Ценный эксперимент. В 2021 г. в Швейцарии ослабили лимит - сегодня можно сделать первые выводы
Радикальные меры
Летом 2021 г. генеральная ассамблея швейцарской Национальной лиги (National league, NL) поднялась на борьбу с ковидной бедой. Долговой кризис казался серьёзным, перспективы завершения пандемии – туманными, а решительные меры – необходимыми. Надо было действовать.
Поскольку проблема была денежной, то про деньги первым делом и говорили. Обсуждали «честную финансовую игру», и даже – потолок зарплат. Договориться не смогли, и, как и положено в таких случаях, решили поискать под фонарём: ослабить лимит на легионеров.
Национальные тренеры, руководители федераций и неравнодушные ветераны любят при каждой неудаче сборной указывать на заполонивших лигу иностранцев. Это – добрая традиция не только в России. Обычно обоснованность указаний невысока, и ирония по поводу таких замечаний часто уместна – что, однако, не делает утверждения о вреде иностранцев безусловно ложными.
Точно также руководители клубов и лиг любят указывать на лимит как корень всех финансовых зол. В этих утверждениях так же есть доля истины – ограничения на число иностранцев приводят к росту цены на местных игроков – но они также (и даже реже) сопровождаются количественными аргументами. Сами же по себе они не кажутся безусловно верными, поскольку ослабление лимита ведёт к росту цены на иностранцев. Тут требуются основательные расчёты, коих обычно никто не делает и информации для которых, возможно, нет вообще ни у кого (если суммы контрактов остаются коммерческой тайной).
Так, или иначе, руководители швейцарских клубов давно хотели ослабить лимит, и ковид дал им сильный аргумент. При этом, даже несмотря на казавшуюся критической ситуацию, оппозиция такому решению была сильна. На вбросы в прессе – а поговаривали о том, чтобы разрешить использовать сразу десять иностранцев – реагировали не только представители федерации и сборной, но и профсоюз швейцарских хоккеистов в лице самого Йонаса Хиллера. В одном из онлайн опросов против проголосовали болельщики – в Швейцарии эта мера далеко не так популярна, как в России.
Итогом борьбы мнений стал – как иначе – компромисс. Ослабление лимита было решено совместить с расширением лиги. В сезоне 20/21 действовал лимит не более 4 иностранцев в заявке на матч (и не более 8 контрактов с иностранцами по ходу сезона) при 12 командах в NL. В переходном сезоне 21/22 число команд увеличивалось до 13, а число иностранцев – до 5. Наконец, с сезона 22/23 и по сей день в NL играют 14 команд, а для иностранцев действует лимит 6-9: не более 6 иностранцев в заявке на матч, не более 9 контрактов с иностранцами по ходу сезона. Аргумент был такой: увеличение числа иностранцев на 2 в 12 клубах отнимает у швейцарцев 24 рабочих места, увеличение числа команд в лиге на 2 компенсирует эту потерю.
Кроме того, чтобы усмирить общественность, было решено прикрыть форточку для иностранцев. В Швейцарии под лимит не попадают хоккеисты, которые успели поиграть в молодёжной лиге. Раньше таких было немного, но сейчас прекрасной перспективой получить приоритетное право на работу в самой богатой лиге Европы активно пользуются французы, итальянцы, австрийцы, латвийцы и даже – с недавних пор – литовцы. Поэтому правило решили изменить: начиная с сезона 26/27 бывшие игроки молодёжной лиги не будут считаться легионерами только до достижения 23 лет (это, впрочем, не касается тех, кто уже получил «швейцарскую лицензию»).
О том, как повлияет на швейцарский хоккей последнее решение, пока говорить рано. Вот обсудить первые результаты ослабления лимита и расширения лиги уже можно. Этим и займёмся.
Качество игры, кажется, выросло, а состязательный баланс – не пострадал
Принятые в Швейцарии решения – ослабление лимита и одновременное расширение лиги – должны были оказать противоположное действие на качество игры и состязательный баланс. Первое, из общих соображений, способствует росту, второе – падению. Это ясно из общих соображений. Что не ясно – количественные характеристики, и именно поэтому швейцарский случай, с двумя разнонаправленными решениями, представляется особенно интересным. С исследовательской точки зрения – нам повезло.
Дополнительной сложностью является «качество игры» – показатель, который также невозможно оценить количественно, опираясь только на информацию о состоянии дел внутри лиги. Здесь нам тоже повезло – в Европе, пока Лига чемпионов жива, есть внешний аудит. Сопоставив результаты выступлений швейцарских клубов на европейской арене до и после изменений, можно сделать осторожные выводы об изменении их силы.
Сопоставление будет в пользу обновлённых клубов. В первых семи розыгрышах ЛЧ (с сезона 14/15 до сезона 21/22) представители Швейцарии только два раза доходили до полуфинала. В четырёх розыгрышах с новым лимитом – пять раз, и дважды подряд (в 2024 и 2025 гг.) швейцарские клубы выиграли турнир. Со всеми возможными оговорками (например, о разной мотивации участников) трудно не связать столь радикальное, видимое изменение результатов с тем фактом, что теперь швейцарские клубы могут выставить в поле пару лишних финнов с опытом игры на ЧМ.
