Журавель – как понять Англию. Большое интервью Кораблеву
Аршавин, пиво, фиш энд чипс.
Тимур Журавель – это Англия. Он работал там еще корреспондентом «НТВ-Плюс» и даже сейчас летает почти каждый месяц, чтобы снимать репортажи для блога и собирать сотни тысяч просмотров на прогулках с Аршавиным.
Журавель так многослойно рассказывает о стране, что мы превратили это интервью в экскурсию. Или даже лекцию.
Как англичане живут? Как едят и пьют? Как футбол встроен в их рутину и какая у него миссия? Как еще исследовать любимую игру, если не хочется тратить сотню фунтов на билет на матч? Чем Лондон похож на Москву?
И да, почему вообще Журавель так привязан к Англии; как она его изменила?
Большой разговор с Вадимом Кораблевым.
«Он настоящий. Немного говнюк. Немного грубиян». Почему так выстрелили туры с Аршавиным (и топ его любимых ресторанов в Лондоне)
– Туры с Аршавиным – возможно, твой самый востребованный контент в последнее время. О чем ты подумал, когда узнал, что будешь кататься с ним?
– Подумал, что нужно достать старые идеи – в 2019-м мы с ним ездили на Суперкубок Англии для выпусков на моем канале и на «Матч ТВ». Переформатировать их, что-то добавить.
Любая компания с Аршавиным триггерит, потому что это всегда очень бодрящее времяпрепровождение. Он жесткий, колючий, иногда грубый. Всегда держит в тонусе. Не просто вальяжная съемка, а баттл. И мне это нравится.
– Вдруг оказалось, что Аршавин в кадре так же обаятелен и ловок, как на поле. Почему он всем так понравился?
– Просто он настоящий. Не скрывает, что немного говнюк. Немного грубиян. Немного еще кто-то. Не пытается забелить негативную сторону, отгородиться: ну, я вот такой.
И это главное качество Аршавина: не пытается казаться тем, кем не является. И этим он крут.
– В чем сила вашей связки? Ваши туры собрали больше просмотров, чем другие.
– Мы разные. Я со стороны журналиста, комментатора, блогера. А он – со стороны футболиста-раздолбая. Непримиримый хейт, который у нас возникает, привлекает внимание. Людям хочется занять чью-то сторону. Или похейтить того и другого – почувствовать себя умнее.
Конфликт, кстати, абсолютно ненаигранный. Когда мы ругаемся, чувствуем ровно то, что проговариваем. Все органично. Мне кажется, люди это чувствуют.
– Как было за кадром?
– Каждый вечер после съемок мы вместе проводили время, ходили в любимые рестораны Аршавина. Можем подколоть друг друга, но такой остроты, конечно, нет.
– То есть не обижались друг на друга?
– Надуться – точно нет. Но жестко приложить и за кадром – бывало.
В чем еще прикол Аршавина: когда его жестко приложишь, он не обижается. Либо приложит в ответ, либо поржет. Он умеет посмеяться над собой, а такие люди не размениваются на обиды. Всегда может оценить даже грубый подкол.
– Какой он человек? Расскажи еще.
– Вот ровно такой, каким видим в кадре. Немного нелюдимый. Признает: не хочу фотографироваться с болельщиками и идти на контакты. Себе на уме. Слегка заносчивый. Но когда болтаешь с ним в ресторане, он отличный собеседник, позитивный парень. С ним комфортно.
– С ним сложно подружиться?
– Ну, у меня есть друзья и поближе, но Аршавин может позвонить в любой момент, что-то спросить. Я ему тоже набираю, наговариваю сообщения. Мы приятельствуем.
Вчера проезжал мимо гостиницы, где он останавливается в Москве, и заехал. Мы час сидели в лобби и просто болтали.
– В роликах Аршавина часто узнавали. Я предполагал, что его знают, но масштабы куда серьезнее. Ты ощутил, что он глобал стар?
– Когда он сказал про глобал стар… Во-первых, я с ним согласен. Во-вторых, захотелось разложить этот термин на элементы: почему один глобал стар, а другой нет? Аршавин поиграл в топ-клубе в топ-чемпионате. У него есть крутой хайлайт – четыре гола на «Энфилде». Эти составляющие делают его глобал стар. Конечно, есть глобал стары, которые добираются до «Золотого мяча» и долго держат уровень. Кто-то глобал стар поменьше, но его тоже узнают – как в Марокко, так и в Манчестере или Лондоне.
С популярностью Аршавина сопоставима только популярность Канчельскиса. И вот эта ржака, что Гаттузо не узнал Радимова, очень показательна. Потому что Радимов – звезда для нас, но не глобал.
– Яркий момент, когда Аршавина узнали, но который не попал в выпуск.
– А попал момент, когда парень показывал ему футболку?
– Да-да, где три портрета Аршавина.
– Меня убило, что Аршавина это не зацепило. Почему он к этому вниманию относится настолько сдержанно и цинично? Я бы на его месте этого чувака обнял, расцеловал, жутко растрогался. Но какие бы вещи Аршавину ни показывали, он всегда держит дистанцию.
В последних выпусках Аршавин произнес: «Вас много, а я один». По-моему, это мем советского продавца из овощного, когда женщина грубила кому-то в очереди. Мне несимпатична эта позиция, и я его пытался немного поддушить. Но он так решил. Ему так комфортнее.
– А почему?
– Думаю, это защитная реакция от чрезмерного внимания, которое преследует его всю жизнь. В испанском выпуске есть пихач: Аршавин материт Федоса (блогера, который тоже участвовал в турах – Спортс’’) за то, что тот показал болельщикам, где он находится. Если мы пройдем около «Эмирейтс» и его не будут узнавать, а я скажу «посмотрите, это же Аршавин», он наорет на меня матом.
– Еще одна фишка выпусков – как много и заразительно Аршавин ест. Признайся: это элемент шоу?
– Мы хотели снимать Аршавина в разных его проявлениях. И поняли: то, как он ест, людей забавляет, все обращают внимание. Потом уже Федос говорил: «Так, теперь нужно снять, как ты жрешь». То есть не было, но стало установкой.
Это правда смешно. Аршавин не боится показаться нелепым. Что у него кетчуп капнет. Или он будет чавкать и жевать. Более того, он читает все комменты: его дико смешит, что люди хейтят. Аршавин питается хейтерской энергией – можно сказать, это его топливо. Его фигачат, а он смеется и показывает всем хейтерские комменты.
– Ты сказал, что Аршавин водил в любимые лондонские рестораны. Какие?
– Главный – Novikov, в самом центре. Он работает с середины нулевых и до сих пор гремит. Всякий раз, когда Аршавин оказывается в Лондоне, первым делом идет туда. Там есть итальянская и азиатская части. Аршавин ходит в азиатскую, потому что там какие-то волшебные дамплинги в фуагра. И они реально ни на что не похожи.
Novikov очень популярен среди футболистов. Когда мы зашли, там сидела компания Мартинелли. Человек 10, огромный стол. Потом пришли Пау Торрес и Эми Мартинес из «Астон Виллы», за два часа до этого они выиграли матч у «Челси». Когда мы заканчивали, появились братья Беллингемы. Приехали домой в рождественскую паузу. Получается, в одном помещении были пять действующих футболистов и Аршавин.
Второе место – Cipriani, итальянский ресторан. Тоже очень известный и старый.
Третий – китайский Kai Mayfair.
– Обеды и ужины оплачивает «Фонбет»?
– Если снимаем – да. Если вечером идем в Novikov – Аршавин. В этом плане он широкой души человек.
– Каким мог быть счет?
– Не смотрел. Все эти рестораны – дорогие, но прям заоблачных цен там нет. Среднее блюдо – 20-25 фунтов. Самое шикарное, наверное, 35.
– Все хотел узнать: в Ливерпуле Аршавин жил в каком-то грандиозном отеле. Что это за место?
– Это самый обычный отель, но там есть люкс-крыло с королевским номером. Аршавин не знал, что такой снимут, но поскольку он премиум-гость тура, ему иногда делают крутые номера. Хотя в Лондоне он жил в самом обычном.
Как только Аршавин заселился, сразу набрал: «Заходи с камерой». То есть уже сечет в контенте. Водил экскурсию, ржал.
Он, кстати, абсолютно непритязателен в смысле комфорта. Когда мы летели на финал Лиги Европы, сидели в последнем ряду у туалета. Аршавин – в серединке. Говорю: «Хочешь, хотя бы к окну или с краю сядь, чтобы было удобнее» – «Да нормально».
