Александр Касперович: «Все пробы, взятые у Логинова после 26 ноября, были отрицательными»
Старший тренер мужской сборной России Александр Касперович прокомментировал ситуацию с отстранением российского биатлониста Александра Логинова.
Напомним, сегодня стало известно о том, что в ноябре прошлого года Логинова сдал положительный тест на эритропоэтин.
«Мы шокированы этой информацией и ничего конкретного сказать сейчас не можем, кроме информации сайта СБР. Не понимаю, как такое могло произойти. В нашей команде ко всем запрещенным препаратам негативное отношение, и никто из спортсменов не применяет допинг.
Сейчас мы будем ждать вскрытия пробы «Б» и выяснять причины. Интересно, что все многочисленные пробы, взятые у Логинова после 26 ноября, показали отрицательный результат.
Нам непонятно, почему именно сейчас вскрыли пробу от 26 ноября 2013 года. Саша даже витамины без консультации не принимает, поэтому для нас ситуация очень непонятна», – цитирует Касперовича TEAM RUSSIA-2014.
Наша жизнь – игла. Что нужно знать о новом допинг-скандале в биатлоне







Как же тошно..
У кого уже смелости хватит вскрыть всех этих падл?
-----------
Наташа, а как ты себе это представляешь?
Допустим, у Саши хватит смелости, и он назовет всех пофамильно. А что дальше? Он биатлонист, и другому ничему не обучен. Думаешь, ему дали бы второй шанс пробиться в основу, как бы талантлив он не был? Если он назовет совратителей, вход в команду ему будет закрыт навсегда. А так есть шанс вернуться. На момент возвращения ему будет только 24.
Вот я пытаюсь взрастить в себе осуждение Саши, а не получается. В сердце только щемящая жалость к молодому и талантливому парню.
А тех, кто подтолкнул его к роковому шагу, поубивала бы.
Лучше бы Саша не феерил в Холменколлене 2013.
Наверно именно тогда кто-то сделал на него ставку в олимпийский сезон, а для этого надо было отобраться в основу. Ведь, после ноября все пробы Саши отрицательные, значит все гонки на КМ он бежал чистым.
Если кому и вскрывать нарыв, то это Кате Юрьевой. Ей уже ничего не грозит, а рассказать она могла бы всё в деталях.
С ностальгией вспоминаю те два года, когда хотя бы у женщин можно было волноваться только о результатах соревнований, а не допинг-проб.
Спортсмен должен наполнить флаконы «А» и «В» мочой в предусмотренном объеме, и запечатать каждую ёмкость пробкой, как укажет инспектор по допинг-контролю. Затем он попросит перевернуть флаконы, чтобы удостовериться, что они не протекают. Представитель спортсмена также должен подтвердить, что образец правильно запечатан.
Формы допинг-контроля заполняются лицами, проводившими допинг-контроль. Идентификационные данные спортсмена, кодовые номера бутылок и номера печатей сверяются.
Любые несоответствия, обнаруженные спортсменом или его представителем, отмечаются на форме допинг-контроля до того, как они подпишут её.
Спортсмен подтверждает точность информации, что он/она удовлетворён процедурой отбора проб посредством подписания бланка. Бланки допинг-контроля подписываются также ответственным сотрудником сбора, представителем спортсмена (если таковой присутствует) и официальным представителем WADA или федерации.
Протокол допинг-контроля направляется в следующие инстанции:
- оригинал посылается в офис федерации,
- первая копия посылается на хранение местному оргкомитету,
- вторая копия отдается спортсмену,
- третья копия посылается в лабораторию, которая будет проводить анализ. Эта копия не содержит информации об имени или каких-нибудь деталях, идентифицирующих спортсмена или его представителя.
По окончании сбора проб контейнеры, содержащие пробы А и В, помещаются в транспортировочные контейнеры. Лабораторные копии официальных записей допинг-контроля помещаются в конверт. Конверт запечатывается и помещается в транспортировочный контейнер, содержащий пробы А и В. Каждый транспортировочный контейнер запечатывается персональной пронумерованной печатью.
После поступления пробы в лабораторию проверяется, не были ли образцы повреждены во время транспортировки, а также то, что содержимое бутылок соответствует описаниям в приложенной документации. Затем лаборатория проводит анализ пробы «А», сохраняя пробу «В» запечатанной.
есть ли повреждения на пломбе, которой запечатывался анализ. Так, если повреждения есть, то такие пробы не анализируются.
В АНТИДОПИНГОВОМ центре не принимается решение о виновности или тем более дисквалификации спортсмена, там совершенно бесстрастно фиксируется сам факт присутствия или отсутствия допинга в моче (биожидкости). Более того, все пробы обезличены, поскольку идут под кодовыми номерами, и сказать, что у пловца или велосипедиста Васи Пупкина в моче есть эфедрин или другое запрещенное вещество, нельзя, это будет у номера такого-то.
Проба Б хранится в специальных условиях, она запломбирована, и никаких химических процессов (выветриться, закиснуть, перебродить) в ней произойти не может. Безопасность условий хранения подтверждают специальные исследования, и этот процесс тоже регламентирован международными правилами.
Малейшее нарушение в процедуре ведёт к оправданию спортсмена.
Пробу могут вскрыть в _любой_ момент в течение 8 лет после её взятия. Что тут непонятного ?
а то бы...
тюрьма, тюрьма..
владимирский централ..
хотя- может СБР "битву" даст или там пробу Б не так откроют
или еще чего не сработает,
посмотрим.
А Касперович, тем временем, находится "в шоке", как будто не с ним, в прошлом сезоне, был Логинов.
Шансов мало.