Про Энке
Это шокирующая история, безусловно. И объяснять, почему - вряд ли стоит.
У меня свое отношение к ней, и я хочу об этом рассказать. Хотя, возможно, получится слишком лично. Но тут, считаю, надо. Мы вообще редко думаем о смерти. Даже когда она приходит в нашу жизнь, она почти никогда не внезапна, чаще всего она в контексте возраста, болезней, да мало ли чего. Здесь же - молодой, крепкий парень, известный сам по себе, может, и не всему миру, но вратарь сборной Германии тем не менее фигура, о которой весь мир может в любой момент узнать всё, если не больше.
Позавчера играл на глазах десятков тысяч людей. Сегодня - ффух! - и его нет. Смерть пришла.
Меня немного пугает всеобщесть сочувствия несчастному, конечно, парню. Ключевой, на мой взгляд, вопрос - слова одного из официальных лиц о том, что вся эта история очень похожа на самоубийство. Судя по всему, сам Энке не оставил предсмертной записки, так что в этом есть сомнения. Дай Бог, чтобы это было не так; но сейчас очень похоже, потому что случайно попасть под поезд и вообще-то сложно, а в Германии ещё сложнее.
Вот скажите, честно: разве это не меняет суть дела? Что, если он покончил с собой?
Я не хочу жалеть самоубийцу. Не вижу ни одной причины. Во-первых, если это так, то это выбор человека. Почему нужно жалеть, растрачивать себя, свои душевные силы на того, кто отказывается от жизни самостоятельно? Я не настаиваю в данном случае на том, что самоубийство вообще страшный грех; даже если относиться к этому просто как к выбору человека - при чем тут жалость? Сочувствие?
Во-вторых, я не то чтоб глубоко верующий человек, но все-таки христианин и православный. Вот в этой системе ценностей самоубийство - страшный грех. Потому, что это отказ от дара. Отказывайся от того, что ты сам заработал, завоевал, заслужил - это твое право. Но жизнь была тебе дана. И ты не знаешь, не можешь знать, зачем - не дано это. Не хочу сейчас обсуждать тонкости вроде эвтаназии неизлечимо больных, тяжело страдающих от болей раковых больных, например; во всем есть частные случаи, которые нужно хотя бы для себя обсуждать отдельно. Сейчас не об этом.
Вот правда, можно в Бога-то не верить. Многие не верят; академик Гинзбург, например, был атеистом. Теперь уже сам всё проверил, но нам не скажет. Владимир Владимирович Познер атеист. Нет, тут дело не в Боге. Но отдавать себе отчет в том, что не всему, с тобой связанному, ты господин, как мне кажется, очень полезно. Например, я так отношусь к таланту. Есть у человека талант; ну, откуда он берется, почему у каждого свой? И как много примеров, когда человек живет, а талант уже кончился, иссяк. Явно же человек этим в себе не управляет вполне. Может развивать, может беречь, но... Чего в тебе нет, то не откроешь. И пределов знать не можешь.
Зарывать талант в землю, на мой взгляд, - тоже преступление. Не твое это, тебе дали.
И такое отношение полезно. Продуктивно. Скромности способствует.
И в-третьих вот что. Самоубийство - всегда тупик. Следствие тупика. Жизненных ситуаций, в которые мы с вами теоретически можем попасть, в общем-то не так много. И нет такой, которая автоматически ведет вот к такому исходу. Так что самоубийство не из трудностей жизни проистекает, а из личности - как она к этому относится, как она это переживает.
Не поверю, что есть взрослые, умственно полноценные, образованные люди, которые вообще никогда не думали о самоубийстве. Не то чтоб с пистолетом у головы останавливались, нет; а просто - о том, чтобы убить себя в той или иной ситуации. Количество самоубийств реальных неизбежно приводит нас к мысли, что это проявление слабости, и большинству хватает сил ее избежать. Конечно, думать о себе, что уж мне-то сил всегда хватит, тоже самообольщение. Но как-то хотелось бы на это надеяться.
