Реклама 18+

До «Челси» Абрамович чуть не купил «Торпедо». В РПЛ могли приехать Моуринью и Хенрик Ларссон

Сделка сорвалась в последний момент.

В июле 2003 года Роман Абрамович дал одно из считанных интервью в жизни – BBC. Тогда владелец «Сибнефти» подтвердил: он только что купил «Челси».

По наиболее распространенной версии, миллиардер задумался о приобретении футбольного клуба в апреле 2003-го, когда на «Олд Траффорд» смотрел один из самых роскошных четвертьфиналов в истории Лиги чемпионов. «МЮ» и «Реал» сыграли 4:3, кроме Абрамовича с трибуны за этим наблюдали еще минимум два гражданина РФ – Герман Ткаченко и Александр Мамут.

«Идея была Саши Мамута, но Роман сначала отказывался лететь, – рассказывал Sports.ru в давнем разговоре человек, который собирал «Анжи» Керимова, и владелец агентства ProSports Management (ведет дела Смолова) Герман Ткаченко. – Но в день матча сказал: «А полетели сегодня!». Я позвонил Питеру Кеньону (тогда – исполнительный директор «МЮ», после покупки Абрамовичем «Челси» перешел в лондонский клуб), Пини Захави (один из самых влиятельных агентов мира) помогал – достал билеты, и мы красиво полетели. За нами еще не приехала машина, поэтому на стадион подбросил Грэм Сунесс (британский тренер, как полузащитник трижды обладатель Кубка чемпионов с «Ливерпулем» – Sports.ru), который ехал на матч из Шотландии. Мы втроем сидели на заднем сиденье, Грэм с Захави – впереди. Это напомнило «Большой куш»: еврейский акцент, шотландский и мое южнорусское гэканье».

Стадион пережил тройное возвращение «Юнайтед» в игру: трижды британцы проигрывали после голов Роналдо. По словам Ткаченко, болельщики не затихали весь матч: кричали Ronaldo rubbish и We want ten. Когда бразильца меняли, трибуны встали и аплодировали: «Сейчас это обычная вещь. А тогда стоя хлопать игроку соперника было чем-то невероятным. И мы все в директорской ложе – в том числе Роман, который сидел рядом с Бобби Чарльтоном, – тоже встали. Обратно нас подвозил мой товарищ Рио Фердинанд».

Ткаченко после того матча почувствовал: с Абрамовичем что-то случилось. «Он позвонил мне в три часа ночи: «А кто нас подвозил?» Я понимаю его мотивы. Футбол – это прекрасно, это когда увлечение становится еще и работой. Это та область, где ты постоянно конкурируешь. Когда устал в бизнесе, то можешь проявлять себя здесь, тоже в конкурентной среде, становиться лучше. Футбол для мужчины – как в какой-то мере секс. И я уверен, что после того матча Роман Аркадьевич задумался о покупке клуба».

До «Челси» Абрамович вел переговоры с «Тоттенхэмом», «Арсеналом», «Манчестером». Примерно в этом промежутке – май-июнь 2003-го – активность бизнесмена наросла и в России. Вместе с Мамутом и Сулейманом Керимовым Роман хотел купить московское «Торпедо».

Что в тот момент происходило с «Торпедо»

В 2003-м в Москве играли два «Торпедо». Если вы не болельщик одного из них, то вряд ли помните, как так получилось. Объясняем на пальцах:

• в советское время «Торпедо» создавалось как заводская команда при автомобильном гиганте ЗИЛ. С 1930-х завод оставался единственным меценатом клуба;

• в 90-х экономика России разваливалась, отечественные грузовики стали не нужны, завод приходил в упадок и уже не мог содержать команду уровня премьер-лиги;

• летом 1996-го ЗИЛ принял предложение давнего болельщика «Торпедо» и бизнесмена Владимира Алешина и продал ему 100% акций клуба, отдельно предложив купить стадион на Восточной улице (он тоже был в собственности завода). Алешин отказался, пояснив, что стадион у него уже есть: он владел ареной «Лужники» и территорией вокруг нее;

• сразу после продажи на завод пришло новое руководство, которое захотело возродить команду, но обошлось без обратного выкупа в марте 1997-го и создало клон – «Торпедо-ЗИЛ». Его заявили в любительскую лигу Москвы и напичкали воспитанниками;

