15 мин.
8

Главный секрет Гэри Беттмэна. Почему он думает, что ему нужны игроки НХЛ на Олимпиаде – и что ему на самом деле нужно

Разрушительная уникальность

Олимпиада с участием игроков НХЛ – самое значимое событие в современном международном хоккее. Это несомненно, это следует принять как данность, это едва ли может быть предметом спора. Олимпиада привлекает заслуженный интерес, а преуспевшие в турнире обретают заслуженную славу.

Что кажется заслуживающим дискуссии, так это тезис (иногда высказываемый явно, часто подразумеваемый) о том, что Олимпиада – единственный значимый международный турнир. Здесь ключевое слово – «единственный», пока у нас нет Кубка мира. Представление о том, что за пределами Олимпиады нет ничего, заслуживающего серьёзного внимания, выгодно НХЛ и во многом поддерживается лигой. Это представление опирается на понятные аргументы, но в целом оно ошибочно (как любая попытка просто решить сложный вопрос) и разрушительно.

Разрушительно потому, что Олимпиада бывает раз в четыре года, и при этом хоккейный турнир – во многом именно из-за давления НХЛ – организован дурно. Во-первых, некогда «самое длинное состязание Олимпиады» стало относительно коротким, всего двенадцать календарных дней (нужно втиснуть турнир в перерыв регулярного чемпионата НХЛ). Это плохо в первую очередь с медийной точки зрения: мало времени на осмысление и обсуждение происходящего. Колумнисты НХЛ удивляются тому, что Олимпиада не даёт прироста интереса к хоккею – так вот одна из причин.

Во-вторых, в нынешнем формате у хоккейного турнира нет нормальной групповой стадии. Классический вопрос о попадании в плей-офф в группах не решается. После Турина руководство НХЛ решило, что полноценный групповой турнир слишком опасен, много лишних травм, и потребовало уменьшить число матчей. При этом уже тогда было понятно, что переход к формату, по которому сейчас играют баскетболисты (те же три группы по четыре команды, но по итогам игр в групп сразу определяются восемь четвертьфиналистов) рискован: кто-то из «большой шестёрки» может неожиданно остаться за бортом слишком рано (напомним, что в Турине швейцарцы обыграли Канаду и Чехию, а словаки – Россию, США и, хе-хе, Швецию). Так получилось то, что получилось.

Это сочетание – турнир раз в четыре года, «всё остальное неважно», «группы ничего не решают» – приводит к тому, что для части стран, команды которых всерьёз претендуют на медали, всё сводится к схеме «один важный матч за четыре года». Старожилы помнят: между Ванкувером и Сочи разговоры о судьбах российского хоккея во многом определялись тем самым «3:7» – и ничем другим. Что-то похожее, наверное, было и у шведов. При этом, поскольку команд, претендующих на медали, больше четырёх (так было даже в Милане), какие-то из них неизбежно окажутся в описанной ситуации. Это произойдёт даже в том случае, если все пять (шесть, семь и так далее) команд будут равны по силам, и все пять (шесть, семь) федераций будут работать идеально. Катастрофическое поражение ценой в четыре года настигнет кого-то обязательно вне зависимости от его усилий – а это значит, что размышления по итогам такого поражения могут быть пустой тратой времени, рационализацией случайного.

Конечно, сложившаяся ситуация во многом – результат действия объективных причин, которые едва ли исчезнут в ближайшее время. Однако, даже в таком случае разговор о проблеме полезен: если проблему принять за «нормальность», она не исчезнет даже тогда, когда для этого возникнут предпосылки. Более того, в значительной степени описанное выше – проблема общественного восприятия, то есть проблема, которая может быть устранена быстро, и устраняется путём разговоров. Наконец, проблема является отчасти результатом целенаправленной медийной политики НХЛ, и это тоже можно изменить. Конечно, мы тут развлекаемся и текст не обязательно должен быть практически значимым, но и писатель, и читатель могут тешить себя мыслью о том, что, попади этот текст в руки кардинала – дело пойдёт на лад. С этой мыслью и попробуем.

