Реклама 18+

Поговорили с нетипичным футболистом: знает 7 языков, критикует русских игроков за раздутое эго, ненавидит политиков, ел стрекозу

Недавно играл в Саудовской Аравии.

Даже если вы внимательно следите за РПЛ, то вряд ли помните Зураба Цискаридзе – грузинский защитник мелькнул в трех матчах «Амкара» в 2011-м. Еще тогда я удивился географии стран, где играл Зураб – Бразилия, США, Франция, Канада – и начал за ним следить.

После разрыва защитника с Пермью ради интереса я раз в год открывал его профайл в википедии и поражался еще сильнее: добавились Швеция, Таиланд, еще одна Америка, Чехия, снова Швеция и Саудовская Аравия.

На Ближнем Востоке я и рассчитывал застать Цискаридзе, но оказалось, что он снова переехал.

– С марта нахожусь в Финляндии, подписал контракт с «Рованиеми». Из-за вируса старт чемпионата отложили с апреля на июль, поэтому первый официальный матч сыграл недавно. 

– А почему уехал из Аравии?

– Приехали маленький сын с fiancée (Зураб редко говорит по-русски, плюс это не родной для него язык, поэтому невесту из Швеции он называл именно так или забавным образом «моя» – Sports.ru), начались хлопоты. Долгая история, могу рассказать.

В итоге с Зурабом мы созванивались трижды. В сумме – на пять часов. Он в деталях рассказал про каждую страну, но больше всего меня впечатлили:

– стадион в Махачкале, на котором играл Это’О и где в этот же момент вместо туалета была дырка в полу;

– тренер в Казахстане, который просил откат в 50 000 долларов с каждого нового футболиста;

– бывший агент Андрея Аршавина – выяснилось, что он обманул не только Генича;

– Швеция, которая уже не та, потому что приехали тысячи мигрантов;

– потрясающий Ванкувер – после слов Цискаридзе вы тоже захотите в этот город;

– мотивация Зураба: он счастлив быть футболистом и не понимает русских игроков, которые жалуются на жизнь.

В Саудовской Аравии Зураб кайфовал, особенно – от зарплаты. За победу давали по 25 000 долларов, однажды президент заплатил даже за поражение 

– Давай с начала. Как ты оказался в Саудовской Аравии?

– Долгое время хотел оказаться в этих краях, чтобы заработать напоследок. Но получилось только недавно. История такая: за сборную Грузии я провел всего два матча, один из них – против Румынии, отдал тогда голевую передачу. После той игры познакомился с парнем из румынской федерации, стали дружить.

Как-то он сказал: «Мой друг, тренер Даниэл Исэйла, принимает клуб в Саудовской Аравии. Ему нужен хороший левый защитник. Он запомнил тебя, потому что был ассистентом главного, когда ты выходил против Румынии». Так он связал меня с Исэйлой, но перейти сразу за ним не получилось. Только через полгода – когда у меня закончился сезон в Швеции, а у него появились хорошие результаты и авторитет перед президентом.

Он мне сразу позвонил: «У меня есть карт-бланш, могу подписывать кого угодно. Хочу пригласить тебя». Я согласился, без всякого агента провел переговоры и подписал контракт командой «Хазем». Она только вышла в Премьер-лигу спустя восемь лет, задача стояла – не вылететь. Я приехал под второй круг – мы выполнили задачу.

– Первые впечатления от страны?

– Вообще другой мир. Нужно иметь вагон терпения, потому что многие вещи проходят медленно. Местные постоянно говорят: «Завтра, завтра». Сказывается, что молятся пять раз в день – в эти моменты все закрывается. Если ты находишься в магазине, то не сможешь из него выйти. Если перед магазином, то должен ждать.

Одно время по улицам ходила религиозная полиция. Если мужчина начинал разговаривать с женщиной, которая не его жена, то подходила эта полиция. Наказывали вплоть до тюрьмы.

Понятно, что жара. Во втором городе было еще не так плохо: плюс 38-40, в других городах – плюс 45-50. Из-за этого игры проводят даже в 10 вечера, когда температура опускается до 30-35. Это считается отличными условиями. Но все равно случаются медленные матчи. При этом помогают иностранцы. Сейчас лимит ужесточили на три позиции, но в прошлом сезоне можно было выпускать семь иностранцев, еще одного держать на замене. Легионеры помогли лиге вырасти, она считается лучшей среди ОАЭ, Катара и Кувейта.

Нет алкоголя, правда, из Даммама можно проехать по мосту в Бахрейн – и там уже свободная страна. Только в прошлом году стали строить первый кинотеатр. До этого не было никакого кино. Сейчас идут изменения, потому что молодой принц понял, что надо развивать страну и туризм. Нефть-то постепенно заканчивается.

Случилась революция: отменили религиозную полицию, женщинам разрешили водить машину и после 21 года самим путешествовать по миру. До этого разрешалось только с сопровождающим – мужем или родителями. В больших городах вроде Джидды, Эр-Рияда, Эд-Даммама они открывают волосы и лицо. Женщинам из других стран это вообще необязательно: им нужно носить только абайю – это как черный халат. Голову можно не прикрывать.

Правда, в ресторанах до сих пор остались зоны: одни – только для мужчин, другие – для мужчин с семьями. Отдельно для женщин нет, они могут обедать только в семейных зонах. Но бывают рестораны с кабинками: женщина заходит в абайе, снимает ее и ест в нормальной одежде. Официант перед входом должен постучаться. Стучится – женщина надевает абайю обратно. Когда уходит – снова снимает.

По поводу туризма – они с нуля строят какой-то супергород, который откроют в 2025 году. Он близко к Красному морю, говорят, будет что-то мега.

– Ты сказал, что поехал в Аравию, чтобы заработать в конце карьеры. То есть твоя зарплата там была выше, чем в других клубах?

– Абсолютно. После года там я мог бы закончить карьеру и спокойно жить. Но стало бы скучно. Плюс я хочу, чтобы мой мальчик увидел меня играющим, осознал, что его папа – футболист. Чтобы у него отложилось это в памяти.