Но когда на него выпадает лакшери, он это принимает и над этим смеется.
– Еще момент: Аршавин постоянно в «Луи Виттоне», который не то чтобы сочетается с его образами. Ему правда кажется, что это удачно?
– Мы его, конечно, подкалываем, что он выглядит как гопник. Возле «Олд Траффорда» он прямо играл образ гопоты, специально криво надев шапку.
Но когда мы зашли в примерочную фан-шопа Теда Лассо, и он появился в джемпере и кепке… У него просто заблестели глаза. Понял, что другой человек. Мы с Федосом хором сказали: «Ты очень круто выглядишь».
В этом он поехал на матч «Кристал Пэлас», а еще надел на следующий день. Более того: мы собирались эти вещи разыграть, но Аршавин сказал, что не отдаст. И мы с Федосом поехали за тем же набором для розыгрыша.
«Жирков утром летал из Лондона в Москву покурить кальян и вечером возвращался». Почему наши звезды не заиграли в Англии
– Ты много работал в Англии, когда там играли наши звезды: Аршавин, Павлюченко, Жирков, Билялетдинов. Они очень неплохо выглядели, но только на короткой дистанции. Говорили, что в Англии им неуютно. Почему так сложно найти мэтч? Что такого в нашем характере?
– Низкая адаптивность. Они все такие домашние мальчики и не хотели принимать другую, не похожую на нашу реальность. У всех перечисленных игроков я был в гостях: они смотрели «Камеди» и русские каналы по телику. Не контактировали с окружающим миром.
У Жиркова был такой квадрат перемещений по Лондону: «Хэрродс» (самый знаменитый универмаг города – Спортс’’) – кальянная напротив – магазин «Дольче Габбана». Ну и квартира. Все это в рамках 800 метров.
Привычки, которые у них сложились, не мэтчились с тем, что предлагала Англия. Они не могли выйти на улицу, не могли общаться с людьми. И что реально очень важно, не смотрели английский спортивный телик, не листали газеты. Не дружили с англичанами-одноклубниками. Оказывались в мире Брайтон-Бич: вроде приезжаешь в Нью-Йорк – а попадаешь в СССР.
У Павлюченко я был в гостях дважды. Сначала в период его хейта Англии, а потом через 8-10 месяцев, когда он говорил противоположные вещи. Все раскусил, выезжал в город с ребенком на мюзиклы и спектакли. Увидел, что такое Лондон. Говорил, что хочет остаться, даже купил дом. И все-таки клюнул на предложение «Локомотива», хотя потом жалел.
И все они к этому пришли. Признали, что сделали недостаточно, чтобы адаптироваться. Поняли, что это самая футбольная страна, в которой надо было оставаться как можно дольше. Только поняли слишком поздно – когда уже утратили игровой статус.
Аршавин выделялся тем, что как раз дружил в команде с иностранцами. Больше контактировал с Англией, тащился от нее. Просто гулял с детьми по городу, ходил на мюзиклы, катался на метро. Раз десять проехался на колесе-обозрения London Eye.
– История про ребят, которая многое объясняет.
– Они приезжали домой к Павлюченко играть турниры в настольный теннис. Билялетдинов пригонял на машине из Ливерпуля. Опять же: наверное, это время можно было потратить на коммуникацию с внешним миром.
Сумасшедшую историю мне рассказал Аршавин. Честно говоря, до сих не могу поверить. Жирков утренним рейсом летал в Москву, шел в ресторан покурить кальян и вечером возвращался в Лондон. Тогда было 5-7 рейсов в день.
– И правда сложно поверить.
– Аршавин уверяет, что так было. Я же помогал Юре выезжать из Лондона, когда он подписал контракт с «Анжи». В последние дни повел его в паб, он выпил пиво и понял: блин, какое крутое пиво, какой крутой паб. Получается, он впервые оказался в пабе в последний день в Лондоне.
Единственное место, где Юра стал другим человеком – Imperial War Museum. Он же собирает артефакты Второй мировой, провел мне экскурсию. Я был в шоке от того, как он много знает. Этот музей – единственное, что разбивало его лондонскую географию. Он точно был там до меня и, похоже, не раз.
– Новое поколение наших – другое?
– Мне кажется, они тоже столкнутся с этими сложностями. Куда бы ни ехали, все равно хотят перевезти старые привычки. А привычки связаны с нашим культурным кодом – от сериалов до музыки.
– Представим, что Батракова и Кисляка покупают в АПЛ, и они приходят к тебе за советом: «Как нам правильнее и быстрее адаптироваться?»
– Я бы рекомендовал подключить спортивные платные каналы и посмотреть, как выглядит медиасреда. Как говорят о футболе, кто говорит о футболе, как подается футбол. Если бы те наши легионеры подключили канал Sky и в первую неделю в стране посмотрели его, они бы полностью изменили ощущение от того, где находятся.
Когда утро начинается с пяти включений от ворот базы или стадиона… Какая-то мелкая новость про «Брайтон», но корреспондент едет на базу и оттуда рассказывает, что происходит. Или включение от тренировочной базы «Манчестер Юнайтед», где считают, в каком порядке приехали футболисты на первую тренировку Майкла Каррика.
Если бы Павлюченко и другие увидели, сколько внимания и времени уделяется каждой детали, они бы поняли: здесь футбол – целый мир. И как круто стать частью этого мира. Говорить на английском. Понимать, что говорят тебе и о тебе.
Из более очевидных советов: найти друзей-англичан и выучить язык. Побольше погружаться в культуру – музеи, мюзиклы, паб в выходной. Не закрываться в своем мирке, а во всех смыслах расширять границы.
Увидел, как Сафонов рванул в выходной в Лондон, дико за него порадовался. Судя по соцсетям, он сходил в правильные места. Но не во все. Мы бы с Аршавиным ему парочку посоветовали. Так что, Матвей, обращайся.
– Места еще обсудим. А какой район идеален для жизни? Чтобы и безопасно, и красиво, и близко до ключевых мест.
– Аршавин жил в Хэмпстеде, очень уютном респектабельном районе – правда, как мы выяснили, его там обворовали.
Сейчас трендовое место – Ричмонд, где живет Тед Лассо. Но Ричмонд далек от реальных футбольных маршрутов.
«Я не смог. Комплексую». Журавель мечтал поработать на английском канале, но так и не попытался
– Как часто ты летаешь в Англию?
– Последние года полтора – чуть ли не раз в два месяца.
– Сколько времени за год проводишь?
– Суммарно – месяц. Может, чуть больше. Летаю на пять-семь дней по туристической визе. Ее даже сейчас несложно получить. Дольше ждать, но ставят без проблем.
– Почему так часто?
– Потому что в Англии крутые истории и мне хочется их снимать. Комменты под видосами на ютубе показывают, что именно Англия больше всего цепляет аудиторию. После лондонского финала Лиги чемпионов в 2024-м у меня был свободный день. Подумал сгонять в стадионный тур по «Стэмфорд Бридж» и запилить видео для своего канала. Раньше я такого не делал: казалось, неинтересно, на пустых стадионах нет конфликта, экшена.
Но все-таки съездил, снял выпуск, и он собрало много просмотров. Понял, что недооценивал интерес аудитории. В Англии экскурсия по стадиону вне матчей – целая индустрия. И я решил, что хочу такой сериал. Поэтому в каждую паузу на матчи сборных планировал стадионы и уезжал для съемок.
В общей сложности выпустил 20 с лишним серий. И хочу продолжить.
– Я слышал, что тебя связывает с Англией еще и личная история.
– Я там познакомился с супругой. Это случилось летом 2016 года, после Евро. Пошел на экскурсию Даши Конурбаевой (вы точно читали блог London Eye – Спортс’’), она давно водит туры. У Даши такой формат: после экскурсии тех, кто хочет, ведет в паб. Он называется The Hall in the Wall – напротив вокзала Ватерлоо.
Экскурсия закончилась в два часа дня, а компания, которая осталась в пабе, разошлась в десять вечера. Еще пошли в ресторан, потом в другой паб, играли в мафию, другие настольные игры. Так я и познакомился с девушкой, которая стала моей женой.
– Ты никогда о ней не рассказывал. Она живет в России?
