Реклама 18+

Твое время еще не пришло. Боб Маккензи о Колине Кэмпбелле

Человек тонул.

Он был в ловушке.

Он предпринимал последние отчаянные попытки выбраться. Удары руками, ногами, головой… все тщетно. Ледяная вода заполняла кабину его трактора. Воздуха уже не осталось. Его легкие заполнялись водой. Он понимал, что настали его последние мгновения. В его голове промелькнуло: «Я погибну здесь. Мне конец. Так вот как все закончится?»

В это мгновение в этой стеклянной и ледяной могиле ему явились два видения. Ясные и четкие, словно он переживает все это в реальности.

В первом видении он увидел свою жену, стоящую у пруда и наблюдающую, как его бездыханное тело вытаскивают из воды. Во втором – похоронную процессию. Машины все подъезжают и подъезжают, паркуясь возле того самого злосчастного пруда, что стал его могилой. «Я не видел белого света, - вспоминает он. – Не могу сказать, как долго я пробыл в воде. 45 секунд? Минуту? Две? Не знаю, но те видения… они были так реальны. Я понимал, что наступает конец. Со мной покончено, если я что-то не сделаю. Если я не выберусь в эту секунду, то эти видения станут реальностью».

И он сделал последний и отчаянный рывок. Он собрал все силы и обеими ногами ударил по лобовому стеклу. Возможно, это была судьба, возможно, просто давление воды внутри и снаружи кабины стабилизировалось, но стекло поддалось и вылетело из пазов, открыв путь к спасению.

Мужчина мгновенно всплыл, выплюнул грязную воду и, наконец-то, почувствовал сладкий, свежий воздух. Из последних сил он доплыл до берега и выполз на землю. Единственное, что он видел в тот момент, было реальностью: яркое солнце и чистое, голубое небо. Очередной прекрасный зимний день в родном Онтарио.

Он был жив.

Если бы Колин Кэмпбелл погиб тем солнечным днем, в пятницу 8 января 2010 года, на своей ферме в городке Тиллсанбург, его бы помнили, как человека, прожившего достойную жизнь, добившегося успеха в хоккее как игрок, тренер и функционер. Как достойного главу семьи – мужа, отца и деда.

Многие бы друзья и знакомые отдали бы дань ушедшему другу, который так и не дожил до 57 лет, но оставил свой след в истории. Они бы вспоминали, как в 17 лет он покинул скромный Тиллсанбург, чтобы присоединиться к «Питерборо» и играть под руководством легендарного Роджера Нильсона. Как он смог посрамить всех скептиков и задержаться в профессиональном хоккее на 12 лет.

Они бы вспоминали истории о том, как в 1972 он выиграл чемпионат OHA в составе «Питерборо», но проиграл в финале Мемориального кубка «Корнуоллу». Как после трех лет сотрудничества с Нильсоном он перебрался в WHA в состав «Ванкувер Блэйзерс». Затем были «Питтсбург», «Колорадо», «Эдмонтон», «Ванкувер Кэнакс» и «Детройт». 11 лет в НХЛ, 636 матчей (25 голов, 128 очков и 1292 штрафные минуты) в, наверное, самую жесткую и жестокую эпоху лиги. Пиком его карьеры стал финал Кубка Стэнли-82 в составе «косаток».

Потом наступил тренерский этап. Пять лет в роли помощника главного тренера «Детройта». Именно он больше всех старался вернуть к нормальной жизни Боба Проберта. Затем три года на аналогичной должности в «Рейнджерс». Именно он был помощником Майка Кинэна в сезоне-1993/94 – том самом сезоне, когда клуб из Нью-Йорка выиграл первый Кубок Стэнли за 40 лет. На следующий сезон уже пришла очередь Кэмпбелла встать у руля. Четыре года он проработал на этом посту, но его эра закончилась также, как и путь большинства тренеров – увольнением.

Потом будет много споров и сомнений, когда он перейдет на административную должность. Как он станет правой рукой Гэри Бетмэнна, станет главой дисциплинарного комитета НХЛ. А ведь эта должность – далеко не сахар. И до Кэмпбелла (Брайан Бурк) и после него (Брендан Шенахан) любой руководитель подвергается жесточайшей критике.

Для него же самого семья всегда стояла на первом месте. В 1976 он женился на своей давней подруге из Тиллсанбурга – Хитер. У них родилось трое детей. Сейчас они воспитывают двух внуков.

Однако, что-то мы заговорились, всем этим воспоминаниям рано или поздно придет время. Но оно еще не наступило 8 января 2010 года.

Утро дня, который мог стать последним в жизни Колина Кэмпбелла, начиналось вполне обычно. Впереди предстоит много работы и оценка прошедшего игрового дня.

Был скандал после матча «Питтсбург» - «Филадельфия» (7 января). Продюсер, отвечающий за организацию трансляций «Пингвинс», намеренно не показал четкий повтор гола забитого Симоном Ганье в меньшинстве. После долгих разбирательств гол все же был отменен, так как комиссия, подчиняющаяся Кэмпбеллу, не могла с точностью быть уверенной, что шайба пересекла линию. После этого всплыл хороший повтор. И начался настоящий ад. Снова поток ругательств и проклятий. И так каждый день.

