13 мин.

Умерла Ульяна Семенова. Она была так хороша, что женский баскетбол не хотели включать в программу Олимпиады

87

2 олимпийских золота, 3 золота чемпионатов мира, 10 золотых медалей чемпионатов Европы.

Золотое руно – цель, но вовсе не главное в мифологии аргонавтов. Их героизм, характер, а отнюдь не золотая баранья шкура были центральной частью повествования. Так и с Ульяной Семеновой, чьи достижения, несмотря на их высочайшую категорию и количество, только часть гораздо более глобальной судьбы.

Масштабы – вообще первое, о чем заходит речь при упоминании Семеновой, как-никак самая высокая баскетболистка в истории (2,10 метра): данные занесены не только в архивы Лужников, Книгу рекордов Гиннеса, но и озвучены лично ею.

«Данные должны быть в лужниковских архивах, там мы, сборники, стандартно проходили диспансеризацию. Мой рост 2,10 метра. Выше – нет. Помню, немножко вытянулась, поднялась, мне доктор сразу говорит: «Уля, Уля, ну-ка опусти пяточки к земле». Так что я знаю свой рост.

Журналисты писали, что у меня чуть ли не 2,16 или 2,26. Уверяли, что я на полголовы выше центрового Владимира Ткаченко (220 сантиметров). Но мы фотографировались вместе, и я ему доставала лишь до плеча. Когда мы заказывали форму, экипировку для Олимпиады, я везде указывала рост – 2,10, и все нормально подходило. Поначалу переживала из-за всех этих разговоров, а потом привыкла, и мне просто стало все равно», – отвечала на самый часто задаваемый вопрос Семенова.

Ее рост называют исполинским, влияние на игру грандиозным, успехи сборной, достигнутые в том числе и при ее непосредственном участии, колоссальными. Но все эти превосходные степени несоизмеримо меньше самого главного – жизненного пути, который она проделала. Одновременно неприхотливого и вместе с тем насыщенного событиями, кажущимися чуть ли не мифологическими.

В 13 лет выросла до 1,90 метра. Но ни разу не пробовала забить сверху, даже на тренировках

«Я в спорт вообще не хотела. Жила в деревне, рядом с мамой. Меня это устраивало, мне нравилось жить в деревне, работать, помогать своим родителям. Но однажды приехали, посадили в автобус и увезли в Ригу», – вспоминала Семенова.

Существует две версии внезапного появления эмиссаров из столицы. Первая и, скорее всего, менее вероятная, инициатива сестер Ульяны, которые отослали в Ригу анкету с ее данными для участия в конкурсе среди самых высоких девушек. Правда, анкета больше заинтересовала спортивных скаутов, ну а дальнейшее уже нетрудно додумать.

Вторая версия куда прозаичнее, оттого в нее гораздо легче поверить. Инициатором визита людей из Риги стал учитель физкультуры Игорь Спогис, работавший в школе, где училась Семенова.

Несмотря на отсутствие спортивных амбиций, зимой девочка любила ходить на лыжах, летом с удовольствием играла в волейбол и занималась легкой атлетикой. Лыжи и легкая атлетика развили в ней координацию, чувство баланса, умение распределять нагрузку на тело и ноги, а волейбол научил чтению игры, стратегическому мышлению на площадке. В сочетании с ростом 1,90 метра, которого девочка достигла к 13 годам, она выглядела настоящей находкой для искателей спортивных талантов.

Так в 1965 году 13-летняя Уля переехала из хутора Пабержи, Медумской волости, в столицу Латвии. Для девочки эти изменения оказались гораздо значительнее стандартных географических метаморфоз. Медумы не просто провинция, а область, в которой проживали староверы, поэтому попадание в мегаполис в раннем возрасте априори означало знакомство с новыми культурными ценностями, укладом жизни и порядками.

