13 мин.

Похоже, карьера первого русского в «Ф-1» началась на криминальные деньги. Его отца застрелили накануне вызова в суд и ареста

Разбираемся в финансировании дебюта Петрова.

Ночью 24 октября в Выборге убили Александра Петрова – депутата местного муниципального образования, бизнесмена с сетью активов (24 организации по данным «Спарк»), и, по информации «Новой газеты» и других медиа, криминального авторитета, который имел связи с друзьями Владимира Путина. В 2000-х и на рубеже 2010-х региональные издания даже называли его «хозяином Выборга» – правда, депутат очень обижался (в итоге завирусился хэштег #нехозяин).

Болельщикам он вряд ли хорошо известен – а ведь именно Александр сыграл огромную (фактически ключевую) роль в продвижении сына Виталия в «Формулу-1». «Выборгская ракета» неоднократно признавала в интервью: старту карьеры в мировых гонках и в особенности в Гран-при он обязан прежде всего отцу – именно тот вывел первый контракт с «Рено» на финишную прямую, вложив через спонсорство 7,5 миллиона евро.

Тем самым Петровы совершили редчайшую сделку в «Ф-1» – купили место в заводской команде (что случается крайне редко – обычно у таких команд достаточно денег для подбора пилота без финансовой помощи). Просто предложение из России обещало покрыть 7 процентов годового бюджета и выглядело слишком хорошим, чтобы отказаться.

Откуда же депутат из Выборга взял столько денег на финансирование карьеры сына? У Петрова и правда была обширная бизнес-сеть: доли в Выборгском судостроительном заводе и Выборгской топливной компании, гостиница «Дружба», помещения под сдачу в аренду, пакет акций компании по вывозу мусора (ООО «Расэм», выручка 308 млн рублей в 2019 году), доля в мурманском порту ООО «ПМТ» (548 млн рублей выручки) и множество мелких строительных, охранных, риэлторских и логистических фирм.

Но, судя по всему, далеко не все деньги на карьеру сына Александр заработал законно. Часть из них он взял в долг у Ротенбергов, другую – у крупнейшего криминального авторитета, знакомство Путина с которым признавал Песков, а также у акционеров банка «Россия» – партнеров другого близкого друга президента Юрия Ковальчука.

«Ф-1» разорила депутата: деньги на карьеру Виталия собирали по всему Выборгу, на помощь пришли государство и партнеры

Автоспорт – очень дорогое удовольствие даже при гонках в молодежках или не самых топовых чемпионатах, не говоря уже об участии в Гран-при. Каждый пилот «Ф-1» проводит как минимум десяток сезонов в картинге и менее мощных «Формулах», где осваивается со скоростью и готовится к управлению монстрами мощностью 1000 л.с.

Путь Петрова вышел не совсем стандартным: он полностью пропустил стадию картинга и начал с гонок по снегу и кольцевых российских заездов. Естественно, все оплачивал отец: в Кубке «Лады» его команда называлась в точности как одна из компаний отца – ООО «Фаворит» (да, даже с «ООО»!).

Зато с 2003-го Виталий уже выступал в региональных «Формулах-Рено» (аналогах «Формул-4») – колесил из Великобритании в Италию и Европу. Суммарно он провел так два полных сезона – а год в таких сериях стоил около 200 тысяч евро.

В 2006-м Петров перешел в «Евро Формулу-3000» (аналог «Ф-3») и провел там год вместе с половиной сезона в GP2. Полный чемпионат в не самом сильном конкуренте «евротрешки» оценивался в 400 тысяч евро.

А вот GP2 – предшественник современной «Ф-2» – уже считается главной молодежной серией мира. Участие в ней и сейчас стоит недешево, да и тогда тоже заметно облегчало любые карманы: сезон в ней в среднем оценивался в сумму около 2,5 миллиона евро в год. Виталий проездил в ней 3,5 чемпионата и еще два – в азиатском подразделении (там расценки были поменьше – 800 тысяч за сезон).

Итого только на финансирование гонок Петрова в Европе ушло около 11 млн евро – еще до перехода в «Ф-1». Были ли у «Выборгской ракеты» успехи? Да: он занял третье место в азиатской GP2 в 2008-м (почти достал по очкам Себастьяна Буэми – одного из топовых юниоров «Ред Булл» того времени) и завершил вторым сезон-2009: впереди оказался только сверхталант Нико Хюлькенберг.