– Если говорить в цифрах, то в год выходило больше миллиона долларов?

– Нет, но игроки моего уровня получают там больше, чем во многих странах. Здесь и бонусы сумасшедшие, и зарплаты. Если попасть в хорошее место, можно заработать очень много. Особенно это касается нападающих. Слышал про серба Прийовича? У ПАОКа его купил «Итихад» из Джедды и дал зарплату в 10 млн долларов. Причем «Итихад» на тот момент находился в таблице ниже нас, мог вылететь из лиги.

Потом они устроили массовую закупку, поднялись наверх. Оказалось, их президент пообещал за каждую победу по 15 000 долларов, а Прийовичу – дополнительно по 15 000 за гол. То есть забиваешь два гола и побеждаешь – это сразу 45 000.

В обоих моих клубах премиальные тоже были отличными: и по 5 000, и по 7 000, и по 10 000, и даже по 25 000 долларов. Владельцы могли пообещать одну сумму, но кровь горячая, после победы заходили и давали еще больше. Мне это нравилось: если выкладываешься на 100%, это оценят. Местные хотят тратить деньги и ждут, что ты сыграешь хорошо.

Например, как-то мы играли против лучшей команды лиги «Хиляль» с Джовинко, Гомесом и другими серьезными ребятами. Перед матчем обещали по 10 000 долларов. Выигрывали 2:0, я тоже забил, но соперник развернул игру и на 93-й минуте сделал 3:2. Президент остался доволен и дал нам 20-25% из первоначальной суммы. Первый раз в карьере получил премиальные за проигрыш.

– Президент – нефтяник?

– Нет, у него своя мебельная фирма. Продукцию продают на всем Ближнем Востоке. Но здесь как: есть президент при клубе, а есть главный президент. Главные часто живут в другом городе, но вкладывают деньги. Обычно это принцы – в стране их миллиард.

Что еще нравится – они не смотрят на возраст, как в Европе. Для них важно, как ты играешь. В 33 у меня есть и скорость, и опыт. Поэтому они ценили меня, платили хорошие деньги. После Аравии я спокойно мог найти команду в Эмиратах или Кувейте, потому что местный чемпионат – знак качества.

В Саудовской Аравии тоже воруют – не помогает даже отрубание руки. По пятницам преступникам все еще рубят головы, но открываются Zara и Gucci

– После полугода в «Хаземе» ты сменил команду и оказался в первом дивизионе. Что случилось?

– В контракте была опция, что могу продлить еще на год. Они хотели этого, я – тоже, но в конце сезона родился наш мальчик Габриэль, и я спешил к семье, чтобы больше времени провести с ней. Поэтому не подписал сразу. Понимал, что еще успею – меня любили тренер, президент и фанаты. В клубе сказали, что все детали можем уладить по вотсапу. Но я зачем-то послушал агента, которого посоветовали бразильцы – сказали, что он классный и хочет со мной работать. Он объяснил, что есть смысл продлиться сразу на два года и попросить повышение зарплаты. В итоге общался с клубом через него.

В отпуске была какая-то непонятная тишина. Я постоянно звонил агенту, он тянул резину. Дошло до того, что лига ужесточила лимит на легионеров – я остался без контракта и стал уже как бы лишним. Все команды оказались укомплектованы. А потом я узнал, что чем больше иностранцев они меняют, тем больше зарабатывают. Оставался только вариант с первым дивизионом. Не хотел в нем играть, но выбора не оставалось.

– Зарабатывают на игроках – ты имел в виду откаты?

– Да, это происходит даже там. Аравия – религиозная страна: если крадешь что-то два раза, то на третий отрубают руку. Это многому учит, но коррупция все равно есть. Здесь все любят деньги, поэтому находятся и способы откатов.

При этом существуют и свои плюсы сурового наказания – безопасность. Ты можешь не закрывать машину. Бисмарк (речь про бразильского футболиста «Аль-Кадисии» – Sports.ru), которого отдали в аренду в Эмираты, недавно оставил там в такси рюкзак полный кэша. Окэшился то ли на 50 000, то ли на 100 000 долларов – и забыл все деньги. Таксист отнес все до доллара в полицию. Это ОАЭ, не Аравия, но такая история спокойно могла произойти и там.

Нравилась семейная обстановка в команде. Например, президент вывозил всех игроков вместе с женами на шашлыки. В 10 минутах от города находилось специально огороженное место посреди пустыни. Вроде дачи, но не дача в нашем понимании, а шатры, диваны. Официанты готовили мясо и рис. Причем по необычной технологии: отрывали яму, где стоял мангал, кидали все внутрь, сверху закрывали целлофаном, закапывали. Через час-два было готово.

Моя Софи сначала была против поездки из-за жары, которая не очень комфортна для нашего ребенка, но дул ветерок – в итоге осталась очень довольна. Даже попробовала есть руками. Удивительно, но в стране все так делают. Например, в день перед выездным матчем мы обедали все вместе на базе. На большом блюде приносили рис, посередине – мясо. И ни ложек, ни вилок, ни тарелок. Каждый просто брал рис в руку, лепил из него комочек и клал в рот. У них это так отработано, что ни одна рисинка не падала. И все это, сидя на полу. На специальных ковриках. Им удобно, они так сидели часами. А у меня уже через пять минут все болело, нужен был стул.

– Три года назад бразилец из мини-футбола рассказывал, как видел в Саудовской Аравии виселицы.

– Такое еще происходит, есть места для публичных казней. База, где каждую пятницу отрубали головы преступникам. Но все это уходит, религиозная полиция «мутава» уже не имеет прежней силы. Страна становится более цивилизованной. Выбор магазинов, как в Европе: Zara, Bershka, H&M, Gucci – все что угодно. То же самое с продуктами. При этом местные продают только сим-карты, в остальных магазинах работают люди из Бангладеш, Индии и Пакистана. 90% рабочего народа в стране – приезжие.

Пока это, конечно, не Дубай. Нет высоченных и шикарных зданий, много пустыни. Но если говорим про стадионы, гостиницы и шопинг, то все модерново.

– Почему ты уехал из страны?