• при Алешине главное «Торпедо» переживало расцвет: бронза в 2000-м, симпатичная игра, еврокубки, слова о скорой Лиге чемпионов. Помогали средства от крупнейшего рынка страны в «Лужниках» (деньги за аренду получал Алешин) и принудительного спонсорства «Роснефти» (с этим помогал друг Алешина и управляющий делами президента РФ Павел Бородин);

• «Торпедо-ЗИЛ» в это же время пробиралось в премьер-лигу и оказалось там в 2001-м, чем смутило болельщиков. С двумя из них, Сергеем и Олегом (болеют за клуб около 40 лет и сейчас в авторитете), я встречаюсь в баре на Автозаводской: «Стадион – этот, владелец – этот, форма – та же. Приставка «ЗИЛ», а мы когда-то так назывались. И с другой стороны то «Торпедо», которому Алешин решил присобачить слово «Лужники» на полгода. Произошел раскол»;

• в ноябре 2002-го ЗИЛ продал еще и второе «Торпедо». Покупатель – «Норильский Никель» Михаила Прохорова. В 2003-м новый владелец дал клубу название «Торпедо-Металлург», еще через год – ФК «Москва». Стадион на Восточной тоже перешел во владение компании, а команда мощно усилилась;

• в это же время акционер главного «Торпедо» поругался с другом Бородиным, рынок больше не приносил сверхприбыли, во всей лиге росли бюджеты – команда обходилась все дороже.

Лучше всего тот период помнят фанаты. Сергей и Олег объясняют экономику клуба начала нулевых: «Первое время Бородин очень помогал. Он инвестировал в клуб больше 10 миллионов долларов живых денег. И кучу недвижки. Единственный год, когда «Торпедо» играло со спонсором на майке, – 2000-й. Спонсор – «Роснефть». Ее обеспечил именно Бородин. Но они с Алешиным поссорились – это привело к такой правдивой шутке, которая ходила среди сотрудников «Лужников»: «Собираются они в конце года считать дивиденды. Выходит Алешин и выступает: «Дорогие друзья, вы хорошо поработали, заработали 30 миллионов долларов». – «Ура!» – «Но, к сожалению, у нас есть футбольный клуб «Торпедо», и мы на него потратили 29 миллионов».

«Понятно, что были и отмывочные темы, – продолжают фанаты, которые в нулевых тесно общались с людьми из клуба и даже ходили на встречу с Мамутом, когда сорвалась и вторая сделка в 2009-м (Мамут покупал клуб через посредника – Тукманова, тот перевел команду на себя и не отдал бизнесмену – Sports.ru). – Футболисты жили за двойную цену в отелях. Или команда улетает на сбор, а деньги списываются за тренировки в «Лужниках». И акционерам показывается, что расходы – ###### какие. То есть друг у друга из кармана вытаскивали деньги».

В этой ситуации (через три года она приведет к вылету «Торпедо» в первый дивизион, а Слуцкий в это же время станет главным тренером «Москвы», которую выведет в еврокубки) в кабинете Алешина появились переговорщики миллиардеров – Абрамовича, Керимова и Мамута – с просьбой продать клуб.

Почему Абрамович захотел купить клуб в России 

Спустя 16 лет есть несколько версий, зачем Абрамовичу, Керимову и Мамуту понадобился русский футбольный клуб.

Сергей Капков, экс-смотрящий Абрамовича за футболом в России, рассказывал, что Роман хотел купить команду из-за неожиданно проснувшейся любви к спорту. Бывший владелец спорткомплекса Алешин еще полтора года назад (со Sports.ru он говорить отказался) был уверен, что попытка приобрести «Торпедо» – спектакль, необходимый для легитимации покупки «Челси» – по его словам, в то время нельзя было купить иностранный клуб, не показав, что ты хотел сделать то же самое на родине. Ткаченко эту версию отвергает: «Я убежден, что «Торпедо» пришло уже после мысли о приобретении команды на Западе».

Ткаченко рассказывает, что Абрамовича и Керимова втянул в сделку Мамут: «Саша был шоураннером, если использовать термины из кинематографа. Тем человеком, кто давал энергию. «Торпедо» – его вечная боль. Он очень искренний болельщик, многолетний, эмоциональный. Проект точно связан с его лидерством и искренним желанием Романа помогать русскому футболу. Это была любовь к футболу, страсть. Тогда он так этого хотел. Может, понимал, что это должно быть и на территории его родины, которую он любил. А Саша такой человек, который может увлечь».

