Угу Виейра: «Друзья присылали фото Комбарова с медведем и спрашивали, нормально ли это»
Португальский форвард «Торпедо Угу Виейра рассказал еженедельнику «Футбол», почему в детстве его считали маленьким террористом, из-за чего он раньше следил за «Зенитом» и как болезнь девушки повлияла на его карьеру.
В январе Угу Виейра потерял близкого человека – его любимая девушка долго лечилась от рака, но не справилась с болезнью. Нам было немного неловко перед интервью: с момента трагедии прошло совсем мало времени, а в инстаграме футболиста до сих пор появляются совместные фотографии. О смерти вопросов и намеков не было. Угу сам часто вспоминал Эдину и старался рассказать о ней как можно больше. Это было очень трогательно и очень мужественно.
«Угу, конечно, сильно удивился, что интервью в 10 утра будет, – позитивно заметил пресс-атташе «Торпедо» Руслан Маслюк, когда мы вместе приехали на базу команды в Кратово. – Сейчас схожу за ним».
– Простите, что мы так рано.
– Что вы! Все нормально. Я уже давно встал, часов в 9 проснулся. Проблемой было не встать, а отмыть сумку от крема. Я случайно пролил крем в сумку, где храню парфюм и другие подобные вещи.
– Хорошо (по-русски). Где вы находились и что делали, когда (по-португальски)…
– Нет, утреннее происшествие – это нехорошо. Совсем нехорошо!
– Где вы находились и что делали, когда вам предложили перейти в «Торпедо»?
– Я уже был готов ехать в другую страну, спланировал себе поездку в Грецию в этот день. Вдруг мне позвонили, предложили поехать в Россию и перейти в «Торпедо». Я сразу сообщил девушке – она через пять минут стояла с чемоданом. Ей всегда очень нравилась Москва.
– Кому еще звонили?
– Позвонил своему другу Куштодиу. Помните такого? Он когда-то играл за «Динамо». Узнал от него, что «Торпедо» – уважаемый клуб с великой историей. Семья тоже была не против переезда в Россию. Переговоры с «Торпедо» происходили по телефону – мы договорились, что прилечу в Москву, как смогу. Но сначала полетел все-таки в Грецию: в Россию нужна виза, а у меня ее не было.
– Так легко и быстро договорились о контракте?
– Меня все устроило. Конечно, контракт маленький, но для меня деньги не самое главное. Самое главное – то, что команда действительно во мне нуждалась и ждала моего приезда. Я очень хотел приехать и оправдать надежды. Меня не смутило, что в прошлом году «Торпедо» играло в первой лиге. В Португалии мой «Жил Висенте» однажды вышел в Примеру и потом играл в финале Кубка лиги. Верю, что «Торпедо» дальше будет только прогрессировать. Надо не отставать от традиций, которые были раньше – мне о них рассказывал мой московский друг.
– Что за друг?
– У меня есть русский друг Антониу (Антон Гореславский. – Ред.), он ярый болельщик «Торпедо». Однажды на игре он попросил мою футболку, я с радостью ее подарил ему. Антониу говорит по-испански, мы с ним поболтали и стали дружить. Я же тут практически никого не знаю. И вдруг появился человек, с которым можно поговорить почти на родном языке. Когда приезжаю в Москву, мы идем с ним ужинать. С нами еще ходит мой португальский друг – этой компанией обычно и идем болтать в какой-нибудь ресторан. Они меня встречают в аэропорту, помогают не заблудиться в Москве.
Лукаш Тесак: «Пауза в игре. Бородюк подзывает: «Ходил вчера в пивную?»
Медведь Комбарова
– Главный тренер «Торпедо» Валерий Петраков сказал, что вы на голову сильнее Константина Базелюка. Как отреагировали?
– Всегда приятно получать комплименты, особенно от тренера. Это было приятно услышать, хотя такие слова накладывают дополнительную ответственность. То, что от тебя начинают ожидать большего, обязывает тренироваться еще и еще.
– Ваш одноклубник Кирилл Комбаров на день рождения сына привел в кафе цирковую группу с дрессированным медведем. Что думаете об этом?
– Не надо показывать – видел эту фотку много раз. Мне многие португальские друзья ее тогда прислали. Они спрашивали: «Нормально ли это?» Но что тут обсуждать. Наверное, это было просто желание или даже мечта его сына, Кирилл ее реализовал. Если так, то он правильно поступил.
– Вам могло такое прийти в голову?
– Ну, у меня пока нет детей. Когда будут, тогда увидим, на что я способен ради них.
– Если придет, какого зверя выберете?
– Кого-нибудь более ленивого – льва, например.
– Чем еще вас удивил российский футбол?
– Ничем. До перехода в «Торпедо» внимательно следил за «Зенитом» – мне нравилось, что команда всегда играет на таком высоком уровне. Так что представление о российском футболе было. Делал выводы, глядя на «Зенит». Когда приехал, узнал больше команд, но, если честно, меня никто особенно не впечатлил. Я люблю «Торпедо» и продолжаю симпатизировать «Зениту» – Данни, Нету, Халку, Витцелю. Не могу сказать, что мы с ними большие друзья, но с каждым знаком и периодически общаюсь.