– Да, но училась во Франции – спортивному менеджменту. Работала в оргкомитете сочинской Олимпиады, на Евро-2016. Она крутой продюсер. Вся логистика, билеты на стадионные туры, тайминг моих поездок – это все Алина. Позапрошлой осенью она так сложила пазл моего английского тура, что я за семь дней снял семь стадионов в четырех разных городах. Без ее помощи я никогда бы такое не организовал.
– Где ты живешь, когда сейчас прилетаешь в Лондон?
– Снимаю. Или у друзей.
– Когда-нибудь думал о недвиге в Лондоне?
– Слишком дорого – столько я не зарабатываю. Да и жить там постоянно я бы, наверное, не смог. Мне нравится наведываться и возвращаться домой.
– Я часто слышу: «Журавель наверняка хотел бы жить и работать в Англии. Он с ней ассоциируется больше, чем кто-либо другой».
– Когда был корпункт, я приезжал в Лондон на два-три месяца – наверное, поэтому ассоциируюсь. Но я все равно связан с аудиторией, которая говорит по-русски, и работаю для нее.
Для завоевания англоязычной аудитории мне пришлось бы начать все с нуля. Я не нашел в себе сил для этого.
– Но у тебя была мечта поработать в английских медиа?
– Похоже, я упустил этот момент. Есть девушка из Бразилии по имени Натали – мы с ней в 2018-м сидели за воротами на матче «Челси» – «Ман Сити». Она снимала репортаж, я к ней обратился, чтобы записать реплику для видео, но она резко отфутболила. Подумал: ничего себе, какая высокомерная, мы же вроде одно дело делаем.
Спустя пару лет – она на английском Sky (речь про журналистку Натали Гедру – Спортс’’). Включается от кромки поля. Оказывается, она жила в Англии и хорошо говорит, хоть и с акцентом. Будучи бразильянкой пробилась в англоязычную компанию. Для такой карьеры мне надо было погрузиться в английскую среду бесповоротно и раньше. А я гонял туда-сюда и не хотел делать Англию своим домом, с радостью возвращаясь в Москву. Туризм, а не эмиграция – это мой выбор. Две эти вещи нельзя путать.
Возвращаясь к Натали, ее билетом на Sky стали португальский язык и контакты со всеми звездами из Бразилии и Португалии, которых в АПЛ очень много. Такого бонуса у меня не было. Возможно, я просто ищу оправдания. Но как есть.
– Сильно жалеешь?
– Ну да. Наверное, если бы чуть раньше решил, что хочу пробиться в англоязычное медиа, у меня бы появился шанс. Чтобы быть там конкурентным, нужно знать английский как русский. Просто хорошего разговорного уровня не хватит.
– И больше не будешь пытаться?
– Скорее всего, нет. Не вижу в себе сил. С другой стороны, мало ли, как может повернуться.
Слуцкий водил Журавеля и Абрамовича на спектакль. Но уже много лет не разговаривает с Тимуром из-за поста в телеграме
– В Лондоне у вас было две квартиры, которые работали как корпункты. Их помогали снимать Максим Демин (раньше владел «Борнмутом» – Спортс’’) и Роман Дубов (раньше владел «Портсмутом», сейчас – гендиректор «Пафоса» – Спортс’’).
– Дубов помогал оплачивать аренду как британское юрлицо, а «НТВ-Плюс» потом ему возмещал расходы.
А Демин предложил снимать квартиру безвозмездно. Он был фанатом «НТВ-Плюс», Дениса Казанского, меня, программы «Английский акцент». Мы были для него гари линекерами. Когда лично познакомились, видели в нем звезду, человека, который владеет клубом АПЛ. Но, что забавно, и мы для него оказались звездами.
Мы так робко: «Может быть, какое-то партнерство…» – «Да я вам квартиру сделаю».
– Он что-то требовал взамен?
– Вообще ничего. Ему просто по приколу было нам помочь. Мы тоже думали, что возникнет неловкая ситуация, но ему все равно. Да и как бы мы его продвигали? Просто ехали с еще большим удовольствием в Борнмут снимать репортаж, когда матч этого заслуживал.
– Как выглядели эти квартиры?
– Первая была в доме, который пристроен к церкви. Сначала туда заехал Ден Казанский, которому нужно было в местной реальности покупать мебель, жалюзи, подключать интернет. А в Англии все, что касается установки техники, очень медленно. На то, что в России происходит по щелчку, там уходят недели.
И пока не могли установить роутер, Ден пользовался вай-фаем из церкви. Он там был, потому что церковь – как дом культуры. Казанский пошел спросить про интернет, и пастор сказал: «Пользуйтесь нашим». Дал пароль. Мы это называли «прислать сюжет с божьей помощью».
Ден подружился с пастором, а потом увидел в церкви табличку «Здесь был основан футбольный клуб «Фулхэм». И снял об этом сюжет.
– У тебя остались отношения с Деминым и Дубовым?
– С Дубовым мы недавно виделись на Кипре. Периодически общаемся, у нас добрые отношения. А с Максимом [Деминым] после того, как три года назад он продал клуб, не осталось контактов. К сожалению, не знаю, где он сейчас. Видимо, занимается чем-то совсем непубличным. Он и раньше-то не любил мелькать в медиа – кажется, единственное интервью дал как раз нашей программе.
– В 2019-м ты рассказывал, что дважды виделся с Абрамовичем…
– … Это, конечно, натяжка. В каком-то седом году я с ним познакомился в Португалии у отеля сборной – перед 1:7. Он так был увлечен футболом, что поехал на матч. А второй раз мы увиделись в 2017-м на спектакле, куда меня позвал Слуцкий. Тогда я понял, что Абрамович активно следит за средой, потому что он спросил: «Чего это комментаторы на спектакле, когда сегодня Лига чемпионов?»
– Как Англия к нему относится после продажи «Челси»?
– На экскурсии по «Стэмфорд Бридж» был удивительный случай. Гид спрашивал, кто откуда. Я сказал, что из России. И он такой: «О, Абрамович! Человек, который сделал наш клуб великим. Спасибо за трофеи». Очень положительные ассоциации.
– С Абрамовичем вас познакомил Слуцкий. Какие у вас сейчас отношения?
– А я рассказывал, что он на меня обиделся за пост в телеге.
– Да, ты написал, что ему мешает тренировать фокус на судьях – но это же давно было (в 2022-м, когда Слуцкий работал в «Рубине» – Спортс’’). Так и не простил?
– Нет. Уже были попытки нас помирить, но пока они ничем не увенчались. Слуцкий через кого-то мне передавал: когда вычеркиваешь человека и привыкаешь жить без него, и возвращаться неохота. И я его понимаю.
В 2017-м, когда Слуцкий жил в Англии в ожидании «Халл Сити», мы с ним очень много общались. Он показывал мне свой Лондон, а я ему – свой. Было прямо круто. Мы дружили. И потом в Голландии ходили к нему в гости с комментаторами.
Ну… Вот так он считал тот мой пост про себя и судейство. Пару лет назад я подошел к нему на Премии РПЛ: «Давайте, может, забудем?» – «Нет, не могу забыть».
– Сразу вспоминаю, как Слуцкий выгнал Сашу Головина во время интервью в «Витессе» (это случилось из-за вопросов про матч «Терек» – «Крылья Советов» в 2009 году – Спортс’’).
– Когда мы были на матче «Витесса», случился судейский скандал. Слуцкий пришел на прессуху и выдал нереальный спич: «Уберите от нас этого арбитра. Он просто ненавидит лысых и толстых».
Лига должна была его наказать, а мы оставались после матча снимать спецреп. И прямо при нас пришло решение о дисквалификации. Сидели в ресторане, и Слуцкий говорит: «Меня забанили на два матча». Миша Моссаковский выбежал на улицу и скинул это в твиттер – разлетелось по всем лентам новостей.
Когда Миша вернулся за стол, Слуцкий сказал: «Только не постите нигде, это пока закрытая информация. Внутри клуба». Миша такой сидит… Обед закончился, Слуцкий пока ничего не подозревал.
Вечером «Тоттенхэм» и «Ман Сити» играли в четвертьфинале Лиги чемпионов, и Слуцкий позвал нас к себе. Едем в гости, и вдруг мне набирает пресс-атташе «Витесса»: «Ваш коллега сделал очень плохую вещь. Теперь у клуба и Слуцкого проблемы. Пожалуйста, скажи, чтобы он все удалил». А уже несколько часов все обсуждают.
