Реклама 18+

Когда жизнь ничему не учит

Несколько игроков НХЛ так же известны и приветливы, как Кевин Стивенс, но он просто рад, что выжил после ужасной ночи, проведенной с проституткой и кокаином.

Резкий стук в дверь и крик «Полиция Коллинсвилля!» бесцеремонно разрушают предрассветную тишину, становясь зловещим саундтреком к падающей с обрыва жизни. Никто не знает, где о дно глухо стукнется человеческое тело, особенно такого талантливого, общительного и любимого всеми Кевина Стивенса – парня без врагов. Если не считать наркоманию. 239 номер на двоих в мотеле «Травелодж», 47.68 долларов за ночь, дым в спальном районе Сент-Луиса, Коллинсвилле – все так же хорошо или, может быть, плохо, как и в любом другом месте.

«Кто это?»

Снова послышалось: «Полиция Коллинсвилля!», но на этот раз ответа из номера не последовало. 34-летний Кевин Стивенс, левый нападающий «Рейнджерс», участник трех Матчей всех звезд, тогда без определенного хоккейного будущего, был внутри. Он остолбенел от кое-чего, что даже более могущественно, чем закон. Крэк-кокаин. Стивенс – хороший друг Уэйна Гретцки, играл с ним вместе в «Лос-Анджелесе» и «Нью-Йорке». Он близок с Марио Лемье, который был его напарником по звену в «Питтсбурге».

alt

Больше десятилетия Кевин был рядом с хоккейными королями. Но ранним утром 23 января 1999 года вместе с ним в известном мотеле восточного берега Миссисипи были Памела Велья и Дэррил Кроуфорд, записанные в полицейском отчете, как проститутка и сутенер. Кроуфорд был членом старейшей уличной преступной группировки Иллинойса «the Vice Lords», чей знак был вытатуирован на его правом предплечье.

Полицейские постучали третий раз, было где-то 7 утра:

«Наконец он открыл дверь, у него был взгляд загнанного в угол человека: “Боже, это действительно полиция”» – вспоминает Эрик Забер, арестовавший их. – «Он не мог долго сидеть или стоять на одном месте, бормотал снова и снова: “Я потеряю работу. Я потеряю своих детей. Придется развестись. Моя жизнь закончена”. Он был очень напряжен».

Полиция проследила трагичный путь падения звезды: от ночного клуба на машине до алкомаркета, где они купили стеклянную трубку и Brillo pad (моющее средство кастрюлей), необходимые для изготовления трубки для кокса, затем покупка наркотиков на улице и вечеринка в мотеле, после которой Велья сказала офицерам, что Стивенс употреблял «как монстр». Это могло быть личным концом света для Стивенса и ошеломляющей новостью для лиги, но для полиции Коллинсвилля это был очередной арест «торчков», которых за год у них итак было много.

«Единственное, что выделяло этот случай», - сказал майор Эд Делмор. – «Это Кевин Стивенс».

В некотором смысле, то задержание было лучшим, что могло произойти с ним в ту ночь. Выйдя из тюрьмы, после нескольких дней в реабилитационном центре Лос-Анджелеса он переехал в реабилитационный центр штата Коннектикут, где провел еще несколько недель, начиная свой путь к трезвости. По словам Тома Рейха, одного из агентов нападающего, жена Кевина, Сюзанна, даже будучи на последнем месяце тяжелой беременности, продолжала поддерживать мужа. Друзья Стивенса, множество людей хоккейного мира, сплотились вокруг него, начиная с Лемье, который говорил с ним в тюрьме в ночь ареста. Как и Кроуфорд, Велья и Альфред Триплетт (таксист, который также был задержан), Стивенс был обвинен в незаконном хранении запрещенных веществ. Триплетт и Стивенс, в отличие от Кроуфорда и Вельи, не признали себя виновными. Прокурор округа Мэдисон, Уильям Хейн, постановил, что Стивенс, как впервые обвиненное лицо, может избежать судимости при условии, что пройдет реабилитационный курс, заплатит штраф (примерно 3000$) и будет оставаться «чистым» на время испытательного срока.

Нет, жизнь Стивенса не закончилась, хотя легко могла бы. Велья рассказала полиции, что когда Кевин достал 500$ из кошелька, чтобы заплатить торговцу в Ист-Сент-Луисе, она было уверена, что их убьют. Покупку наркотиков не сравнить с наполнением газового баллона или покупкой 1000 акций Microsoft. Нет.

