«Шакалы» – фанатская группа в Сан-Антонио, ее собрал Вембаньяма. Вдохновляются «ультрас» из Европы
Новый проект глобальных «Шпор».
Многие так долго хотели, чтобы европейский баскетбол по качеству, востребованности и уровню саморепрезентации стал ближе к НБА. И дождались совершенно обратного.
Теперь в НБА есть внутренний кубковый турнир по аналогии с любой европейской лигой. Матч Звезд превратился из победоносной демонстрации силы и атлетизма в неуклюжее подобие урока физкультуры. И теперь на очереди то, чем давно и с нескрываемым азартом восторгаются за океаном – европейская культура боления.
Звучит как нечто трудновоплотимое, ведь невозможно взять и в стерильных условиях НБА культивировать литовскую преданность, греческую горячность или балканскую одержимость. С точностью до генома – нет, но такой задачи и не стоит. Зато аккуратное следование ролевой модели может принести выгоду как отдельным личностям, так и всей лиге в целом.
И «Сан-Антонио Сперс» вместе с Виктором Вембаньямой это с успехом подтверждают прямо сейчас.
К идее Вембаньяму подтолкнул личный кризис
Болельщицкую структуру с явным ориентиром на группу европейских ультрас создают искусственным путем – здесь легко заприметить желание сорвать хайп. И оно там определенно присутствует. Но это стремление не стало целеобращующим в новой инициативе «Сперс», а правильнее даже – Виктора Вембаньямы.
В феврале прошлого года у центрового обнаружили тромб в плече. Это не только оставило француза вне игры до конца сезон, но и серьезно срезонировало на его моральном самочувствии.
«Когда я оказался в «Сперс», мы тут же разработали целую систему тренировочных методов, от плиометрики до боевых искусств. Это был огромный комплекс упражнений, направленный на укрепление конечностей и обретение особенной пластики. Когда у меня обнаружили тромбоз, я в больничной палате много думал об этом. Я о том, что никакие занятия йогой и гимнастикой не смогли предотвратить образование небольшого тромба в плече.
И тогда я понял – у всех нас есть то, что нам дано природой. Тут я ничем не отличаюсь от любого другого человека. Я родился, и с самого дня моего рождения мое тело было предрасположено к тому, что когда-нибудь у меня разовьется тромбоз. Но вместе с этой особенностью у меня от рождения был рост и талант к баскетболу. Мы все родились с определенным шансом, и нам просто нужно максимально использовать его. Мне захотелось поделиться этими мыслями с людьми, с парнями в раздевалке, с болельщиками, но я не хотел, чтобы это выглядело как назидание. Я хотел, чтобы это понимание пришло к ним естественным путем, в ходе взаимодействия со мной и друг с другом», – рассказал Вембаньяма The Athletic.
Желание максимально сузить границы между болельщиками и клубом привело созданию особой группы фанатов из семи человек, так называемых «вождей», которая со временем будет расширяться. Для поиска этой семерки был организован специальный кастинг. В объявлении говорилось об участии «Сперс», но о том, что оценивать качества каждого будет лично Вембаньяма, естественно, не сообщалось.
«Я шел на прослушивание с мыслью поучаствовать в активностях любимой команды и надеждой на то, что смогу мельком увидеть кого-то из игроков. Я был шокирован, когда увидел Виктора в кресле с блокнотом, задающим вопросы. Адреналин поднялся настолько, что я вел себя, будто выпил цистерну колы. Я подбежал к стоявшему неподалеку барабану и начал бить в него, напевая песню «That’s Amore» на испанском языке. Это было чистое безумие, но как потом оказалось, именно эта выходка и зацепила Виктора», – вспоминает свое прослушивание Патрик «Биг Рэд» Карсон.
Такая реакция Карсона и ему подобных стала главным критерием попадания в число избранных. Как оказалось, Вембаньяма отбирал фанатов отнюдь не по наитию, а руководствуясь вполне понятной и узнаваемой моделью поведения.
