-клубу любителей итальянского футбола!
🇮🇹 Открытые каналы — Telegram и Дзен
🔒 Подписаться на Премиум на Дзене
🔒 Подписаться на Премиум в Telegram