– Одному там отлично, никаких проблем. С семьей все-таки тяжело. Мы поселились в доме на природе, чтобы в любой момент жена могла гулять с малышом. И как-то соседи обнаружили у себя скорпиона. Хорошо, что сразу сказали мне, а мои в тот момент были в Дубае. Потому что через пару дней я нашел скорпиона уже у себя – на полу рядом с кроватью. А скорпионы очень ядовитые.

До возвращения семьи я пересмотрел каждую вещь, засунул все в чемоданы, их – в машину и перевез в гостиницу. Но когда жена с сыном вернулись, проблемы продолжились. Я уже говорил, что в Аравии молятся пять раз в день. При этом ребенок спал трижды в день, а еще у меня тренировка. Чтобы выйти за продуктами или куда-то еще, приходилось специально высчитывать время, постоянно спешить.

В городе гулять с ребенком одна жена уже не могла. Она надевала длинную одежду, не носила ничего откровенного, но когда люди видели женщину-блонд, они что-то кричали, машины останавливалась и сигналили. В больших городах с этим легче, но до провинции еще не дошло. Пока там даже мужчинам запрещают заходить в молл в шортах.

Получается, ребенок оставался изолированным, не видел других детей. Когда я уезжал на выезд, случалась катастрофа – семья оставалась запертой в гостинице на два-три дня, потому что мы собирались на базе с утра, тренировались, потом ехали в аэропорт, летели с пересадкой через Рияд, проводили ночь в отеле, играли и в ночь возвращались обратно. Под утро я был дома, хотел спать, но просыпался сын – и нам нужно было идти гулять или в магазин. Мы находились на пределе сил.

Кстати, еще я очень боялся с семьей на дорогах. Полотно хорошее, но все дико гоняют, перед тобой могут неожиданно совершить маневр. Особенно – молодежь, который вообще пофигу на все. У молодых нет ни одной непобитой машины, на каждой – царапины и повреждения. Я старался делать для комфортно и безопасности родных максимум, поэтому купил Chevrolet Suburban – он как танк. И был спокоен за здоровье.

– Сколько стоил полный бак?

– Всего 50 долларов за 200 литров. В клубном Ford Focus заливал 60 литров за 15 долларов. Бензин невероятно дешевый. Да и в магазинах цены низкие, но не настолько. Сейчас экономика меняется, все вокруг подорожало. Плюс раньше у них вообще отсутствовали налоги, все платили в нетто. Сейчас удерживают 5%.

По многим опциям жизнь в Саудовской Аравии – класс. Но есть вещи, из-за которых сложно. Обычно мы о них не задумываемся, не понимаем, насколько они важны. Например, только вернувшись оттуда мы поняли, насколько ценна возможность спокойно выйти на улицу и погулять с ребенком, просто увидеть деревья и траву.

Зураб знает о медицине лучше врачей, потому что хочет играть до 40 лет. Еще из необычного: он сын оперного певца, юность провел в Бразилии и говорит на семи языках

– Самый необычный футболист, которого ты встречал за карьеру?

– Я сам, если честно.

Смотри, я знаю семь языков, я много где был, у меня большой опыт. Сами ребята говорят мне, что для них я как инопланетянин. На заезды перед матчами я всегда беру какие-то препараты, электронику. Они думаю, что я космонавт, потому что никогда не видели такие вещи. А я знаю, что это нужно, для чего это нужно. Я могу спокойно работать терапевтом или массажистом. Но в будущем не хочу идти в этом направлении, хочу стать тренером.

– Расскажи про электронные штуки.

– Например, NormaTec. Это компрессионный комбинезон, который надеваешь на ноги. Он качает кровь, действует как массаж. Я купил его еще в 2015 году. Недавно приобрел массажер Theragun, он помогает при боли в мышцах и суставах.

Пью разные витамины: B12, витамин C, травы, чтобы не болеть. На ночь – магнезиум, чтобы тело хорошо восстанавливалось, плюс глюкомин или глюкозамин для суставов. Перед матчами – таблетки для расслабления, чтобы поспать хорошо. Часто это не полезно, но иногда можно.

На матчах иногда принимаю препараты, возбуждающие тело. Бывает, что тело вялое, не хочет напрягаться, чувствуешь боль, перезагрузку, хотя надо воевать, будет война. Тогда прибегаю к помощи этих препаратов. Это не Red Bull, полный сахара. Иногда просто кофе. Иногда гуарана или женьшень. Принимаю их в виде таблеток.

В этом плане я не надеюсь ни на кого, только на самого себя.

– А как врачи в командах относится к этому?

– Они все видят и понимают, что ничем не могут помочь. Только сказать, что я молодец. У меня иногда больше электроники и препаратов, чем у врачей.

Моя цель – играть максимально долго. Конечно, не до тех пор, когда стану медленным, не хочу стыдиться за себя. Но до 40 – вполне, чтобы малыш осознанно увидел меня в игре. Для этого я и держу себя в форме, слежу за сном. Когда есть свободное время, надеваю комбинезон и смотрю Netflix, какие-то матчи.

– Ты сказал, что знаешь семь языков. Откуда столько?

– Самое смешное, что почти не говорю на грузинском. Приехал первый раз в сборную и не мог выразить мысль на своем языке. Ребята очень удивились: «Что за парень такой? Вроде ведь грузин». Из-за этого я держался в стороне от команды.

Так что грузинский худший, хотя в детстве говорил только на нем. Но у меня был русский отчим, который постоянно ругался, что так происходит – он не понимал наше с мамой общение. Так я выучил русский и забыл грузинский.

С мамой и отчимом мы жили в Польше, я был маленьким, поэтому быстро выучил польский. Когда переехал к отцу в Америку, выучил английский. Сейчас передаю свои мысли на нем гораздо лучше, чем на других.

Отец Зураба

Португальский знаю отлично, потому что жил в Бразилии. Испанский и французский.у меня хороший, игроки с этими языками есть в каждой команде.

Давно не говорил на чешском, но недавно смотрел какую-то передачу и все понимал без субтитров. Думаю, если приеду в страну, спокойно заговорю на нем. Пока просто не с кем практиковать, но выучил быстро, пока играл в Чехии.