Перерыв в регулярном чемпионате – обычное дело

Обычно про Олимпиаду с участием игроков НХЛ говорят, что «лига отпустила лучших на Игры». Это – размытая формулировка, и её стоит конкретизировать. Ключевое решение, которое принимает руководство НХЛ – делать (или не делать) перерыв в регулярном чемпионате на время Олимпиады.

Самое главное, что следует произнести вслух: перерыв в регулярном чемпионате на время Олимпиады – это нормальное, общепринятое решение, а не подвиг во имя хоккея. Ведущие европейские лиги тоже делают такой перерыв, они делали его всегда (как минимум – в тех случаях, когда сборная соответствующей страны попадала на Игры) и никогда не делали из этого большой истории. И, кажется, никому и в голову не приходит хвалить руководство этих лиг за вклад в развитие игры или переживать по поводу финансовых потерь европейских клубов.

Ловкость, с которой Гэри Беттмэн «продал» миру норму за добродетель, заслуживает восхищения. Но – нет, ни Беттмэн, ни совет директоров НХЛ не заслуживают особой благодарности. Потому что соблюдение нормы поводом для благодарности не является. Вот осуждение – за то, что норма приличного общества соблюдается не всегда – было бы уместным.

Всё это следует хотя бы сказать потому, что даже в настоящей политике, и тем более в политике спортивной общественное мнение играет важную роль. Для общественного мнения важны нравственные оценки. И сказанное вслух – НХЛ не делает ничего такого, чего не делали бы другие – можете иметь серьёзный вес.

Олимпийские травмы как пример успешных спекуляций

В апреле 2017 г. колумнист nhl.com выпустил статью, в которой попытался популярно объяснить, почему Игры не нужны лиге. Аргументов – что отражено в заголовке статьи – нашлось множество. Игры не вызывают роста интереса к НХЛ (роста рейтингов НХЛ не было даже после финалов ОИ2002 и ОИ2010). Игры мешают зарабатывать деньги в феврале, когда конкуренция со стороны других видов спорта минимальна. Перерыв в регулярном чемпионате не нравится болельщикам: НХЛ провела опрос, 73 процента американцев и даже 53 процента канадцев против. МОК не разрешает НХЛ использовать фото и видео. Наконец, Игры – это дополнительные травмы.

Последнюю тему автор текста разобрал обстоятельно. Он поимённо перечислил всех, кто выбыл до конца регулярного сезона из-за травм, полученных в Сочи: Джон Таварес, Хенрик Зеттерберг, Александр Барков и Томаш Копецки. При этом автор сделал аккуратную оговорку – Зеттерберг успел провести две игры в плей-офф. Наконец, были перечислены те, кто из-за олимпийских травм пропустил определённое число игр регулярки: Пол Мартин (18), Фёдор Тютин (8) и Матс Зукарелло (4).

Слово «пропаганда» несёт в себе сильный отрицательный заряд, но здесь его необходимо употребить – в конкретном, жанровом смысле. Этот текст был написан не для обсуждения проблемы, а для оправдания уже принятого решения путём аккуратного подбора аргументов, именно поэтому он и является пропагандистским. И – да, автор сделал свою работу хорошо, что, в частности, доказывает его описание проблемы травм. Подробное перечисление всех травмированных создаёт у читателя ощущение масштабности проблемы.

Однако, ориентация ощущения – не лучший способ принятия решений, которые принято называть взвешенными. Для этого существуют другие инструменты, в первую очередь – количественная оценка проблемы. Причём встречные соображения кажутся очевидными.

Вот первое. В регулярном чемпионате 13/14 команды НХЛ сыграли 1230 матчей, в которых участвовало под 900 хоккеистов. Олимпийский турнир в Сочи – 30 игр, 300 хоккеистов, в т.ч. 148 – из НХЛ. Навскидку можно предположить, что статистически значимого вклада по числу травм игры дать не могут.

Вот второе. Большая часть хоккеистов НХЛ в Играх не учавствует. Для тех из них, кто добрался до перерыва здоровым, дополнительный отдых это дополнительная возможность избежать травм в финальной части регулярки. Для тех, кто к началу Игр лечился, перерыв – возможность пропустить меньше матчей.

