Сергей Кирьяков: «С теплотой вспоминаю Тулу»

 

- Сергей Вячеславович, для Вас, наверное, не секрет, что в восприятии подавляющего большинства тульских болельщиков Вы до сих пор если не вредитель, то образец того, как не надо делать.

- Я вредитель? Оставил команду впервые в истории в высшей лиге и все равно плох, все равно навредил…

 

- Возможно это потому, что о периоде Вашей работы в «Арсенале» не так много публичной и подробной информации, возможно с этим связано некоторое недопонимание. Поэтому сегодня хотелось бы поговорить о Вашем личном восприятии того, что было.

Начнем мы с самого начала. Шестого октября 2016 года Вы стали главным тренером «Арсенала». Предложение этой работы было неожиданным?

- В какой-то мере да, неожиданным. Это с одной стороны. С другой стороны были определенные разговоры и слухи, которые до меня доходили, но до поры никакой конкретики не было. Предметный разговор состоялся уже перед самым моим назначением. Мы общались и до этого с Гурамом Аджоевым (президент «Арсенала» с пятого октября 2016 года – прим. адм.) по разным вопросам, в частности по работе Народной футбольной лиги, которую он организовал. И вот после матча «Арсенала» с «Локомотивом» (который состоялся первого октября – прим. адм.) у нас с ним состоялся разговор. У команды было семь очков в девяти турах, три забитых гола, четырнадцатое место, и он поинтересовался моим мнением, как можно эту ситуацию исправить.

 

- Долго думали над тем, принимать команду или нет? Сомневались?

- Риск, конечно, был. Все же я тогда был тренер-дебютант, который начинал работу сразу на таком серьезном уровне. И можно было потерять за две секунды всё. Но были силы, энергия, желание. Была мечта возглавить клуб премьер-лиги. И я такой человек, который в жизни часто рисковал, без этого никогда бы не достиг того, чего достиг. Да, положение было тяжелым. Но я посмотрел несколько игр, подумал день-два и согласился.

 6 октября 2016 года. Сергей Кирьяков и Гурам Аджоев. Фото ПФК «Арсенал»

- Т.е. когда Вы шестого октября пришли в клуб, то некий план и понимание того, что нужно делать, уже были.

- Да, примерный план уже был. Я много видел в футболе, играл в серьезных клубах, сборной, поэтому хорошо понимал, что такое лидеры, что такое раздевалка, что такое тренировочный процесс. Надо было еще только внимательно посмотреть на игроков. Когда смотришь матчи, то не так видны личные особенности, там это нивелируется командными действиями, эпизодами игры, действиями соперника. Именно при тренировочной работе ты лучше видишь те проблемы, которые есть как в целом у команды, так и индивидуально у каждого футболиста.

 

- К тогдашнему составу у болельщиков теперь довольно критичное отношение. Какое у вас сложилось впечатление, что порадовало, удивило, ужаснуло, может быть?

- До следующего матча было две недели, первые дни ушли на то, чтобы в процессе тренировок, индивидуальных и командных упражнений понять, кто из футболистов чего стоит. Дня через три-четыре у меня уже сложилась картина по каждому. Удивил же меня, причем неприятно, уровень организации работы. Когда мы пришли несколько игроков были травмированы. На вопрос «Где они находятся?» мне ответили «Ну они там сами восстанавливаются с какими-то специалистами». Я профессиональный футболист, работал во многих клубах и привык, что игрок просто не может куда-то сам уезжать, заниматься самолечением. Да еще «с кем-то там». У меня волосы дыбом встали. Какое-то время пришлось посвятить наведению порядка. Ведь игроки должны восстанавливаться в клубе, на виду у доктора, главного тренера. Они же ведь деньги свои в клубе получают. Да, игрока можно послать на лечение в клинику в России или заграницу, но и при этом в курсе всего должен быть врач, главный тренер, руководство. Нужен контроль за тем, что, где и когда происходит с футболистом.

 

- Т.е. на Вас оказалась еще и некоторая административная работа?

- Да, пришлось выделять время, нужное для игровых моментов, на это направление. Но не было другого выхода. В команде был небольшой тренерский штаб: со мной пришел Александр Шмарко, остались работать Андрей Козлов и Валерий Чижов, тренер вратарей. И вот мы всем штабом допоздна каждый день сидели, обсуждали, планировали, анализировали, думали о том, как построить, как наладить.