На шведском знаю отдельные фразы, иногда понимаю, о чем идет речь, но трудно. Записался в школу поздно, когда сезон уже заканчивался и я уезжал в Аравию.

– Один универсальный совет – как максимально эффективно учить языки?

– Секрета нет: нужно просто общаться на них, слушать, быть внимательным. Если спрашиваешь, что это значит, повторяешь, думаешь, когда говоришь, то все остается в голове.

Идеально – жить и работать в стране нового языка. Конечно, можно, учить с помощью подкастов, сериалов, но, если ты просто слушаешь и не общаешься, не пытаешься заговорить – это займет много времени. Проще где-то пожить год – точно выучишь.

Кстати, где жить – есть разница. Я заметил, что испанский из любой страны Латинской Америки намного проще. В Латинской Америке слова лучше выговаривают. И португальский из Португалии намного жестче, чем португальский из Бразилии или из Анголы. В Португалии говорят быстро, слова глотают. Говорят даже, что он звучит как русский.

В Саудовской Аравии тренеры были из Португалии. Я не всегда понимал, чего они говорят. Как-то спросил у игрока-бразильца: «Что он сейчас сказал?» – «Сам не понимаю что». Так выяснилось, что мы все ни фига не понимали, если португальцы говорили быстро.

– В интервью «Футболу» ты как-то уже рассказывал подробно о биографии, поэтому давай я коротко расскажу ее за тебя. Ты родился в Тбилиси во времена СССР в семье оперного певца.

– Все так. Мама работала балериной в Большом театре в Тбилиси. А Цискаридзе, который выступал в Большом театре в Москве, – наш родственник. Я спрашивал отца, насколько близкий. Он точно не знает, но помнит их семью, видел того Цискаридзе, когда он был маленьким. Но я его лично не знаю.

– В перестройку отец уехал в США, ты с мамой и отчимом – в Польшу, а оттуда – к отцу, где играл закончил школу. Как в 18 лет ты оказался в Бразилии?

 – Через агента, который увидел во мне какой-то талант. Я просто поехал с ним, он кинул меня там со словами «Учись». Тогда не было айфонов и развитого интернета, я просто приехал с англо-португальским словарем. Если они хотели сказать мне что-то – искали в словаре, тыкали пальцем. Потом я тоже так делал в ответ. Таким образом быстро выучил португальский.

Жил в маленькой комнатке с другими бразильцами, спал на двухъярусных кроватях. Мы тренировались, ели и спали. В свободное время играли в плейстейшн.

Из иностранцев в обеих командах я был единственным, они не понимали, зачем я приехал. Объяснял, что это шанс жить футболом. Ко мне хорошо относились, со многими потом долго общался. Недавно спустя 15 лет встретил в аэропорту Кану – мы играли за «Баруэри», когда нам было по 18, а потом он бегал за «Андерлехт» и «Терек». Сейчас вот приехал в Саудовскую Аравию.

Пообщались, я спрашивал: «Слушай, как тот парень?» – «Он закончил». – «А этот?» – «Погиб в автокатастрофе». Я был в шоке: тогда казалось, что вокруг столько талантов, а до большого уровня дошли немногие. Футболистами-то там хотят стать все. Помню, понедельник считался у нас беговым днем. Мы бегали днем и вечером. Пока наматывали круги, мимо проезжали парни, кричали матом, показывали пальцы. Потом мне сказали, что они так вели себя из-за злости: у них не получилось в футболе.

– Почему ты уехал оттуда?

– Сначала поругался с агентом, который привез меня. Без него ушел в другую команду. Просто позвонил им и предложил себя. Жил дома у бабушки одной девушки, с которой там познакомился.

В клубе до меня не было ни одного иностранца – они не знали, что со мной делать, как оформить документы. Вроде бы нашелся человек, который мог бы все уладить, но его хватил удар. Он оказался в коме – рабочую визу мне так и не оформили. И я уехал обратно в Америку.

Но это было классное время, теплая дружба, не жалею о нем. Тем более тогда я играл нападающим.

В «Амкаре» Зураба кинул агент Аршавина – из-за этого ему платили не всю зарплату. В Казахстане тренер просил 50 000 долларов отката, на Мальдивы он не поехал сам

– Ты играл на всех континентах, кроме Африки и Австралии. Даже в Таиланде был! Как находить команды по всему миру – у тебя особенный агент?

– У меня нет агента. Знаю, что на Transfermarket иногда кто-то прикрепляет меня к себе, но я этих людей не знаю. Однажды нашел человека и спросил, зачем он так сделал. Ответил, что делает себе рекламу.

– Сейчас там стоит агентство Catenaccio, которое ведет в основном прибалтов и нескольких неизвестных русских.

– Без понятия, кто они. Каждый переход я организую сам или через знакомых. После Саудовской Аравии написал знакомому итальянскому агенту, который много раз предлагал мне варианты в Финляндии, но я отказывался. Сейчас я просто сказал, что ищу клуб, вдруг он что-то подскажет. Он моментально ответил, что занимается комплектацией команды на севере. Я сказал, что можно посмотреть, финны тоже оказались не против. Так я приехал в «Рованиеми».

В карьере агенты мне больше вредили, чем помогали. Да и я знаю футбол настолько, что мне они не нужны. Конечно, когда у человека хорошие связи и он порядочный – это одно, почему бы и нет. Но из тысячи агентов таких единицы. Обычно такие, как тот, который нашел мне вторую команду в Саудовской Аравии и из-за которого я потерял первую.

Когда мы начали общаться, он сказал, что свою комиссию возьмет у клуба сам. Когда я уезжал, он вдруг начал выпытывать про свои деньги, говорить, что не взял ничего у клуба. Хотел, чтобы я ему заплатил. Я ответил: «Во-первых, об этом надо договариваться заранее. Во-вторых, бонус за подписание контракта я ждал пять месяцев. Это что, хорошая работа, проведенная тобой? В-третьих, я помогал бразильцам, которых ты привез – и с машиной, и с телефоном, и с жильем. Я был их папой. После этого ты хочешь взять с меня деньги? Извини, но тебе не полагается».

