Реклама 18+

Автобиография Джереми Реника. Глава XVIII

Предыдущая часть

Со времен ухода Уэйна Гретцки «Лос-Анджелес» искал яркую личность, которая могла приносить пользу на площадке и вне ледовой арены. И они решили, что именно я подхожу на эту роль.

Не могу сказать, что хотел покидать «Филадельфию». Но «летчики» хотели подписать Петера Форсберга, который был свободным агентом, а для этого им нужно было расчистить место в зарплатной ведомости. Расстаться со мной было логичным выбором, так как я зарабатывал 4,94 миллиона. Проблема была в том, что у меня в контракте был пункт, запрещающий обмен без моего согласия.

Боб Кларк, тогдашний генеральный менеджер «Флайерс», позвонил мне и попросил убрать запрет на обмены. Я облегчил его задачу, сказав, что понимаю, почему «летчики» так хотят заполучить Форсберга, и одобряю это решение. Это был великолепный игрок, к тому же на три с половиной годы младше меня. Я же восстанавливался после сотрясения. Не видел смысла стоять на пути «Филадельфии» и Форсберга.

На протяжении всей карьеры, пусть я иногда и не соглашался с решениями менеджмента, но я уважал право руководства клуба вести бизнес так, как они считают нужным. Я только попросил Кларка постараться обменять меня в Западную конференцию. Он обещал выполнить мою просьбу.

Когда он позвонил и сообщил, что заключил сделку с «Лос-Анджелесом», я был в восторге. Об обмене было официально объявлено 4 августа. Я вместе со своими 4,94 миллионами в год отправился в «Лос-Анджелес». «Летчики» же заключили двухлетний контракт с Форсбергом на 11,5 миллионов долларов.

Я считал, что переезд в Лос-Анджелес – это идеальный исход для меня. У «королей» была перспективная команда. Отличный пакмувер на синей линии в лице Любомира Вишневски, жесткий опытный защитник Маттиас Норстрем, талантливые проспекты в нападении – Майкл Каммаллери и Дастин Браун. Команда также подписала отличного результативного форварда – Павола Демитру.

Мы с Демитрой жили в одном номере, я очень любил этого парня. Да вы и не сможете найти кого-то, кто плохо к нему относился. Он был полон жизни и бесконечно любил эту игру. Он всегда был готов прийти на помощь, подставить плечо. Когда Кит Ткачак играл вместе с Демитрой в «Сент-Луисе», то мне рассказывали, что они спорили, словно пожилая семейная пара. Ткачак считал Демитру близким другом и часто приглашал в гости к себе домой. Если Кит пускал кого-то в узкий круг своих друзей, то можно было с уверенностью сказать, что это достойный человек.

У каждого в жизни случаются моменты, которые оставляют незаживающие раны в их душе. Именно этим стала для меня трагедия, когда в 2011 году разбился самолет с игроками и тренерским штабом ярославского «Локомотива». На его борту находились двое бывших моих соседей по комнате - Павол Демитра и Брэд Макриммон.

С Макриммоном мы жили вместе, когда я выступал за «Финикс». У него были прозвища «Зверь» и «Сержант» за жесткий и несгибаемый характер. Он мечтал тренировать в НХЛ, и в России он был на пути к своей мечте. Он считал, что работа в Континентальной хоккейной лиге станет перевалочным пунктом к работе в НХЛ.

Когда я узнал о трагедии, то не мог сдержать эмоций. Я начал плакать, узнав, что Макриммон и Демитра оказались в числе погибших. До сих пор сложно смириться с тем фактом, что их больше нет.

Я считал, что переход в «Лос-Анджелес» может стать одним из пиков моей карьеры. На деле же вышло, что я оказался в низшей точке своего пути. Никогда не думал, что все так обернется.

Вне льда я сразу стал тем, кого хотели видеть «короли». Они хотели получить яркого шоумена, и я вышел на сцену.

24 сентября 2005 я взорвал интернет своим танцем на глазах 15-тысячной толпы во время выставочного матча против «Колорадо» в Лас-Вегасе. Когда сломался кусок заграждения из плексигласа, то ушла целая вечность, чтобы привести все в порядок. Болельщики и фанаты начали скучать, и, когда на арене заиграла песня Bee Gees «You should be dancing», я начал свое представление. Толпа поддержала меня, и это только разогрело мой энтузиазм. Я оказался в свете софитов, отплясывая в центре площадки.

Это был Лас-Вегас. Выставочный матч. Эта игра должна была продвигать хоккей. Так сошлись звезды. Мои партнеры покатывались со смеху, а центрфорвард «Колорадо» Джо Сакик сказал, что это был самый смешной момент, который он видел на ледовой арене за всю карьеру.