В единственном интервью о тех событиях Мамут (Sports.ru не удалось с ним связаться) озвучивал похожую версию: «Сделка была основана в первую очередь на моих хороших отношениях с Романом и с Сулейманом Керимовым. Один я в 2003 году ее бы финансово не потянул. Мы договорились, что будем действовать втроем, причем в моей трети был потенциально заинтересован поучаствовать еще и Данил Хачатуров, владелец «Росгосстраха».

В том, что Мамут болеет за клуб искренне, не сомневаются даже фанаты, Сергей и Олег: «Это была целенаправленная покупка Мамута, он хотел реализовать свою детскую мечту. Он как-то рассказывал, что в детстве в дни матчей через изогнутые прутья забора пролезал на территорию стадиона, чтобы хоть что-то увидеть. Он болельщик. А Абрамович и Керимов – его бизнес-партнеры и приятели. И понятно, что подступиться к такому объекту, как «Лужники», в одиночку при говенном характере Алешина тяжело. Лужков, игравший в футбол на одной из полян «Лужников», иначе как мистер Плюшкин и жмот его не называл. Очень прижимистый».

– То есть для двух людей сделка была не особо связана с футболом?

– Конечно, им хотелось получить еще и стадион. Речь шла о пакетной покупке команды. Может, для Абрамовича и Керимова на первом месте вообще стоял стадион, а для Мамута – команда. Но потом каждый из них мимо футбола все равно не прошел (Ткаченко не подтвердил теорию с «Лужниками» и заявил, что одним из условий покупки клуба было то, что Алешин остался бы гендиректором спорткомплекса).

Существует еще и версия, что со стороны Абрамовича и Керимова (оба оказались недоступны для комментариев) стадион и футбол не были главными в сделке. В 2002-м, за несколько месяцев до переговоров с Алешиным, умерла супруга Мамута. Александр остался с двумя детьми и сильно переживал трагедию – Надежду он любил еще со школы, а затем добивался, пока она была в браке со внуком Брежнева Андреем. Чтобы отвлечь друга от грустных мыслей, Роман и Сулейман решили выкупить для него «Торпедо».

«Я никогда не слышал об этой версии», – комментирует Ткаченко. Фанаты говорят то же самое: «К смерти жены сделка не относится. Мамут просто болельщик, до сих пор играет в футбол на «Торпедо» два раза в неделю. У него арендное соглашение на год по поводу поля. Против него играют много торпедовцев».

Как «Торпедо» превратился бы в суперклуб 

Переговоры с Алешиным от имени бизнесменов в Москве вели несколько человек: сам Мамут, Герман Ткаченко и Александр Вайнштейн (знакомый одновременно Мамута и Алешина, журналист, один из создателей Кубка Кремля, кинопродюсер, гуру маркетинга 90-х – партнер IMG, сделал Stimorol спонсором чемпионата России). Каждый затем занял бы должность в команде: Мамут – акционер, Вайнштейн – президент, Ткаченко – исполнительный или спортивный директор. «Когда меня позвали, я работал в Самаре, – рассказывает Ткаченко. – Но они нашли большущее решение, о котором никто не знает, – о финансовой поддержке «Крыльев». Все-таки «Крылья» находились у меня в сердце, и просто так уйти оттуда я не мог. И они уговаривали ЮКОС поддержать клуб. «Самаранефтегаз» решала бы главную проблему того времени – стабильности и финансовой поддержки, которой не существовало».

Бизнесмены были так уверены в успехе сделки, что сразу начали формировать новую команду. Первым объявленным трансфером стал бы Алексей Смертин. Тогда – возможно, сильнейший футболист России. К лету 2003-го Смертин уже три сезона играл в «Бордо» и каждый год боролся во Франции за место в Лиге чемпионов. На возвращение в Россию он согласился сразу. Правда, история получилась странная. Будущие владельцы «Торпедо» выкупили Алексея, не зная, что его представители уже разорвали контакт с «Бордо» и что в Москву он переезжал бы как свободный агент.