Агенты – ненадежные люди. После нескольких подобных историй я стал намного внимательнее читать контракт и даже создавать свой, если клуб пишет какой-то непонятный текст. Первый контракт в Саудовской Аравии я написал сам. Не полностью – понятно, что они прислали стандартный договор, но те пункты, которые я хотел внести, я вписывал без посредников. Обсуждал их с клубом тоже сам – напрямую. И все получилось отлично.

Конечно, перепроверял по сто раз, переспрашивал, но лучше так, чем через агентов. Я теперь никому не доверяю – повлияла одна история.

– Какая?

– Единственный агент, с которым у меня был контракт, – Деннис Лахтер. Он же агент Аршавина. Он привел меня в «Амкар», сделал все бумаги. В них было написано, что мы делим с ним бонус за подписание контракта пополам. Никаких проблем, поделили. Но когда пришла первая зарплата, я понял: что-то не так – она оказалась меньше на 20%. Спросил в клубе: «Где остальное?» – «Нам сказали, что ты попросил бонус. Мы его давали авансом в счет твоей зарплаты. То есть ты получил не подъемные, мы просто дали тебе деньги вперед, а дальше будем вычитать из зарплаты». Получилось, что часть денег, которые я перевел агенту, были моей зарплатой.

Я начал звонить Лахтеру, он пытался сказать, что ничего не понимает, ничего не знает. На самом деле он так хитро составил договор, что из него не было понятно, что мне дают не подъемные, а зарплату авансом. Мне-то он говорил, что это именно подъемные. А сильно в детали я не углублялся. С тех пор я не подписываю контракты с агентами. Если и работаю с ними, то без бумаг, как с тем итальянцем.

– В «Амкаре» ты так и продолжил получать 80% от зарплаты?

– Да. С Лахтером больше не работал, деньги обратно тоже не просил. Случались только поверхностные контакты: «Есть такой вариант, хочешь?» – «Даже если да, то без контракта».

– Саудовская Аравия и Таиланд – это уже экзотично, но тебе предлагали варианты еще необычнее?

– Приглашали в «Мамелоди Сандаунз» из Южной Африки, не договорились как раз из-за агента. Много раз говорил с тренером из Индонезии, зовет в «Макасар», но пока не решился.

До сих пор зовут в Индию. Там хорошие деньги, я пару раз отказался. Сначала – из-за того, что играл в Саудовской Аравии, потом – из-за семьи. Европа для маленького ребенка более комфортное место.

Звали в Бангладеш, но туда бы точно семью не взял. Там опасно для женщин и вообще для европейцев – зачем рисковать? Я читал много про эту страну – как и про все перед поездками – там очень странное население. Были случаи, когда целые туристические группы расстреливали или резали мачете в кафе. Чемпионат у них тоже никакой – страдать на поле ради денег я не хочу.

Кто-то может сказать, что я страдал в Аравии, то там отличные условия: VAR появился несколько лет назад на всех матчах, лучших судей приглашают со всего мира, приезжают футболисты из Европы. Я бы продолжал там, но сейчас, выбирая команду, думаю уже не только о себе.

Кстати, в 2018-м поступило приглашение на Мальдивы на хорошую зарплату. Чемпион Мальдив предлагал, скажем так: не меньше 5000, но не больше 10 000 долларов. Отказался, потому что потом бы не нашел команду. Ну кто что знает про этот турнир? Его никто не воспринимает серьезно, все играют на одном поле, курортное направление. Для карьеры это плохой шаг.

Мог перейти в «Окжетпес» из Казахстана, там как-то играл Сычев. Приехал на сбор в Турцию по приглашению второго тренера, понравился, обо всем договорились. Но оказалось, что главный тренер берет с футболистов колоссальные деньги. 50 000 долларов после подписания контракта.

– Он тебе лично сказал?

– Я с ним не разговаривал, но слышал, что он там решает, и без этого отката в команду не попасть. Честно, не стал вникать в подробности, не хотел ни от кого зависеть – и уехал. Больше я с таким не сталкивался, но в некоторых местах понимал, что между агентом и тренером есть договор: «Я беру твоего игрока, но ты мне должен дать процент с контракта».

– Больше с криминалом в карьере не сталкивался?

– Напряженно было на Корсике, куда приехал на выезд с «Сетом». Хоть это и Франция, но там много итальянской мафии. Помню, пошли на обед, подошел какой-то парень в очках и форме «Интера». По бокам от него – двухметровые качки. Спрашивают: «Где ваш капитан?». Показываем на него. Они: «Иди сюда, поговорить надо».

Капитан вернулся, рассказывает: «Если хотим вернуться во Францию, нам надо проиграть». Ну, сказал и сказал. Приехали на стадион, на всякий случай все ценные вещи положили под пакет в мусорное ведро, после первого тайма вели 2:0 – у меня голевая передача. Заходим в раздевалку, открывается дверь – тот парень со своими гориллами: «Слушайте, ребята, вы что делаете? Нам нужно выиграть этот матч. Если мы проиграем, то падаем дивизионом ниже. Если ты, ты и ты – показывают на меня пальцем – хотите продолжать карьеру и не хотите получить пулю в колено, то вы перестанете играть». И ушли из раздевалки. 

Мы посмотрели друг на друга и решили, что пофиг, пусть делают что хотят. Продолжили играть в полную силу. Но проиграли 2:3, потому что во втором тайме против нас начались красные карточки, пенальти, штрафные. Как потом выяснилось, они зашли еще и к арбитрам. Тех всего четверо – испугались и задушили нас. На обратном пути со стадиона нас еще закидали камнями.

Но опять это всего один эпизод, против Франции в целом я ничего не имею.

– Есть страна, в которой ты хочешь сыграть, но не зовут?

– Сильно хочу в Южную Корею, Японию или Китай. Но там жесткий лимит, пока – никак.

Самое красивое место на Земле по версии Зураба – горное озеро в Италии, но понравилось ему даже в Перми. Правда, там чуть не пришиб упавший балкон

– Как много ты путешествуешь не по футболу?