Группа «Шакалы» – «евроцентристское» образование со своими правилами
С самого начала Вембаньяма разрабатывал концепцию новой касты фанатов на стыке американских и европейских традиций. Когда пришло время выбирать название, Виктор предложил вариант с шакалами – дикими псовыми, которые являются европейским аналогом талисмана «Сперс», североамериканского койота. Это был его способ отдать дань уважения традициям техасского клуба.
Но что касается всего остального, то влияние Старого Света ощущается куда более явно и настойчиво. По словам Вемби, «Шакалы» смоделированы по образу и подобию фанатских ультрас ПСЖ, которыми он восхищался, когда рос и выступал в чемпионате Франции.
«Я помню, как сидел на трибунах футбольного «Парк де Пренс» и наблюдал, как группа Collectif Ultras Paris била в барабаны и скандировала речевки в поддержку Килиана Мбаппе и Неймара. Люди, которые на протяжении всего матча стоят на ногах, бьют в барабаны и поют песни, создавая атмосферу европейской арены, которой нет в НБА. Это больше, чем просто группа шумных фанатов. Это источник гражданской гордости. Я хочу наблюдать за тем как подобная культура расцветет здесь – в Сан-Антонио. Это смело, креативно, и это не страшно, как многие считают», – уверен Вембаньяма.
О разности культур прекрасно осведомлены те, кто до попадания в НБА поколесил в Европе.
«Если речь идет о фанатах, то чемпионатам Греции и Турции нет равных. В Израиле тоже горячо поддерживают своих, но несколько иначе. В Европе определенная часть болельщиков – это что-то вроде банд, что-то вроде нашей братвы в гетто. Только в черных районах парни отстаивают свою территорию, а баскетбольные фаны в Европе – цвета команды. Все в жизни этих людей посвящено клубу. Заметьте, клубу, а не игрокам. Это важное различие. Потому что в НБА люди приходят на матчи расслабиться, поесть попкорн и посмотреть вживую на звездных игроков. На тех, кого они знают. В НБА игра – это реалити-шоу наяву. В Европе практически каждый матч – это состязание и борьба», – слова Пи Джея Такера, не только чемпиона НБА, но и Германии и Израиля.
Знающий человек понимает разницу – и все равно испытывает культурный шок при виде беснующихся трибун на некоторых европейских матчах. Что уж говорить о людях неподготовленных.
И поэтому, когда Йокичу задают вопрос – не давит ли на него атмосфера, когда «Денвер» играет в Майами – тому остается только снисходительно улыбнутся и ответить: я играл в Сербии, брат.
Тотальное заимствование фанатской культуры из Европы невозможно. Причем не только по причине разностей менталитетов.
Например, «Сперс» столкнулись с чисто техническими сложностями уже на этапе обсуждения расположения фанатской трибуны. Вариант, который первоначально предлагал Вембаньяма, оказался нереальным для воплощения по целому ряду причин, начиная от потери доходов от продажи билетов до шума от барабанов по ходу игры. В качестве альтернативы игрок и клуб обсуждали вариант с сектором 210 на балконе (210 – телефонный код города Сан-Антонио), но это оказалось слишком далеко от площадки.
В итоге болельщиков разместили за кольцом, рядом со скамейкой запасных.
Другие команды НБА тоже пытались создавать собственные фанатские секции, но ни одна из них не раскрыла весь свой потенциал так, как европейские «фанатки». У «Лос-Анджелес Клипперс» есть «Стена», но она создает активность, а не полноценную атмосферу.
Несоответствие сквозит и в проекте Вембаньямы, где расширение фанатской братии проходит на конкурсной основе. Чтобы занять одно из 75 мест в «Логове Шакалов», сперва нужно пройти кастинг, предоставить гарантии о готовности посещать все матчи сезона, потом заплатить тысячу долларов за абонемент. Более чем солидная скидка на билеты – с учетом того, что речь идет о местах в нижнем ярусе. Правда, по словам Вемби, каждый второй на собеседовании прежде всего интересовался – сидячие ли места.