 

- Так в чем на Ваш взгляд была главная причина неудачного старта: психология, физическое состояние, еще что-то?

- Каждый тренер должен трезво и четко представлять себе уровень имеющихся у него футболистов. После этого уже можно выстраивать тактику игру. Как общую, так и под конкретного соперника. Мы пришли к выводу, что играть в открытый футбол нельзя. Впереди была игра с Краснодаром, командой играющей и атакующей. Мы внимательно разобрали домашнее поражение от Зенита, когда команда раскрылась и получила 0:5. Поэтому мы выбрали оборонительный концепт. Поймите, главное это результат. Особенно, когда тяжелое положение в таблице и минимум времени. Тут не до выстраивания стиля. Тем более атакующего, который с нашим подбором игроков в принципе построить было нельзя. Ведь что такое атакующий стиль? Это игроки, футболисты высокого уровня, с футбольным интеллектом, способные обыгрывать один в один. Разве мы много видим сейчас таких, особенно в командах нижней восьмерки? Нет. Поэтому мы могли играть только за счет дисциплины, плотной и организованной игры в обороне, со ставкой впереди на быстрые атаки и стандарты.

 

- Как игроки воспринимали новые требования? Игра против «Краснодара» была на тот момент одной из лучших, внушила оптимизм, команда сыграла очень уверенно, строго, ничего не дав создать сопернику.

- Всегда так бывает, что приход нового тренера заставляет игроков показывать запредельный настрой и отдачу. Им хочется зарекомендовать себя, поэтому положительный эффект бывает почти всегда. А потом начинаются будни. Ежедневная, сложная, рутинная работа. Когда начинаешь день за днем прорабатывать схему, добиваться автоматического выполнения необходимых на поле действий. Людям начинает не нравиться, что приходится много тренироваться.

 Фото ПФК «Арсенал»

- Кстати, эта проблема, как говорят, актуальна у нас и сейчас. Длинные тренировки, требования обязательно выполнить все упражнения, длинные и информационно насыщенные теоретические занятия – это что, норма, требование времени, блажь тренера?

- Слушайте, а кто сказал, что тренировка должна быть короткой? И особенно тогда, когда идет освоение новой схемы, новых требований? Вот Илья Максимов тут говорил, что тренировки никакие, по два часа, мы простаивали. А если бы тренировались по часу, как до того, играли, как он хотел, в квадратики без определенных задач и целей, то поверьте, мы бы упали вниз так, что никогда не поднялись потом. Тренировка это целенаправленная работа. Игроки должны понимать, что время, когда они приходили слегка потренироваться, поиграть в маленький квадрат, в большой, хи-хи, ха-ха, повеселились и разбежались по своим делам, такие времена прошли. Сейчас футбол требует другого: скорости, скорости бега, скорости мысли. А это только тренировки, только автоматизм.

 

- Но ведь есть же у футболистов поговрка: пусть тренируется тот, кто играть не умеет

- Ну если ты так говоришь, то и доказывай на поле. Выходи, решай игру. Вот играл такой Марио Баслер, которому Отто Рехагель позволял тренироваться так, как Марио хотел. И что? Баслер создавал, забивал, он делал результат. Для меня тогда тоже этот вопрос бы снялся. А Максимов только говорил. Когда команда выходит на поле и играет вдесятером только потому, что кому-то лень выполнять требования, это не приведёт ни к чему хорошему.

 

- Что пошло не так дальше?

- Схема, которую мы выбрали, в целом работала. Но потом случилась череда игр, проигранных в один мяч. Даже поражение от Ростова 1:4 было не таким страшным по самой игре. Мы повели в счете, играли хорошо, уверенно. А потом случилась ошибка Горбатюка, когда он в простейшей ситуации вместо того, чтобы вывести мяч верхом отдал его низом через центр. И обрезал команду, мы получили гол, растерялись, тут же получили второй. Третий и четвертый в концовке уже ничего не решали, мы оголили тылы, пытаясь сравнять. Класс игрока – способность совершать минимальное число индивидуальных ошибок, которые ломают командную игру. Именно из-за индивидуальных ошибок мы страдали тогда. А схема работала. Она работала в том же Ростове, в Уфе. Но там уровень игроков был выше, потому и ошибок было меньше.