«Мутная история, некрасивая. Не хочу комментировать, – говорит Ткаченко. –  Его окружение не рассказало всю правду. Но мы решили не обращать на это внимания и по отношению к Алексею поступили более чем корректно. Когда сорвалось с «Торпедо» – а в этот момент он уже проходил медосмотр, – я приложил усилия и желания, чтобы за пару дней он оказался в системе «Челси». Клуб его подписал, но на первый год отдал в аренду. Пини Захави договорился с Харри Реднаппом, чтобы его взяли в «Портсмут». На первых порах он говорил хотя бы спасибо в интервью за то, что оказался в таком мире, но, наверное, теперь забыл».

Еще в «Торпедо» точно переходил Огнен Короман из «Динамо». Как и Алексей, он тоже прошел медобследование. Сделка рухнула – серб перешел в «Крылья».

По словам Ткаченко, в те дни они будто играли в фэнтези и много обсуждали потенциальных новичков. Например, Сычева из «Марселя», которого собирались возвращать в Россию. Или Джоване Элбера – бразилец на тот момент играл в «Баварии», но тем же летом перешел в «Лион». Третьим форвардом рассматривали Хенрика Ларссона – швед тогда разрывал Шотландию в «Селтике», но уже через год оказался в «Барселоне». При этом состав «Торпедо» не разгоняли бы полностью. Новые акционеры видели в команде Семшова, Кормильцева, Зырянова, Будылина и Бородина.

Фанаты вспоминают, что к русскому костяку планировалось купить лучших воспитанников «Торпедо» из других команд – например, Игнашевича. Но, возможно, самый невероятный слух вокруг той сделки – покупка бразильского Роналдо. Спустя 16 лет о нем вспомнил Вайнштейн: «Эта фамилия была в череде других. Неважно, поехал бы он или нет. Но это как пример, что любое свое решение они могли подкрепить психологически и финансово. И это было не про Запад, а про Россию».

Ткаченко удивляется, когда я озвучиваю ему эту информацию: «Саша путает. Была возможность [португальского] Роналду в «Челси» взять, но Раньери его не знал, а в «Челси» побоялись делать без Раньери. Хотя у клуба была возможность перебить цену «Манчестера» за Роналду. Цена – 12 миллионов фунтов. Еще Это’О присутствовал в списке того «Челси», был и кто-то третий. Про «Торпедо» и Роналдо – неправда».

«Торпедо» в тот момент тренировал Сергей Петренко. Однажды он даже встретился в будущим руководством: «Беседовали в московской высотке «Сибнефти». Кроме Абрамовича в разговоре участвовал Герман Ткаченко. Когда ехал туда, пребывал в полной уверенности, что сделка по «Торпедо» – вопрос решенный. Меня попросили подготовить доклад по каждому игроку, финансовой составляющей, общей ситуации. Все подготовил и изложил. В воздухе витала неизбежность передачи «Торпедо» новому владельцу» 

Оставлять трудолюбивого, но не известного для Ларссона и Элбера Петренко при этом никто не собирался. Тренеров обсуждали других. Фанаты вспоминают про предварительное соглашение с Дэвидом О’Лири из «Лидса» (в сезоне-2000/2001 «Лидс» играл в полуфинале ЛЧ) – якобы стороны уже подписали какую-то бумагу – и обсуждения Луи ван Гала. Ткаченко не исключил, что основным кандидатом рассматривался Моуринью – он тогда только выиграл Кубок УЕФА с «Порту», хотя в переговоры с ним вступить не успели, а ближе всех подобрались к Свену-Йорану Эрикссону.

В интервью 2006 года Герман рассказывал о московской встрече Абрамовича и шведа, в разговоре со мной это опроверг: «Неправда. Да, мы не исключали, что Свена пригласили бы. Он тренировал Англию, и у него были проблемы – попался с прослушкой, девушкой (за тренером следили местные медиа, обвиняли в сексуальной связи с телеведущей Ульрикой Джонсон, затем с секретарем Футбольной ассоциации Англии (ФАА) Фарией Элам, которая одновременно была в отношениях с руководителем ФАА; в обоих случаях все происходило при действующей жене Эрикссона – Sports.ru). Мы решили, что для него это неплохой exit strategy – стратегия выхода из ситуации. Сегодня все это выглядит наивно, но это была подготовка к сделке. Мы ни с кем ничего не подписывали, а просто набрасывали варианты».