Поднимаемся на лифте к Слуцкому, он открывает дверь и трехэтажным матом поливает Мосса. Закончил так: «Вы, журналисты, хотите от нас только информацию. Вам человеческие отношения вообще не нужны».
Конечно, такой вывод звучал обидно. В тот вечер Слуцкий назаказывал еды, приготовился, реально нас ждал. А тут такой удар. Первые полчаса мы смотрели матч под комментарий Слуцкого: он все не успокаивался и разносил нас.
По делу, конечно. Только на Мишу, ха-ха, Слуцкий в итоге обиду не затаил.
– А есть правда в словах Слуцкого? Что журналисты дружат с игроками и тренерами ради информации.
– Частично. Я с этим пытаюсь бороться. Когда вижу доверие… Вот Аршавин может рассказать то, что я не использую как журналист. Я понимаю, что он доверяет, так как уверен, что инфа никуда не утечет. И Слуцкий многое рассказывал из того, что я не стану публиковать.
Конечно, нам интересно общаться с людьми, дружить с крутыми персонажами футбола. Любой журналист понимает: если ты начал общаться только ради информации, дружба сразу закончится.
– Тебе сложно критиковать человека из футбола, потому что вы с ним в близких отношениях?
– Кстати, претензия Слуцкого звучит так: он со мной дружил, а я его предал. Он видел так: у меня тяжелый период, а Журавель вместо того, чтобы поддержать по-приятельски, воткнул нож в спину.
Наверное, это обоснованно. Просто тогда мне показалось, что череда претензий Слуцкого к судьям – реально перебор. Я проявил журналистский цинизм, отодвинув приятельские отношения.
Вот тебе и пример: близкие отношения мне не помешали. Но ответной реакцией стал такой разрыв.
«Я стал уважать очередь». Как Англия изменила Журавеля
– Когда я приезжаю в Италию, вижу диктатуру красоты. Не только в архитектуре, но и в том, как они пьют кофе, жестикулируют, одеваются. Про что Англия?
– Если тебя телепортировать в центр Лондона, сразу скажешь, что это Англия. Рядом будет красная телефонная будка, красный почтовый ящик, кэб (такси, ставшее символом Лондона – Спортс’’), двухэтажный автобус. Слишком много уникальности, из которой состоит жизнь.
В какой бы стране ни пытались повторить лондонский паб, от Кипра до Москвы, от Лиссабона до Варшавы… Когда зайдешь в лондонский паб, сразу поймешь, что это Лондон. Будут законы, которые есть только там (узнаем о них дальше, здесь много интересного про пабы – Спортс’’).
Если в Рим тебя телепортировать не к Колизею, можно спутать его с другим городом Италии. А Лондон не спутаешь никогда.
– В 2019-м ты назвал Лондон лучшим городом для жизни. Готов повторить в 2026-м?
– Мне кажется, если футболисту предложить несколько английских городов на выбор, он перейдет в лондонский клуб. Пожить в Лондоне – важный фактор.
Лондон и Англия не стыкуются.
– Отдельная страна?
– Да. Например, Бирмингем на меня произвел удручающее впечатление. Да и прочие города – местечковые, хоть и очень милые. Как Ноттингем или Лидс. Даже Ливерпуль с Манчестером.
Лондон – реально мультикультурная столица. Когда летом прилетел в Лондон из Нью-Йорка, как будто вернулся домой. Что-то уютное, обволакивающее. Очень дружелюбный, ласковый город. При этом разнообразный. Городской и деревенский. Такого контраста нет ни в одном другом месте Англии.
Помню, как снимал семью, которая переехала в Лондон из Ньюкасла. Они говорили: здесь ужас, все неприветливые, никто не ходит друг к другу в гости, как у нас на севере. Хотя в лондонском метро любой, чуть-чуть тебя задев, извинится.
Мне, человеку из Москвы, Лондон кажется очень фрэндли.
– Ты уже столько лет туда ездишь – не остываешь?
– После наших поездок с Аршавиным алгоритмы показывают шортсы и рилсы с разными гидами о прогулках по городу. И я понимаю: блин, а я еще это, это и это не видел. Настолько бездонный город.
– В Лондоне все больше мигрантов – это проблема?
– Это головная боль всех современных мегаполисов. В Англии, как я понимаю, очень лояльное миграционное законодательство. Есть такой район – Уайтчепел, где когда-то орудовал Джек-потрошитель. Прямо английский-английский район на стыке XIX и XX веков. Но сейчас там на станции метро все надписи дублируются на арабской вязи. У входа – арабский рынок.
Звучит как катастрофа. Но я ходил с ребенком в Музей детства (кстати, очень крутой – просто маст) там неподалеку. Мы прошли через рынок – все миролюбиво. Люди, которые легально приезжают и соблюдают закон, проявляют уважение к стране. Да, живут как хочется, но не творят дичи. То, что властям пришлось дублировать надписи, – уступка космополитическому миру.
Меня это смущает. Но не так сильно – в большом мире кажется неизбежностью. С другой стороны, я общаюсь с английскими друзьями, и их это бесит. Говорят, что правительство должно закрутить гайки. Недавно один знакомый болельщик «Челси» назвал мигрантов катастрофой: «Приезжают, получают дотации. Живут и ничего не делают». Он говорил это с раздражением и даже агрессией.
Если бы я был англичанином, наверняка бы тоже остро чувствовал проблему. Но со стороны кажется, что это органичная реализация идеи мира без границ.
– Назови еще два-три города в Англии, где тебе хорошо.
– Манчестер. Впервые побывал там в конце нулевых. Представлял что-то глухое, провинциальное, гопническое. Вот есть там «Манчестер Юнайтед» – и больше нет ничего. Так отчасти и было.
Но сейчас Манчестер – супергород. Да, мрачноватый и с плохой погодой, но он растет, сильно облагораживается. Шикарный музей футбола, два больших футбольных клуба, разные по вайбу районы. Каждый раз кайфую.
Еще – Ньюкасл. Мне все говорили, что это дыра. А нифига не дыра. Дикий контраст с тем, что было лет 10 назад. Классные рестораны, кофейни, культурная жизнь. Огромный музей современного искусства, красивые мосты, уютные улицы. И главное городское сооружение – стадион.
– Как Англия изменила тебя?
– Возможно, это смешно звучит, но я стал уважать очередь. У нас почему-то считается крутым ее обогнуть и пролезть первым. В Англии это категорически неприемлемо. Очередь – святое. А очередей там много. Вплоть до того, что стоишь за пивом в пабе, чтобы заказать у стойки.
Если масштабировать, то это уважение к правилам. У меня в Москве был такой маркер: поворот с Ленинского проспекта на Садовое кольцо. Все время ехал по правилам и проезжал последним – потому что другие встревали, поворачивали не из своего ряда. Но я думал: нет, буду упрямым. Так на меня повлияла Англия. И сейчас, кстати, все больше людей на этом повороте поворачивают по правилам.
– А в чем удовольствие соблюдать правила?
– Уважение к окружающим. И таким образом – к себе. Уверенность, что не будешь обманутым. Когда не по правилам, сначала нарушишь ты, потом нарушат против тебя. Начнется хаос. Мне очень неприятна доблесть в нарушении закона.
– Как Англия твоему сыну?
– Мы хотели, чтобы он заговорил на английском, поэтому он побывал в языковом лагере в Лондоне. Но он всегда рвался домой, что нормально для ребенка. Он еще маленький, но недавно сказал: «Дом – там, где родные». А бабушки и дедушки у него в Москве.
Мы смогли его успокоить, чтобы он провел там время. Теперь книги, написанные на английском – например, «Винни Пуха», – он читает в оригинале.
– Сколько ему?
– Пять с половиной.
– У тебя есть желание, чтобы он жил в Англии?
– Посмотрим. Он еще не может отдавать себе отчет, что нравится или не нравится в конкретной стране. Думаю, кайфует, что мы с ним за пять лет побывали в Ереване, Милане, Малаге, Амстердаме и других городах. Ему везде интересно, но он с удовольствием возвращается в Москву, потому что здесь дом.
Вы догадываетесь, что футбол – важная скрепа английского общества. Но не представляете насколько
– В массовом сознании есть две картинки. 1) Мы знаем, что англичане чопорные и высокомерные. 2) А еще знаем, что они напиваются, кидаются стульями и бьют стекла.
Какие они на самом деле?
– Все перечисленное – про них.
Они снобы и не учат никакие иностранные языки. Считают, что Англия – центр мира.
