Реклама 18+

Эндрю Робертсон. «Роббо: Теперь-то уж поверь нам...» 12. Наконец-то чемпионы

***

ЧТО ты должен надеть, если ты игрок «Ливерпуля», готовящийся к тому, что может оказаться величайшим днем твоей футбольной карьеры на данный момент? Да легко — футболку «Челси». Пока остальные ребята готовились к барбекю, которое, как мы все надеялись, превратится в вечеринку победителей, я залез в свой гардероб и вытащил футболку, которую Билли Гилмор подарил мне несколько месяцев назад. Надев ее, я почувствовал, что она немного плотно прилегает к телу, но я больше тянулся к цвету футболки и, а не к тому, как она на мне сидит.

Последовало быстрое селфи, и я сразу же выложил эту фотографию в наш групповой чат. «Ребята, какой на сегодня дресс-код?» спросил я, и серия нелестных ответов и смайликов отправила мой телефон в разнос. «Значит, шорты и футболка», - подумал я. Не то чтобы я был серьезен. Я просто хотел дать ребятам шанс подшутить, но не было никаких сомнений, что в течение одного вечера и только этого вечера вся группа «Ливерпуля» будет поддерживать «Челси». Все, что им нужно — ничья, и мы станем чемпионами.

В любом случае, это был лишь вопрос времени. Даже если «Сити» победит на Стэмфорд Бридж, все равно вопрос скорее в том «когда», нежели в том, закончим ли мы эту работу. Но, прождав тридцать лет, чтобы выиграть лигу, никто, связанный с «Ливерпулем», не хотел, чтобы задержка продолжалась и дальше. Да, мы были в роскошном положении, и если бы все, что мы возьмем от того вечера — это приличная еда и питье, то никто из нас не жаловался бы, но когда трофей так близко, что вы почти можете протянуть руку и коснуться его, то вы просто жаждете, чтобы кто-то отдал его вам в руки.

Я никому об этом не говорил, но не сомневался, что это будет тот самый вечер. Это было предначертано судьбой, и так было с того самого момента, как мы покинули поле после победы над «Пэлас». Надежда была на то, что мы выиграем лигу на Энфилде, а если это не сработает, то болельщики дадут нам понять, что было бы здорово стать чемпионами на стадионе одного из наших соперников. Но с того момента, как мы собрались в Формби Холл, росло ожидание, что это произойдет именно там.

Мы привыкли смотреть игры группой, но обычно это происходит в профессиональной обстановке, и там определенно нет выпивки, так что на этот раз мы чувствовали себя просто группой парней, наслаждающихся матчем в пабе. Мы все сидели рядами, внимательно наблюдая, и мы чуть сдержанно праздновали, когда «Челси» вышел вперед к концу первого тайма. Мы все были болельщиками «Челси» на этот вечер, но было еще слишком рано, чтобы увлекаться.

Все стало немного интереснее, когда Де Брюйне сравнял счет, потому что это только добавило напряжения, и мы все кричали в телевизор, когда решение не шло в нашу пользу или игрок «Челси» ошибался или упускал шанс забить гол. Мы по-настоящему были вовлечены во все это — вы никогда не услышите, чтобы сорок парней были такими тихими, как мы, когда «Сити» шел вперед, особенно когда Стерлинг попал в штангу.

Впервые я осознал, через что я заставляю пройти свою семью, когда играю в большом матче. Да поможет им Бог. Когда ты игрок, это может быть для тебя стрессом, особенно когда на карту поставлено так много, но, по крайней мере ты в значительной степени хозяин своей судьбы. Когда ты болельщик, все, что ты можешь сделать, это надеяться, что другие выступят от твоего имени, и именно поэтому мы провели второй тайм, подгоняя «Челси», как будто наши крики из Формби были слышны за триста двадцать километров на Стэмфорд Бридж.