«Первое, что я спрошу, будет “Какое огнестрельное оружие у тебя есть?”», - ответил Хейн, когда его спросили, какой совет он дал бы человеку, засветившему большую пачку денег в Ист-Сент-Луисе, который печально известен своим высоким уровнем убийств. – «Второе будет: “Сколько у тебя пуль?”»

Новость об аресте Стивенса была ударом под дых для хоккейного мира. Когда один из тренеров «Пингвинз», Джон Уэлдай, услышал о воскресном происшествии из пресс ложи, он поспешил к сервисмену Стиву Латину, попросив того следить за новостями.

«Только не он», - простонал Латин. – «Не он».

Когда Джим МакМорроу, тренировавший Кевина в старшей школе Кингстона, Массачусетс, услышал об аресте по радио, он был уверен, что диктор просто ошибся. Когда Тим Кегларски, ассистент тренера в колледже Эльмиры и сосед Стивенса в колледже Бостона, узнал об этом, то положил свою голову на руки и заплакал. Наркотики, проститутка, тюрьма… бессмыслица. Кто этот человек? Наверняка, другой Кевин Стивенс?

Латин знал Кевина Стивенса, который излучал вокруг себя свет, никогда не гнался за успехом, смеялся в раздевалке громче и дольше всех. МакМарроу знал Кевина Стивенса, который был воспитан в семье со стабильным доходом и мог отличать правду ото лжи, который однажды позволил себе сматериться, добираясь до матча всех звезд старшей школы в Бостоне, за что немедленно получил пощёчину от матери, Пэт, которая сидела на переднем сидении. Келгарски знал Кевина Стивенса, который три года назад дал ему взаймы 10 000$ для удержания любительской хоккейной команды на плаву. Келгарски не вернул долг полностью, но Стивенс никогда не придавал значения деньгам. Стивенс, как и любой ученик колледжа, любил иногда выпить пива и поесть шоколадное печенье, которое готовила мать Тима, Урсула.

«Умный малый. Всегда вежливый, скромный, заботливый», - сказал отец Тима Келгарски, Лен, который тренировал Стивенса в колледже Бостона с 1983 по 1987. – «Моя жена называла его “мой Кевин”».

«Думаю, люди так относились к Кевину, потому что он отдал бы последнюю рубашку, если бы кто-то нуждался в ней», - сказал Гретцки. – «Поездка. Кто-то говорит. Кевин всегда там. Он всегда был рядом с капитаном или кем-то из молодых ребят. Он был тем парнем, которого невозможно было не любить». 

alt

Это описание Стивенса рушится одним щелчком Полароида в полицейском участке. Он выглядит, как испуганный жулик. На пути к наркоманскому миру не было передышек, ни одной пологой дорожки похожей на те, что пережила карьера Стивенса за последние годы. Один из лучших силовых форвардов НХЛ в начале 90-ых. 192-сантиметровый, 105-килограммовый гигант, уничтожающий соперника у бортов, от которого бесполезно пытаться избавиться на пятачке. У него было 54 гола, 69 передач и жесткость, оценимая в 254 штрафных минуты за победный для «Питтсбурга» сезон 1991-92. В следующем сезоне он забил 55 шайб в 72 играх за «Пингвинз», которые успешно оставили Кубок в своем городе. Команда из Питтсбурга выглядела неостановимой, они были на пути к следующему Кубку до 14 мая 1993 года, когда их мир и их звездный левый нападающий рухнули на лед.

В первом периоде 7 матча против «Айлендерс» во втором раунде плей-офф Стивенс попал под силовой от защитника Ричарда Пилона. Лоб Кевина столкнулся с визором Пилона, и он упал на лед. Положите на стол чипсину и раздробите ее кулаком. Получится что-то похожее на кости лица Стивенса после этого столкновения. На следующий день в 4-часовой операции хирурги собрали его лицо заново. Они разрезали лицо от уха до уха и сняли кожу, чтобы вытащить переломанные кости и заменить их металлическими пластинами. Нос полностью заменили, затем кожу вернули и наложили более 100 швов.

«Как-то он сказал мне, что это его вина», - вспомнил Пилон, ставший одноклубником Стивенса в «Рейнджерс».

Как и многие другие, Пилон, раньше являясь заклятым врагом, быстро стал одним из друзей Стивенса.