Один за всех. Как Зенит выиграл чемпионат за 9 туров до его окончания
– Вы живете в Кратово. Хотели бы в Москве?
– В Москве, конечно, было бы получше, но здесь удобнее. В Москву езжу каждую неделю. Делаю то, что невозможно в Кратово.
– Например? Ленина навещаете?
– Нет, достопримечательности не так часто посещаю. Один не могу, потому что боюсь заблудиться, если только за компанию. Но в основном хожу в магазины и рестораны. Все время в разные – названия даже не запоминаю. Иногда заглядываю в банк, если есть время. Мне, кстати, нравится кое-что из вашей кухни. Супы, например, – особенно борщ! Хотя мои португальские друзья не оценили. Сказали: «Ой, как ты можешь это есть? Гадость же!» Когда в следующий раз поеду в Португалию, обязательно возьму с собой что-нибудь из русской еды.
Маленький террорист
– Вильям Ванкер недавно нам рассказал, что его детство прошло в суровом гетто. Как росли вы?
– Мое детство в Португалии было сказочным. Родители дали мне все, в чем я нуждался. Мы много шутили с друзьями в школе. Можно сказать, что я был маленьким террористом: укорачивал носки одноклассникам, наливал шампунь в ботинки.
Вильям Ванкер: «В футболе бывают только товарищи. Все мои настоящие друзья – в гетто»
– Вас наказывали за это?
– У меня достаточно либеральные родители. Обычно я слушал их, но на следующий день все повторял. Иногда мне ставили ультиматум: «Все, ты не смотришь телевизор неделю!» Но ничего такого не происходило, смотрел телевизор и дальше. В общем, баловали меня.
– Как вы начали играть в футбол?
– Начал в Санта-Марии, в доме моих родителей. Моя мама говорила, что я хорошо забивал уже в ее животе. Я начинал играть во дворе, как все обычные дети. В 6 лет уже перешел играть в местную академию. Санта-Мария – это пригород Барселуша, примерно как Кратово и Москва. Я начинал вратарем, получалось неплохо, но мне не нравилось стоять на воротах. Я всегда мечтал вырваться оттуда, мне хотелось делать финты и забивать голы. Однажды тренеры увидели, что забивать у меня получается лучше, чем отбивать, – так предложили попробовать играть в нападении. Потом меня пробовали и на других позициях, но с 11 лет действую только впереди.
– Вы жили около Браги – места, куда съезжаются студенты со всего мира. Вы тусили с ними?
– В мое время это еще был спокойный город, но сейчас да, стало по-другому. Я купил дом в центре Барселуша, там очень шумно. Студенты постоянно приходят веселиться. Я уже выучил их расписание – не выхожу из дома, когда начинаются эти вечеринки. Смотрю на все это дело из окна и думаю: «Нет, это уже не мое, все в прошлом. Угу, ты уже перестал быть маленьким террористом несколько лет назад».
– В детстве вы ездили на турниры в экзотические страны?
– Нет. В мое время такого не было, к сожалению. Это сейчас они куда только не ездят, а те годы мы тренировались и играли в одном месте. Так что экзотикой была поездка в «Бордо» после академии.
– Что же экзотичного?
– Я был очень молод, очень скучал по семье – был еще домашним ребенком. Так что поездка получилась очень короткой. Вернулся, потому что сам так захотел. В Португалии осталась моя младшая сестра, она плакала без меня. Я был для нее и папой, и мамой. Родители много работали, поэтому с ней было особо некому сидеть. Я ухаживал за сестрой лет с 14-ти.
Шарль Каборе: «Меня с детства пугали мухой цеце. С Эболой тоже все преувеличено»
75 евро
– Кто вас пригласил во Францию?
– Это был агент, который уже умер, – Мануэл Барбоза. Помню, он спросил: «Хочешь поехать?» Я промямлил, что хочу, но ехал без особого желания. У меня там была еще травма ступни, поэтому неделю не мог тренироваться. Я не знал французского языка, никого не понимал, неделю сидел без дела. Все это навалилось – заскучал по семье и попросился назад.
Потом был «Эшторил» – опять вдали от семьи. Я же никогда не выезжал никуда дальше Лиссабона и Кашкаиша, а тут снова пришлось ехать далеко – мне всего 18 лет. К тому же мой агент плохо ладил с тренером. Мы договорились, что буду играть полсезона, а тренер хотел меня на весь сезон, но контракт был на полгода, тренер ни на что повлиять не мог. Из-за этих терок он меня просто не ставил играть и говорил, что я плохо тренируюсь.
– Потом за клуб «Санта-Мария» вы забили 37 голов в 30 матчах – так часто забивают только Месси и Роналду. Там были совсем слабые соперники?