На самом деле я должен извиниться перед Тэмми Абрахамом, потому что я проклинал его, когда он упустил пару моментов вывести «Челси» вперед. Мяч прыгал по шестиметровой штрафной «Сити», и большой Тэмми должен был забить, но мяч почему-то все не шел в ворота. И только когда был показан повтор, я понял, что Фернандиньо воспользовался помощью своей руки и именно из-за этого мяч не пересек линию ворот. Мне даже в голову не приходило, что произошло что-то непредвиденное. «Пенальти», - крикнул я. «Ты обязан его поставить.» Когда вмешался ВАР, мы увидели еще пару ракурсов, которые показали, насколько это было вопиющим нарушением правил. «Его должны удалить!» В тот момент мы, как и все в красной половине Ливерпуля, кричали в телевизор и пытались формировать события одной лишь силой воли.

Такого напряжения не должно было быть, это было совершенно нелогично. Что бы ни случилось, у нас все равно будет еще семь матчей, из которых нам необходимо будет извлечь одно единственное очко, которое нам может понадобится в случае победы «Сити». Но футбол не рационален. Мы это чувствуем, и когда это действительно важно, эмоции берут верх. Вот почему мы все кричали на трансляцию игры, на которую мы не могли повлиять в тот вечер, когда историю можно было только отложить, но не отрицать. Именно поэтому мы праздновали так, как будто были на самом Копе, когда Виллиан забил пенальти после того, как он наконец-то был назначен. Мало того, что «Челси» повел со счетом 2:1, «Сити» остался вдесятером из-за удаления Фернандиньо. Оставалось только дождаться истечения уходящих минут, и мы станем чемпионами.

Я направился прямиком в туалет. Это был не нервяк, а тактическое решение. Я знал, что если «Челси» продержится, то празднование будет грандиозным, и я не хотел пропустить ни секунды. Я сидел впереди рядом с Хендо и до тех пор, пока Виллиан не забил, я немного развлекался за его счет, говоря ему, чтобы он начал готовить свои шаркающие ноги — пока он не вернул мне обраточку. «Заткнись, Роббо», - сказал он. «Ладно, никаких проблем. Как скажешь.» Если бы «Сити» вышел вперед, я думаю, он мог бы убить меня прямо на месте в ту же минуту, поэтому я больше его не подкалывал. Я ни в коем случае не хотел рисковать.

Я не чувствовал никакого напряжения, но, понятно, другие-то чувствовали. Али ушел внутрь на последние десять минут, потому что не мог смотреть. Наверное, единственным человеком в мире, который нервничал больше, чем он, был мой отец. Я писал ему, маме, Рэйчел и нескольким моим приятелям на протяжении всей игры, но по мере того, как секунды тикали, я был слишком сосредоточен на том, что происходило на экране, чтобы беспокоиться о своем телефоне.

Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один................ «Чемпионы. Чемпионы. Оле, оле, оле! Чемпионы. Чемпионы. Оле, оле, оле!»

Спустя три десятилетия группа игроков «Ливерпуля» наконец-то смогла спеть эту песню. Мы сбились в кучку и стали танцевать. С каждым прыжком, казалось, я поднимался все выше. Каждое слово звучало все громче. Эйфория не теряла времени даром, она уже начинала действовать. Хотя, честно говоря, когда мы все обнимали друг друга и говорили: «Мы сделали это», мне было трудно принять это. Это было слишком круто, чтобы так быстро осесть в нас самих. Я знал, что мы чемпионы, но я не чувствовал себя чемпионом, во всяком случае, пока. Я праздновал, но праздновал за «Ливерпуль», а не за себя. «Чемпионы. Чемпионы. Оле, оле, оле!»

Я не мог описать, что это на том этапе значило для меня. Я не из тех, кто в таких ситуациях начинает плакать. Я также не плакал, когда мы выиграли Лигу чемпионов. У меня больше кружится голова, чем что-либо еще, я прыгаю туда-сюда, как будто я на невидимой прыжковой ходуле и вообще становлюсь каким-то потерянным в данный момент.

Босс разволновался. Мы все видели, как он плакал, а потом он обошел всех нас и обнял, прежде чем выйти из комнаты. Он просто обхватил голову руками и сказал: «Я должен идти, я должен идти.» Он был буквально ошеломлен, и это поразило его больше всего после того, как мы были утверждены в роли чемпионов.