«Он такой парень», - сказал Пилон. – «Мы всегда друг друга ненавидели. Всегда шли друг на друга. Но люди, которые знали нас обоих, говорили, что будь мы в одной команде, то понравились бы друг другу. Оказалось, правда. Я общался с ним больше, чем с кем-либо».

Началом упадка карьеры Стивенса можно считать пережитую им ужасную травму. Но он продолжал быть игроком, набирающем в среднем очко за игру, после того, как родной «Бостон» взял его на рынке свободных агентов в 1995-96. Однако затем он провел мало результативные полгода и был обменян в «Лос-Анджелес», а потом в «Нью-Йорк» в сезоне 1997-98. И тогда он окончательно превратился из звезды в обычного игрока.

Почему? Возможно, Стивенс дал ответ, когда его задержали. Он сказал офицеру, что употребляет кокаин уже на протяжении 8 лет, но последние 18 месяцев был чист. До последней попойки.

Рейх, агент, настаивал на том, что не знал о наличии наркотической зависимости у своего клиента.

«Я не верю в это», - сказал он. – «Кевин не наркоман. Он пьет, да. Обычный все время пьянствующий парень. Он был пойман на злоупотреблении алкоголем».

Рейх не мог точно определить, когда начались проблемы с выпивкой, но был уверен, что «довольно давно». Согласно двум источникам НХЛ, «Рейнджерс» знали о проблемах Стивенса еще до приобретения его у «Кингз» в Августе 1997. А источник из «Лос-Анджелеса» утверждает, что Стивенс был включен в программу Наркологического и Психологического здоровья под управлением НХЛ и Ассоциации Игроков НХЛ еще до попадания в «Нью-Йорк» (Сославшись на конфиденциальность, НХЛ и Ассоциация Игроков отказались комментировать данное заявление, сказав только, что он был в этой программе). Стивенс провел часть лета 1998 года в реабилитационном центре Лос-Анджелеса. Во время лечения он и его доктор неоднократно посещали дом Уэйна и Джанет Гретцки.  

Даже если Стивенс был чист, когда сезон начался («Я никогда не видел, что бы он пил что-то кроме диетической Колы», - сказал Пилон), его карьера была в дерьме. Он стал слишком дорогим тугодумом для команды, перестраивающейся на скоростную игру. Зарабатывая 3,2 миллиона долларов в последний год своего контракта, он едва ли стоил этих денег. Первый признак беды произошел 7 ноября в Чикаго, когда, как сообщает источник, он приехал на утреннюю раскатку с похмельем и был отправлен обратно в отель. «Рейнджерс» объяснили это тем, что у него грипп. Еще несколько источников лиги подтверждают версию Рейха с алкоголизмом, после того случая в Чикаго проверки на наркотики от НХЛ и Ассоциации Игроков возросли вместе с контролем над ним. Полиция заявила, что 22 января перед игрой с «Сент-Луисом» Стивенса, в которой он сыграл только из-за того, что Адаму Грейвзу пришлось вернуться в Нью-Йорк (Его жена преждевременно родила близнецов). У Стивенса получился спокойный матч, он пробыл на льду 9:38, не отметившись результативными действиями, впрочем, как и удалениями. Он знал, что его дни в «Нью-Йорке» подходили к концу, и генеральный менеджер, Нил Смит, пытался отправить его обратно в «Питтсбург».

 «Без вопросов он был в депрессии из-за того, что не играл», - сказал Рейх.

 По словам Пилона, Стивенс вместе с несколькими парнями из команды пошел в бар отеля в Сент-Луисе после игры, а затем ушел. В какой-то момент он очутился в «Озе», клубе в Саугете, районе, который славится своей ночной жизнью. Отсюда полиция Коллинсвилля начала свой ужасный рассказ. Оттуда Стивенс вызвал такси, которое отвезло его в Ист-Сент-Луис. Велья, сообщила полиции, что работает проституткой на протяжении 6 месяцев. Она сказала, что просто стояла на парковке недалеко от алкомаркета, когда таксист, Триплетт, подъехал и сказал, что его друг на заднем сидении хотел бы поболтать с ней. Велья также сообщила полиции, что Стивенс уже курил крэк из стеклянной трубки и предложил ей 500$, если она «поболтает и повеселится с ним». Она села в машину. Они взяли немного «Pepsi», бутылку  виски для Триплетта, Brillo pad и стеклянную трубку, в которой была одна роза, а потом уехали.