– Нет, у нас просто была очень сильная команда – играли в чемпионате Браги. Причем в первых матчах совсем не забивал. Я тогда даже задумался, стоит ли вообще продолжать профессиональную карьеру или играть в удовольствие на этом уровне. Решил, что надо расти и стремиться выше. За тот сезон я забил 50 голов: 37 в чемпионате и 13 в Кубке. Мы стали чемпионами и выиграли Кубок. Мне было 19 лет.
– Вам платили?
– Да, но прожить на это было нельзя. Зарплата была 75 евро в месяц. Но сезон получился шикарный: медали, кубки, приз лучшему нападающему и игроку – дома у меня лежит гора всяких наград. Потом меня пригласили в «Жил Висенте» – можно сказать, что там началась взрослая карьера. Мы стали чемпионами, вышли из Сегунды в Примеру. Это была уже новая жизнь, не за 75 евро в месяц.
– Как вы оказались в «Бенфике»?
– Меня хотели многие клубы: «Порту», «Бенфика», «Спортинг», «Брага». Я выбрал «Бенфику», потому что за нее болела моя семья. Родители и родственники мечтали, чтобы я играл за этот клуб, но, к сожалению, с этого момента все пошло не так. Когда я оказался в «Бенфике», обнаружилось, что моя девушка заболела раком. Жизнь перевернулась – все интересовались, почему я не играю. Ответ был очевиден: футбол отошел на второй план, потому что нет ничего важнее жизни человека. Тем более такого близкого человека.
По той же причине не получилось задержаться в Испании. Мы приехали туда 31 августа и уехали 20 сентября. Моей девушке там очень понравилось, но, к сожалению, судьбу не выбираешь. За хихонский «Спортинг» провел только две игры. Эдину положили в больницу, и я не мог полноценно тренироваться, хотел провести с ней как можно больше времени. Вернулся тогда в «Жил Висенте», чтобы быть поближе к дому.
Друзья из сборной
– Вы здороваетесь за руку с Криштиану Роналду?
– Я знаю почти всех игроков сборной. Не могу сказать, что с Роналду мы прямо общаемся, но на стадионе или в отеле поздороваемся. Больше дружу с Эдуарду, Руем Патрисиу, Мигелом Велозу.
– Каким запомнился вам Евро-2004, который проходил в Португалии?
– Я тогда был молод, но смотрел матчи в доме друзей. На первый матч в Порту попал на стадион – мы, правда, тогда проиграли Греции. И ей же проиграли в финале. Очень обидно и неожиданно было. Но знаете, классно, когда в вашей стране проходят такие турниры. Вы это обязательно почувствуете, когда в России в 2018 году состоится чемпионат мира.
– Помните, как Португалия обыграла Россию со счетом 7:1?
– Нет. Когда такое было?
– В 2004 году, осенью. Удивлены?
– Да. Странно, что такой крупный счет. Что, Роналду забивал там в «девятки»? Обязательно посмотрю нарезку голов!
– Что вам нравится и не нравится в России?
– Зима не нравится. В Португалии, конечно, тоже есть снег, но там такое только на вершинах гор. В остальном – в России отлично. Я уже не тот маленький террорист, который ездил во Францию и не мог ни с чем смириться. Я научился подстраиваться. Здесь еда необычная, язык смешной.
– Почему смешной?
– Когда ты не понимаешь слова, а слышишь только звуки – это забавно. Например, русское слово «спокойно». Я долго смеялся, когда его услышал. В Португалии оно воспринимается как мат: «спа» плюс «коино» – это, как бы помягче сказать, женский орган.
– Вы водите машину?
– В Португалии вожу, но здесь из-за пробок езжу на электричке. Я бы с удовольствием съездил как-нибудь погулять в Санкт-Петербург. Из других русских городов мне понравился Краснодар – там тепло и красиво. Вообще, если все пойдет хорошо, готов остаться в России до конца карьеры. Моя девушка обожала Москву. Мы хотели остаться здесь навсегда и жить с ней вдвоем, но все меняется. Сейчас мне хочется просто больше играть, а дальше – посмотрим.
Текст: Глеб Чернявский, Виктория Мазяр
Фото: Максим Серегин, Сергей Дроняев, Global Look Press
Каждый год в России на бумагу перерабатывается около 10 млн тонн древесины. Каждый год у Фабио Капелло уменьшается количество кандидатов в национальную сборную России.
Скачай приложение еженедельника «Футбол» на планшет или смартфон. Спаси деревья. Помоги сборной России (иначе придется ужесточать лимит на легионеров).
- Мое детство в Грозном было сказочным. Родители дали мне все, в чем я нуждался. Мы много шутили с друзьями в школе. Можно сказать, что я был маленьким террористом
Вообще-то, не очень нормально!
У русского человека обязательно должен быть свой собственный ручной медведь, а не из приглашенной цирковой труппы! )))
А потом что-то не пошло... Хотя в подыгрыше неплох