 6 ноября 2016 года. «Ростов» — «Арсенал» 4:1. Фото ФК «Ростов»

- Обычно неудачи сразу же сказываются на настрое в коллективе. Игроки теряют веру в схему, тренера, появляются взаимные претензии. Всё это было?

- Это нормальная ситуация. Чистая психология. Игроки неудовлетворенны результатом, у тех, кто не проходит в состав есть свои претензии, да еще частенько бывают игроки, которые только подогревают общую ситуацию. Конечно же недовольны болельщики, руководство. Мы это прекрасно понимали. Но все равно шли своим путем. Мы отдавали себе отчёт: если мы раскроемся, то будет много хуже.

 

- Зима оказалась ознаменована одной из самых масштабных трансферных компаний. Ушли тринадцать игроков (Герус, Фильцов, Фримпонг, Калешин, Айдов, Смирнов, Маслов, Браун Форбс, Аппаев, Шешуков, Р.Мухаметшин, Горбатюк, Горбанец – прим. адм.), пришли девять (К.Комбаров, Габулов, Боурчану, Григалава, Расич, Иванов, Сунзу, Александров, Мусса Думбия – прим. адм.). Можете выделить матч, день, момент, когда Вы поняли: с теми, кто был в команде на момент Вашего прихода, задачу не решить, пора «резать мясо»?

-  Не могу. Все это в процессе работы. За октябрь-ноябрь стало понятно, что от группы игроков надо освобождаться. Понятно, что это неприятно, тяжело с человеческой точки зрения. Но это профессиональный спорт. Тут необходимо принимать такие решения, ведь на кону стоит клуб, болельщики. И чтобы оставить команду в премьер-лиге нужно было менять состав. Мы давали шанс всем игрокам, в том числе и тем, кто потом клуб покинул. Были те, кто им воспользовался. Но большинство не смогли.

 

- Не смогли почему? Не хотели, не умели?

- Кому-то просто не хватало уровня для премьер-лиги. Кому-то возраст уже не давал показать себя. Кому-то помешали себя показать травмы. А кто-то, как Фримпонг, откровенно валял дурака, делал тут из нас всех идиотов. 

 28 августа 2016 года. «Урал» — «Арсенал» 1:1. Эммануэль Фримпонг

- Решение о расставании с конкретными игроками кто принимал?

- Мы обсудили его с тренерским штабом, потом я подал список руководству, пояснил причины. Руководство клуба это решение поддержало. Но давайте так. Кто из тех игроков, с которыми мы тогда расстались, заиграл после этого в других командах, пусть даже того же уровня? Кто? Кто смог прибавить? Никто. Кто-то вовсе закончил, кто-то ушел в ФНЛ, да и там, то играют, то не играют. Что это как не уровень? А Кирьяков зато плохой был…

 

- Зимнее усиление оказалось настолько удачным, что эти игроки почти все составляли костяк команды, занявшей седьмое место. Некоторые играют и сейчас важную роль. Кто определял потребности, подбирал и выбирал игроков?

- Все позиции нуждались в усилении. Для такой работы нужен был селекционный отдел, которого у нас не было. Поэтому всех тех, кого присылали агенты, нам приходилось отсматривать и сортировать самим. Представьте себе мой отпуск, который начался в декабре после окончания первой части сезона: каждый день мое утро начиналось с ноутбука. В день я просматривал по десять-пятнадцать игроков. Понятно, что свои ограничения накладывала наша селекционная политика – брать только бесплатных игроков. А ведь надо понимать, что это не только уменьшает выбор, но и влияет на уровень кандидатов, ведь хороший бесплатный игрок это редкость большая. Поэтому от отпуска осталось от силы дня четыре, пара дней до нового года и пара после, когда я смог хоть немного отдохнуть. Но за сделанный выбор не стыдно. Ошибки неизбежны, но однозначно все пришедшие игроки были сильнее тех, кто ушел.

 

- Пожалуй, относительной ошибкой можно назвать только приход болгарина Иванова.