– В межсезонье – постоянно. Это наше хобби, часто мы даже выезжаем куда-то на длинных выходных посреди сезона. Очень любим природу, красивые города, архитектуру. Сейчас нас уже трудно удивить, мы немного избалованные красивыми видами. Но есть несколько вещей, которые были просто вау.

Одно из них – Большой Каньон в Аризоне. Там можно сидеть днями и наслаждаться. Ощущение, как будто там ты общаешься с богом и находишься вообще один на Земле.

Другое – Боко дель Инферно в Португалии. Переводится как «Пасть ада». Это обрыв над Атлантическим океаном – безумно красиво. Ощущаешь себя песчинкой по сравнению с этими скалами и огромными волнами. Хотели спуститься в самый низ, но моя была беременна, плюс дул сильный ветер – не стали рисковать.

Вау-эффект был на озере Брайес в Италии. Мы ходили вокруг него два дня, поднимались на горы, катались на лодке. Сейчас даже пришлю тебе фото оттуда, настолько там красиво.

В Италии я сделал предложение своей Софи – в Чинкве-Терре. Это национальный парк из пяти маленьких городков на побережье. Мы были в городе Манарола: оставили машину, шли по тропинке вниз, потом через город наверх – и там я встал на колено.

Для нас такие места – это супер. Нам нравится быть богатыми именно такими воспоминаниями. Это даже лучше, чем быть богатым деньгами. Воспоминание – главное, что у нас есть.

Нас не впечатляют вещи вроде машин и одежды. Путешествие – лучшее, что можно получить от жизни.

– В России были места, которые тебя завораживали?

– Помню только одно большое вау, когда Тема Молодцов, Никита Бурмистров и я шли по Перми и сзади обрушился балкон. Чуть не убил.

Мы просто шли по улице, услышали треск. Бум – что-то даже по голове ударило. Обернулись – и понимаем, что если бы шли на секунду медленнее, половина балкона упала бы на наши головы. Хотя в целом про Пермь могу сказать только хорошие слова. Мне нравилось там, нравились люди.

Если продолжать про российские города, то удивил Грозный. А именно – как его отстроили, потому что за 10 лет до меня там ничего не было. Правда, на каждой улице там стояло по солдату с оружием, было мало пешеходов, чувствовалось напряжение в воздухе. А играли на стадионе на ужасном пластике, где много лет назад взорвали трибуну и убили очень важного человека – главу региона (речь про теракт 9 мая 2004 года и гибель Ахмата Кадырова – Sports.ru). Но восхищение перебивало эти чувства.

В Махачкале удивило в обратную сторону: играл там против дубля «Анжи», пошел в туалет, а его нет – просто дырка в полу.

– На стадионе основной команды?

– Нет, на втором резервном поле. На следующий день смотришь на главное поле, там бегает Это’О, а Роберто Карлос – тренер, и думаешь: «Ну как же так?»

Запомнил, как все вместе улетали из Махачкалы – игроки «Анжи» тогда жили в Москве. В аэропорту стояла три самолета: наш, их и отдельный маленький джет в Милан для Это’О.

– Часто туалет – показатель уровня развития страны. Где ты встречал самые чистые и самые грязные?

– В Скандинавии – самые ухоженные, всегда приятно в них ходить.

Не понравились в Саудовской Аравии. Ходил в их туалеты на заправках – все было не очень приятно. Смысл в том, что они много молятся. Перед молитвой должны мыть руки и ноги, лицо, промыть нос, горло. Можно сказать, что принимают душ. Когда потребляешь столько воды, в любом туалете будет бардак, как бы его не убирали. Даже в аэропорту заходил – просто везде вода, хотя вокруг бегают уборщики. Но потом я узнал, что если расстояние между двумя точками на карте больше 100 км, то есть разрешение от бога молиться всего дважды в день.

– Самое необычное место для молитвы?

– Бывало, едешь на полной скорости по трассе – замечаешь, что машины останавливаются, водители отходят на обочину и на ковриках молятся в сторону Мекки. Необычно было и посередине тренировки. Их главная молитва – в три часа дня. Они могли сказать тренеру: «Стоп, идем молиться». Если тренировка начиналась в три, то мы, иностранцы, все ждали их еще 10 минут: играли в одно касание или просто разговаривали. Но это совсем не напрягало: когда видишь такое каждый день – привыкаешь.

В Таиланде видел другую традицию: до матча команда со специальными свечками и ароматическими палочками шла к Будде. Оставляли ему сладкий напиток и фрукт, потому что Будда их любит, молились.

– Самое необычное блюдо, которое пробовал в жизни?

– В Таиланде ел чипсы из кожи кобры – вкусно, как соленые чипсы. В Саудовской Аравии – бараньи мозги, тоже неплохо.

Но самое странное – стрекозы, тоже в Аравии. Они сушеные, отрываешь голову, крылья, ноги и ешь тело. Считается деликатесом, но мне напомнило песок. Очень сухая, когда распадается, на зубах чувствуешь что-то песочное. Не советовал бы. Да и на вкус – безвкусная.

В «Амкаре» Зураба считали слишком профессиональным, а он удивлялся загулам русских игроков

– За «Амкар» ты сыграл всего три матча. Почему так?

– Не сработался с Божовичем. Когда пришел, месяц тренировался у Рахимова, пока его не уволили. Все три раза в состав ставил он. В последнем моем матче с «Динамо» при 0:1 в конце первого тайма я ударил метров с 40-45. За это Рахимов меня просто убил в перерыве. Из 15 минут 14 он орал на меня. Кричал, что такие голы не залетают. Просто уничтожил мою уверенность, а во втором тайме еще заменил. Больше при нем я не выходил, дальше пришел Божович. 

Потом в Швеции я как-то забил со своей половины поля. В «Сан-Антонио» это повторилось. Каждый раз я отправлял видео Рахимову и писал «Оказывается, такие голы залетают». Он просматривал сообщения, но не ничего не отвечал.