Эта версия не сходится со словами Станислава Гридасова. Один из основателей Sports.ru в 2003-м работал в «Известиях». По его версии, Эрикссон даже прилетал в Москву на подписание контракта. В «Шереметьево-2» его встречал корреспондент газеты Дмитрий Навоша. Они записали большое интервью, которое планировалось к выходу после официального объявления. Через день сделка по «Торпедо» разрушилась, но интервью все равно опубликовали, правда, без упоминания «Торпедо». Навоша подтверждает версию с интервью, но не помнит деталей разговора – они сохранились на сайте «Известий». 

Еврейский клуб и ваучеры в «Макдоналдс»

Когда Вайнштейн говорил о покупке Роналдо, то вспоминал о словах бизнесменов: «Вот сейчас купим его за 100 миллионов». Я уточняю у Ткаченко, каким же планировался бюджет клуба. Он не помнит цифр, но объясняет, что намного меньше, чем оказался у «Челси»: «Не надо сравнивать. Это не было заменой «Челси». Это был хороший, здравый проект». В подтверждение он рассказывает, что в процессе сделки не только искал игроков и тренера, но и «прописывал миссию, вижн – как общаться с болельщиками, какая должна быть команда». В этом ему помогал Навоша.

– Вы уверены, что для «Торпедо», которое существовало столько лет, нужен был вижн? – вопрос Ткаченко.

– Ну а как? Вижн нужен для любой команды, иначе невозможно строить клуб, невозможно ничего делать. Я много раз говорил, что в «Анжи» наша проблема состояла в том, что вижн был подвижным, мы опережали формирование бренда. Главное в любом клубе – [сформулировать,] кто мы. После этого строим. В случае с «Торпедо» мы много общались, нам нужно было возвращать болельщиков на трибуны. Разные группы – автозаводские, театральные. Даже рассматривали маленький момент, что много лет в Москве «Торпедо» было еврейской командой. Как «Тоттенхэм». Не прямо еврейским клубом, но всю жизнь в советской Москве говорили, что евреи болели за «Торпедо». Мы нашли этому подтверждение. Но это не было главным. Главное – что мы были увлечены открытиями.

Олег и Сергей удивляются такому открытию: «Бред. В Москве до революции был клуб «Маккаби», но он с «Торпедо» не пересекался. А конкретно в Даниловском районе были ЗКС (Замоскворецкий клуб спорта) и СКЗ (Спортивный клуб «Замоскворечье»). После революции, когда все частные общества закрыли, мы играли на стадионе СКЗ, а форма была от ЗКС. Черно-красная. Про евреев, думаем, они сочиняли, лишь бы Абрамовичу и Мамуту приятное сделать. Чего только не сделаешь, чтобы на деньги раскрутить».

Из-за перебора полузащитников и нападающих и дефицита защитников позиции на поле условны 

Возвращать людей на стадион в 2003-м менеджеры хотели способами, которых и сейчас нет у половины клубов РПЛ. Ткаченко продолжает о концепции: «Мы планировали стать открытыми, установить коммуникацию с болельщиками. Каждый третий гол – бесплатный бургер в ближайшем «Макдоналдсе» или заправке. Билет становился бесплатным ваучером в «Макдоналдсе». Мы пытались с ними договариваться. Запустили бы шоу перед матчами, медийные вещи – рассылки по почте, обращения легионеров на ломаном русском. Мы понимали, что аудитория – это не только потребители, но и наш продукт. В тот момент для футбола это было в новинку».

Пока решался вопрос со стадионом, команда играла бы в «Лужниках». Правда, не на основной арене – там не нравился газон, – а на запасном поле у въезда с набережной. Не смущала даже поляна без подогрева и трибуны на три тысячи мест. Ткаченко рассказывает, что уже договаривался о временных конструкциях вместимостью до 10 тысяч.

Из-за чего сделка сорвалась 

Переговоры о покупке «Торпедо» шли полтора месяца. Спустя 16 лет у каждого участника свой взгляд. Ткаченко считает, что все сорвалось из-за манер Алешина: «Он то соглашался, то доставал бумажку и на 32 тысячи долларов увеличивал общую сумму. Оказывалось, что это сумма, выплаченная за квартиры иностранцам и иногородним. Мы согласились и на это, но он снова что-то придумывал. Это невозможно, когда на тебя выходят такие люди».