Когда ты видишь, как тренер такого уровня реагирует подобным образом, и ты знаешь, что мы все внесли в это свой вклад, это не может не тронуть тебя. Победа в лиге была огромным событием для всех нас, но в тот момент, я думаю, мы все поняли, что, если уж на то пошло, для него это было еще серьезнее. Стать первым тренером «Ливерпуля», который приведет клуб к чемпионству в Премьер-лиге — это зашкаливает с точки зрения достижений. Как болельщик «Селтика», я знаю все о том, как Билл Шенкли сказал Джоку Штайну, что он «теперь бессмертен» после того, как Лиссабонские Львы выиграли Кубок Европы в 1967 году, и подобные чувства применимы и здесь.

Мы включили большие экраны, и появилась еще одна легенда «Селтика», возможно, величайшая из всех. Мы немного притихли, потому что мы все хотели услышать, что скажет сэр Кенни, но выражение его лица, озаренное эмоциями и гордостью, сказало нам все, что нам нужно было знать. Тридцать лет назад, когда он привел «Ливерпуль» к их последнему чемпионскому титулу, они, вероятно, даже не праздновали так уж серьезно, потому что в то время это было нормой. Они просто подняли трофей и ушли. Болельщики, вероятно, приняли это как должное, и кто мог их винить в этом. Затем последовало целое поколение без побед в лиге. 29-летние болельщики не видели, чтобы «Ливерпуль» выигрывал лигу. Даже те, кто многое выиграл, тосковали по возвращению титула. Вот почему все были так взволнованы.

Сэр Кенни выиграл в футболе все, но он показал свои эмоции тридцать лет спустя, потому что он лучше, чем кто-либо другой, знал, насколько это важно. Мы видели, как много это значило для босса и различных легенд «Ливерпуля», и вот именно тогда это действительно проняло. Когда ты видишь, как сэр Кенни — человек, в честь которого на Энфилде названа целая трибуна — плачет из-за чего-то, чего достигли мы, ты не можешь не чувствовать гордости.

Как только у меня появился шанс, я нашел себе тихое местечко, чтобы иметь возможность сделать видеозвонок своей семье. Нам всем выдали толстовки с надписью «Чемпионы», поэтому я надел свою, и правильно сделал, потому что мы плохо слышали друг друга. Фотографии все равно рассказывали историю этого события. Я видел, что у них была бутылка шампанского, и они видели, что я был в толстовке.

Я не плакал, но был эмоционален. Я думаю, что у меня было слишком много волнения и радости для слез, и был также элемент примирения с тем, что только что произошло, но видеть, что это значило для моей семьи, было для меня чем-то грандиозным. Это те люди, которые поддерживали меня, когда я нуждался в их поддержке, и те, кто гнал меня вперед. Я никогда не смогу отплатить им за это, но возможность доставить им столько удовольствия — это, безусловно, одна из лучших вещей в победе в лиге.

Мне не нужно пить, чтобы хорошо провести время, но на вечеринках я люблю выпить — мои танцы ужасны, так что, по крайней мере, я могу винить в этом пиво. В ту ночь мы танцевали. Песня Show Me Love [Покажи мне любовь] была самым ярким моментом. Она была той, что привела на танцпол всех, и хорошо, что он был настолько переполнен, что кому-либо было бы трудно различать мои движения.

В последний раз мне удавалось насладиться выпивкой в Мадриде больше года назад, поэтому я решил воспользоваться этой возможностью по максимуму. Это не просто хорошие времена, это самые лучшие времена, и ты должен наслаждаться ими как можно больше. Еще до того, как веселье по-настоящему началось, мы уже держали себя непринужденно, как мог засвидетельствовать любой, кто видел живое телевизионное интервью с Трентом и Вирджилом, которые были опрошены непрошенными гостями. В конце концов я лег спать вскоре после 5 утра, решив остаться в отеле, а не идти домой, потому что не хотел будить детей.

По какой-то причине когда я проснулся у меня не было похмелья, но я был измотан, так как я спал всего пару часов после целого дня высокого адреналина и волнения. Я пошел домой, провел некоторое время с детьми, пока не был вынужден уступить своей усталости и подняться в свою комнату на пару часов. Я мог бы проспать гораздо дольше, но мне хотелось насладиться моментом с Рокко и Арией. Я встал, и мы вывели их на прогулку, чтобы они могли выпустить немного пара от такого большого волнения.