Разницу в менталитете можно проследить хотя бы на примере имени Семеновой. Девочка, родившаяся в 1952 году, стала пятым ребенком в семье староверов Иллариона и Натальи Семеновых. Новорожденную, следуя святцам (церковный календарь), назвали Ульяной, и крестить должны были как Иулияну, но когда записывали имя, то допустили ошибку и вместо «н» случайно написал «к». Поскольку ошибку впоследствии не исправили, то имя при рождении так и осталось Иулиякой.

Смена привычного, слегка беспечного, деревенского уклада на неизвестность пугала девочку: все 4 часа до Риги она проплакала от отчаяния и непонимания того, чего от нее хотят все эти люди.

А им, как нетрудно догадаться, нужны были результаты. И Уля предоставила их практически сразу же. В 13 лет она стала центровой рижского клуба «ТТТ» (сокращение от объединения «трамвайно-троллейбусный трест», на базе которого и была образована команда), в 14 с половиной Семенова стала игроком сборной СССР среди юниоров, а в 16 – вошла во взрослую сборную. «ТТТ» и женская сборная СССР были монополистами и до прихода Семеновой, а с ней стали попросту доминирующей силой.

Ульяна добавила не только габаритов, о которых постоянно принято говорить.

«Никогда не пробовала забивать сверху. Даже на тренировках. Не хватало высоты прыжка. Да и необходимости особой не было. Ведь любая соперница и так была намного ниже меня ростом. К тому же сила женского баскетбола – в хитрости, а не в атлетизме», – поясняла Семенова.

Зато умение Ули ставить заслоны, а потом плавно, стелющимся шагом ускользать под кольцо – давало ее командам дополнительное пространство для маневра и взаимодействия других игроков. К тому же она была левшой, что совсем не облегчало задачу тем, кому приходилось защищаться против нее.

«Она очень хорошо владела своим телом и руками. В баскетболе важно иметь чувство корзины, чувство мяча. Этому тяжело научить. Вот у Ульяны все это было с рождения», – отмечала качества партнерши капитан «ТТТ» Дзинтра Грундмане.

Из-за Семеновой в ФИБА долго не решались включать женский баскетбол в программу Олимпиады. Зато поклонники не давали ей проходу

В 1968-м году Семенова завоевала первое золото в составе взрослой сборной СССР, практически мгновенно открыв многолетнюю дискуссию о целесообразности включения женского баскетбола в программу Олимпийских видов спорта. Она продлилась почти 8 лет, за которые СССР выиграла 6 золотых медалей (два чемпионата мира и четыре Евробаскета).

«Пока у СССР есть Семенова, интереса к женскому баскетболу не будет – итог турнира ясен еще до его начала. Уберите ее, и вопрос будет решен», – именно таким аргументом орудовали в ФИБА, по словам основателя женского «Спартака» Давида Берлина.

Сама Ульяна высказывалась на эту тему не столь категорично.

«Могу только сказать, что сборная СССР была на две головы выше всех команд. Может быть, поэтому и не хотели включать женскую баскетбольную сборную в программу Олимпиады. Даже на первой Олимпиаде, куда нас допустили (Монреаль-1976), мы выигрывали у всех по 20-30 очков. Но каких-то конкретных заявлений о недопуске я не слышала», – утверждала Семенова.

Хотя слышать было не обязательно. Достаточно было посмотреть, как в ряде случаев судили игры с участием СССР.

Самой памятной для себя медалью Ульяна Семенова считает золото, завоеванное на чемпионате мира в Бразилии в 1983-м. Тогда в финале встречались СССР и США.

«Очень сложная игра была. Весь турнир был тяжелый. Многое зависело от судей. Мы могли выиграть у американок и 15, и 20 очков, но, по сути, играли пять на семь. Тогда Лидия Владимировна Алексеева пошла к генеральному секретарю ФИБА Бориславу Станковичу и прямо сказала: «Если хотите и дальше сидеть в своем кресле, будьте любезны, наведите у себя порядок с судьями». Мне тогда дали пятый фол, игру я уже досматривала со скамейки. Но все-таки вырвали победу с разницей в два очка. Можно сказать, это был первый раз, когда мы рыдали навзрыд от счастья. Настолько тяжело далась победа», – вспоминала Семенова.