Когда с первой попытки не договорились, в команду к Ткаченко добавили Вайнштейна. Он знал Алешина, Мамут рассчитывал, что старые друзья договорятся. Вайнштейн вспоминает, что изначально клуб оценивали в 15 миллионов долларов, но Абрамович сказал, что это мало, и уговорил приятелей накинуть еще столько же. Ткаченко такого не помнит: «Саша, как художник, где-то говорит правду, где-то – приукрашивает. Я не помню, чтобы Роман так делал. Просто шли торги. Мы спросили Алешина сколько, его не устроило – мы прибавили. Но это нормальный процесс. Учитывая, что это могла быть life-deal для Алешина и что потом он потерял долю в «Лужниках»… Он потом рассказывал это в интервью, его было жалко. Наша последняя цена была в районе 30 миллионов».

30 миллионов долларов – та сумма, которую подтверждает и Алешин. Он отказался от разговора со Sports.ru, добавив, что все уже сказал. На тему продажи клуба бизнесмен и правда два года назад дал развернутое интервью. В нем он рассказывал, что новых владельцев было не трое, а шестеро – и что среди них не наблюдалось Абрамовича. Каждый получил бы по 15% акций, а он остался бы почетным президентом с 10%. Ткаченко соглашается с версией про почетного президента, но не слышал о шестерых (по его словам, было четверо собственников – о четвертом он не готов говорить) и отсутствии Романа.

По словам Алешина, основная причина срыва сделки: вместо финансовых гарантий миллиардеры предлагали ему честное слово. «Вот именно слово. Все, что говорят о той сделке, не соответствует действительности. Мы-то были готовы! Конечно, [я побоялся]. А кто они такие вообще?! Вот кто? Бизнес уже стал цивилизованным. Дайте хоть что-то! Предлагают 30 миллионов. Отвечаю: «Пожалуйста!» Можно разбить на пять траншей. Но главное – чтобы был хоть какой-то документ. Не я же один владел «Торпедо», надо показать коллегам: вот, мы сделку заключили, будут такие-то переводы. И вдруг понеслось: «Алешин требовал деньги сразу, чуть ли не в чемодане».

У участников сделки со стороны Абрамовича, Керимова и Мамута другие версии. Они отличаются деталями, но глобально схожи: Алешин требовал деньги наличными, при этом просил гарантии того, что вся сумма будет выплачена. Дать их на бумаге при такой сделке нереально: при безналичном расчете в сделке участвует банк, который по просьбе гаранта (покупателя) выдает бенефициару (продавцу) страховую гарантию, по которой гарант обязан оплатить определенную сумму. При наличном расчете такая гарантия не выдается.

«Мы договорились с Алешиным и подписали обязательства о том, что платим ему 10 миллионов долларов сразу, еще 10 – через 12 месяцев, последние 10 – через 24 месяца, – вспоминал детали переговоров Александр Мамут. – В день, когда мы все пришли в «Лужники» подписывать сделку, там были представители и управляющей компании «Сибнефть», и управляющей компании «Нафта-Москва». Были «Тройка-Диалог», я, Ткаченко, Вайнштейн. И тут Алешин говорит: «Так, ребята, 30 миллионов – сразу. Наличными». И когда он бредит о каком-то отсутствии финансовых гарантий… Там везде были наши личные гарантии. Даже мои принимают многие банки, я уже не говорю про Керимова и Абрамовича».

– Почему сделка сорвалась? – спрашиваю Ткаченко.

– Какой-то страх Алешина. Он не понимал, с кем ведет дела. С такими людьми так нельзя. Те требования, которые он выставил по платежам, не предполагали юридических гарантий.

– Вайнштейн говорит, что просто налом попросил.

– Он имеет право так сказать, яркий же парень. Но я вам сказал то же самое, просто по-другому.

– Почему Алешин не сознается в этом?

– Так это же плохо. Ему надо сказать: «Я попросил наличными»? Мне его по-человечески жалко, хотя он один из самых экономных людей, которых я видел. Ему еще помогал сын. Он говорил: «Есть возможность через офшоры». – «Нет, я хочу наличными». При этом сказал: «Дайте гарантии. Юридические, банковские». Но когда наличные, это невозможно сделать. Юридически невозможно. Нельзя дать гарантии под наличные платежи.

– Тогда Мамут, Керимов и Абрамович дали ему слово?