Поэтому для меня в страшной истории Роберта Энке вопрос, самоубийство ли это, - важнейший. И если это подтвердится, я не хочу посвящать этому событию ни грана собственных душевных сил. Вокруг меня много живых людей, которым они могут потребоваться. Может быть, когда-нибудь мне удастся удержать кого-то от большой беды. Или кто-то удержит меня. В конечном счете ведь и смерть бедного Роберта Энке наступила как раз потому, что кто-то не успел, не додумал или не догадался.
Поэтому... Боже, прости Роберта Энке. Пожалуйста, прости.
А мы будем жить. Жизнь прекрасна. Жить хорошо!
P.S. Оказалось, что предсмертная записка найдена. Вопросов почти не осталось.
Но прочел то, что написали Вы Василий и не смог удержаться.
Теперь ясно, что это было самоубийство. Но не нам с Вами осуждать и не жалеть его. Да это его выбор. Но человек потерял ребенка. 2-летнюю дочь, Василий. Вы видели фотографии этой хохочущей на руках у папы девчушки? Так вот она умерла. И не нам с Вами, восклицать «Хорошо жить!», не испытав (НЕ ДАЙ БОГ!) того, что пришлось пережить Энке. У Вас, насколько я знаю детей нет. У меня есть. Так вот, Ваше свысока отношение к его поступку, в свете вышесказанного выглядит слишком цинично. Дело не в религии, не в христианстве. Дело в человеческом сочувствии к человеку, который переносил боль, которую перенести невозможно.
Добрее надо быть. Мне так кажется.
Вот потому, что человек вы искренний и добрый.
Я думаю, что поэтому вы никогда никому не позволите уйти из жизни самостоятельно.
Вот об этом я и сказал, Лызлов. Мне очень жаль девочку Энке. Но, знаете, я знаю немало людей, которые теряли детишек. Страшные порой истории. Они находили в себе силы жить дальше.
И главное, лызлов, что вот у вас большое сердце, вы уже успели в себя эту историю принять - и пожалеть. И вы просто видите с моей стороны иное отношение, и оно вам сразу враждебно. Вы даже разобраться не попробовали. Где вы видите осуждение в моих словах? Да нигде.
А вот если вашу позицию продолжить, то, что же, разве не виноват Энке перед другой девочкой, которую он усыновил и которая называла его папой? Разве не изуродовал ей жизнь?
А мама есть у него? Как мама будет жить дальше?
Это не моя мысль, и я воздерживаюсь от суждения на эту тему. Я просто продолжаю вашу линию, как я ее понимаю: всех жалеть.
А меня всего лишь потому, что у вас есть ребенок, а у меня нет, вы уже осудили. А ведь это незнакомая вам история, Лызлов, не говоря уже о том, что это просто не ваше собачье дело.
Сам - не сам.
Его больше нет и ему соответственно все равно, что об этом думают.
Важнейшее в православии - свобода.
Вот тебе дар. Хочешь иди напрово, хочешь налево. Хочешь верни.
Человек умер.
При чем здесь осуждение.
Когда по кому-то звонит колокол он звонит в том числе и по тебе.
Кстати, в католичестве и лютеранстве строго так же.
Жалость - это то, чувство, которое невозможно контролировать. Оно порой просто возникает и все! А со смертью человека она ощущается более остро. Невозможно сказать себе: раз это самоубийца, то я жалеть его не буду... И, помимо самого Роберта, безумно жаль его родных и близких....
Пусть земля ему будет пухом.......
А так - ему не спрашивая подарили, он без сожалений при первом же случае отказался... Ничуть не грех...
У меня вот сын, почти ровесник Лары. Живой. И сам я жив. Но как-то не даётся с таких мудрых позиций походя пнуть Энке на тему «А ты Роберт слабачок оказался...»