Конечно, не все деньги вплоть до копейки за Виталия заплатил отец – спонсоры у парня появлялись. Но с ними регулярно случались неприятные истории.

«В начале 2004 года я провалил гонку в Европе, и спонсоры сказали, что смысла поддерживать меня больше нет – это будут просто выброшенные деньги», – вспоминал первый российский пилот «Ф-1» уже после получения контракта с «Рено». Тогда Виталию пришлось вернуться на родину и год гоняться в кубках «Лады» и «Российской Формуле-1600» (прообраз современной «Ф-4»), пока у отца не появились деньги и выход на других партнеров в Европе. Именно после этого Петров-младший и совершил большой скачок – уже в GP2.

Контракт в «Ф-1», естественно, ни в какое сравнение не шел с финансовыми затратами в молодежках: за место в «Рено» французы потребовали с вице-чемпиона GP2 15 млн евро. Такой большой суммы у Петровых не оказалось даже при наличии обширной бизнес-сети: отцу Виталия пришлось задействовать связи.

Как потом Александр сам рассказывал региональным изданиям, место в команде удалось получить за счет первого взноса в 7,5 миллиона евро – его Петров взял в кредит в банке «Санкт-Петербург» под 8 процентов, «воспользовавшись знакомством с председателем совета директоров».

А откуда остальные деньги? Отец Виталия вместе с менеджером Оксаной Косаченко, по их уверениям, обратились почти в 500 различных российских компаний – но везде получили отказ. Помощь внезапно пришла со стороны руководства страны – за Петрова вступился Владимир Путин. На тот момент премьер-министр во время встречи с главой концерна «Рено» заявил: команда получит 5 млн евро по линии «Лады».

Формально их заплатила зарегистрированная на Кипре компания Lada International Limited, но фактически деньги вложил госхолдинг «Ростехнологии», владевший контрольным пакетом «АвтоВАЗА» – в котором «Рено» тоже принадлежала доля в 25 процентов.

Как Петровы нашли еще 2,5 миллиона евро? Еще один кредит – теперь уже под поручительство акционеров Выборгского судостроительного завода. По данным «Ведомостей», отцу Виталия принадлежал пакет акций размером в 3,75 процента – не так много, зато он входил в совет директоров, где заседали более крупные акционеры. К примеру, совладельцы банка «Россия» Николай Шамалов и Дмитрий Горелов – близкие партнеры Юрия Ковальчука, близкого друга Владимира Путина. Вероятно, просьба о поддержке Виталия тоже дошла до премьера таким же путем. 

Участие Выборгского судостроительного завода в карьере подтверждал и сам гонщик.

«В качестве благодарности [за поручительство по кредиту] я решил нанести логотип ВСЗ на машину и комбинезон», – рассказывал Петров-младший.

В новом сезоне-2011 к списку спонсоров Виталия прибавилась крупнейшая в стране частная газовая компания «Новатэк», нефтехимический гигант «Сибур» (оба принадлежат миллиардеру Михельсону), угледобытчик «Ровер» и «Ростехнологии». Сумма вложений перевалила за 20 млн евро.

Еще через год Петров перешел в аутсайдер «Катерхэм». Суммы спонсорских вложений снизились примерно вдвое, и гарантировали их «Вертолеты России» (это все те же «Ростехнологии», просто через еще одну дочку) и «Сибур».

Как же Петров-старший возвращал кредиты – да еще и с неплохим процентом? У «Новой газеты» есть на этот счет исчерпывающий рассказ бизнесмена, имевшего дело в Выборге как раз примерно в то время. 

«В 2010-м Петров сделал все возможное, чтобы осуществить мечту Виталия, — рассказал предприниматель по имени Алексей. — Правда, делал он это в лучших традициях 90-х. Ребята из «Фаворита» и ЧОП «Орион» ходили по бизнесменам и в ультимативной форме требовали «благотворительный взнос» для «Выборгской Ракеты». Сумма в зависимости от бизнеса «благотворителя» колебалась от 10 до 200 тысяч долларов. И отказаться было невозможно: все боялись, что за отказ могут раздеть до нитки».