Чопорные. Когда мы на корпункте рассылали письма с просьбами о съемках и интервью, узнали про чисто английскую особенность – ответить отказом так, что не поймешь, что это отказ. Нужно прочитать три раза, забить в словарь какое-то уникальное выражение. Очень интеллигентно пошлют на хер. По этому поводу они сами много шутят. В магазинах есть книжечки с карикатурами To Be British. Например, тонет чувак, а по берегу идет прохожий. И он спасет, только если сказать: «Не соблаговолите ли вы отвлечься от своих дел…»
Мне вспоминается фраза Германа Ткаченко одному из своих сотрудников: «Пошли его на хер, но не ссорься». Вот это про англичан.
Про напиваться. Чтобы понять до конца, нужно быть англичанином, вырасти там. Я знаю от друзей, что у них в семейном бюджете заложена пинта пива с приятелями. Раз в неделю у тебя дэйофф: жена отпускает – вот двадцатка. Хотя сейчас двадцати фунтов хватит только на три пинты.
Что такое паб в Британии – нет официантов. Заказываешь пинту на стойке, сразу платишь – и уходишь с ней. Иногда на очередь нужно потратить минут 5-10. И часто нет комфорта, расставленных по порядку столиков. Как правило, это что-то очень древнее, хаос стульев и столов. И толпы людей в час-пик пьют стоя, толкаясь, как в метро. А на улице еще целые толпы тех, кто не поместились.
Обычная картина: вечером в пятницу идешь по улице, и люди с пивом загораживают все тротуары. За раз они выпивают 5-7 пинт. Это часть культуры.
Футбольного хулиганья сейчас почти не осталось, но в Марселе в 2016-м я видел совершенно отбитых чуваков. Мне кажется, это обратная сторона заформализованной жизни. Как будто ты должен стать немного животным. Хочется выйти за рамки, которых в их жизни слишком много.
– Какие у английского общества скрепы?
– Я мог бы позаумствовать и сказать: великая литература, парламентаризм, музыка… Но скажу банальнее: пабы. Это же сокращенно от Public House. Англичане не ходят в гости, а встречаются в пабах. Пабы – как квартиры.
Реально скрепа. В пятницу очень важно выбрать паб. Мы сейчас с друзьями ходили на «Ливерпуль» и договорились: перед матчем встречаемся в этом, а после – в этом. В окрестностях каждого стадиона есть любимые пабы болельщиков. Отсюда пошло раннее начало матчей. Некоторые стартуют в 12 или 12:30, чтобы на самых крутых играх люди не напивались и не портили их драками.
Еще скрепа – футбол. Он повсюду. Можно провести эксперимент: сколько джерси встретишь на людях за время прогулки? Самых разных клубов – от «Тоттенхэма» до «Брентфорда». Десятки футболок. Нормальная картина: едешь в метро и слышишь краем уха, как в одном углу обсуждают оборону «Манчестер Юнайтед», а в другом – тренерскую отставку «Челси».
Футбол визуализирован на каждом углу. Он постоянно по телику. Я офигел, когда в тур по пустому «Стэмфорд Бридж» со мной пошли еще 39 человек. И столько ходят каждые 15 минут. Ну ладно, «Стэмфорд Бридж» – намоленное место. Но на стадион «Сити», которому 25 лет, тоже приходят толпы. Окей, у «Сити» в основном туристы.
Но я был на стадионе «Эвертона» – и там все местные. Ливерпульские дедушки. Ходят по абонементам на футбол, но еще им важно посмотреть на стадион в неигровой день. «Ноттингем» и «Лидс» водят по тридцать человек за раз.
Отдельно отмечу, как много детей в футболках любимых команд. Папа включил телик, сходил на стадион – и ребенок завербован. Он будет вовлечен даже вопреки желанию. Вот я привез программку с матча «Арсенала», бросил на стол. Смотрю – а сын в четыре года листает. Потом смотрел в планшете Match Of The Day, и ему стало интересно, что там. Я не предпринимал никаких усилий, это моя повседневная жизнь – и ребенок уже подсел. Так это работает в Англии.
Все говорят, что новое поколение не будет смотреть футбол, потому что он очень длинный. Но Англии это точно не грозит. Неважно, сколько идет матч. Важно, что ты приобщаешься к чему-то очень атмосферному.
– А зачем им столько футбола в жизни?
– Как раз отвлечение от рутины. Почти на всех стадионах Англии – аншлаги. Невозможно не плениться атмосферой, если попадаешь на стадион. Там классно и комфортно, там красиво поют, там турнирная интрига. Это бесконечный сериал, который увлекает.
Я, может, уже под тысячу матчей посетил – и у меня все равно мурашки. Во время экскурсий гиды пытаются как-то особенно обставить выход к полю: включают мелодию, разыгрывают сценки.
На «Селхарст парк», где играет «Кристал Пэлас», всего 20 тысяч кресел – казалось бы, что тут такого? Но выходишь – и просто дрожь. Понимаешь, что здесь история, эмоции, полный стадион каждые выходные.
Футбол – и есть культурный код англичан.
– Когда говорят про любовь англичан к футболу, вспоминают матчи низших лиг. Ты бывал?
– Мы как-то с Казанским поехали на матч Кубка, где играла команда из шестой лиги – в деревню Бромли под Лондоном. Там даже не было сидячих мест: люди стояли вокруг поля и скамеек запасных. Все реплики и подсказки слышны. Очень трогательное единение команды и болельщиков.
Самое смешное – паб там встроен в трибуну. Футболисты выходят из раздевалки, делают полукруг и заворачивают в паб. Пьют пиво вместе с болельщиками.
У меня есть фотка: игрок стоит с пинтой и пересказывает кому-то матч по телефону. Трансляции-то не было.
Журавель советует стадионы, клубные музеи и фан-шопы. Знаете, у кого самая мерзкая гостевая раздевалка? И почему делать их мерзкими – норма?
– Предположим, человек запланировал поездку на три матча АПЛ. На какие стадионы ему нужно попасть?
– Первый – «Энфилд». Суперстадион и суперокрестности с муралами. Самое удивительное, что они не стали строить новый стадион, а сделали его из старого. Надстроили трибуну и полностью переделали подтрибунку. Когда идешь по ней, каждый квадратный сантиметр напоминает, что это великий футбольный клуб «Ливерпуль». Здесь значок, здесь – надпись, здесь – фотографии легенд. И все это сделано так, что величие клуба тебя реально обволакивает. Как будто находишься в его облаке.
Я шел и думал: что же испытывает человек, который становится игроком «Ливерпуля»? Какую ответственность, какой трепет. В дрожь бросает от этой мысли.
Второй – «Селхерст Парк». Оплот олдскула. Старый, неудобный, тесный, неприятный. Но дающий понять, как это было очень давно.
Третий – «Крэйвен Коттедж». Обладатель самой старой лондонской трибуны – из XIX века. Очень антуражная: тесные проходы, деревянные сидения.
А напротив – самая новая лондонская трибуна. Она упирается в Темзу, там гостиница, фитнес и куча приколов. Этот контраст – супер, обязательно надо увидеть. Аршавин не хотел туда ехать, но потом сказал: «Круто, что ты нас вытащил».
Если у вас нет возможности достать билет на матч (это правда трудно и дорого), не стоит отчаиваться – тур по стадиону дает даже больше. Раздевалки и выход к полю – то, что во время игры тебе не грозит. А тут получаешь супервпечатление. Шикарная индустрия.
– Самые неожиданные находки в таких турах.
– В Англии практически регламентировано, что гостевые раздевалки – неудобные. Казалось, должна быть универсализация, уважение к гостям. Нахер все уважение! Гостям максимально дают понять, что им не рады.
Когда в новой трибуне «Энфилда» гид завел нас в гостевую раздевалку, похвастался, что там меньше розеток, приглушенный свет (чтобы был контраст с полем) и успокаивающая музыка, которую нельзя выключить. А в домашней раздевалке полное соответствие света со стадионным. Гид объяснил: «Мы так позаботились о наших футболистах: чтобы глаз не подстраивался, когда выходят на поле».
Но самая мерзкая гостевая раздевалка – у «Ньюкасла». Там начинается клаустрофобия. Такой вытянутый коридор, что тренер не может докричаться до игроков. Давящая атмосфера. Западло так делать, но они делают. По-моему, в амазоновском фильме про «Арсенал» Артета говорит, что так нельзя.