Если вы вспомните первые пять минут моей карьеры, которые я провел в форме «Кингс», то у вас может сложиться впечатление, что у меня все было хорошо, что меня ждал грандиозный успех. 6 октября я реализовал два своих первых броска по воротам соперника и наша команда вела в первом периоде матча против «Далласа» со счетом 4:0. Но это уже была «новая НХЛ»: без зацепов, без задержек. Команде сложно было играть в оборонительную модель. «Звезды» продолжили давить и, в итоге, побили нас – 4:5.

В этой игре я также получил клюшкой по лицу. Пришлось наложить несколько швов. Между голами и порезом мне казалось, что я играю в агрессивной манере, которая раньше и приносила мне успех. Нельзя получить рану, если ты не лезешь на пятак. После первого матча мне казалось, что я буду процветать Лос-Анджелесе. Как же я заблуждался.

К сожалению, я упустил некоторые вещи, которые и помешали моей удачной карьере в составе «Кингс». Когда сезон-2003/04 завершился, я боролся с последствиями сотрясения. Несмотря на то что мое здоровье пошло на поправку, я не демонстрировал должного усердия на тренировках. Честно говоря, я был взбешен локаутом, позицией некоторых игроков и фанатами, которые обвинили во всех бедах хоккеистов. Пока шел локаут, мне было плевать на хоккей.

Я был настолько разочарован, что даже вбил себе в голову, что мы можем потерять еще один сезон. Подтверждая эту теорию, сообщу вам, что запланировал поездку в Италию на конец августа – начало сентября 2005 года. Когда я должен был быть в тренировочном лагере и готовиться к сезону-2005/06, я наслаждался пастой и пил вино в одной из самых прекрасных стран мира. За 12 дней в Италии я набрал 7-8 фунтов. Чтобы привести себя в форму, мне нужно было скинуть 18 фунтов – это заняло у меня полтора месяца. Поездка в Италию была одним из самых безрассудных решений в моей жизни.

Свою роль сыграли и травмы. Во время предсезонки я получил свое 12 сотрясение, когда попал под силовой прием защитника «Финикса» Дениса Готье. Я был разъярен, так как считал, что в контрольных матчах не место сокрушительным силовым приемам. Это к разговору о взаимоуважении между игроками. Когда ты выходишь на лед в регулярке или матче плей-офф, то должен отдавать себе отчет в том, что соперник мечтает размазать тебя по борту. Но никто не ожидает подобного в контрольной встрече. Именно об этом я сказал Готье во время нашего разговора, пытаясь объяснить разницу между предсезонкой и регулярным чемпионатом. Он же ответил, что я должен принять во внимание тот факт, что ему нужно биться за место в основе и сохранить свою работу. Справедливо.

Травмы постоянно донимали меня в том сезоне. Перед Рождеством я сломал указательный палец, заблокировав один из бросков. Эту травму я получил в матче против «Ванкувера» (4:3 ОТ) и она вывела меня из строя до начала февраля. В этом матче я забил гол, отдал результативную передачу и помог команде переломить ход встречи. Тренер Энди Мюррей назвал этот матч лучшим для меня в сезоне. Я только начал набирать обороты. Более неудачное время для травмы сложно было выбрать.

Я рассказываю все эти историю, чтобы вы просто поняли, как странно для меня складывался тот сезон. Но одной из тренировок мы решили устроить шуточное состязание – буллиты на раздевание. Если ты не забивал, то должен был снять один элемент своей одежды. Я ни разу не смог поразить цель. Когда все закончилось, на мне из одежды остался только бандаж.

Странный сезон. Однажды, уже ближе к концу регулярки, когда мы боролись за место в плей-офф, то ли в матче с «Далласом», то ли с «Анахаймом» у меня случился нервный срыв из-за нашей плохой игры. Я ворвался в раздевалку, размахивая клюшкой и уничтожая все предметы на своем пути. Я был просто в ярости и орудовал клюшкой, словно топором. Крюк сломался, и мое орудие стало напоминать заостренное копье. В порыве гнева я бросил его в угол, но оно срикошетило и угодило в нашего голкипера, Мэтью Гарона. Прямо в голову.

А теперь вы должны представить, что Гарон был лучшим нашим игроком тем вечером. Только благодаря нему мы уступали 1:2 и еще как-то держались. А мой бросок стоил ему 15 швов на лбу. Страшно представить, что случилось бы, если бы моя клюшка угодила ему в глаз или в горло. Я совершенно вышел из под контроля.

Несмотря на все мои проблемы, я верил, что могу попасть в состав сборной США на Олимпиаду-2006. Я помог команде завоевать серебро в Солт-Лэйк-Сити. Я был одним из лучших бомбардиров в истории американского хоккея. В моем представлении, этого было достаточно, чтобы получить место в составе. Но я ошибался. Генеральный менеджер Дон Уоддел отверг мою кандидатуру, и я переживаю это до сих пор. Шейн Доун тоже выглядел неважно в том сезоне, но канадцы нашли для него место, в качестве уважения за прошлые заслуги. Мне подобной чести не оказали.