Когда мы вернулись, меня уже ждал огромная коробка, присланная клубом. Дети разорвали оберточную бумагу, как будто это было Рождество, и они нашли в коробке все что душе угодно, но их любимыми определенно были флаги «Чемпионы» и толстовки.

Столько усилий было вложено в это, и само событие сделало его еще более особенным для нас как семьи. Обычно ты ожидаешь, что твои дети будут вместе с тобой на поле на каком-то этапе после победы в лиге, и все вы сможете наслаждаться той атмосферой, но это было невозможно, поэтому клуб помог нам создать особый момент дома, и им было здорово поделиться им. Мои дети еще маленькие, но они все еще знали, что их отец что-то выиграл, и получение огромного подарка, открывая его, без сомнения, заставило их желать, чтобы такое происходило чаще.

У нас была пара выходных дней, что было отлично, и я определенно беру на себя ответственность за это, потому что я дал интервью с клубному телевидению, где сказал, что нам нужно напоить босса, чтобы он мог дать нам немного больше свободного времени, чтобы насладиться моментом! Нам дали выходной на пятницу и субботу — значит, он меня услышал.

Когда в воскресенье мы вернулись на тренировку, все было как обычно. Да, было ощущение достижения, и все были возбуждены, но нам предстояла большая игра против «Ман Сити», и мы не хотели ехать на Этихад в качестве чемпионов и подводить себя.

Тот факт, что мы проиграли со счетом 4:0, означал, что многие люди обвиняли нас в том, что мы отвлеклись от игры и слишком наслаждаемся собой, но ничто не могло быть дальше от истины. Мы готовились к этой игре, как и к любой другой, и поэтому восприятие того, что произошло, совершенно неверно. Оно также не учитывает, что мы, вероятно, создали больше моментов в этой игре, чем в любом из наших предыдущих матчей против «Сити», особенно за мое время пребывания в «Ливерпуле».

Мы выиграли предыдущий матч на Энфилде со счетом 3:1, но создали четыре хороших момента и забили три, и это не было похоже на то, что мы съехали с катушек. На этот раз мы не были хладнокровными, но если бы шанс Мо вошел в створ вместо того, чтобы отскочить от штанги, я бы вообразил, что мы пойдем дальше и выиграем.

Однако «Сити», взявший инициативу с забитого гола с пенальти, дал понять, что такая игра им подходит, и после того, как они забили свой второй мяч, для нас это был долгий путь назад — особенно потому, что нам не нужно было выигрывать, как бы сильно мы этого ни хотели. По какой-то причине мы не поспевали буквально на долю секунды, а это большая проблема против такой команды, как «Сити», которая после самоизоляции показала, что может играть так, как будто это тренировочный матч. Они так расслаблены и, очевидно, феноменальны технически, так что я просто думаю, что нас подловила команда, которая была более бойкая в тот вечер.

Это было подчеркнуто их третьим голом, когда я увлекся мячом и оставил пространство, которым воспользовался Фил Фоден и забил гол. Как только я это сделал я подумал: «Что ты делаешь? Удерживай позицию.» Но я провел большую часть сезона, в подобных ситуациях пытаясь пресечь нападающих, чтобы мы могли выбежать вперед. Это был первый раз, когда меня по-настоящему на этом подловили, так что мне просто нужно было мужественно встретить эту неудачу и двигаться дальше. Одной из главных причин, по которой мы стали чемпионами, была готовность быть агрессивными и доминировать на поле. Мы не хотим этого менять и принимаем связанные с этим риски, потому что потенциальные выгоды так велики.

«Сити», вероятно, вспоминал игру на Энфилде и говоря это, в определенные моменты мы были на долю секунды впереди них, и это имело большое значение для исхода матча. Это часто такие вещи, которые обычные наблюдатели даже не заметят. Если бы Бернардо Сильва не почувствовал на секунду, что он уходит за Вирджилом, когда Трент перевел мяч на противоположный фланг, то я, вероятно, испытал бы большее давление, и мне было бы труднее сделать именно такой кросс. Сильва не сделал ничего плохого. Он только что принял решение, которое было бы прекрасно в девяноста девяти случаях из ста, но блеск паса Трента с его нерабочей ноги обнажил оставленное пространство. В таких играх мы все находимся под гораздо большим давлением, потому что небольшие пространства имеют более важное значение, чем когда-либо. Это был вечер, когда все, казалось, шло в пользу «Сити», и у нас тоже была пара небрежных моментов, которыми они воспользовались. Конечно, было не очень приятно проигрывать в счете 4:0, но «Сити» может сделать такое с любой командой в мире.