К тому же были домашние дела: срубить деревья и почистить снег. Так что Кэмпбелл встал пораньше и приготовился к трудной пятнице.

Он подумал, во что бы ему обуться. Может, одеть кроссовки? Хотя сугробы слишком высоки, так что лучше взять проверенные сапоги. Возможно, именно это решение и спасло ему жизнь. Одевшись, он пошел в сарай и завел свой трактор. Пришло время потрудиться. Кэмпбелл начал расчищать дороги. Однако постоянно звонящий телефон не давал ему сосредоточиться. Проехав чуть-чуть, Колин останавливался, читал сообщения, писал ответы и пытался разрешить последнюю проблему (в итоге, виновник был отстранен от работы до конца сезона, но восстановлен на следующий сезон). 

Занимаясь рутинными делами и осматривая свои владения, Кэмпбелл обратил внимание на небольшой пруд. Всего неделю назад в Бостоне прошла прекрасная игра на открытом воздухе между «Брюинс» и «Флайерс». Тут же нахлынули воспоминания из детства: старые друзья и игра в хоккей часами напролет на замерзших прудах. И тут в голове Колина промелькнула идея: как было бы здорово устроить домашнее подобие «Зимней классики». Место для этого было практически идеальным. Да и идея была слишком заманчивой, чтобы отвергнуть ее.

Так что Кэмпбелл направился к пруду. Будучи разумным человеком, он не стал сразу же выезжать на лед. Сначала он решил все проверить. Колин помнил, что зима выдалась весьма холодной, так что лед должен был с легкостью выдержать вес машины. Затем он заехал на край пруда передними колесами и плугом стукнул по льду, чтобы лишний раз убедиться в прочности поверхности.

В конце концов, он приступил к работе. Но, делая первую борозду, Кэмпбелл почувствовал, что машина стала проваливаться. Однако Колина это не испугало. Машина провалилась всего на несколько сантиметров, что не очень взолновало водителя. Конечно, он расстроился, что застрял, и ругал себя за то, что придумал на свою голову еще больше работы, так как теперь придется вытаскивать трактор на буксире.  

В то время, как он все это обдумывал, трактор неожиданно резко пошел ко дну. И пруд оказался достаточно глубок, чтобы полностью поглотить аппарат.

Так как в тракторе было достаточно тепло пока кипела работа, Кэмбелл снял куртку. И вот он теперь сидит в майке, трениках и ботинках, в то время как ледяная вода начинает наполнять кабину: «Когда я увидел воду в кабине, то подумал: «Черт, это уже серьезно». Но в тот момент я не паниковал. Я был уверен, что выберусь. Я попытался открыть дверь, но она не поддавалась – давление снаружи было слишком велико. Так что я надел перчатки и постарался выбить стекло, но и здесь меня ждала неудача. К этому моменту вода дошла до колен. Я стал нервничать. Вновь стал колотить по стеклу, по двери. Я уже начал паниковать. Вода прибывала все быстрее, он уже доходила мне до шеи. Я постарался повыше поднять голову, чтобы сделать последний вздох. Кабина уже наполнилась водой. В тот момент я подумал: «Я погибну здесь».

Именно в этот момент ему явились те два видения. До сих пор он с дрожью вспоминает о них. Насколько же реалистичны они были, словно он смотрит на все своими собственными глазами. И именно эти впечатления заставили его сделать последний рывок. И это спасло его жизнь.

«Мне объясняли, что стекло поддалось, так как давление воды выровнялось, - рассказывает Кэмпбелл. – Это разумное объяснение. Но я все равно очень рад, что надел тогда сапоги. В кроссовках я бы не смог этого сделать».

Удивительно, но Кэмпбелл утверждает, что не чувствовал холода. Ни когда кабина наполнялась ледяной водой, ни когда он из последних сил вылезал на лед, а затем на берег, ни когда ковылял зимним днем в одной майке до самого дома добрые полкилометра: «Наверное, это можно списать на состояние шока». Наверное, это так. Но еще не стоит забывать, что Колин – закаленный атлет. Не забывайте, что мы говорим об отце, чей сын – Грегори – заработал уважение всей НХЛ, когда провел целую смену со сломанной ногой, заблокировав бросок игрока «Питтсбурга» в плей-офф Кубка Стэнли-2013.

«Знаете что я испытывал в тот момент? Чувство невероятного облегчения. Холод? Я же был жив. Я был просто счастлив», - вспоминает Кэмпбелл-старший.

Добравшись до дома, он стал колотить в дверь. Когда его жена – Хитер – открыла дверь, то остолбенела. Перед ней стоял изможденный муж, чуть ли уже не посиневший от холода и весь в крови. Любой нормальный человек сразу же отправился бы в больницу. Но Кэмпбелл проявил столь знакомые любому хоккеисту упертость и упрямство. В конце концов, рабочий день никто не отменял.   