– Да. Но невозможно не принять слово Сулеймана или Романа и Саши. Невозможно. Если в мировом бизнесе такие люди дают слово, то это слово. Мы и так подняли цену, выполнили все его хотелки, потратили время, а тебе говорят: «Постой на голове и поотжимайся, стоя на ней». Он боялся, что обманут, переживал, понимал, что это life-deal. Это на него давило.

Мамут вспоминал: на последней встрече переговорщики до последнего пытались спасти ситуацию, объясняли, что в ближайшие годы команде предстоят серьезные траты, поэтому заплатить сразу и наличными невозможно. «Но Алешин повторил: «Нет, все сразу. И играть будете только в «Лужниках». И автобус, дескать, он тоже не отдает», – объяснял бизнесмен.

Заключительную попытку договориться предпринял Вайнштейн. По его словам, из «Лужников» компания поехала в офис Мамута, а оттуда он один вернулся в «Лужники». Там продюсер переговорил с Алешиным лично: «Мы были давно знакомы, уважительно друг к другу относимся до сих пор. Я хотел в последний раз убедить его, что он делает стратегическую ошибку. Я приехал, он один сидел в правительственной ложе. Я сказал: «Ты потерял 60 миллионов: 30 сейчас, 30 еще надо будет вложить». Но у него свое мнение. Он стоял на своем».

– Можно сказать, что Мамут пошел на принцип, отказавшись платить сразу 30 и налом? Мог же.

– Вопрос деловой этики. Это уже далеко зашло. Когда тебе приводят одного из ведущих игроков, он проходит медосмотр, все считают, что сделка есть, а в последний момент выясняется, что ее нет, то дальше ты имеешь два пути: вести с человеком дело или нет. Алешин потом встречал меня и говорил: «Ну куда вы пропали?»

Все участники переговоров, кроме продавца, сходятся в одном: в срыве сделки виноват Алешин, его погубила мелочность.

«Я чувствовал себя полным неудачником. Коллеги посмеивались надо мной. Колосков мне говорил: «Я же тебя предупреждал, он никогда в жизни ничего не продаст», – рассказывал Мамут.

– А бизнесмены могли кинуть Алешина? – вопрос авторитетным фанатам.

– В те времена Алешин имел вес, к Лужкову мог прийти. Подобный жесткий кидок на таком уровне тяжело представить.

«Это было серьезное предложение серьезных людей. Иногда в бизнесе ударить по рукам гораздо важнее, чем подписать бумагу, – поясняет Вайнштейн. – Тем более что его не собирались отстранять. Он оставался почетным президентом, «Лужники» становились базой команды. Человека выводили в космос, он этого вовремя не понял. Надо понимать, что на тот момент представляли из себя Керимов, Абрамович и Мамут. Они бы вывели его на другой уровень денег, давления. Это не значит, что все бы получилось в плане футбола. Но с точки зрения возможностей это был космос. А он решил остаться в своем кабинете».

– Жмот?

– Не хватило смелости. Ты или расстаешься со своим детищем, или нет. Как Берлускони и «Милан» – это его команда, он долго не хотел продавать, мучился. Или Моратти с «Интером». Я его близко знаю – это была его жизнь. Если он отдавал «Интер», то жизнь для него кончалась. Так и произошло. Он сразу резко постарел. Но он понял, что здесь или его амбиции, или выживание клуба. Вот Володя этого не понял. Не смог поставить интересы исторического клуба выше своих. Берлускони тоже мог сидеть как наседка – и не было бы «Милана». Но они ушли, хотя им пришлось тяжелее Алешина. Это внутреннее решение человека – понимает он, что такое «Торпедо» для страны, или нет. Дело не в деньгах, главное – чтобы у него внутри было понимание масштаба. Сначала история, потом ты. А у него было «Я хозяин». Он мог стать одним из основателей нового «Торпедо», первого суперклуба России. А он, как вы, все время про деньги говорил.

Как эта история повлияла на русский футбол 

Через три года после несостоявшейся сделки «Торпедо» свалилось в первую, а затем и вторую лигу. С тех пор был всего один сезон в РПЛ – и новые проблемы. Три недели назад команда выбралась из второго дивизиона на деньги миллиардера Романа Авдеева. Он купил клуб вместе со стадионом на Восточной улице, вокруг которого построит жилой квартал.

