5 мин.

Поедут ли Кулижников и Юсков в Пхенчхан?

119

 Через два дня (20 января) CAS должен рассмотреть апелляции российских конькобежцев Кулижникова и Юскова на решение МОК от 5 декабря.

Напомню относящуюся к ним суть того решения. МОК постановил, что будет приглашать к участию в Пхенчхане лишь тех россиян, кто не  имеет допингового прошлого – не был дисквалифицирован или признан виновным в любом нарушении антидопинговых правил.

Важный штрих, к которому я ещё вернусь: в решении указывается, что  список приглашенных будет определен комиссией, которую возглавляет председатель Независимой организации допинг-тестирования (ITA) Валери Фоурнейрон по абсолютному усмотрению этой комиссии.

И ещё: Окончательное решение об отборе спортсменов из списка приглашенных остается на абсолютное усмотрение МОК.

В биографии Кулижникова и Юскова есть дисквалификации за допинг, то есть оба (как биатлонисты Логинов и Старых и ещё кое-кто) не удовлетворяют критериям МОК для допуска в Пхенчхан. Собственно, потому они подали апелляцию в CAS.

О чём там будет говориться, какие козыри у сторон и чем всё закончится? Постараюсь объяснить максимально просто.

У апеллянтов, если только адвокаты не изобрели что-то оригинальное, два основных аргумента. Первый – решение МОК противоречит прецедентной практике CAS, который накануне Рио-2016 уже признавал подобный критерий незаконным. Второй – недопуск к Олимпиаде спортсменов с допинговым прошлым представляет собой повторное наказание за одно и то же нарушение (знаменитое «правило Осаки»). Которое, опять-таки, было в своё время заблокировано лозаннскими арбитрами.

Возможно, опять всплывёт ссылка на норму Хартии, запрещающую дискриминацию, но я почти не вижу у этого хода каких-то перспектив. По крайней мере, в деле Ефимовой этот аргумент всерьёз даже не рассматривался.

В свою очередь, МОК будет упирать на пункт 44 Олимпийской хартии, согласно которому подавать заявки могут только те национальные комитеты, которые признаны МОКом, а тот вправе по своему усмотрению в любой момент отклонить заявку без указания причины отказа. В более широком плане позиция МОК сводится к тому, что он как автономная организация вправе сам решать, кого приглашать на свою частную вечеринку – Олимпийские Игры.

Насколько эти аргументы обоснованы?

В апелляциях наверняка есть ссылки на решения CAS по делам Карабельщиковой и Ефимовой, которые будет предложено рассматривать как прецедентные. Однако всё гораздо сложнее, да и странно было бы думать, что МОКовские юристы настолько тупы, чтобы второй раз наступать на одни и те же грабли.

Тогда, в августе 2016-го, CAS подловил МОК на противоречии в его собственном решении относительно критериев допуска ОКР к Олимпиаде в Рио. Сформулировав презумпцию виновности всех российских спортсменов, МОК, тем не менее, указал, что каждый из них имеет право опровергнуть эту презумпцию, доказав, что не нарушал антидопинговые правила.

Провозглашение презумпции виновности и перенос бремени доказывания на спортсменов сами по себе не вызвали в CAS особых возражений. Зато CAS обратил внимание, что абсолютный запрет на участие в Рио спортсменов  с допинговым прошлым делает невыполнимой ту задачу, которую сам же МОК перед ними поставил: задачу доказать свою непричастность к государственной допинговой системе. Иными словами, МОКу было указано на то, что провозгласив право чистых спортсменов доказать свою чистоту, он тут же лишил их этого права. По сути – нарушил своё же собственное решение.

Ещё раз. Формулировка решения МОК 2016-го года провозглашала некие условия, при выполнении которых спортсмен вправе был ехать на Олимпиаду. И МОК погорел на том, что для каких-то спортсменов эти условия оказались заведомо невыполнимы. Хотя провозгласил их сам, добровольно, ограничив свою автономию.

Теперь этого даже близко нет. МОК учёл свою ошибку и 5 декабря ничего не сказал о праве спортсменов доказать свою непричастность к допингу. Вспоминаем про два «абсолютных усмотрения»: МОК чётко говорит, что при любом раскладе приглашение спортсмена является его внутренним делом. При любом, хоть миллион справок ты принеси о том, что ты не допингист.

Отмечаю, что само автономное право МОК формулировать условия участия в ОИ даже не ставилось в Лозанне под сомнение. В том же деле Ефимовой CAS подчеркнул, что проблема не в том, что МОК может не разрешить Ефимовой приехать в Рио. Проблема в том, что МОК запретил ОКР вносить Ефимову в заявку. Это очень важный момент, о нём в самом конце.

Кроме того, на стороне МОК теперь и тот факт, что членство ОКР в организации приостановлено. Между тем, Олимпиады объединяют только спортсменов, отобранных соответствующими НОК, заявки которых были приняты МОК (пункт 6 Хартии).

Это же правило, кстати, может стать шлагбаумом для Бьорндалена, который не попал в заявку родной норвежской федерации.

В силу всего вышесказанного мне кажется, что ссылка на прецеденты 2016-го года в этот раз не пройдёт. Ситуация другая, теперь МОК на каких-то собственных противоречиях поймать не удастся.

Гораздо сложнее будут споры о двойном наказании за одно и то же нарушение. 10 лет назад МОК проиграл в Лозанне американцу Лашоуну Мэрриту, позже WADA поставило на место НОК Великобритании, который не хотел, чтобы страну представляли в Лондоне допингисты, хотя бы и бывшие.

В деле Карабельщиковой CAS отметил, что, согласно его прецедентной практике, нужно различать условия для допуска спортсмена к соревнованиям и запрет на участие в соревнованиях. Первое не является санкцией, второе – является. Условия допуска к стартам – это правила игры, определяющие круг потенциальных участников. Однако запрет на участие в соревнованиях из-за прошлой допинговой судимости – это двойное наказание за одно и то же правонарушение.

В итоге CAS отметил, что в исключительных обстоятельствах российской допинговой эпопеи этот вопрос является спорным, и ограничился констатацией того факта, что для Карабельщиковой достаточно отмены оспариваемого критерия лишь потому, что он противоречит другому пункту того же решения МОК.

Сейчас Лозанне придется вернуться к этой проблеме. Решение будет зависеть от того, под каким углом арбитры будут рассматривать ситуацию, в которой оказались Кулижников и Юсков. Если ход МОК будет оценен как наказание обоих конькобежцев за старые грехи – они должны выиграть. Если как суверенное право автономной организации приглашать на соревнования кого она хочет – они проиграют. Шансы есть у обеих сторон.

Замечу лишь, что даже выигрыш в CAS не гарантирует Кулижникову и Юскову участие в Олимпиаде. CAS, строго говоря, вообще не может заставить МОК допускать кого-то к Играм. Неюристу это может показаться странным, но CAS может лишь признать неправомерным соответствующий пункт решения МОК. На практике это означает, что МОК исключит критерий допингового прошлого, но… будет вправе не приглашать в Пхенчхан ни Кулижникова, ни Юскова.

И тут уже никакой CAS не поможет.

logoПавел Кулижников
logoПхенчхан-2018
logoМОК
logoCAS
logoДенис Юсков
logoWADA
logoАлександр Логинов
logoдопинг