Также, по данным «Новой газеты», Петров-старший к 2010-му потратил на гонки сына всю доступную наличность – и даже занял крупную сумму у Ротенбергов. Отдавать долг он планировал после выполнения крупного заказа для «Газпрома» размером свыше 50 млрд рублей – но в итоге госконтракт перевели с Выборгского судостроительного завода в Корею на верфи «Самсунг». Когда заказ сорвался, Петров от злости обвинил менеджеров газового гиганта в непатриотичности.

После в Выборг прибыли представители государственной Объединенной судостроительной корпорации (ОСК) – и национализировали Выборгский судостроительный завод. Петров тоже лишился пакета акций – а вместе с ними и нескольких небольших предприятий, обслуживавших завод на его же территории и приносивших стабильный доход. Судя по всему, именно так и решился вопрос с долгом Петровых.

После участие третьих лиц в финансировании Виталия подтверждала и менеджер пилота Оксана Косаченко. 

«Я благодарна людям, которые поверили и просто дали денег в самом начале карьеры Петрова. Это знакомые отца Петрова — питерские меценаты. Все они вложили колоссальные суммы. Первые два года выступлений в «Формуле-1» пилота поддерживал Путин.

Руководитель правительства принял активное участие в судьбе Виталия. Я не боюсь этих высоких слов – именно в судьбе, а не в финансировании. Владимир Владимирович нашел спонсоров и лично поддержал. Не как премьер, а как спортсмен и как человек».

Правда, потом она же уверяла, будто половину из 15 млн евро в итоге вложили сами владельцы «Рено» (даже обещала показать договоры) – и, конечно, это звучит красивее, чем «деньги на Виталия собирали по всему Выборгу». Кому больше верить – ваш выбор.

Карьера первого русского в «Ф-1» была недолгой, но яркой: суперстарты, мемные аварии, скандальные интервью. А еще он лишил Алонсо титула

Как Александр Петров получил кличку «хозяин Выборга» и связался с криминальными авторитетами

Помимо истории с финансированием карьеры Виталия, расследования «Новой газеты», «Коммерсанта» и «Ведомостей» рисуют весьма определенный портрет отца первого русского пилота «Ф-1».

Его карьера началась еще в 80-х, когда он вернулся в Выборг после армии и устроился в гостиницу «Дружба» электриком (да, именно ее потом он и выкупит и там же откроет офис). Тот отель тогда считался городским центром туризма: тысячи финнов приезжали каждый год за дешевым алкоголем и привозили валюту и импорт. Попасть туда было огромной удачей: прямой доступ к иностранцам гарантировал огромные возможности для «фарцовки» – незаконной торговли привезенными из-за рубежа товарами. Ей и занялся Петров.

К началу 90-х будущий депутат поднялся до контроля за порядком на местных рынках и по той же линии познакомился с Ильей Трабером. Трабер – криминальный авторитет из Петербурга по прозвищу «Антиквар» (из-за содержания сети антикварных магазинов), известный благодаря нескольким крупным сделкам и полезным знакомствам. К примеру, его фирма «Совэкс» с конца 1990-х стала эксклюзивным заправщиком авиалайнеров в Пулково, а в 2007-м Трабер продал ее «Газпромнефти» и «Лукойлу» за $500 млн.

Среди партнеров Трабера нашлось немало однокурсников, сослуживцев, друзей и соседей Путина. К примеру, именно в его структуре ЗАО «Петербургский нефтяной терминал» начинал будущий глава «Газпромнефти» Александр Дюков – знакомый президента РФ еще со времен работы в питерской мэрии.

Дюков – президент РФС. В 90-х он был выше Миллера, а теперь поменяет лимит и приведет спонсоров 

Также Трабер был участником «ИЮБ «Петер» вместе с Виктором Корытовым – одним из совладельцев Выборского судостроительного, зампредом правления «Газпромбанка» и сослуживцем Путина по КГБ. The Insider даже называл Корытова бывшим начальником службы безопасности Трабера

С Трабером Петров и запустил проект по развитию гостиницы «Дружба»: питерский бизнесмен дал денег на казино, ночной клуб и два пивных бара. В конце 90-х отель окончательно перешел под контроль Петрова – и именно туда, на второй этаж в его офис, приходили предприниматели, желавшие открыть в Выборге дело. Визиты, по рассказу «Новой газеты», чаще всего заканчивались появлением у бизнесменов новых компаньонов, непременно связанных со структурами Петрова – именно так Александр и выстроил коммерческую империю.