Единственное, что он готов был позволить себя, - это долгий горячий душ. Полчаса он лежал в ванной и «наслаждался возможностью свободно дышать». Колин согласился лишь позвать соседа-врача и принять несколько таблеток болеутоляющего. Конечно, к концу дня он потерял голос и его сразила жуткая боль в спине и ребрах, что позже оказалось инфекцией почек, которую он подхватил, наглотавшись грязной воды из пруда.

Но НХЛ никого не ждет. Даже человека, который чуть не утонул. Вечером предстоят игры, а значит новые скандалы. Во время матча «Нью-Джерси» - «Тампа» на арене погас свет. Игра прервалась на 40 минут. Все это время коллеги не могли дозвониться до вице-президента. Ведь телефон Кэмпбелл был в куртке, что осталась на дне пруда. В конце концов, Кэмпбелл сам дозвонился до своего помощника – Майка Мерфи – и было принято решение назначить матч на другой день.

Конечно, Колин все еще прокручивал в голове произошедшее. Он не мог понять, как лед оказался таким тонким. Только весной, когда пруд растаял, выяснилось, что его подпитывает маленький ключ: «Там было очень маленькое течение. Именно поэтому трактор и провалился. Во всех остальных местах толщина льда была более чем достаточной». Кэмпбелл получил ответ на один свой вопрос, но их еще осталось много.

«Конечно, ты начинаешь на многое смотреть по-другому, начинаешь мыслить иначе», – рассуждает Колин. Даже спустя несколько лет после произошедшего, он не может проходить или даже смотреть на этот злосчастный пруд без дрожи. До этого он отказывался рассказывать о произошедшем и общаться на эту тему. «Я могу признаться, что первый год думал об этом практически каждый день, - продолжает Кэмпбелл. – Конечно, я никогда об этом не забуду, но с течением времени я стал успокаиваться. К счастью, мысли о возможной трагедии не поглотили меня. Но вся эта ситуация изменила меня».

Точнее, Кэмпбелла изменили две вещи. Происшествие с трактором и смерть близкого друга и коллеги И-Джей Макгуайера. Директор Центрального скаутского бюро скончался в 2011 году после продолжительного сражения с раком. Макгуайер был всего на год старше Кэмпбелла: «Эта трагедия стала потрясением для меня. Макгуайер ушел от нас так внезапно… Со мной могло произойти все еще быстрее. Но его смерть была несправедлива. Чем он заслужил эту страшную болезнь? В конце концов, если бы я погиб, то вина была бы на мне. Я сам подвел себя к краю.

Я понимаю, что никто не может сказать, сколько времени тебе отведено на земле. Я объясняю внукам, детям, что, если у них тяжелый период, то не стоит слишком переживать о вещах, которые не так важны и велики, как вы думаете. Мне самому забавно, что я говорю об этом, ведь, будучи тренером, я просто сходил с ума, когда у команды наступала серия поражений. Но это еще не конец света».

С тех пор Кэмпбелл стал часто задумываться о том, что ждет нас после смерти: «Кто знает, что означали те видения? Жизнь и смерть. Это судьба? Тебе просто повезло жить или не повезло умереть? Твое время вышло? Я не знаю ответов на эти вопросы.

Я стараюсь не говорить о тех видениях, так как многие смотрят на меня, как на сумасшедшего. Не могу сказать, что я видел Роджера Нильсона, отца, дедушку, стоящих у райских врат и зовущих меня.

Я не стал более религиозным, чем был ранее. Я всегда верил в Бога. И я не перестаю думать, было ли мое спасение просто везением или нечто большим? Никогда не забуду то мгновение, когда я подумал, что со мной покончено».

Сейчас Кэмпбелл твердо уверен в двух вещах.

Во-первых, побывав на волосок от смерти, он наслаждается жизнью. Он превозносит каждый новый день.

Во-вторых, он надеется, что пример его самонадеянности и легкомысленности послужит для других уроком: «Ноги моей больше не будет ни на одном пруду. Когда я был ребенком, то только и мечтал о том, чтобы погонять шайбу. Но сейчас я не могу и думать об этом. Те дни безвозвратно ушли».

P.S. Начиная новый цикл переводов хоккейной книги, хочу сразу предупредить, что в этот раз все будет выглядеть несколько иначе. Так как это не автобиография, а сборник различных историй о хоккеистах, людях хоккея и хоккее в жизни людей, то я решил, что буду переводить главы постепенно и не буду выкладывать их подряд. Наверное, в месяц будут появляться один-два перевода из книги. Все-таки главы объемные и основательные. Истории будут разные и, уверен, интересные. Но разве можно ожидать нечто иного от одного из самых уважаемых хоккейных экспертов, без всякой иронии в этом слове, в Северной Америке. Впрочем, со временем вы сами сможете решить это для себя. Приятного чтения и спасибо за внимание!

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Хоккейный уголок
+36
Популярные комментарии
julin_roma@mail.ru
+1
Иван давай продолжай! Это тоже прикольно,разные истории. Как можно побольше переведи и выложи!!!
пользователь заблокирован
+1
А Ковалёв с Кэмбеллом в рейнджерс не ладил.
Циклон
+1
Иван, благодарность!
Написать комментарий 6 комментариев

Новости

Реклама 18+