Единственным утешением было то, что все закончилось не со счетом 5:0. Это может показаться не совсем логичным, но большинство футболистов скажут вам, что психологическое воздействие проигрыша 4:0 находится на одном уровне, а проигрыш 5:0 — на совершенно другом. Нам удалось стабилизироваться после того, как мы проигрывали в четыре гола, и мы создали еще пару моментов, но это было довольно неуместно, потому что мы никогда не отыгрались бы к 4:4. По крайней мере, мы остановили кровотечение. Затем из ниоткуда появляется Рияд Марез и забивает пятый. Я был выпотрошен. Игра давно уже была упущена, но это был последний удар по яйцам, так что я испытал огромное облегчение, когда гол был не засчитан.

Мы все ненавидели проигрывать таким образом, а Хендо и босс дали понять всем в раздевалке, что этого вообще не должно было случиться. Если бы это была середина сезона, когда все еще нужно было играть, я не сомневаюсь, что расследование было бы еще более суровым, но тот факт, что мы уже достигли нашей цели стать чемпионами, означал, что на эту игру нужно было делать какую-то скидку. Мы все злились на себя, но было также чувство, что мы не должны здесь переусердствовать, потому что это вспышка, и гораздо лучше иметь вспышку после того, как ты выиграл Премьер-лигу, чем до того.

Я также задавался вопросом, было бы по-другому, если бы «Сити» победил «Челси», так что тогда мы столкнулись бы с ними, зная, что если мы избежим поражения, то выиграем лигу. Это, конечно, совершенно гипотетическая ситуация, поэтому преобладающим чувством было раздражение. Когда ты играешь за такой клуб, как «Ливерпуль», ты не хочешь проиграть ни одной игры, и ты определенно не хочешь проиграть крупно.

Это было трудно в том смысле, что мы больше не играли за что-то. С тех пор как я переехал в «Ливерпуль», мы играли за что-то до самой последней игры сезона. В моем первом сезоне нам нужно было выиграть нашу последнюю игру, чтобы попасть в Лигу чемпионов, а затем у нас был финал Лиги чемпионов против мадридского «Реала». В следующем мы боролись за титул, а потом был еще один финал Лиги чемпионов. На этот раз мы выиграли лигу с семью оставшимися матчами, мы были вне кубковых соревнований, и технически нам играть было не за что. Очевидно, мы не хотели, чтобы это произошло, но даже если бы мы проиграли все наши оставшиеся игры, это не изменило бы ничего, что произошло с нами, или не умалило бы того, чего мы достигли.

Сами по себе мы определенно хотели продолжать показывать свою игру, но нет никаких сомнений в том, что стимул продолжать побеждать гораздо сильнее, когда ты пытаешься выиграть лигу, чем когда ты только что ее выиграл.

Некоторые воспользовались возможностью сделать несколько ударов по нашему больному месту после матча против «Сити», и рассказ о том, что мы отводили глаза от мяча, не мог быть более ошибочным, поэтому для всех нас было так важно, чтобы мы ответили правильно, и мы сделали это победой со счетом 2:0 над «Астон Виллой».

Это была наша первая игра на Энфилде с тех пор, как мы стали чемпионами, и я не мог не думать о том, какой могла бы быть тамошняя атмосфера. Из всех игр за закрытыми дверями эта, вероятно, произвела на меня наибольшее впечатление, потому что Энфилд в тот день был бы сенсационным, если бы там были болельщики. В этом отношении я был разочарован за нас, но еще больше я был опустошен за болельщиков. Как бы то ни было, все, что мы могли сделать — это быть профессионалами, и мы это сделали. Было также приятно видеть, что Кертис забил еще один гол после того, как Садио вывел нас вперед, и еще приятнее было совершить семнадцать побед в семнадцати домашних играх.