- Согласен. И еще очень тяжело было с нападающим. Сейчас с ними вообще тяжело, а еще чтобы он был бесплатным… Из тех, кого нам предложили, Расич был пожалуй оптимальным вариантом. Он был бесплатным, сидел на скамейке в Аргентине в команде, которая находилась глубоко внизу. Для сравнения, наш конкурент «Оренбург» в это же время взял нападающего сборной Словакии Дюриша. Они заплатили за него 600 тысяч евро и дали очень хорошую зарплату, мы взяли Федерико бесплатно, а его зарплата была в разы меньше. Но Расич забил шесть голов, а Дюриш один. Они вылетели, мы остались. Мы хотели того же Джорджевича, я очень его хотел. Уверен, что с ним мы бы остались и без стыков. Но на тот момент мы не смогли решить финансовый вопрос.

 18 января 2016 года. Сергей Кирьяков и Федерико Расич. Фото ПФК «Арсенал»

- Зимой ведь усилился еще и тренерский штаб. Пришел Семшов, вместе с Габуловым в команде появился Чанов.

 

- Да, именно так. Еще бы отметил появление опытного тренера по физподготовке Андрея Дмитриева. Понимаете, хорошо, когда в команде есть необходимое число специалистов, есть кому заниматься аналитикой, просмотром игр. У главного тренера много своих задач, если он будет затыкать все дыры, то его просто надолго не хватит. У нас было такое положение, что приходилось справляться своими небольшими силами. Сначала это было интересно, но чем дальше, тем было тяжелее. До ночи мы смотрели игры соперников, причем не только ближайших, просматривали потенциальных новичков, думали про усиление своей игры, планировали подготовку, упражнения. Силы уходили и все, наконец, пришли к выводу, что нужен еще один специалист. Я давно знаю Игоря, он очень хороший специалист, с его стороны много полезного было сделано. Его мнение, как по футбольным вопросам, так и вне футбольного поля, очень помогало при анализе.

 

- Как игроки вписывались в команду?

- Одна из проблем была в том, что игроки приходили не с первого сбора, поэтому сразу наиграть состав не получалось. На флажке нам удалось взять Думбию, который стал одним из ключевых игроков. Проблема адаптации была, конечно. Игроки приходили из разных команд, они играли по другим требованиям, схемам. Иногда требования наши к игроку на конкретной позиции очень сильно отличались от того, к чему привык игрок.

 

- Приходилось много общаться индивидуально, наверное? Или Вы не сторонник такого тесного и частого общения с игроками?

- Я считаю, что игроки должны, прежде всего, выполнять свою работу. Да, я могу пообщаться с тем или иным игроком. Но это не должно переходить в систему, когда ты ежедневно беседуешь индивидуально с десятком игроков. Есть какой-то момент, вызвал, поговорил. И всё, вперед, ты профессионал, выполняй то, что требует тренер. Учитывай, что тебе говорит тренер, устраняй ошибки, на которые тебе указывают. Выходи на поле и доказывай, что тренер не прав, что ты сильнее конкурента. Это профессиональный спорт.

 

- Иногда говорят, что один из показателей работы тренера это тот прогресс, который происходит у его игроков. Согласны?

- Отчасти. Но важнее тут другое. Главное это использовать лучшие качества игрока в интересах команды, компенсируя его слабые места тоже командными действиями. Да, много зависит от уровня игрока, чем он выше, тем большие задачи можно ему ставить. А по нашей команде такой вам пример. Мусса Думбия, игрок, главным козырями которого являются скорость и умение обыграть. Зачем ставить его в рамки и требовать играть через пас? Это же глупо. Поэтому он играл с задачей поиска свободной зоны, чтобы остаться на пространстве, один в один, после чего от него требовалось идти в обводку, убегать. Матч с «Томью» в Туле очень показателен, а ведь еще была игра дома с «Ростовом», где он был хорош, игра со «Спартаком», где он еще в первом тайме заставил Джикию получить красную.

 Мусса Думбия. Фото ПФК «Арсенал»

- И все же был в той команде яркий пример прогресса. Федерико Расич провел финиш сезона так, как не играл ни до того, ни после. Это чем было обусловлено: он идеально вписывался в схему, Вы адаптировали схему под него, доверие, индивидуальная работа с ним?

