1 мин.

Футбол и Бродский

2 k

Думаю вот, не чемпионат ли мира по футболу упоминается в стихотворении Бродского «Остров Прочида», написанном в 1994 году:

Захолустная бухта; каких-нибудь двадцать мачт. Сушатся сети — родственницы простыней. Закат; старики в кафе смотрят футбольный матч. Синий залив пытается стать синей.

Чайка когтит горизонт, пока он не затвердел. После восьми набережная пуста. Синева вторгается в тот предел, за которым вспыхивает звезда.

В Италии летом как раз шесть часов разницы с восточным побережьем США, где матчи турнира игрались днем. Почему бы и нет. Было бы, мне кажется, как-то правильно, если бы Бродский, успевший упомянуть примерно все на свете, хотя бы частью строчки как-то отметил чемпионат мира.

Вообще, у него строчек, как-то связанных с футболом, сравнительно много. Не то чтобы для его поэзии был важен футбол, как игра — впрочем, я не уверен, что тут вообще применимы какие-то обычные категории вроде важности и интересности.

...И веления щучьего слыша речь, подавальщица в кофточке из батиста перебирает ногами, снятыми с плеч местного футболиста.

Но, по крайней мере, Бродский определенно признавал место футбола во вселенной — не большее, чем у всего остального, но и не меньшее.

Я хотел бы жить, Фортунатус, в городе, где река высовывалась бы из-под моста, как из рукава — рука, и чтоб она впадала в залив, растопырив пальцы, как Шопен, никому не показывавший кулака.

Чтобы там была Опера, и чтоб в ней ветеран- тенор исправно пел арию Марио по вечерам; чтоб Тиран ему аплодировал в ложе, а я в партере бормотал бы, сжав зубы от ненависти: «баран».

В этом городе был бы яхт-клуб и футбольный клуб.