«Это нормально, нет ничего постыдного в том, чтобы не знать чего-то. Я показывал парням, которые прошли прослушивание, что такое фанатская перекличка, как наращивать темп, когда они хлопают в ладоши, показывал записи футбольных матчей. Мы только начали, но у нас уже появилась традиция», – Вембаньяма о новом ритуале «Сперс» с барабанами, который был презентован после победного матча над «Оклахомой».
Выглядит мило, но не более. При этом едва ли можно говорить о том, что затея провалилась. Более того, ее реализация, в том или иной виде, играет на руку не только хотелкам Вемби.
Почему это важно для лиги и «Сперс»?
НБА не участвовала в инициативе «Сан-Антонио» и задаром намайнила очки престижа.
Не секрет, что выход НБА на европейский рынок с целью создания новой лиги – это уже давно не проектирование замков на песке. Есть конкретика, люди, готовые вкладывать огромные деньги под создание абсолютно новых баскетбольных клубов на прибыльных рынках, в наличии «Реал», склоняющийся к тому, чтобы отдать предпочтение НБА, а не Евролиге.
Добавьте сюда курс самой НБА на глобализацию, доминирование в американской лиге европейских игроков, и не забудьте, что первопроходцами в деле привлечения баскетболистов из Европы стали именно «Сперс». За счет «Шпор» лига показывает, что идет на новый рынок не только для того, чтобы разорять Евролигу и выкорчевывать привычные миропорядки, но приобщаться к традициям европейского спорта, пусть и в слегка искаженном, травоядном виде. Для НБА создание «Шакалов» – это изящный популистский ход, не стоивший лиге ровным счетом ничего.
Куда больше это значит для «Сперс».
Каких-то лет пять назад «Шпоры» выглядели клубом с победными традициями, историей, идентичностью, но туманным будущим. И если Попович в его возрасте только казалось, что стареет, то вот стиль игры главных звезд клуба – Демара Дерозана и Ламаркуса Олдриджа – почил в бозе лет эдак пятнадцать назад. «Сан-Антонио» казался дряхлеющим клубом, который держался только за счет авторитета Поповича.
Приход Вембаньямы все изменил. Он стал не только символом возрождения «Сперс», но и своего рода абсолютом курса развития, который Попович выбрал еще в 1988-м году, даже не будучи главным тренером «Сперс». Тогда Поп был не седовласым ироничным старцем, а ассистентом Ларри Брауна, и в этом качестве продавил кандидатуру Жарко Паспаля, после того как увидел великого форварда на тренировочном турнире в Кельне, где сборная Югославии готовилась к Евробаскету. Та команда выиграла золото турнира, а Паспаль отправился за океан, где в составе «Сперс» провел свой первый и единственный сезон в НБА.
Попович уже тогда имплантировал европейскую баскетбольную культуру в «Сперс». Сегодня под руководством «Эль Хефе» то же самое делает Вембаньяма. Создание «Шакалов» может показаться просто потаканием прихотям молодой звезды. В действительности же доверие Вемби и обучение его тому, как устроена структура клуба, как организация взаимодействует со своими болельщиками – это процесс не менее важный, чем разработка тех самых тренировочных методик с вкраплениями плиометрики и кунг-фу.
«Сперс» аккуратно интегрируют Вембаньяму в структуру, создают для него среду, которую он не сможет найти ни в одном другом клубе. «Сперс» необходимо сделать все, чтобы у Виктора не возникало даже гипотетической идеи о том, чтобы покинуть Сан-Антонио. Поэтому создание «Шакалов» благодаря усилиям Вембаньямы – очень важно. Это признак того, что европейская сущность «Сперс» не анахронизм, как некоторым могло показаться – она живет, дышит и эволюционирует. Даже если эволюция порой приобретает такие причудливые формы как «соевые ультрас».
Фото: Gettyimages/Christian Petersen, Ronald Cortes; instagram.com/wemby