Неудачи преследовали меня на протяжении всего сезона. В конце марта я повредил лодыжку в матче с «Нэшвиллом». Когда сезон-2005/06 наконец-то подошел к концу, на моем счету было 9 голов и 13 передач в 58 играх. Фанаты «Лос-Анджелеса» так и не простили меня за тот сезон. Мои показатели были просто смешны, но никто не может обвинить меня в слабой самоотдаче и наплевательском отношении к команде. Как игрок, проведший 600 матчей в НХЛ, я мог просить об отдельно номере в отеле во время выездов, но я предпочитал делить комнату с молодым новичком Майком Каммаллери. Тогдашний новичок Джордж Паррос некоторое время жил в моих апартаментах на Манхэттен-Бич.

Пусть моя карьера в «Лос-Анджелесе» сложилась совсем не так, как я планировал, но у меня сохранилось много приятных воспоминаний о Южной Калифорнии.

Игра в одной команде с Люком Робитайллом – одно из лучших, что случалось со мной за всю карьеру. Возможно, это лучший левый нападающий за всю историю игры. Люк не выделялся скоростью или техникой, но он все равно находил путь к чужим воротам. Невероятно умный игрок и приятный человек. Улыбка не сходила с его лица. Всегда приятно находиться рядом с ним, ведь он такой оптимист.

У меня было много запоминающихся встреч вне арены: Дженнифер Лав Хьюитт, Куба Гудинг-младший, Джастин Тимберлейк, Кэмерон Диас… Тогда же я впервые встретился с актером Винсом Воном. Мне всегда нравился тот факт, что он упомянул меня в фильме Дуга Лимана 1996 года «Тусовщики». Именно эта картина сделал Вона популярным. В ней персонаж Вона, Трент, играл со своим приятелем в NHL '94 на «Сеге» и управлял виртуальной моделью Реника: «Я разобью голову Гретцки, я заставлю его истекать кровью», - сказал Трент. Даже люди, которые ничего не знают обо мне, знают фамилию Реник, благодаря упоминанию в фильме. Он сделал меня частью поп-культуры.

Годами мне рассказывали, что я был неудержим в NHLPA Hockey '93 и NHL '94. Я мог бросать из любых позиций, всегда сминал соперников и никто не мог отобрать у меня шайбу. Я встречался с парнями, которое рассказывали, что зарабатывали деньги в колледже, просто ставя в компьютерных играх на «Чикаго», потому что я был в ростере. Когда все разобрались, в чем дело, то банили любого, кто хотел выбрать «Чикаго», так я был хорош в игре. IGN Sports поставило версию меня из NHLPA Hockey '93 на четвертое место в рейтинге лучших виртуальных спортсменов всех времен.

Так что, когда я встретил Вона, то захотел лично его поблагодарить. К моему удивлению, Винс был рад знакомству не меньше моего: «Черт, Джей Ар, я многие годы наблюдал за тобой в составе «Чикаго». Ты настоящий мужик. И я упомянул тебя в том фильме из-за уважения. Ты лучший игрок, которого я видел». С тех пор мы стали близкими друзьями.

Мне нравилось отрываться с Шоном Эйври. Я проникся симпатией к этому парню. Мне нравился его буйный нрав, хотя иногда он мог действительно взбесить.

Эйври всегда был худшим врагом для самого себя. Он хотел быть в центре внимания, что вполне нормально для спортсмена, но он подогревал интерес к своей персоне через СМИ. И вскоре за всей этой погоней за славой все стали забывать, что это действительно талантливый игрок. Этот парень мог забить, отдать пас, сокрушить соперника. Но на пути талантливого игрока стоял сам Эйври. Он позиционировал себя, как плохого парня, так что должен был соответствовать этой роли.

Как-то он ввалился в раздевалку и прошел мимо нас, даже не удостоив кивка. «А где же хотя бы «привет»?» - поинтересовался Каммаллери. «Почему я должен здороваться с тобой? Ты мне даже не нравишься», - отреагировал Эйври. Это могло бы быть смешно, если бы не было правдой.

Я терпеть не могу игроков, которые нарушает атмосферу в раздевалке. Мы проводим больше времени друг с другом, чем со своими семьями. В моем представлении, просто стыдно не поздороваться с партнерами, когда ты входишь в раздевалку. Я всегда пытался научить молодых хоккеистов этому уважению. Многие игроки, завершившие карьеру, рассказывают, как им не хватает духа единства команды.