В октябре был на стадионе «Эвертона» – только построили, очень современный. Думал: там-то уж такого не будет. Гид заводит в раздевалку: «Мы гордимся, что здесь серые тона. Розетки – через сиденье. И душевых на одну меньше, чем стартовый состав».
– Посоветуй фан-шопы.
– Самый крутой – у «Тоттенхэма». Там есть трибуна с большим экраном, где крутят классные ролики. Огромный магазин с невероятным выбором. У меня была фишка: искал вещи, значение которых не знаю. И нашел, например, иголочки, которые втыкаются в траву и на которые ставят мячик для гольфа. Это нужно единицам, но они все равно есть. Уже не говорю о ползунках и младенческих наборах с сосками и игрушками.
На стадионе «Арсенала» – два больших фан-шопа. С разных сторон. Чтобы людям, которые идут с разных станций метро, не приходилось огибать стадион.
У «Ливерпуля» был фан-шоп внутри стадиона, но недавно они построили отдельное здание рядом. Трехэтажное. И это только фан-шоп. Там, например, есть игрушка, которую бросаешь собаке. Вроде будет ее грызть, но все равно сделано по-ливерпульски.
Если ты болельщик, в таком фан-шопе точно оставишь 200 фунтов. Не меньше. Там тебе все нравится.
– Самые безумные сюжеты, которые ты видел в Англии вживую.
– В 2019-м повезло: увидел два мегаматча подряд. Был за воротами «Барселоны», куда «Ливерпуль» забил четыре гола в полуфинале Лиги чемпионов. Слезы и мурашки – ничего подобного в жизни не ощущал. Такой заряженной команды и такого градуса у болельщиков. Потом залез на трибуну The Kop и со всеми в обнимку пел You’ll Never Walk Alone, хотя никогда не болел за «Ливерпуль».
На следующее утро опустошенный ехал в аэропорт Манчестера, откуда летел в Амстердам на второй полуфинал. Думал, все самое крутое уже случилось. Но «Тоттенхэм» совершил дикий камбэк, а Лукас Моура оформил хет-трик с голом в последней атаке.
Эти два матча в течение двух дней… Возможно, больше никогда подобного в футболе не испытаю.
Насколько Лондон дорогой? Очень! Но Журавель знает, как сэкономить
– Лондон регулярно попадает в топы самых дорогих городов мира. Там правда жутко дорого?
– Да, полное безумие. Это еще одна причина, почему там было бы сложно жить. Лондон уже официально обогнал по дороговизне другие города мира.
Вот пример: в 2012 году пинта пива в пабе на Олимпиаде стоила 2,70 фунта. В том же пабе сегодня – 6-7 фунтов. За 14 лет пинта подорожала в три раза.
– Федос удивлялся, что вы проехали на кэбе 15 минут – и заплатили 20 фунтов.
– Аршавин, когда ему нужно до ресторана или гостиницы, ловит кэб. Для своих нужд я проеду на автобусе или метро.
– Можно ли в этом плане сравнить Лондон с Москвой? Место, которое от тебя требует зарабатывать и соответствовать.
– Они похожи. По энергетике, атмосфере.
Но в смысле цифровизации и сервиса Москва точно выше. Казанскому тогда установили роутер спустя три недели. В другой раз эта участь выпала мне. Пришел чувак, который сказал: «Ой, именно по этим разъемам я не специалист. Оставлю заявку и в течение трех недель придет мастер».
Был прикол. 30 декабря я забыл ключ в квартире. Пришлось ломать замок. Названивал в какой-то сервис, там сказали обращаться после 7 января. В итоге приехал дядька-венгр и все сделал за пять минут. Восточноевропейцы – закаленные люди. Так виртуозно взломал замок, что он потом обратно вставился. Правда, за 300 фунтов.
– Несмотря на дороговизну, ты проводишь в Англии много времени.
– Есть лайфхаки. Чем хорош Лондон: есть сеть забегаловок с готовой едой Pret A Manger. Она недорогая и на каждом шагу. Дико популярна. Люди берут кофе, салаты, сэндвичи, горячую еду. Если хотите не переплачивать в Лондоне, можно спокойно есть в таких местах.
В тех же сторис вылетает куча советов, как недорого поесть и выпить. Очень популярны уличные рынки с едой. Все кухни мира. Просто ищи и пользуйся.
Еще в Лондоне куча бесплатных музеев: например, Национальная галерея, две галереи Тейт, Музей детства, Музей Виктории и Альберта. Более того: в каждом из них есть три-четыре бесплатных тура с гидом. Проводят волонтеры или работники – 40-45 минут. Гид сам выбирает маршрут и тему. Я прошел все – крутейшая вещь. Коротко, интересно. И бесплатно.
А еще есть бесплатные англоязычные туры по городу. Потом только просят чаевые: все оставляют, но сумма на ваше усмотрение. Туры называются «Клубничные зонтики» (Strawberry Tours), потому что у гидов опознавательный знак – зонтик в виде клубники.
– Давай прикинем, сколько денег можно оставить за 5 дней.
– Английская овсяная каша в Pret A Manger стоит 3,75. Многие дни я начинал с этой каши. Она супер, с разными добавками. Дальше – десятка на обед. И двадцать с пивом – на ужин. 35-40 фунтов в день, 200 фунтов – на пять. Это с одной пинтой пива в день.
Придется смотреть на ценник, но так можно.
Где и что пить в Лондоне? История про паб, которую вы перешлете друзьям
– Ты уже много рассказал про пабы, но у меня еще пара вопросов. В выпусках вы спорили с Аршавиным из-за пива. Ему не нравилось, а ты говорил, что отличное. Что вы пили?
– В Манчестере мы выпили «Джон Смит». Оно продается только в Англии, да и то мало где осталось – только в совсем ветеранских пабах. Что-то между лагером, светлым и темным. По нашему – янтарное. На значке – подкова. Когда-то оно стало моим любимым. Настоял, чтобы ребята выпили, но Аршавин и Федос его забраковали. Я согласился: оно было не таким, каким его полюбил. Слишком водянистое.
А во втором пабе мы пили обычное светлое пиво. Кстати, удивительно: как правило, болельщики пьют самую банальную бурду.
– Чисто накидываются?
– В 2016-м я снимал серию про «Миллуол» для сериала «Матча» про хулиганов. Пробился через очень сложные контакты к болельщикам и провел с ними целый день. Меня должны были подвести к самому отбитому головорезу, очень известному в Англии.
Долго готовили и после трехчасовой разминки в пабе с ним познакомили. Громадина. Перед этим сказали: «Купи ему пинту «Фостерс», и все будет». Мне кажется, к тому моменту в нем уже был десяточек пинт этого австралийского «Фостерс». Я очень удивился, что такой головорез пьет самое обычное интернациональное пиво. Купил ему пинту, и он мне наговорил адовых историй минут на 20. Потом спрашиваю его друзей: «Чуваки, а как можно этому верить?» – «Все это было».
Пошел с ними на стадион, стоял весь матч. После финального свистка болельщики выбежали на поле, это была последняя игра сезона. Но выбежала только молодежь. Компания олдов, в которой был я, осталась и снисходительно на все смотрела: мол, для нас это уже пройденный этап. Очень крутой день, и выпуск у нас получился отличный. Именно тогда я понял: даже самые брутальные болельщики не пьют никакие «Гинессы», никакую суперэксклюзивную «Ипу». Только банальный лагер.
– В массовом сознании Англия – это как раз «Гиннесс». Что еще там попробовать?
– «Джону Смиту» я бы все-таки дал второй шанс. Кстати, в ливерпульском пабе Grapes, где перед концертами разгонялись битлы, есть «Джон Смит». И там он вкусный.
Фанаты очень любят эль Doom Bar. Я снимал болельщика «Челси», который отсидел за то, что проломил кому-то башку. У него 8-летний бан на посещение стадионов. Он повел меня в паб, я спросил: «Ты глыба в этом деле. Что пьешь?» И он показал Doom Bar. Честно говоря, вообще ни о чем. Простецкий, некрепкий – чтобы можно было много выпить.
– История из паба, которая до сих пор с тобой.
– Мы работали большой компанией «НТВ-Плюс» на Олимпиаде в Лондоне. Жили в студенческом общежитии – дешево и удобно. У каждого англичанина должен быть домашний паб – тот, что ближе всего к дому. И мы такой нашли. Собираются только жители четырех ближайших домов.