Успехи самой заметной баскетболистки в составе СССР принесли ей не только репутацию профессионала, но и внимание со стороны поклонников. Наиболее раскручена история о том, как колумбийский миллионер засыпал 18-летнюю девушку цветами и подарками, обещая исполнить любое ее желание, если она согласится выйти за него замуж. Причиной решительного отказа латинскому мачо стала не только солидная разница в возрасте, но и расстановка приоритетов в своей личной жизни.

«Много каких поклонников было. Из Испании, Бразилии. Итальянцы стояли у порога гостиниц и ждали, пока мы выйдем. Мы же были самой красивой командой – сборная СССР. А тот пресловутый миллионер появился, когда в Колумбии проходил чемпионат мира, лет за 60 ему было. И в салон красоты приглашал, и в ателье, чтоб пошили платья, и цветами заваливал. Я однажды игру плохо сыграла, так наш тренер – Лидия Алексеева, сказала: «Все, Ульяша, хватит получать цветы. Это на результатах плохо сказывается», – отмечала подробности Семенова.

То же самое касалось и замужества.

«О каком браке может идти речь, когда я в году бываю только один день дома? Какой бы мужчина честно ждал меня и все остальное? Я же видела, как это бывает, как девочки, которые были замужем, страдали, звонили, плакали. Да мне даже и думать всерьез об этом было некогда – основной игрок в сборной, в клубе. К тому же, я всегда немного в мужчинах сомневалась. Вот роста я высокого, хорошо бы быть поменьше. А вдруг он вообще хочет со мной быть только за мои заслуги, закончу играть – и бросит меня. Но я не жалею, что так все. Я не одна. Вокруг всегда близкие люди – племянники, и дети у них уже, которые меня бабушкой называют. Есть для кого жить», – откровенничала Семенова.

Тотальное отсутствие лицемерия прослеживается и в профессиональной карьере Семеновой. Когда ее звали в именитые клубы из Москвы и Санкт-Петербурга, она говорила, что не оставит своих девчонок из «ТТТ» и главного тренера Раймунда Карнитиса. В один ряд с ним Семенова могла поставить только Лидию Алексееву, возглавлявшую сборную.

И все же изменения произошли, и отнюдь не по желанию самой Семеновой.

Семенова стала первой баскетболисткой, уехавшей играть в Европу. За 5 месяцев влюбила в себя Хетафе

«Самым тяжелым для меня оказался сезон 1986 года. Меня исключили из сборной СССР, хотя я отдала команде 18 лет жизни. За две недели до чемпионата мира по телефону сказали, что я больше не нужна. Причем позвонил врач сборной, а не официальное лицо, как обычно принято в таких случаях. Я была ошеломлена. Потребовалось несколько месяцев, чтобы прийти в себя», – констатировала Семенова.

В «ТТТ» пришло время дать дорогу более молодым игрокам, поэтому 35-летняя Семенова приняла непростое для себя решение и отправилась доигрывать в Испанию, в клуб «Тинторетто» из Хетафе. Ну как отправилась, за нее приезжал хлопотать президент клуба Антонио Хареньо, а в самой команде до последнего не верили в появление звезды такого уровня. Случай был беспрецедентный, ведь до Семеновой еще ни одна баскетболистка не уезжала играть за рубеж за профессиональный клуб.

Появление Семеновой произвело фурор в скромном «Тинторетто», на матчи которого захаживали в основном родители и бойфренды девушек. На команду мгновенно обрушилась лавина общественного внимания: газетные заголовки, приглашения на телевизионные шоу, заполненные трибуны арены «Хуана Де Ла Сьервы». Интерес к женскому баскетболу взлетел в небеса. В первом матче «Хетафе» обыграла «Каноэ» со счетом 92:47, а Семенова набрала 22 очка, сделала 31 подбор и сразу же стала всеобщей любимицей.

