5 мин.

Зидан, который тает от страсти

6 k

Раз вам понравилось, вот ещё один старый текст. Это тоже с чемпионата Европы в Португалии, и диалог, с которого начинается текст – тоже диалог с Питом де Фиссером. Как я уже объяснил, в силу ряда обстоятельств тогда о некоторых подробностях своей работы и жизни в Португалии мне рассказывать было не очень уместно. Текст был опубликован в газете «Газета» в июле 2004 года. Наверное, ретро-страничку мы сделаем традиционной на блоге, но не будем этим злоупотреблять... Завтра ждите свежий текст. Думаю, напишу вечером о матче «Локо» – «Динамо», который буду комментировать.

Внутри Евро-2004

«Зидан тает», – говорит мой сосед по ложе прессы. Идет семидесятая минута второго тайма, Франция проигрывает и не знает, что ей делать. Тает – удивительно точное слово, успеваю удивиться я. Жаль, что не я это придумал, – это ведь практически заголовок. Зидан и вправду тает, это похоже на городскую весну. Ты смотришь на почерневший холмик во дворе и понимаешь, что это он, снег, что, если отколоть кусочек и взять его в руки, он медленно превратится в грязную воду.

«Вери, вери тает», – повторяет мой сосед. Вери тает? Вылетает, вы хотели сказать?.. Из красивого образа я опускаюсь на землю – на трибуну стадиона «Жозе Алваладе». У моего соседа на груди аккредитация телекомпании «Аль-Джазира». Так это по-английски: «Zidanе tired» – устал, значит. Русский и английский языки удивительно похожи!

Можно, конечно, говорить об усталости звезд после тяжелого европейского сезона. Акцентировать внимание на том, что чемпионат уже покинули все сборные, которые представляют страны с сильнейшими внутренними чемпионатами – Испанию, Италию, Англию, Германию, Францию... Франция в этом смысле вообще представляет весь мир – где только не играют ее грандиозные звезды. Просто хит-парад величайших команд – и тебе «Ювентус», и «МЮ», и «Бавария», «Арсенал» на «Реале» сидит и «Ромой» погоняет. Клубный сезон перегружен, конечно. Устанешь тут, растаешь. Но...

Недвед тоже играл в «Ювентусе». А Фигу – в «Реале». Ни у кого не было настолько насыщенного (сугубо количественно) сезона, как у португальца Деку – этот в Лиге чемпионов выиграл финал, весь чемпионат Португалии сыграл, да еще и до финала национального Кубка его команда добралась... Это ж сколько игр включил в себя его сезон? Ничего, шустрит. 120 минут против англичан отбегал почти наполовину на позиции правого защитника.

А ван Нистелрой что же не тает? Этот парень после все тех же утомительнейших 120 минут против железных шведов берет мяч и идет бить пенальти. Голландцы никогда, ну вообще НИКОГДА до этого момента не выигрывали в серии одиннадцатиметровых. Ван Нистелрою дали приз лучшего игрока этого матча, наверное, только затем, чтобы он пришел на пресс-конференцию за этим призом и рассказал, как он шел бить этот пенальти. Первый в серии. Чуть что не так – и все пойдет шиворот-навыворот у всей команды. Безразмерная улыбка Рууда выглядела наклеенной на лицо. Он был изможден. Он рассказал, что, пока шел к точке, у него буквально тряслись колени. И Арьен Роббен, забивший победный гол, скажет, что этот мяч – важнейший в его жизни. Это говорит взошедшая мировая звезда о голе, забитом с пенальти в серии... Поверьте, у Роббена были просто сумасшедшие мячи за ПСВ, а сколько их еще будет за «Челси»... Но этот самый главный.

Здесь, в Португалии, слушаешь массу комментариев на всяческих языках. Одни переводятся на русский легко, другие переводить не хочется. Разгадка этого явления, когда одни могут, а другие нет, в том, что называется английским словом «passion». Загляните в словарь. Это и страсть, и кураж, и настрой. Такое совсем уж узко футбольное словцо... И даже смелость в определенном контексте. Все вместе. Как в теории Льва Гумилева – пассионарии. И это тоже, безусловно, составная часть смысла. Passion обладают португальцы вне зависимости от своей усталости. Они играют дома, для них этот турнир самый, самый важный. Passion в них противостоит, конечно, нервному перенапряжению, чувству ответственности. Но все это уже подвело их разочек – в стартовой игре. Теперь они научились с этим справляться. А после их победы passion выплеснулся на лиссабонские улицы.

Я работал на чемпионате мира во Франции шесть лет назад и думал с тех пор, что знаю, каково это – наблюдать за победами команды – хозяйки турнира. Ничего. Ничегошеньки я об этом не знал, как выясняется. Впрочем, такого эпического матча, как Португалия против англичан, на том чемпионате не было. Но, думается, дело тут в темпераменте.

От стадиона «Да Луш» я добирался до своего отеля два с половиной часа. Последний час пришлось идти пешком. Почти прямая главная улица Либердад впадает в огромную площадь, которая называется Маркеш Пумбал. Это исторический деятель Португалии. Именно к его памятнику, водруженному на высокую каменную стелу, стеклись толпы восторженных португальцев. Я шел издалека и наблюдал за тем, как люди с флагами забирались на высоченного Пумбала все выше и выше. В конце концов люди полезли по совершенно гладкой поверхности каменного столба. Как это возможно?! Я размышлял об этом. И только подойдя совсем близко, я обнаружил, что на шею лошади маркиза Пумбала (это конный памятник) была наброшена веревка, по которой и поднимался все выше и выше некий смельчак. Внизу стояла девушка, которую взгляд сразу выделял как центр небольшой компании. Она восхищенно смотрела на скалолаза. Может быть, ее просто захватило зрелище. Но хотелось думать, что это именно ее парень лез вверх под одобрительные крики восхищенной площади. А она стоит внизу и в одно и то же время побаивается за него и любуется им.

В городе Фару я смотрел за игрой шведской сборной против голландцев, сидя практически в секторе шведских фанов. Они не умолкали ни на минуту. Это захватывает настолько, что забываешь про собственные исторические симпатии. Вот уж не думал, что буду когда-нибудь болеть против голландцев! В шведском секторе вообще не было девушек. Точно так же среди шведов не было ни одного трезвого человека. Стоит ли удивляться: парни в сугубо мужской компании выехали на сугубо мужское дело. Это как рыбалка, в конце концов. Рассказываю я это к тому, что обстановка в секторе была самая что ни на есть брутальная, воинственная. Что бы ни происходило на поле, они не забывали проскандировать имя того игрока своей сборной, который чем-то отличился в последнем эпизоде. «У-у-у-лоф Мельберг», – пели они, когда их капитан шел бить свой одиннадцатиметровый. Вздох разочарования, но спустя уже секунду они вывернули свои глотки наизнанку. «Исакссон! Исакссон!» – умоляли они своего вратаря. И дальше произошло ужасное. Нет, не гол Роббена. В момент эти мужественные лица, разрисованные национальными цветами, обрамленные рогатыми шлемами, обратились в лица детей. Шведы почти поголовно рыдали. И в этом рыдании было много всякого, и выпитое пиво, конечно, свою большую роль в этой сентиментальности сыграло. Но тогда это самое пиво – всего лишь еще один оттенок слова passion, ключевого и главного в том, что происходит на этом чемпионате Европы, которое где объясняет, а где укрывает, как мягким покрывалом южной ночи, происходящее на Евро-2004 в Португалии.