Зашли в один вечер, второй, третий... И поняли, что четыре персонажа сидят на одних и тех же местах или делают одно и то же. Каждый вечер. Один читает книжку, другой играет в бильярд. Третий и четвертый – мужчина и женщина – сидят за стойкой и болтают. Все с одним и тем же пивом, в одних и тех же позах.
Мы подумали, что это «Шоу Трумана», что нас разыгрывают, ведь так быть не может.
На четвертый день раздали всем прозвища. Там была женщина-бармен лет под 80, совладелец паба. Мы с ней сдружились, она нас полюбила, назвали ее Машкой. А еще был ее муж – с длинной бородой. Его назвали Исаичем, по отчеству Солженицына.
Мы ходили в этот паб месяц. И месяц это продолжалось. Так они живут. Запланированность и предсказуемость. Вечером ты должен почитать книжку за тем же столиком, с тем же пивом, в том же пабе.
Через несколько лет мы были с Казанским в Лондоне, и Машка нас узнала. Сказала, что Исаич спился и умер. Мы вместе погрустили за пинтой «Джона Смита».
– Три паба, в которые ты советуешь зайти и не умереть.
– Я бы рекомендовал пабы, которые не видно со стороны. Бывает, идешь по Лондону, ныряешь в какой-нибудь едва приметный проулок и понимаешь, что там куча народа. Знаю несколько таких, пришлю названия.
Кстати, важно. Как по запаху узнается английский паб – он пахнет протухшим пивом. Из-за того, что везде постелен ковролин, а в Англии наливают с горкой. Когда несешь пинту к месту, на ковролин все равно упадет пара капель. И остается запах.
Что поесть в Лондоне? Журавель защищает английскую кухню
– Английскую кухню часто высмеивают. Готов защищать?
– Готов. Во-первых, Лондон – город не про английскую кухню. В Лондоне ты можешь съесть любую кухню мира в лучшем виде. Итальянец из Неаполя сделает такую же прекрасную пиццу, как у себя на родине.
Но если придешь в паб и съешь фиш энд чипс – конечно, обплюешься. Это пережаренный кусок трески в панировке невероятной толщины. И едва ли вкусная картошка. Но в паб ходят не за едой – только туристы заходят попробовать и остаются недовольны.
При этом в Лондоне есть и рестораны облагороженной английской кухни – сеть The Ivy. Если возьмешь знаменитый английский деревенский пирог – это очень вкусно. И фиш энд чипс там в порядке.
– А что еще попробовать, кроме пирога и фиш энд чипс?
– На футбольных матчах есть просто Pie – горшочек из теста с мясным гуляшом. Самые вкусные пирожки – на играх «Фулхэма», Ваня Калашников делал исследование на эту тему.
Вообще, если хотите вкусно, на стадионах есть не стоит. На старом стадионе «Вест Хэма» я съел самый невкусный бургер в жизни. А на «Арсенале» съел Pie – и, если честно, полный отстой.
Но когда смотрю, как они все это едят… Конечно, это история не про еду. А про то, как за едой поболтать о матче. Часть времяпрепровождения. На английские стадионы все приезжают суперзаранее – за час уже не протолкнуться.
– Пиво важнее еды?
– Да, причем пиво на стадионах стоит немыслимых денег. Одна пинта – 8-10 фунтов. Я давно не пью на стадионах.
Нужно ли в Лондоне прокатиться на двухэтажном автобусе? А выпить чай? А сходить в дом Шерлока Холмса и на платформу 9 ¾?
– Я взял гид, где указаны 10 популярных вещей, которые нужно сделать туристу, чтобы понять и полюбить Лондон. Зачитаю тебе список – а ты прокомментируй.
Первое: выпить традиционный черный чай с молоком.
– Никогда этого не делал. И никому бы не советовал. Есть какая-то чайная церемония в одном из отелей в центре, но к ней нужно готовиться и понимать, зачем это нужно.
Пьющих чай англичан я не видел. Да, традиция существует, но она домашняя. Недавно зашел к английскому знакомому в квартиру с мороза, и он предложил чай. Без спроса налил с молоком. А я уже сто лет такой не пил.
Кстати, в Лондоне самый крутой чайный бутик – Fortnum & Mason. По-моему, это поставщик королевского двора. Огромный магаз, в котором невозможно протолкнуться. Море чаев, мне все [знакомые] заказывают. Если хотите эрл грей, там будет самый правильный.
– Прокатиться на двухэтажном автобусе.
– Безусловно нужно. Когда привыкаете к Лондону, перестаете подниматься на второй этаж, но я до сих пор это не прошел. Мне прикольно подняться – город выглядит по-другому.
– Прокатиться на кэбе.
– Нужно. Это то, что вы нигде не видели, потому что пространство кэба создано для суперкомфортной езды. Там реально развалиться по полной, потому что перед тобой целый зал.
Они сейчас электрические, бесшумные, дизайнерски классно сделанные.
– Посетить дом Шерлока Холмса.
– Это скорее разводка. Никакого дома Шерлока Холмса нет. И адреса такого не существует, его выдумал Конан Дойл и маркетологи – Baker Street 221B.
Но если вы фанат Шерлока Холмса, странно не зайти. Там сымитирована его квартира. И приготовьтесь простоять в очереди на вход.
– Попасть в «Хогвартс», прогуляться по кабинету Дамблдора, сходить на платформу 9 ¾.
– Да. Я не знаток Гарри Поттера, но когда мы с Аршавиным пришли на платформу 9 ¾ и увидели очередь к тележке на час двадцать… Охренели. Там еще фан-шоп выглядит как футбольный. Все хочется купить.
В студию [Warner Bros.] я не ездил. Но какое все это влияние оказывает на умы людей – очень круто. Хотел бы приобщиться.
– Посетить парламентские дебаты.
– На экскурсии в парламент можно прийти прямо во время пленарного заседания. Но я был на туре в выходной день. Пускают прямо в залы Палаты лордов и Палаты общин – это грандиозное впечатление. Тысячу лет здесь заседает парламент. Каждая деталь, резьба по дереву… Как декорация для Гарри Поттера, кстати.
– Покататься на London Eye.
– Это очень банально, но все-таки да. Даже Аршавин в недавний наш приезд говорит: «Пойдем на London Eye» – «Ты же там недавно был» – «Я там уже раз 10 был, но это же прикольно».
Только нужно готовиться, что дорого – чуть ли не 40 фунтов. И большая очередь. Лучше бронировать онлайн.
Альтернатива, о которой мало кто знает: буквально в 10 минутах ходьбы от London Eye есть Westminster Cathedral (не путать с аббатством). С очень высокой колокольней, куда ездит лифт. Туда можно зайти за 5 фунтов.
Еще одна альтернатива: здание «Рация», где есть Sky Garden с классной смотровой площадкой. Бесплатно.
– Загадать желание на нулевом меридиане.
– Я там был, но желание не загадывал. Это в районе Гринвич, там Королевская обсерватория. Но заходить внутрь за деньги, чтобы постоять на этой железке… Разводка.
– Прогуляться вдоль Темзы.
– Точно стоит. Мне нравится маршрут у стадиона «Фулхэма». Пять километров от Putney Bridge до паба The Black Lion.
Парк, мосты, тишина. Там проходит часть регаты «Оксфорд – Кембридж». И куча классных пабов с выходом на реку. Очень антуражно. Увидите Лондон, который даже себе не представляли.
– Вместо десятого пункта: что бы ты сам добавил из популярно-банального?
– Надо посмотреть Тауэр. Выбрать разные ракурсы. Он слишком открыточный, чтобы упустить.
Знаменитый старый рынок Borough Market. Там находится дом Бриджет Джонс. Аршавин затащил туда ради клубники с шоколадом. Классные лавки, фудкорты, очень антуражно.
«Если нет перспективы поездки, начинаю депрессовать». Почему Журавель так много путешествует
– В 2019-м ты говорил, что еще не собрал 50 стран, но близок. Теперь собрал?
– С тех пор не побывал в новых странах – только во Вьетнаме. Такое количество покрыл, что больше шансов вернуться туда, где уже был, чем занесет в новую.
– Тогда новый город или место, которые тебя впечатлили за последние 5-6 лет.
– Был в шоке от Вьетнама. Азиатский колорит, обаятельная неустроенность, люди. Оказывается, в приложении такси можно вызвать скутер. Рассказали, что для всех баров Ханоя производят одинаковые граненые стаканы – и строго в одной деревне. Даже прихватил такой с собой на память.