 «Там продают розы в шестидюймовых стеклянных трубках, просто вставляют пробку с одного края», - сказал офицер Забер. – «Мы все знаем, для чего они используются – наркота, но легально продается, как розы. Достаешь розу и получаешь настоящую трубку для крэка. Покупаешь Brillo pad для того, чтобы крэк пропускался через него по чуть-чуть. Они сказала, что они купили еще одну, потому что Стивенс не хотел делиться своей: “Я употребляю, а он просто зависим. Пока я делала одну затяжку, он успевал сделать уже 7-8. Я из себя выходила, потому что не могла накуриться, я так много раз пыталась закурить его трубку”».

 По данным полиции после того, как они купили 0,8 грамма крэка в Ист-Сент-Луисе, и Триплетт, который брал 100 долларов в час, отвез их в Коллинсвилль, где Стивенс и Велья могли бы покурить. Хотя Велия и хотела поехать в другой мотель, Триплетт отвез их в «Травелодж». Стивенс заплатил за комнату. Когда они пришли в номер, Велья попросила дать Триплетту 40$ и отправить его в другой местный мотель, чтобы он сказал ее другу, что она в порядке. Велья рассказала полиции, что Триплетт возвращался 6 раз, стуча в дверь. Она думала, что он хочет больше денег. Смотря через дверной глазок, Велья увидела у таксиста пистолет (полиция ничего не обнаружила) и позвонила на регистрационную стойку с просьбой о помощи, те вызвали полицию, которая прибыла в 6:50 утра. Перед этим, несмотря на то, что Триплетт ушел, переживавшая проститутка позвонила своему сутенеру Кроуфорду и попросила его приехать.

 Когда с регистрации позвонили, сказав, что полиция уже прибыла, Велья спустилась вниз и попыталась убедить трех офицеров уйти.

«Она сказала, что с ней хоккеист «Рейнджерс», который не хотел бы, чтобы его беспокоили», - сказал Забер. – «Когда я спросил, как она с ним познакомилась, ее история выглядела очень фальшиво».

Полицейские прошли на второй этаж, где задержали Кроуфорда, который бросился бежать, увидев их. После поимки Кроуфорда они пошли к номеру Стивенса и постучали в дверь. Когда он, наконец, открыл, Стивенс «опустил голову и плечи, был в отчаянии». Окна и шторы были закрыты.

«Мы спросили его, есть ли что-то в комнате, он молчал», - сказал Забер. – «Тогда мы спросили разрешения обыскать номер».

Когда полицейские откинули подушки, крэк выпал.

Жизнь разбита, не стекло.

«Он продолжал что-то бормотать», - вспоминает Забер о Стивенсе во время задержания. – «Он был очень сильным. Нас было трое, но мы все равно были очень рады, что Стивенс не сопротивлялся, потому что он просто огромный. Мы одели на него наручники. Я попросил его сесть, чтобы он не навредил нам, но он сказал: “Я бы никогда-никогда не навредил вам. Я не такой”.

P.s. текст 2000 года

Оригинальный текст

Перевод: Дарья Этингер

Но жизнь ничему его не научила.

Бывший нападающий, двукратный обладатель Кубка Стэнли в составе «Питтсбурга» Кевин Стивенс задержан по подозрению в распространении наркотиков.

Сообщается, что 51-летнему Стивенсу и его подельнику были предъявлены обвинения в хранении и распространении оксикодона, являющегося наркотическим веществом.

alt

Стивенс провел 15 сезонов в НХЛ и становился обладателем Кубка Стэнли два сезона подряд (1990/91, 1991/92). Слушание по делу пройдет во вторник, на следующей неделе.

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Зарубежные хоккейные статьи
+33
Популярные комментарии
Клоун из Москвы
+2
Прочел первую фразу. Пожалуйста, переведите ее на русский заново, пока я читаю дальше :) "Несколько игроков НХЛ так же любимы, как Кевин Стивенс", бррр
Vartan Agayanz
0
Грустно. Арти был одним из любимейших моих игроков, и так низко пал.
Kazhdan-Lusztig
0
наверное, имеется в виду "few NHL players are loved as nuch as Kevin Stevens" - немногие игроки НХЛ любимы, как Кевин Стивенс
Ответ на комментарий Клоун из Москвы
Прочел первую фразу. Пожалуйста, переведите ее на русский заново, пока я читаю дальше :) "Несколько игроков НХЛ так же любимы, как Кевин Стивенс", бррр
Написать комментарий 4 комментария

Новости

Реклама 18+