А с 2003 по 2016-й Петров даже стал помощником депутата Госдумы Василия Шестакова – мастера спорта по дзюдо и самбо. Его пресса считает тренером Бориса и Аркадия Ротенбергов – так что выходы на владельцев «СМП Банка» для взятия кредитов на карьеру сына Александр и правда имел.

Кажется, Петрова убили как раз из-за старых дел: он должен был дать показания на мэра Выборга, а потом сесть под арест

О гибели отца первого русского пилота «Ф-1» не просто так говорят как о заказном убийстве: налицо вся фактура. По данным расследования и местных медиа (например, 47news), выборгского депутата застрелили. Александр приехал в свой коттедж в поселке Великое и пошел в баню, затем вышел оттуда, чтобы окунуться в реке – и тогда как раз и прозвучал единственный выстрел. Судя по показаниям сторожа и банщика, на участке никого не было – так что следствие приняло за предварительную версию использование снайперской винтовки для убийства с другого берега реки – причем злоумышленник явно досконально знал привычки с расписанием Петрова и специально ждал выхода того из бани.

Зачем депутата потребовалось устранять именно сейчас, да еще и таким топорным образом? Просто 26 октября Александра ждали в региональном Следственном комитете – там «нехозяин» должен был давать показания по уголовному делу арестованного накануне главы администрации Выборга Геннадия Орлова. Того обвиняют в хищении 700 млн рублей на капитальном ремонте домов. По тому же делу еще в сентябре арестовали и председателя комитета финансов местной администрации Александра Болучевского, а также бизнесмена Алексея Котляренко. Их изначально подозревали в воровстве 800 млн рублей на ремонте и содержании районных дорог с 2015 по 2017-й. Однако, по версии следствия, сумма ущерба далеко не окончательна – по оценкам «Новой газеты», за последние пять лет местные чиновники похитили в общей сложности седьмую часть районного бюджета.

При чем же здесь депутат и отец гонщика? Помимо очевидного (титул «хозяина города» просто так не присваивают), есть и инсайдерские анонимные показания.

«Петров так или иначе участвует во всех крупных бизнес-проектах района, – утверждал до убийства выборгский предприниматель Алексей П (фамилия известна редакции «Новой газеты»). – На проекты типа строительства газопроводов или автотрасс федерального подчинения он не претендует. Но вот практически все государственные заказы – и не только на строительство и ремонт зданий и дорог, но и на школьное питание, поставки медикаментов и даже ритуальные услуги – выигрывают фирмы, где имеет долю Александр Петров». 

Источник издания из СК утверждает: после дачи показаний полиция готовила арест «нехозяина» – и особым секретом планы правоохранительных органов не были.

«Скорее всего, этими арестами дело не закончится, – пророчил источник «Новой» из УФСБ по Петербургу и области в начале октября. – Ниточки могут повести гораздо выше. Ведь в обоих случаях существенную часть похищенного составляли деньги из областного и федерального бюджетов. Так что к областной администрации тоже могут возникнуть вопросы: как они контролируют выделяемые в муниципальные образования деньги?»

Теперь одна из ниточек оборвана – и подлинная история финансирования дебюта русского гонщика в «Формуле-1», скорее всего, останется тайной. Однако как бы ни обстояли дела в реальности – выражаем Виталию искренние соболезнования и сочувствие. В цивилизованном обществе просто нельзя какие-либо дела решать таким варварским способом – вне зависимости от истории, подозрений, опасений или страхов.

Первый российский пилот в больших автогонках – рентач и брат босса «Лукойла». На его карьеру ушло $6 млн, итог – 0 очков

Россия в «Ф-1»: собственный Гран-при, 4 подиума, команда-аутсайдер. Когда же будут победы?

В 2010-х Россия ворвалась в «Ф-1»: амбиции нищей «Маруси», призы от Путина в Сочи, подиумы и провалы Петрова и Квята

Фото: РИА Новости/Руслан Кривобок, Игорь Руссак; Instagram/vitalypetrov24smi.orgen.wikipedia.org