С Божовичем сначала все было хорошо. Мне нравились его тренировки, он всегда хвалил, говорил: «Я тебя поставлю. Не бойся, тренируйся, я тебе обещаю, ты получишь шанс». Но шансов не было – он просто не давал играть. Ставил слева в защите какого-то балканца. Возможно, проблема в этом: в команде находилось 6-7 югославов, с которыми я ругался из-за их лени на тренировках. Может, надо было чуть спокойнее стать, но я всегда хотел заниматься на максимуме. Хотя даже Лахтеру сказали: «Пусть Зураб сходит куда-нибудь с ребятами, а то он слишком профессиональный».

Я никогда такого не слышал. Ему сказали, что я слишком профессиональный! А потом и Божович мне сказал расслабиться. Я ответил: «Что это значит?» Я не понимал, как это, был в шоке от того, как футболисты в России живут, куда ходят, чем занимаются, сколько пьют. Наверное, так отдыхают все команды России: курят кальян, веселятся, выпивают во время сезона. В других странах тоже это происходит. Но там чувствуют рамки, знают, когда это можно сделать. Они понимают, когда могут расслабиться, выпить пива, чтобы это не пошло в напряг карьере.

Не скажу, что в «Амкаре» все были прямо на расслабоне, но те вечеринки стали шоком. Я понял, почему в России устраивают заезды в отель или на базу перед матчами: потому что иначе игроки пьют и гуляют. Тренеры им не доверяют. В Скандинавии, например, заездов нет. Поэтому скауты и любят покупать шведов, зная, что получат качественный продукт за малые деньги.

В России менталитет другой, поэтому только единицы играют за пределами стороны. Вот Павлюченко – хороший футболист, все что надо у него есть. Но он приезжает в Англию и начинает говорить, что там не такая еда, что еще что-то не так. Какую-то херню нести вместо того, чтобы сосредоточиться на карьере.

Из-за этого русские в Европе – редкость.

У меня, наоборот, не получилось влиться в России. Надо было успокоиться, а я не хотел ни секунды упустить, цеплялся за шанс в Премьер-лиге. Но меня не поняли и не приняли. Хотя я всем видом показывал, что хочу играть. Например, оставался заниматься один после тренировок. Перед этим как-то спросил разрешение Божовича, он ответил: «Будет тяжелая тренировка, смотри, чтобы остались силы ходить». Но я решил доказывать.

В другой раз спросил, а он в ответ пошутил. Сказал: «Не, тебе не надо тренироваться, иди лучше потренируйся играть на скрипке». Сейчас бы я воспринял это по-другому, но тогда мне было 24 – я разозлился. После тренировки ушел с поля, выкинул перчатки, разделся. Наверное, Божовичу это не понравилось. Но даже до этого я не попадал в состав, выходил за дубль.

В итоге из команды я ушел за две недели до Божовича. Вместо него поставили Хузина, но вернуться назад я уже не мог. Три месяца искал команду, пока не нашел в Швеции. Там я встретил Софи. Так что все в жизни происходит не просто так.

– Спустя время ты понял главную проблему русского футбола? Огромные зарплаты, много понтов, при этом минимальный результат в Европе. Что не так?

– Когда российские футболисты говорят «Мы работаем так же много, как дворники, почему про нас не говорят, что нам тяжело», я отвечаю: «Ты не работаешь, как дворник, родной. Ты не понимаешь, насколько ты счастливый, что можешь получать такие колоссальные деньги и работать два часа в день. Конечно, ты получаешь много стресса, конечно, в футбол умеют играть единицы, но наслаждайся этим. Счастье, что ты можешь быть профессиональным футболистом».

Не знаю, что сейчас происходит в российском футболе. При мне «Динамо» играло как «Барселона», чемпионат нравился, лига была на уровне. Но поведение игроков, как у примадонн, – это я заметил.

Из-за чего это происходит? Платят слишком много. В молодом возрасте ты не знаешь, как воспринимать эти деньги. Мое мнение: в клубе должен быть человек, который научит футболистов финансам. Плюс я бы не выплачивал деньги сразу, а сказал бы: «У тебя есть эти деньги, но пока они в банке. Ты можешь брать только 20%, чтобы не покупать сразу дорогущие машины, а сосредоточиться на футболе».

Я не понимаю, зачем русские футболисты жалуются. Скажу прямо: они очень расслаблены из-за того, что получают такие колоссальные зарплаты.

Зураб перешел на соевое мясо и думает о глобальном потеплении. Считает, что в войнах виноваты политики, а плохих и хороших наций не бывает 

– На Земле есть рай?

– Для меня – Ванкувер. Там шикарно, безумно красивый город. Конечно, есть плохое место, но всего одна улица – Хэстингс. Посмотри в гугле – испугаешься. Во время Олимпиады всех ее обитателей даже вывозили на какие-то острова.

В остальном город потрясающий. Канада в целом разная: Торонто – как Нью-Йорк, Монреаль больше похож на Европу, а Ванкувер прямо особенный. Посмотри любую фотку в гугле – все поймешь. Невозможно сделать некрасивую фотографию Ванкувера.

Плюс там разнообразие. Хочешь кататься на лыжах в горах? 45 минут из центра – и катайся. Нравится пляж? Летом он есть. Можешь увидеть дельфинов и китов. Вокруг красивые дома, рестораны, природа, все чисто. Никогда нет снега, правда, много дождей. Сейчас недвижимость становится дороже, потому что китайцы скупают апартаменты. В Ванкувере есть целое китайское поселение, а еще поселение индусов.

Что интересно, обычно стадионы строят за городом, где земля дешевле. Там он в центре и тоже красивый. Команду сильно любят, все знают и уважают игроков. Всем советую поиграть в ней и просто пожить в этом городе. Это просто сказка.

– А где ты встречал самых душевных людей?

– В Швеции. Даже если они немного холодны, они все равно очень добрые и наивные. Они думают, что все вокруг в мире думают, как они.

Пара примеров. Идешь в тренажерку – она закрыта, но у каждого есть свой ключ. Зашел, потренировался, в холодильнике – вода и батончики. Деньги за них можно перечислить по номеру телефона – есть специальная система Swish. Если ты взял и не перевел – никто не узнает. Но никто так не делает, никто не обманывает, потому что все следуют правилу.