При этом следует отметить, что успехов в ЛЧ не всегда добиваются лидеры сезона. «Женева» в 2024 г. взяла титул в звании действующего чемпиона, но собственно по ходу сезона 23/24 команда заняла десятое место в регулярном чемпионате и проиграла в первом раунде плей-ин. При этом в финале ЛЧ «Женева» обыграла шведский «Шеллефтео», который через пару месяцев стал чемпионом SHL.
Результаты ЛЧ, таким образом, говорят нам о том, что и состязательный баланс в NL не пострадал, несмотря на расширение. При этом одно наблюдение говорит об обратном: в лиге появился надёжный аутсайдер. «Ажуа», присоединившийся к NL в 2022 г., неизменно занимает последнее место в регулярном чемпионате. Это – не здорово, однако другие объективные показатели говорят о том, что в целом ситуация почти не изменилась.
Например, показатель «очков за игру» для команды, занявшей первое место в регулярке, находился в пределах 1,82...2,29 в четыре дореформенных сезона, и остался почти там же (1,87...2,22) после расширения. Аналогичная ситуация и с показателями аутсайдера: 0,64...1,04 до расширения и 0,75..0,92 – после. Поскольку показатели сохранились, а число команд в лиге увеличилось, в целом плотность состязании даже немного выросло. Сводные данные по сезонам приведены в таблице, промежуточный сезон 21/22, с тринадцатью командами, вынесен за скобки (в нём новичок «Ажуа» был особенно плох, да).
Зрительский интерес не уменьшился, общая посещаемость выросла
Расширение лиги поставило под вопрос любимый показатель швейцарцев: среднее число зрителей на игре. Тем более, что в результате расширения к NL добавился вечный аутсайдер с небольшим стадионом. Однако, в целом ничего страшного не случилось. В первом сезоне с 14 командами средняя посещаемость вернулась на доковидный уровень – точнее, даже немного его превзошла, швейцарцы впервые перешагнули рубеж в 7 000 человек на игре. В последующих сезонах средняя посещаемость выросла, во многом благодаря тому, что «Цюрих» переехал на новую арену, а «Фрибур» радикально обновил старую (на этих стадионах пройдёт ЧМ2026).
В какой степени на росте посещаемости сказалось ослабление лимита, в какой – успехи в Лиге чемпионов, в какой – достижения сборной – сказать сложно. В любом случае, прирост средней посещаемости в сочетании с увеличением числа игр регулярного чемпионата (с 300 до 364) позволили существенно, почти на 30%, увеличить общую посещаемость матчей. Сейчас регулярный чемпионат собирает почти 2,7 млн. зрителей – против 2 млн. до ковида – и это, конечно, большой швейцарский успех. Который, наверное, помогает швейцарцам смириться с грустным: в сезоне 23/24 швейцарцы утратили многолетнее лидерство в рейтинге самых популярных лиг Европы, их опередила немецкая DEL (а «Кёльнер Хайе» обошли «Берн»).
Швейцарские хоккеисты – и сборная – пострадали
Если где-то что-то прибавилось, то где-то что-то убавится – этому закону подчиняется даже швейцарский хоккей. Ослабление лимита должно было ударить по швейцарским хоккеистам – и оно по ним ударило. Главной целью руководства клубов были банковские счета игроков, но как изменилась ситуация там, я не знаю. Однако, могу оценить изменения в спортивных достижениях.
Первое и самое заметное – уменьшение доли швейцарцев в топе бомбардиров. Это заметил не только я, это – ожидаемое изменение, интересен его масштаб. В 2017-2021 гг., при лимите «4 иностранца в матче», в число 25 лучших бомбардиров попадало от 7 до 15 швейцарцев, в число 50 лучших – 19...22. В 2022-2026 г., при 6 иностранцах в заявке, соответствующие показатели снизились до 4...7 и 11...17. По первому показателю минимум стал максимумом, а общее снижение стало почти двукратным. По второму показателю падение оказалось не столь сильным, (то есть оказалось, что в Европе не так много инострацев, превосходящих лучших швейцарцев), но тоже ощутимым – 1,3...1,7 раза.
В качестве показателя, характеризующего положение в лиге в целом, я взял долю голов, забитых швейцарцами. Этот показатель упал с 55...59% до 44...48%. Изменение качественное: до реформы швейцарцы забивали больше половины голов в лиге, после реформы большую часть голов забивают иностранцы.
Ещё более интересным является изменение швейцарской доли по голам в большинстве: падение с 48...53% до 35...38%. Почему более интересным? Потому, что здесь снижение несколько более сильное, чем в случае со всеми голами. Например, в сезоне 20/21, последнем до реформы, соотношение доли швейцарских голов и доли швейцарских голов в большинстве равнялось 1,18, в сезоне 25/26 оно изменилось на 1,25. Интересен ещё один показатель: число швейцарцев, забивших хотя бы 5 голов в большинстве. В 2017-2021 гг. таких было от 10 до 18, в 2022-20226 гг. показатель упал до 7...12. Снижение на 30%.