Мамут ходит на стадион, а его КБ «Стрелка» выбирала проект новой арены на Восточной. Финансированием команды он не занимается – сказалось второе неудачное пришествие в 2009-м, когда бизнесмена кинул уже Тукманов (выступал посредником при сделке, в итоге перевел клуб на себя, став владельцем – Sports.ru) .

Алешин расстался с командой за один рубль в 2008-м, а «Лужники» в 2011-м отошли правительству Москвы за 10 миллионов евро – в десятки раз дешевле рыночной стоимости.

Керимов интересовался футболом: в 2005-м хотел купить «ПСЖ» (этот вариант ему тоже предлагал Мамут), имел ложу на «Стэмфорд Бридж», в 2004-м хотел помочь Прохорову в «Москве». Рассказывает Ткаченко: «Звонил: «Он мой друг. Хочу, чтобы в его команде был Каряка, а ты не продаешь. Продай». – «Сулейман, он мне самому нужен». В 2012-м Керимов все-таки создал суперклуб – «Анжи».

Абрамович искал возможность помочь русскому футболу. Сначала вел переговоры с Лужковым о строительстве стадиона для сборной у метро «Ботанический сад». Проект оценивался в 100 миллионов долларов, а занимался им Сергей Капков.

«Капков появился из-за того, что сорвалось в «Торпедо». Думаю, эта сделка вообще изменила футбол, – говорит Ткаченко. – Срыв переговоров перешел в хороший спонсорский контракт «Сибнефти» Абрамовича с ЦСКА и покупку школы Коноплева (академия в Тольятти, которая выпустила Зобнина, Кутепова; еще фонд Абрамовича стелил сотни полей по всей стране и покрывал контракт Гуса Хиддинка в сборной – Sports.ru). Электрошнур, который нужно было заземлить в помощи российскому футболу, реализовался. И отказ Алешина, конечно, стал триггером такой помощи. Этим Алешин не только навредил футболу, но и дал импульс, чтобы Роман помог в чем-то другом».

Тимур Журавель рассказал Головину кучу интересного про Англию, АПЛ и кошмарную деревню Салаха

Фото: REUTERS/Action Images/Darren Walsh; Gettyimages.ru/Dmitry Korotayev/Pressphotos, Martin Rose/Bongarts, Jamie McDonald; РИА Новости/Ун-Да-Син, Антон Денисов, Владимир Федоренко, Дмитрий Донской, Сергей Субботин; vk.com/torpedomoscowfc/Александр Робин, Юрий Дородонов; globallookpress.com/imago-images.de, Viktor Chernov/Russian Look, imago sportfotodienst

+279
Популярные комментарии
LeSang
+482
Классная история. Украл у России. Сбежал в Англию и инвестировал в нее в виде Челси. Получил гражданство Израиля и плевать он хотел на всех россиян. Но Спортс пишет про Абрамовича аки "про героя, который хотел инвестировать в Торпедо". Ну тогда надо и про других "героев" России написать в подобном ключе: про дзюдоистов Ротенбергов, уголовника Усманова и тому подобных людей, которые сделали Россию "великой"...
Шер-Хан
+301
Гораздо больше пользы принес Абрамович для футбола России, настояв на приглашении в сборную Хиддинка и финансируя его контракт
SOLMYR
+204
Альтернативный российский футбол:
Торпедо с Абрамовичем европейский топ клуб
Криштиану Роналду легенда Динамо и лучший бомбардир в истории РФПЛ
Марсело и Кака тащат ЦСКА к европейским вершинам в ЛЧ
Зенит после удачного обмена Аршавина на Месси в 2008 стал первым российским клубом дошедшим до финала ЛЧ
В Локомотиве феерят Модрич, Подольски и Мертенс.
Спартак доминирует в Пердиве.
И самое смешное, что все что я написал, на самом деле могло произойти
lotosss
+157
Что купил Челси - молодец, а если бы купил Торпедо, то ничего бы в нашем футболе не изменилось. Да и продал бы его через пару лет от осознания, что изменить ничего не сможет.
ART DK
+136
Что за привычка у Ткаченко : «Я пошёл в магазин и купил bread” ; “ Я очень люблю мою wife, и у нас с ней two children”. Понимаю , что есть заимствованные слова , которые сложно ,да и не нужно заменять русскими. Но этот случай - какое-то психическое отклонение)
Написать комментарий 132 комментария

Новости

Реклама 18+