Или на юге страны у них есть рынок, куда фермеры привозят продукты, расставляют и уезжают. Если хочешь купить молоко, салат или другой продукт, просто кидаешь деньги в корзиночку. Я такого нигде не видел.

Правда, в последнее время система дала сбой. Швеция открыла границы для разных людей, происходит больше преступлений, на рынке повесили камеры, поставили кассира. За две секунды изменилось то, что существовало сотню лет. От этого обидно, но все равно шведы и в целом скандинавы – уникальный народ.

Но я не скажу, что русские какие-то не такие. В Перми я не чувствовал себя странно или неприятно. Мне русский народ очень нравится. У меня есть много друзей из России.  

– Люди в России сильно подвержены мнению из телевизора. Там каждый день рассказывают, какой ужас происходит на Украине, в Европе и Америке, что Россия – последний оплот духовного мира, а все остальные страны нас ненавидят и хотят уничтожить. Ты, как человек, который объездил полмира, не считаешь, что русские духовнее остальных?

– Для меня нет плохих стран или наций, а есть хорошие и плохие люди. А жить спокойно и в согласии им мешают главы государств, политики. Надо самим соображать, не верить всему, что говорят в новостях, проводить разведку, критически мыслить.

Все дело в том, что политики – эгоисты. Они думают только о себе, своей карьере, прибыли. Единицы из них хотят что-то менять. В Штатах питание контролируют фармакологические компании. Даже если они продвигают нездоровую пищу, даже если их можно засудить, никто этого не делает, потому что у политиков есть от них своя выгода.

Я много читаю и смотрю про изменение климата. Это пугает. Что-то срочно нужно делать, потому что человеческая жадность приведет планету к катастрофе. Ты знаешь, как вырубают лес Амазонки, чтобы на его месте сажать еду для коров, чтобы потом продавать их на мясо? Хотя если на месте этих лесов выращивать еду для людей, то голод на планете закончился бы.

– Но коровы идут на мясо, значит, решают проблему голода.

– Я понимаю, да. Но вместо того, чтобы выращивать сено для коров, можно сажать рис или пшеницу для человека. Ими наелись бы больше людей, чем мясом. Одна корова ест по несколько тонн травы в месяц. Если посадить вместо них злаковые, то этим количеством можно накормить 100 человек. Это больше, чем одной коровой.

Тем более сейчас появилось много замен мясу, я сам пробовал котлеты, всю эту еду – и это вкусно. Питаешься таким же протеином, как в мясе. В странах третьего мира не понимают этого, им не хватает знаний и денег, чтобы производить такую пищу. Им намного легче питаться обычным мясом. Хотя газ, который выходит из коров, – метан, намного опаснее и хуже, чем все машины мира.

– То есть ты веган?

– Нет, и даже не вегетарианец. Полностью от мяса я не отказался, но последние пару лет чаще ем рыбу. Чаще всего лосось. Конечно, идеально отказаться и от рыбы и перейти на соевые продукты, но пока до этого не дошло.

Причин отказа две. Во-первых, это не самые полезные продукты для организма. Плюс употребляя их, ты помогаешь индустрии, которая вырубает лес Амазонки. Есть статистика: каждую секунду на планете исчезает футбольное поле леса. Люди, которые об этом говорят, просто исчезают. Их как-то убирают. Я смотрел об этом фильм на Netflix, много читал. Достаточно просто вбить про это в гугл – увидишь большую подборку фактов.

– Я слушаю и удивляюсь, насколько ты разносторонний. 

– Просто я никогда не боялся необычных шагов, идти вперед в жизни. Если сидеть на диване и ковыряться в носу – наверное, это классно, но так ничего не произойдет. Когда на что-то решаешься – это что-то принесет.

Всегда говорю: «Если, не дай бог, сегодня что-то случится, например, снайпер выстрелит мне в голову из окна и все закончится, я уйду счастливым человеком. И скажу, что я был счастлив все 33 года». Я богат в жизненном опыте и каждый раз ложусь спать с чистым сердцем.

Во многом помогают путешествия. Если кто-то спросит меня «Что мне делать? Как я могу узнать больше про жизнь? Как я могу продвинуться вперед, как-то развиваться, если нет выхода, если я потерялся?», я отвечу: «Путешествуй. Это самое милое дело». В поездах ты встретишь людей, которых бы не увидел, если бы остался дома, боясь мира. Чем дольше сидишь, тем быстрее мир становится больше. Чем больше ездишь, тем быстрее понимаешь, что мир на самом деле маленький.

Я бы посоветовал путешествия всем. Даже если нет финансов – возьмите кредитную карту и платите не сразу. Но ездить, познавать, узнавать, жить – самые классные вещи. Не надо быть миллионером, чтобы увидеть мир. Обидно, если у человека не получится увидеть мир, другие страны, культуры, языки и просто узнавать самого себя. Я считаю, что когда познаешь мир, ты познаешь самого себя. 

Сидеть в зоне комфорта и потом сожалеть об этом, потому что появилась семья, дети, возраст – грустно. Да даже если есть семья, надо ехать. Путешествия – лучшая вещь, которая бывает. 

Фото: личный архив героя

Коломейцев завершил карьеру в 31. Зимой он рассказал нам об уникальной травме и лечении, занявшем 14 месяцев

«Курить я начал в 10 лет». Вратарь из Норильска, который работал на башенном кране (получал молоко за вредность) и доиграл до 45

+572
Популярные комментарии
Sevuska
0
Совмещать любимую работу с путешествиями по миру - очень здорово.
diligenceair
+229
Отличный материал! Прочитал с большим удовольствием!
Роман Г.
+206
Один из лучших материалов, что я читал на спортс в этом году! Огромное спасибо!

П. С. В Ванкувер у меня хорошие знакомые уехали в начале 2000-х. Тоже не на радуются. Только позитив про этот город слышу от них.
Написать комментарий 119 комментариев

Новости

Реклама 18+