«Короли» уволили Энди Мюррея в марте, и я до сих пор чувствую в этом свою вину. Мне нравилось работать с ним. Мюррей мне нравился и как тренер, и как человек. Единственное, что меня раздражало, это его дурацкий запрет носить головные уборы в раздевалке.

Мюррей никогда не заставлял тебя додумывать за него, он всегда говорил все в лицо. Была ли это похвала или претензия. Он не скрывал своего отношения. Но как бы неудачно не складывался для меня сезон, тренер всегда меня поддерживал.

Мюррей отличался от большинства тренеров НХЛ. Он не был крикуном. Иногда он любил подсунуть тебе под дверь список со своими указаниями, а нас следующий день устроить тест. Но он никогда не орал, не ругался. Максимум, чего от него можно было добиться, так это: «Господи, парни, ну вас нафиг».

На момент увольнения Мюррей у нас было 79 очков после 70 матчей. Под руководством исполняющего обязанности главного тренера Джона Торчетти мы выиграли пять встреч из оставшихся 12. В итоге, для попадания в зону плей-офф нам не хватило 5 очков и мы заняли десятое место в Западной конференции. Не стоит сваливать всю вину на тренера. Игроки тоже должны разделить вину в этой неудаче. У нас были определенные проблемы: за регулярный чемпионат команда пропустила 270 голов.

После окончания сезона был уволен и генеральный менеджер Дэйв Тэйлор. Да, тот год выдался для меня неудачным, но я хотел остаться в «Лос-Анджелесе». Я не хотел, чтобы меня в Калифорнии запомнили по одному плохому сезону.

21 апреля 2006 года на пост генерального менеджера «королей» был назначен Дин Ломбарди. Я считал, что у меня будет шанс вернуться в команду. Но, когда мы встретились, то правда оказалась более жестокой. Ломбарди заявил, что ему всегда нравился мой стиль, поэтому он был «смущен» моей игрой в прошедшем сезоне.

Я проглотил это, так как хотел остаться в клубе. Не шел на конфликт. Я заявил Ломбарди, что, если он переподпишет меня, то получит того игрока, которого хотел видеть Тэйлор. Обычно я не сдаюсь без боя. Но в этот раз был немногословен, так как хотел продолжить карьеру в «ЛА». Хотел доказать, что еще могу играть. Хотел завоевать любовь местных болельщиков.

После переговоров с Дином у меня была назначена встреча с новым главным тренером команды – Марком Кроуфордом. Наша беседа прошла еще хуже, чем с Ломбарди. «Почему мы должны подписать тебя?» - «У меня был неудачный сезон. Но я хочу реабилитироваться. Приведу себя в идеальную форму». – «Что заставляет тебя думать, что ты на это способен?» - «Если я что-то твердо решил, то довожу дело до конца». – «Не думаю, что ты справишься».

В этот момент я ясно понял, как чувствовал себя Шонфельд, когда хотел побить меня. Я хотел перепрыгнуть через стол и вцепиться в Кроуфорда. До этого разговора думал, что у меня есть будущее в «Лос-Анджелесе». Но Кроуфорд четко дал понять, как ко мне относится новое руководство. Когда я закрыл за собой дверь, то твердо решил предстоящим летом привести себя в лучшую форму за всю карьеру.

Продолжение следует...

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Хоккейный уголок
+25
Популярные комментарии
Spacey7
+2
Ответ на комментарий DobEmpty
Даже Торчетти мимо пробегал )

За НХЛ94 - отдельный респект, хотя, по-моему он преувеличивает свою "виртуальную" силу ) По крайней мере, Лемье, Линдрос, Сакик были не хуже. Вообще, "Чикага" у нас не считалась непобедимой командой, хотя, конечно, была одной из весьма неплохих. А вот Гретцки, кстати, как раз был не очень там...
Правда, мы на компе играли, а не на Сегах - может в этом дело...
Кстати, было бы интересно посмотреть весь рейтинг IGN Sports. Был ли он лучшим из виртуальных хоккеистов?
DobEmpty
+2
Даже Торчетти мимо пробегал )

За НХЛ94 - отдельный респект, хотя, по-моему он преувеличивает свою "виртуальную" силу ) По крайней мере, Лемье, Линдрос, Сакик были не хуже. Вообще, "Чикага" у нас не считалась непобедимой командой, хотя, конечно, была одной из весьма неплохих. А вот Гретцки, кстати, как раз был не очень там...
Правда, мы на компе играли, а не на Сегах - может в этом дело...
Кстати, было бы интересно посмотреть весь рейтинг IGN Sports. Был ли он лучшим из виртуальных хоккеистов?
DobEmpty
+1
спасибо ))) а то подумал, совсем плохой стал ))
Ответ на комментарий Иван Шитик
Конечно, не было. Я хитренько успел ее добавить, как увидел в комментариях)
Написать комментарий 8 комментариев

Новости

Реклама 18+