Когда снимал туры, неожиданно побывал в Ноттингеме. Там два самых близкорасположенных стадиона в Англии – «Ноттингем Форест» и «Ноттс Каунти». Буквально 500 метров. «Ноттс Каунти» – четвертый дивизион, четвертый! Но так выглядят трибуны команды Премьер-лиги.
Зашел в фан-шоп (тоже как у топ-клуба, только чуть меньше) с камерой. Там меня поймал чувак. Говорит: «Пойдем кое-что покажу». Я подумал, он не рад, что снимаю, хочет показать запрет. Но он проводил в офис клуба, где висит фотография с матча открытия стадиона «Ювентуса». Играли с «Ноттс Каунти», потому что «Юве» взял их цвета – черно-белую полосочку. И в благодарность они пригласили «Ноттс Каунти» на открытие.
Он хотел показать: смотри, мы не стали «Ювентусом», но он о нас знает и помнит. Очень трогательно.
Ноттингем – приятнейший город. Напоследок зашел в огромную церковь, которая уже перестала быть церковью и стала… пабом. Это тоже очень по-английски.
– Зачем тебе бесконечные путешествия?
– Я просто непоседа. Нужно движение. Посижу час дома – начинается мандраж, хочется пройтись по улице.
Если нет перспективы поездки, начинаю депрессовать. Нужна цель на горизонте: поехать, увидеть, сделать.
– В 2019-м Саша Головин тебя пытал, что ты делаешь одно и то же, но никак не заскучаешь. Что-то изменилось?
– За эти шесть лет я получил грандиозное впечатление, побывав на всех матчах чемпионата мира [в Катаре].
Затем придумал сериал про стадионы. Для него мне хочется побывать, например, в Японии. Получить полное впечатление и завершить цикл.
А дальше подумаю, что делать. Возможно, когда-то эмоции закончатся, но пока не заканчиваются. Все-таки футбол я воспринимаю как способ познавать мир.
А интриги – в АПЛ, РПЛ, Лиге чемпионов – бесконечный сериал, который интересно смотреть даже спустя годы.
– У тебя есть мечта в профессии?
– Я хотел снять документальный фильм, как Смертин пробежал Сахару. Мы договорились, но в последний момент сорвалось – из-за бюджета и ограничений от организаторов. Большое расстройство и для меня, и для Смертина.
Теперь хочу побывать во всех городах чемпионата мира – 16 городов в трех странах. Спросил ChatGPT, как это сделать, и он нарисовал схему. Конечно, ее надо перепроверить и скорректировать, но в целом это реально.
– Можно ли быть счастливым, не стремясь стать начальником?
– Конечно, ха-ха. Я меньше всего хочу быть начальником. Вижу, какие ограничения это накладывает на людей, как привязывает к одному месту, к собраниям, другим атрибутам начальственной рутины. Они несовместимы с образом жизни, который нравится мне.
В комментах на Спортсе’’ критикуют Журавеля. Что он об этом думает?
– Ты представляешь, какие комменты могут быть под этим разговором? Даже просто реакция на твою фамилию в заголовке.
– Да, будет хейт. Почему-то для многих я токсичный персонаж. Не знаю почему, но люди так меня видят. Это их право.
Может, потому что я допускал резкие высказывания об их любимых клубах. Может, им не нравится манера говорить и комментировать.
Что под этим интервью может не понравиться… Ну а чего он так хорошо об Англии говорит? А пусть лучше снимет стадион в Красноярске, а не в Ноттингеме! Тут надо сказать, что для своего сериала я снимал стадионы «Зенита» и «Краснодара». Еще у меня есть дерби музеев «Спартака» и «Динамо».
Когда в России туры по стадионам станут такой же индустрией, как в Англии, я с удовольствием проедусь.
– Тебя расстраивает хейт?
– Немного да. Каждый хочет, чтобы его хвалили. А если и критиковали, то по существу. Но в нашей медийной реальности такого не бывает. Если уж тебе накидывают, то накидывают по полной и часто без аргументов.
Я уже привык. И даже почерпнул скилл у Аршавина: когда он читает плохие комменты про себя, просто улыбается.
– От всех, кто тебя знает, я слышал: «Просто офигенный чувак. Приятный, добрый, умный». Расстраивает, что читатели и зрители видят тебя другим?
– Слушай, я не должен с каждым знакомиться лично и доказывать, что я хороший. Или не такой, каким они меня видят.
Может, в кадре я иногда становлюсь тем, кем не являюсь. Произношу более провокационные вещи, задаю вопросы пожестче. Конечно, играю роль. И, видимо, это кому-то не нравится. Некоторые думают, что я и в жизни такой же гондон, и надо написать мне какую-то гадость.
Это данность. И я к ней уже спокойнее отношусь. Перестал удалять комменты и банить людей. Только если звучит откровенная грубость. А если просто пишут «Клоун» или «Заткнись», пусть остается.
***
– Ты счастливый человек?
– Местами – да, местами – нет. Не бывает же абсолютного счастья, которое словил раз и навсегда. Можешь утром проснуться и испытать счастье. А потом впасть в депрессию, проснувшись ночью от непонятных мыслей.
– У тебя есть мечта, не связанная с профессией?
– Может, это неправильно, но когда мы воспитываем детей… Я понял, как формулирую свой воспитательный метод: хочу, чтобы ребенок научился тому, чему не смог я. Например, чтобы он свободно говорил на нескольких языках, чтобы прочитал книги, до которых у меня не дошли руки.
Когда вижу, как пятилетний сын читает «Винни Пуха» в оригинале, думаю, что он сможет прокомментировать футбол на английском. В отличие от меня. Хотя комментаторского будущего я бы ему не желал. Да и когда вырастет, может, и профессии такой не будет.
Хочу, чтобы он прочитал «Гарри Поттера» на английском. И чтобы ценности правильные оттуда взял.
– А это не из серии, что взрослые закладывают в детей свои нереализованные амбиции?
– Оно и есть. Но здесь важно, насколько будешь эти рамки сужать или расширять. Если ему не зайдет английский и он скажет «Нафиг твоего «Гарри Поттера», я поупрямствую, но точно не буду настаивать.
С определенного момента свободу выбора надо оставлять за ребенком. Это я понимаю.
– Если бы тебя поставили перед фактом: придется до конца дней прожить в одном городе. Какой бы ты выбрал?
– Я кайфую от перемещений. Мне нравится приехать в Лондон и захотеть в Москву. А в Москве захотеть в Лондон. В Милане захотеть в Нью-Йорк. В Нью-Йорке захотеть в Токио. Одна из главных мотиваций в жизни.
Но если выбирать один, то выберу Москву. Все-таки родной город. И как говорит сын, у меня здесь родня. Мне очень нравится Лондон, я бы там прямо долго жил, но он бы не стал моим домом.
Поэтому – Москва.
Подписывайтесь на канал Вадима Кораблева
Подписывайтесь на канал Тимура Журавеля
Сможете обыграть Сергея Игнашевича в Три на три? Вспомните более редких футболистов, чем легенда
Фото: Gettyimages.ru/Dan Kitwood, Julian Finney, Christopher Furlong, Alex Davidson, Mark Runnacles, Ashley Allen, Jack Taylor, Carl Court, Epsilon, Eddie Keogh, Andrew Redington, Harry Hubbard, Clive Rose
Но обидно за статью.
Пост то на самом деле грандиозный, хорошо оформлен, интересный, с интересными байками.
В общем всем тем, кто зашёл "поставить минус не глядя" - настоятельно рекомендую почитать.
А там уж решить, ставить минус за Журавля.
Привет из Перми,это где по его словам есть недоклуб Амкар
Мне вот интересно, в какой-нибудь Англии тоже есть такие чсвэшные комментаторы, у которых берут целое интервью и выкладывают на главную страницу крупнейшего спортивного ресурса?! Вопрос риторический.
Маркетологи? В 19-м веке? Серьёзно?! Господи, какая чушь. Известно же, что автор просто выбрал реальную улицу и придумал трёхзначный номер дома, который бы не совпадал с существующей нумерацией. И вот когда строительная очередь в 1980-хх дошла до дома под номером 221, то в знак уважения к писателю и популярному персонажу администрацией Лондона было решено построить на этом месте музей Шерлока Холмса.
P.s. Возможно, имеет место быть косноязычие задающего вопрос, ибо очень сомнительно, что в путеводителях пишут именно "дом ШХ", а не "музей ШХ".