Несмотря на критику, последовавшую за нашим поражением на выезде против «Сити», мы знали, что наше внимание было в порядке, и мы снова продемонстрировали это, победив со счетом 3:1 на выезде против «Брайтона».

Мы забили три действительно хороших гола, на счету Мо была парочка, а Хендо забил еще один с края штрафной, но к тому времени, когда прозвучал финальный свисток, я уже волновался, потому что капитан ушел с поля с травмой колена. Я тогда и понятия не имел, насколько серьезна была травма, но я прекрасно знал, что Хендо не из тех, кто уходит с поля при обычном повреждении, только если это абсолютно необходимо, поэтому я был обеспокоен.

В тот момент, когда я понял, что это серьезно, я вошел, чтобы немного подлечить бедро, потому что я получил по нему удар, и увидел Хендо, сидящего в углу с полотенцем на голове. Вот тогда-то я и понял, что все может быть очень плохо. В раздевалке царила тишина. Выиграв, мы были возбуждены, но потом успокоились и поняли, что у Хендо может быть серьезная травма.

Когда случается такая ситуация, буквально никто не может сказать ничего, что могло бы помочь, поэтому я знал, что лучше просто оставить его в покое. Это было трудно, потому что я автоматически начал беспокоиться, что ему может понадобиться операция, и тогда меня осенило — сможет ли он вообще поднять трофей? Судя по всему, было уже ясно, что он пропустит остаток сезона, поэтому беспокойство переключилось на то, сможет ли он подняться на подиум. Я не могу представить себе другого игрока, который когда-либо заслуживал бы титула чемпиона Премьер-лиги больше, чем Хендо, и для меня он был игроком года, поэтому мне было трудно видеть его таким. Все, что мы могли сделать — это терпеливо ожидать, молиться и надеяться, что, когда на следующий день будет проведено сканирование, результат окажется не таким плохим, как мы все боялись.

С самого начала мы поняли, что лучший сценарий развития событий — это, вероятно, шесть недель, а худший — девять месяцев. Две большие проблемы заключались в том, что мы могли остаться без нашего капитана надолго, а также в том, что, если потребуется операция, поднятие трофея будет невозможным. Зная Хендо и что он за парень, я не мог представить, чтобы он поднимался на подиум на костылях или с большой скобой на колене.

Все ребята спрашивали об этом во время его восстановления в Мелвуде. Это было все, о чем мы только могли думать. Затем доктору Джиму позвонили с результатами сканирования, и было так тихо, что буквально можно было слышать, как муха летит. Нобби стоял рядом с ним, как щенок в ожидании печенья, зная, что, скорее всего, он его не получит. Я видел, как Джим вздохнул с облегчением, и в следующий момент он повесил трубку, празднуя с Нобби и Дэйвом Райдингсом, который занимается реабилитацией игроков. Они думали о худшем — девятимесячной реабилитации, так что узнать, что пройдет всего шесть недель и Хендо вернется в строй на следующий сезон, было огромным облегчением.

Я написал Хендо: «Если ты когда-нибудь сомневался в своей значимости в этом клубе, тебе следовало быть в Мелвуде, когда пришла эта новость.» Я никогда не видел, чтобы на тренировочной базе новость о шестинедельной травме была встречена с таким воодушевлением.

Это дало мне огромный толчок, потому что я знаю, как много для Хендо значит быть капитаном «Ливерпуля» и как много ответственности он берет на себя за всех нас, поэтому я вошел в игру против «Бернли» немного в приподнятом настроении. Это чувство стало еще сильнее, когда я забил второй гол в своей карьере с блестящего кросса Фаба — еще одно доказательство того, что если закрыть глаза и надеяться на лучшее, то может произойти что-то хорошее.

Он был далеко не таким важным, как мой гол в ворота «Виллы», но он определенно выглядел лучше, и было также приятно получить немного похвалы от Питера Крауча, который лучше многих знает, что нужно, чтобы забивать головой. Надеюсь, когда-нибудь он сможет рассказать мне, что же я сделал!