Как упомянутые соображения отражаются на статистике травм? Совсем недавно – в ноябре 2025 г. – группа медиков из Техаса дала ответ на этот вопрос. Ответ в целом ожидаемый (см. соображения по соотношению масштабов Игр и регулярки): статистически значимого отличия по числу травм в олимпийский сезон и в другие сезоны нет.

Впрочем, в упомянутом исследовании есть один крупный изъян – не учитывается качество травмированных игроков. На Олимпиаду едут лучшие и, может быть, именно потери ярких звёзд – главная особенность олимпийских сезонов? Я попробовал найти данные, которые помогли бы ответить и на этот вопрос, и наткнулся на базу данных, созданную какими-то славными энтузиастами.

Эти энтузиасты предложили интересную методику оценки относительной важности травмы: берётся зарплата трамированного (точнее, то, что учитывается под потолком, cap hit), делится на число игр регулярки (82), а потом число пропущенных матчей умножается на результат деления. Получается некая оценка ущерба франшизы в долларах, и, суммируя эти оценки, можно получить количественную оценку потерь из-за травм с учётом качества хоккеистов. И вот картинка с этого сайта, пометки «Сочи» и «Ванкувер» сделаны мной:

Возможно, в этих данных можно найти что-то в пользу озабоченности НХЛ. Но на мой взгляд, картинка подтверждает сказанное техасскими врачами: существенных, статистически значимых отличий в олимпийские сезоны не видно.

Могла ли НХЛ провести такое исследование? Могла. Возможно, она даже это сделала, но не стала публиковать результаты – я, как минимум, не видел. Между тем, соображения, которыми можно было бы руководствоваться при проведении такого исследования, очевидны. Ошибка в рассуждениях НХЛовского колумниста это классическая «ошибка выжившего»: он обращает внимание на те травмы, которые случились, но не принимает во внимание те травмы, которых из-за Олимпиады не было.

В то же время следует заметить: конечно, конкретные игроки, конкретные франшизы и конкретные болельщики страдают из-за олимпийских травм. Если бы это страдание мешало планам лиги, соответствующие аргументы можно было бы легко разбить. Но, поскольку руководство НХЛ – Беттмэн, да – хочет каждый раз торговаться по поводу ОИ, то и тема с травмами сознательно не закрывается.

Почему можно быть уверенным в том, что это именно сознательная политика торга и спекуляций? Да хотя бы потому, что из всех причин, которые помешали НХЛ сделать перерыв в феврале 2018 г., к февралю 2026 г. была устранена только одна – МОК разрешил лиге использовать фото и видео. После чего, видимо, проблема травм перестала быть столь острой.

Международные турниры на самом деле нужны НХЛ

Вот мы и подошли к упомянутому в заголовке секрету комиссионера: Игры на самом деле нужны Беттмэну. Не позарез, но достаточно сильно для того, чтобы он убеждал владельцев клубов – тех, от кого зависит положения самого Беттмэна и тех, кому игры действительно не нужны. При этом, будучи очень хорошим политиком, Беттмэн надёжно хранит свой секрет и в международных делах успешно торгует страхом: болельщики и функционеры боятся остаться ни с чем, не видят, что они могут предложить НХЛ и готовы любить лигу за то, что она делает обычные вещи.

Первый довод в пользу теории о нужде Бэттмэна очевиден: если бы Игры не были ему нужны, олимпийские перерывы так никогда бы и не появились. Также относительно очевидным является следующее соображение: в основе стратегии Беттмэна по развитию НХЛ было завоевание американского рынка, а Олимпиада вроде бы даёт повод привлечь новых болельщиков. Причём тут, возможно, имел место эффект импринтинга – ранние, яркие и не до конца осмысленные впечатления. Беттмэн пришёл в НХЛ из НБА сразу после грандиозного успеха «Дрим тим» на Играх-1992. Не менее впечатляющим было и другое событие: успешный запуск МЛС сразу после футбольного ЧМ в США в 1994 г.

