Неистово громко и слишком близко, часть 9. Аболиционистский подход к правам животных
Привет,
В моем блоге в октябре-декабре вышло 9 постов(одна из частей состояла из двух), посвященных социальной теме, которая мне близка. Я вышел за рамки спорта и исследовал тему этичного отношения к животному миру. Про спорт там, правда, есть пару слов: интервью с веганом и игроком в американский футбол; турнир по стрельбе из лука; мой личный спортивный опыт и наблюдения. Материал обширный очень, оставлю здесь ссылку на финальную часть(там внутри ссылки на все части):
Этичный образ жизни, финальная часть
Сегодня же я публикую один из фрагментов одной из части. Очень кардинальная и очень интересная беседа. Это беседа из будущего, и я обещал спикеру, что выделю этот разговор в отдельный пост. Изначально он был уместен в третьей части, а сейчас же я просто продублирую его здесь.
Денис Шаманов, соавтор проектов «Школа Прав Животных» и «Веганим вместе» выступает за аболиционистский подход к правам животных.
Лекция интересная про аболиционистский подход, послушал с интересом, расскажите про себя.
Меня зовут Денис, я веган 11 лет. Я давно занимаюсь активизмом. Я состоял в «ВИТЕ», организовывал пикеты против цирка, против меха, выступал на лекциях. Потом я с друзьями создал «Школу Прав Животных». Занимался переводом книг про веганство, про права животных.
Главный принцип аболиционисткого подхода?
Животные не должны быть собственностью. Это первый принцип. Институционально рабство людей было возможно еще не так давно, сейчас это невозможно. Хотя, очевидно, что сейчас рабство законодательно не разрешено, но есть нелегальное людское рабство.
Как этот принцип привести к действию?
Простыми словами, человечество должно отказаться от эксплуатации животных. Все должны перейти на веганство. Начать каждый должен с себя. Можно прям сейчас перестать носить вещи с мехом, пухом, перестать ходить в цирки, зоопарки, перестать есть продукты животноводства, выбирать косметику и бытовую химию этичную без исследований на животных. …Задействована же еще экономика.
Как индивидуальный пример сможет победить ее?
Аболиционизм не говорит о том, что мы станем все веганами и эксплуатация животных прекратится. Нам нужны институциональные перемены. К этому нужно стремиться. Но одно другому не мешает. Индивидуальный пример со временем может перейти к созданию сообщества, которое со временем сможет влиять и на социально-экономические вопросы.
В чем противоречие законов о защите животных с точки зрения аболиционистского подхода?
Противоречие в том, что мы защищаем права собственности. Сейчас, к примеру, сельское животное на ферме является собственностью фермера. Мы можем законодательно признать за животным право на запрет о голоде. Фермер обязан кормить животное. Но фермер ведет хозяйство, и оно должно быть экономически выгодно. Перед отправкой животного на бойню животное не кормят, все равно ж близко убийство. Аболиционистский подход как раз о том, чтобы не было в принципе смысла в том, чтобы придумать закон. Закон просто поможет фермеру якобы заботиться о животном, выполнять обязательства. Ширма такая. Ну по факту, как только это станет нецелесообразно экономически, фермер поступит так, как считает нужным.
Закон трактует гуманность по-своему, не как мы привыкли. Для закона гуманное обращение – это такое обращение, как заведено в конкретной сфере. Если фермер заморит голодом животных, и они помрут, то закон признает, что фермер виноват. Но если он их поморил голодом перед бойней, то закон учтет контекст.
Представим ситуацию. Садист убил собаку при дрессировке. Закон поймет, что я не преследовал цели убить, а дрессировал. То есть собственник обращался с собственностью рационально. Просто собака умерла, увы. Но если вдруг это случилось на глазах у людей, то закон будет думать о психике людей, будет учитывать опасность для других людей. Но не судьбу собаки.
Точно также работали законы с рабами, к примеру, в США. Убивали раба собственники, оправдывали, к примеру, бегством раба. Наказанием за это.
Что есть способность чувствовать для любого живого существа?
Это большой философский вопрос. Но есть очевидные вещи: у животных есть сознание. Животные понимают, что им больно. Животные видят, воспринимают информацию, могут любить. Есть научный консенсус у ученых: млекопитающие, рыбы, рептилии способны чувствовать. Биологи изучают насекомых, к примеру.
Вы на лекции говорите о том, что зоозащита в том числе может строиться на бизнес-модели, которой нужна гуманная эксплуатация животных, но не особо выгодна полная отмена эксплуатации?
Мы считаем, что мейнстримное зоозащитное движение противоречит аболиционисткому подходу. Потому что по сути это идеологическая обслуга животноводства. Что делает мясокомбинат, когда потребители начинают задавать вопрос, насколько гуманно покупать у него мясо? Он объясняет людям, что все в порядке. Поэтому на этикетке и в рекламе корова улыбается. Потребители не видят тогда проблему. Зоозащитное движение за 200 лет своей истории сыграло свою роль: теперь гуманное отношение к животному – это здравый смысл. И это хорошо. Но проблема в том, что мясокомбинат теперь создает иллюзию гуманного отношения, потребители успокаивают совесть, покупают продукцию. А зоозащитные организации через поддержку законов о гуманном отношении просто выступают пиар-отделом мясокомбината. Неумышленно, может, но делают именно это.
Есть новые организации, которые уже готовы следить за тем, как убивают животных, борются за то, чтобы клетки были шире, соломы побольше. Это идея ведет к веганскому миру. Таким образом, они считают, что у людей вырастет эмпатия, рассчитывают, что из-за законов о гуманном отношении к животным, вырастет стоимость мяса. Структурно мы опять упираемся в то, что закон в любом случае оценивает животных как собственность. Да выросшую цену не оценят ни конечные потребители, ни коммерсанты, ни фермеры. Нужно всех убедить принять не выгодные экономически законы, увеличить стоимость содержания животного и выкладки на полке магазина, на ценнике. Это маловероятно.
В США, кстати, есть продукция с рейтингом гуманного содержания животных. На упаковке указано то, насколько гуманно относились к животному на ферме. Потребитель платит за лучший рейтинг, если не готов тратиться, берет продукцию с наименьшим рейтингом. Это тупик. А рейтинг этот в принципе уже сразу не содержит в себе принципы гуманизма.
Последний вопрос: почему в 2025 году человек ходит на охоту и рыбалку?
Патриархат. Это архаизм, как и вся эксплуатация животных. Культурные установки, заложенные в эру, когда это было необходимо для выживания. Бред, но человечество продолжает это делать.
…
…
В финальной части я привел свои выводы и действия.
Если коротко, то я исключаю использование одежды и предметов быта из меха, шелка, шерсти, кожи. Заменяю экоматериалами.
Минимизирую участие в жестоких практиках животноводства. Использую в некоторые дни в пищу растительные аналоги.
Цирки и дельфинарии, зоопарки и контактные зоопарки, прокат, к примеру, лошадей - отказ полный и категоричный. Фотосессии с животными так же. Так было всегда, но теперь это прям внутренний закон.
Косметику и бытовую химию, тестируемую на животных, заменяю на те бренды, которые животных в лабораториях не используют.