Мы также заслужили этот гол. Мы были на высоте, создавая много моментов, и если бы не Ник Поуп, мы могли бы к перерыву сильно оторваться в счете. В течение семидесяти минут мы контролировали ситуацию, но «Бернли» оставался в игре, и когда у них появился шанс, они им воспользовались. Надо отдать им должное. Да, мы доминировали во владении мячом и создали множество возможностей, но они показали большую устойчивость, и вы должны восхищаться этим и работой, которую Шон Дайч провел с ними. Для нас это было разочарованием, так как мы хотели сохранить наш стопроцентный домашний рекорд, но это не было причиной того, что я был так расстроен в конце игры.

Главная причина заключалась в том, что я чувствовал, что в нашу пользу должен был быть назначен пенальти, когда Йоханн Гудмундссон сбил меня с ног в конце матча. Я знал, что он лишь слегка дотронулся до мяча, но продолжение подката опрокинуло меня, когда я входил в штрафную, и для меня все было яснее ясного. Дэвид Кут, судья, думал иначе, и никакого вмешательства со стороны ВАР так и не последовало.

У меня голова пошла кругом. Неважно, что мы чемпионы, у нас все еще есть воля к победе, и именно поэтому это так раздражало. Ничего бы не изменилось, если бы это случилось в начале сезона. Я хотел выиграть, и, на мой взгляд, плохое решение не позволило этому случиться, поэтому после окончания игры я поговорил с судьей, чтобы выразить свое неодобрение.

Поскольку на стадионе не было болельщиков, мои жалобы были подхвачены и стали большой проблемой в социальных сетях — как и почти все в наши дни. Я не жалею ни о чем, что сказал, но если бы я мог вернуться и снова поговорить с ним, то разговор был бы совсем иной. Судья сказал мне, что Гудмундссон коснулся мяча, и это просто вывело меня из себя. Футбол — это эмоции, и в тот раз я позволил им проявиться.

Потеря двух очков уже будучи чемпионами на самом деле не должна быть проблемой, независимо от нашего очевидного желания победить, но это был период, когда нас судили по целям, которые ставили другие, а не мы сами.

В начале сезона никто из нас не говорил: «Давайте наберем сто очков.» Никто этого не говорил, даже когда у нас было девяносто три очка и три игры впереди. Если кто-то хочет довести дело до крайности, то мы упустили нашу «цель» в октябре, когда сыграли вничью на Олд Траффорд, потому что намеревались выиграть каждую игру, в которой играли. Может быть, мы стали жертвами наших собственных стандартов в этом отношении, поскольку в некоторых кругах просто выиграть лигу оказалось перестало быть достаточно хорошим результатом — нам нужно было набрать сотню очков, иначе появлялся бы оттенок разочарования.

Поэтому, когда мы проиграли на выезде «Арсеналу» и стоочковая отметка вышла за пределы досягаемости, это дало некоторым возможность поставить знак вопроса рядом с нашим достижением. Они попробовали поставить звездочку, но это не сработало, так что должна была быть какая-то другая форма пунктуации. Я проверил свою медаль Премьер-лиги, и на ней не выгравировано количество очков, там просто написано «Чемпионы».

Все, к чему мы стремились — это быть самыми лучшими. Об очках и рекордах ничего не говорилось. Нашим приоритетом была победа в лиге, все остальное было бы бонусом. Когда мы встречались с «Арсеналом», нашим стимулом была победа. Все было настолько просто. Это тоже должно было случиться. Я заработал голевую передачу на гол Садио, и в матче с «Бернли» мы были на высоте, но второй гол так и не состоялся. Мы допустили пару ошибок, которыми воспользовался «Арсенал», и они удержали результат.

Это была одна из тех игр, которые случаются время от времени, когда ваше доминирование не вознаграждается, и ваш противник получает победу против хода игры. Я просто рад, что это произошло после того, как лига была выиграна.

«Сити» проиграл девять матчей в чемпионате, но был только один, когда они не были лучшей командой в этих играх. По крайней мере, когда это случилось с нами против «Бернли» и «Арсенала», это не многого нам стоило. Чемпионский титул был в кармане, и теперь все, что нам нужно было сделать, это со вкусом его отпраздновать.

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
helluo librorum
+52
Популярные комментарии
Антон Перепелкин
+2
100%.)
Ответ на комментарий RedDaughter
Отличное было барбекю!
RedDaughter
+2
Отличное было барбекю!
Написать комментарий

Новости

Реклама 18+