«Уля говорила только по-русски, с ней было легко поладить. Сначала у нее был переводчик, который немного знал английский. А потом ей дали девушку, которая была русской, но замужем за испанцем. Она была переводчиком, и мы много смеялись с ней, потому что она вообще не смыслила в баскетболе. Анекдотов и приколов – тысячи... Например, тренер сказал ей напомнить Семеновой, что она не может быть в зоне три секунды, а она ответила: «А почему нельзя четыре?». Позже Ульяна чуть лучше узнала испанский. В итоге мы уже понимали друг друга без помощи переводчика», – говорила лучшая подруга Семеновой в «Тинторетто» Росио Хименес.

Испанцы недоумевали от того, каким человеком оказалась Семенова.

«Программа “Robinson Report” сделала специальный репортаж под названием «Колоссальная Семенова», – вспоминала Хименес. – Я смотрела это шоу много раз, и когда я вижу ее в конце, когда она в слезах смотрит на нас, я буквально реву. Она оставила прекрасную память, потому что была очень хорошим человеком. Для нас она была кем-то очень важным. Она лучший игрок, с которым я когда-либо находилась на площадке, и несомненно одна из лучших людей, которых я знала. За то короткое время, что она была здесь, она всегда хотела угодить, облегчить жизнь каждому. Она даже извинилась перед нами, когда не попадала в кольцо. Люди из “Robinson Report” потом встречались со мной, и они были поражены и очарованы тем, какой непосредственной она была. Я люблю ее, Уля – человек, за плечами которого ангел».

Девчата из «Тинторетто» водили Семенову на футбол, в картинные галереи, учили материться на испанском, а Уля рассказывала им советские анекдоты, истории о Сабонисе и делилась кулинарными рецептами.

Идиллия закончилась через пять месяцев: из-за бетонного основания баскетбольной арены, на которой играл «Тинторетто», травмы Семеновой обострились, а клуб был не готов предложить ей новый контракт.

Во французский «Орши» Ульяна, в общем-то, заехала для того, чтобы понять, что пора заканчивать. У нее была возможность остаться, но она в который раз была честна сама с собой.

«Мне предлагали. Но нет. В Европе я была бы одна. Я бы так не смогла. Зачем жить там, где и поговорить-то не с кем? А здесь меня уважают, любят. Столько девчонок, с кем мы вместе играли на площадке. К одной – в баньку, к другой – на день рождения. Они ко мне приезжают, меня к себе приглашают: “Уля, давай, к нам, в Москву”. Это такая взаимосвязь, которая бывает только в командных видах спорта. Я приезжала с “ТТТ” в Свердловск, Новосибирск, а местные девчонки под приезд специально отвертками откручивали в гостинице спинки кровати, чтобы нам было удобно, чтобы мы могли ноги вытянуть – кровати-то короткие были. Они меня все время звали Ласточка или Ласта. И так нам классно вместе. Сейчас это, конечно, все сложнее стало, визы нужны... Но мы все равно как одна семья», – бережно хранила воспоминания Семенова.

Сезон-1988/1989 стал для нее последним, а уже в 1993-м она стала первой европейской баскетболисткой, удостоенной попадания в Зал Славы баскетбола в Спрингфилде.

«Я в трех Залах славы есть, – перечисляла Семенова, – в европейском, в Зале славы женского баскетбола и в Зале славы баскетбола в Спрингфилде. Для американцев тот, кто туда принят, святой. Американский пограничник, когда узнал про цель моего визита в США, охал и говорил: «Не показывайте мне паспорт, я вас так пущу». А я, честно говоря, когда мне только прислали документы на оформление в Зал, просто не поняла, о чем речь. Медали чемпионатов мира, Олимпиады уже есть, разве мне еще какие-то почести положены?

И, помню, у американки спрашивают на церемонии: «Что вам помешало выиграть олимпийское золото?». А она показывает на меня: «Вот она сидит, СеменОва».

И между нами говоря, я была там самая нарядная. Шикарный костюм специально пошили. Все остальные как-то по-простому. Неловко мне было так, неужели, думаю, и вы не могли принарядиться?»

Фото: РИА Новости/Улозявичюс Аудрюс, Моргулис; Gettyimages.ru/Bettmann; East News/AP Photo

Ульяна Семенова