Впрочем, одних переживаний юности не было бы достаточно для того, чтобы направлять действия столь крупного спортивного политика. Есть более интересные коммерческие соображения. В хоккейном мире НХЛ стоит на недосягаемой финансовой высоте. И в хоккейном мире многие склонны воспринимать это как указание на столь же недосягаемые коммерческие таланты – хотя у нас есть основания считать, что дело тут скорее в уникальной экономико-географической ситуации.

В любом случае, если вывести НХЛ из хоккейного закутка в большой спортивный свет, то экономический блеск потускнеет. Да, НХЛ всё равно будет в числе самых богатых лиг мира, но сравнение с конкурентами позволит предположить, что руководство НХЛ что-то делает не так. Например, сравнение с НБА и АПЛ.

Начнём с последней. Сейчас выручка английской премьер-лиги оценивается в 8 млрд. долларов, против 6,5 млрд. долларов у НХЛ. Прямое сравнение этих показателей выполнить сложно, сликшом велика разница в экономике США и Великобритании, с одной стороны, и в масштабах футбола и хоккея – с другой. Но у нас есть более конкретные данные, по выручке от продажи прав на трансляции игр в США. В 2021 г. – хорошо, что в один год – НХЛ и АПЛ подписали новые контракты. На, соответственно, 635 и 450 млн. долларов в год. Хотя НХЛ и получает несколько больше, сравнение, кажется, не в её пользу. Да, футбол догнал хоккей по популярности в США, но это-то и можно поставить в упрёк Беттмэну. И, далее, АПЛ – не МЛС, деньги американцев забирает лига, в которой американцев нет вообще. Таков эффект глобальной популярности спорта.

Теперь перейдём к НБА. Эта лига лучше подходит для сравнения: работает в тех же странах, также развивает «спорт в залах» и – да, также продаёт нишевой, но всё же международный спорт (в отличие от НФЛ и МЛБ). Также, как и АПЛ, НБА опережает НХЛ по годовой выручке – 14 млрд долларов, в два с лишним раза больше, чем у НХЛ.

Для начала заметим, что в 1994 г., когда Беттмэн стал комиссионером НХЛ, разрыв был много меньше – 700 млн. у НХЛ против 1 млрд. у НБА. Затем продолжим: от продажи телеправ за пределами Северной Америки НБА получает 715 млн. долларов, против... 78 млн. долларов, которые зарабатывает за границей НХЛ. Разрыв – на порядок.

Причины разрыва, очевидно, различны. И отмахнутся от сравнений с другими видами спорта легко – они дешевле, в них играют в разных регионах. Однако, можно отмахитваться – а можно извлекать из сравнений пользу. Для нас важно то, что сам Беттмэн склонен ревновать к футболу и баскетболу. Потому что он стремится к глобализации игры.

Об этом говорит несколько обстоятельств. Во-первых (вторых, третьих) именно Беттмэн организовал олимпийские перерывы в регулярном чемпионате – и вернулся к идее после перерыва. В-четвёртых, Беттмэн пытается сам организовывать международные турниры. Его затея с «Командой Европы» на КМ2016 показывает, что он хочет попытаться привлечь в хоккей новые страны. В-пятых, Беттмэн упорно продвигает «NHL Global Series» – вынесенные в Европу матчи регулярного чемпионата.

Беттмэн хочет глобализации НХЛ. И, кажется, понимает: это невозможно без международных турниров. Но он хранит этот секрет, потому что это желание делает уязвимой его позицию в разговорах с международными спортивными организациями, а Беттмэн упорно (и довольно успешно) создаёт образ НХЛ как неуязвимой для иностранцев крепости.

Оставьте это профессионалам

С тем, что Беттмэн понимает, разобрались, теперь – к вопросу о том, чего он не понимает. Это, конечно, скользкая тема – галантерейщик, критикующий кардинала, выглядит комично. Но я всё же рискну. Потому, что «я прав, и у меня есть доказательства» (дочитавшему сюда и узнавшему цитату – отдельная благодарность).

Главный актив НХЛ – звёзды, а не франшизы. В этом – принципиальное отличие НХЛ от международных федераций (и, заметим в скобках, европейских лиг). Международные федерации торгуют не звёздами, а флагами на табло, потому что работают с массовой аудиторией. И вот этой разницы Беттмэн не понимает, а она и делает его усилия – продиктованные, кажется, искренним желанием – бесплодными.