Это позволяет указать на ложность приведённого в первом разделе аргумента: увеличение числа иностранцев компенсируется расширением лиги. Его ложность, вообще говоря, понятна из общих соображений. Ключевые роли в команде играют хоккеисты «топ-11»: основной вратарь и две первых пятёрки. Иностранцев всегда берут под «топ-11», и изменение нужно считать с этим показателем.
Расчёт в таком случае будет следующий. При 4 иностранцах и 12 командах в топ-11 остаётся 84 места для швейцарцев, при 6 иностранцах и 14 командах это число уменьшается до 70 (читатель может сам проделать нехитрые арифметические упражнения). Иными словами, доля топовых мест после реформы составит примерно 0,83. Снижение по приведённым выше показателям – число бомбардиров в топ-25 и топ-50, доля голов, доля голов в большинстве – чуть больше потому, что эти изменения даны для полевых игроков, без учёта вратарей. Но в целом видно, что модель топ-11 даёт хорошее первое приближение для оценки изменений, связанных с увеличением квоты легионеров.
Тут сразу хочется вспомнить ЧМ24 – в целом удачный для сборной Швейцарии. Каковая, однако, была далека от идеала. Одной из важнейших проблем команды было отсутствие второй работающей бригады большинства (в первой дело делали игроки НХЛ). И, возможно, это было напрямую связано с изменением лимита: в сезоне 23/24 всего 7 швейцарцев забили хотя бы 5 голов в большинстве. У Фишера был небогатый выбор.
Последнее, но, вероятно, самое важное – ослабление лимита сильнее всего ударило по перспективным игрокам. В Швейцарии в целом существует проблема интеграции молодых: в НХЛ швейцарцев немного, в других лигах почти нет (дом платят намного больше), а продолжительность хоккейной жизни растёт. Новичка приходится дозревать, и серьёзные роли большинство получает не раньше, чем в 22-23 года. Даже при лимите в 4 иностранца с этим было непросто, ослабление лимита проблему усугубило до предела.
Буквально – до предела. Для оценки я взял следующий показатель: число швейцарцев моложе 24 лёт, сыгравших не менее 10 матчей и показавших среднюю результативность не менее 0,5 очка за игру. В четырёх доковидных сезонах таковых было от 4 до 7. В трёх последних сезонах этот показатель упал до 2..3 (снижение вдвое). А в сезоне 22/23 таких не было вовсе – вот почему «до предела».
Собственно, швейцарская федерация обозначила проблему «переходного возраста» как ключевую проблему системы подготовки хоккеистов летом 2025 г. Очевидно, изменения вроде описанных выше повлияли на этот вывод. И было принято соответствующее решение: с сезона 25/26 главная молодёжная лига Швейцарии сменила статус с U20 на U21. В какой степени это поможет более успешному переходу из молодёжного хоккея в профессиональный, сказать сложно. Но федерация сделала, что смогла – поискала под фонарём.
Считайте правильно
Подводя итоги исследования в целом, можно было бы порадоваться серьёзному результату. В спорах об оптимальном лимите или идеальном числе команд в лиге главной проблемой являются количественные оценки, и здесь мы получили вполне конкретный результат: ослабление лимита с 4 до 6 позволяет увеличить число команд с 12 до 14 без потери качества и состязательного баланса.
Однако, стоит принять во внимание важный внешний фактор: ослабление лимита в Швейцарии совпало с исходом европейцев из КХЛ. Это дало швейцарским клубам увеличить число легионеров без потери качества оных, да ещё и, вероятно, с некоторым снижением цены. Такая возможность возникает не всегда.
Также я не рискну оценивать целесообразность действий руководства швейцарской лиги. Главной целью реформы была финансовая стабилизация на фоне ковидного кризиса. Качество решения оценивается в первую очередь с точки зрения достижения цели, а, поскольку информация о зарплатах игроков в Швейцарии закрыта, этой возможности у меня нет.
Что можно оценить, так это побочные эффекты. Это и было сделано выше, результат в целом оказался ожидаемым. Главный тезис, который хочется подчеркнуть – это тезис о «топ-11». Потенциальный эффект от изменения лимита лучше оценивать, используя эту концепцию, а не общее число рабочих хоккейных мест. Этот тезис проиллюстрирован в последнем разделе исследования.
Наконец, не стоит рассматривать этот текст как грозное обвинение в адрес жадных дельцов швейцарского клубного хоккея, губящих самобытную хоккейную культуры. Я далёк от мысли о том, что лига должна обслуживать сборную. Однако, стоит принимать во внимание сложные взаимосвязи между жизнью сборной и клубов. Популярность хоккея в целом, очевидно, зависит от результатов сборной (вот степень зависимости оценить непросто), а успешность лиги зависит от популярности хоккея в целом. Кроме того, в Европе (в отличие от НХЛ) лояльность аудитории во многом зависит от вовлечённости местной молодёжи в хоккей. А привлекательность хоккея как профессии напрямую зависит от числа доступных рабочих мест. Эту часть дискуссии о лимитах в России чаще забывают, в Швейцарии же (или, например, Германии) она куда как важнее вопроса о сборной.