Вот НХЛ посылает «Флориду» на матч регулярного чемпионата в Финляндию. Логика понятна: главная звезда «Флориды» – Александр Барков. Результат? На стадион приходят десять тысяч человек, которые уже знают и про «Флориду», и про Баркова. Это – типичная «проповедь обращённым», не дающая результата.

Более близкий к теме пример – уже упомянутая «Команда Европы» на Кубке мира. Задуманная, очевидно, по той же логике: звёзды из Словакии и Австрии привлекут новых зрителей. Задумка, насколько я знаю, не сработала, и, кажется, я понимаю, почему.

И сам Кубок мира не даёт чаемого Беттмэном результата всё по той же схеме. Флаги на табло знакомые, такие же есть и на ЧМ, и на ОИ. Уникальность турнира осознаёт небольшая группа болельщиков, которые разбираются в хоккее – и уже следят за НХЛ.

Насколько флаги ценнее звёзд, можно понять по отчислениям, которые ИИХФ получала от МОК по итогам ОИ2010 и ОИ2018. В первом случае – около 45 млн. долларов, во втором – около 40, и даже эта разница, скорее, объясняется не отсутствием игроков НХЛ, а худшим с точки зрения телетрансляций местом проведения турнира (да, для ИИХФ игроки НХЛ на ОИ не являются «золотой жилой», этот факт стоит запомнить). И это, в общем, понятно. Олимпиада – развлечение для гигантской аудитории, в которой доля тех, кто отличает МакКиннона от МакДэвида, пренебрежимо мала.

Какой вывод мог бы сделать Беттмэн? Вот тот, который вынесен в заголовок – оставьте организацию международных турниров ИИХФ (и МОК, да). Если это кажется неприличным для бастиона элитного хоккея, то можно сказать «берите пример с НБА». Которая ведёт себя по отношению к ФИБА существенно мягче, не пытается (как минимум пока) организовывать собственные турниры сборных, и, если надо, отправляет «Дрим Тим» на квалификационный турнир ОИ (да, если вы не знали: команда Джордана дебютировала не в Барселоне, а в Портленде, матчем с Кубой).

Какой вывод мог бы сделать Тардифф? У ИИХФ на самом деле есть сильные козыри против НХЛ. Потому что только ИИХФ регулярно работает на большую финансовую перспективу – во время ЧМ. И вот, например, в немецкой DEL в последние несколько лет – взрывной рост посещаемости. Который трудно не связать с успехами сборной на ОИ2018 и ЧМ2023 (помните, сколько там было ярких звёзд)? Или вот, например, национальное телевидение Великобритании показывает хоккей – потому, что сборная страны пробилась на ЧМ. Или вот, например, в Чехии устанавливают новый рекорд посещаемости ЧМ – во многом потому, что на турнир пробилась Польша. Я специально подбирал эти примеры потому, что Германия, Великобритания и Польша потенциально большие рынки, в отличие от Финляндии, из которой НХЛ пытается выжать что-то (не знаю, что).

Так вот, при таких козырях у ИИХФ нет серьёзной финансовой нужды идти на переговоры с НХЛ. Нет нужды спокойной выслушивать язвительные реплики Беттмэна (помните, «Кубок Стэнли важнее олимпийского золота»). Достаточно простого «вот регламент, вот расписание, хотите – приезжайте» (ещё раз, с игроками НБА на международных турнирах происходит так или почти так). Не приедут – им будет хуже. Летом в США – чемпионат мира по футболу, да.

Видимо, единственное, что заставляет ИИХФ не только вести переговоры, но и занимать в этих переговорах подчинённое положение – то самое общественное мнение. В хоккейном мире громко слышны голоса небольшого числа знатоков из «рода Студебеккеров», и кажется – да, лишившись игроков НХЛ на ОИ, федерация потеряет многое. Нет, это не так, потому что у неё другая аудитория. Большая, молчаливая и спокойная.

logoолимпийский хоккейный турнир
logoЧМ по хоккею
logoГэри Беттмэн
logoЛюк Тардиф