- Нет одной причины, все понемногу. Как только он прилетел к нам, сразу после официальных процедур, мы сразу пошли с ним в видеозал. Вот буквально, я его взял за руку и мы пошли. И там я начал ему показывать на примере то, что от него необходимо. Чтобы сразу же нацелить его на определенную работу, показать ему направление, куда он должен двигаться. Мы много говорили с ним о том, куда он должен открываться, какие зоны он должен использовать, чтобы быть опасным и забивать. Ведь для нападающего очень важно уметь играть именно без мяча. И эта работа постоянно продолжалась на тренировках. Мы его загнали в рамки, четко объяснив, что он должен делать, что он вообще не должен делать. К примеру, у него есть проблема с работой с мячом внизу, поэтому установка ему была: не возись, получил – отдай, твоя задача – штрафная площадь. Понятно, что в игре бывало всякое, были хорошие моменты, были плохие. Кроме того, очень важна была его роль при выходе из обороны. Он должен был принять мяч, побороться, скинуть открывающимся под него скоростным игрокам, прежде всего Думбия.

 

- Тот футбол, в который играла команда, болельщики считали крайне незрелищным.

- Вы поймите вот что. Да, оборона для нас была приоритетом. Осенняя часть показала – малейшая ошибка наших игроков приводит к тому, что нас наказывают. А когда ты находишься внизу, то права на ошибки нет вообще. Ведь еще обязательно будет невезение, будут судейские ошибки, будет залетать то, что не должно. Так зачем давать шансы на ошибку? Поэтому да, основная задача была – сыграть на ноль. И в домашних матчах весеннего отрезка мы пропустили только в одной игре, с «Локомотивом». Когда мы остались вдесятером после ошибки Лапочкина, когда после равного первого тайма в самом начале второго зашел этот сумасшедший удар Фернандеша, а в концовке мы раскрылись и пропустили еще два. Это раз. Второе, мы не пропустили ни одного мяча дома со стандартов, да и вообще, за весь второй круг нам забили только пенальти и штрафной прямым ударом в Оренбурге. Ни одного результативного розыгрыша у соперников! А ведь в современном футболе стандарты – главное оружие. Это показал чемпионат мира, это показывает нынешний сезон, когда «Спартак» забил всего один гол с игры, а остальные со стандартов. И это один из лидеров, команда, укомплектованная высококлассными игроками.

 

- Вот Вы немного затронули тему домашних и выездных игр. По домашним матчам «Арсенал» в весенней части был в топ-5 в лиге, а на выезде терпел одно поражение за другим. В чем была причина на Ваш взгляд?

- Сложно назвать одну причину. Думаю, что основная – давление. Домашние игры для нас были как финалы, при поддержке своего стадиона ребята выкладывались, бились изо всех сил. И добивались результата. Будь ситуация попроще или команда повыше классом, результаты могли бы быть примерно равными. А так у игроков наступало некоторое психологическое расслабление, они как бы выдыхали. Думали, что на выезде они могут провести матч более спокойно. И как бы мы не старались убрать все эти моменты, объяснить, что результат при нынешнем уровне команды может быть достигнут только через большое усилие, напряжение, запредельную самоотдачу – у нас не получалось. Игроки все понимали, они тоже очень хотели остаться, они профессионалы. Но уровень не позволял победить на классе, а психология не позволяла поставить сверхусилия над собой на поток.

 

- Тут не меньше, чем роль тренера, важна и роль лидеров команды. Были такие? На поле, в раздевалке.

- Всегда царила рабочая атмосфера. Осенью явных лидеров не было, примерно ровное спокойное состояние. Старались, но не было игрока, который мог встряхнуть, завести. А весной лидером стал Габулов. Да, мы искали именно такого человека, лидера по духу. Он лидер в раздевалке, лидер на словах, лидер на поле. Такие игроки важны, нужны. Поэтому когда появился такой вариант, то мы с удовольствием Володю пригласили. И он сделал свою работу не только на поле, но и вне его. Какая бы критика на него не была после голов от «Краснодара», «Локомотива», в решающий момент он всегда вел команду за собой, выручал. Я прекрасно знал и слышал все эти мнения: не прыгает, сколько можно, уберите его. Но те мячи были действительно тяжелыми, я не обвинял никогда его в тех голах. Сложные моменты, стечение обстоятельств. Но со своей работой он справился.

Владимир Габулов. Фото ПФК «Арсенал»

А так были, конечно, некоторые конфликты в раздевалке. Это неизбежно, это есть везде и всегда. Столкновение мнений, амбиций. Но как бы то ни было во главе для всех всегда стоял клуб. Практически для всех важнее всего была цель остаться. Отсюда какие-то претензии, замечания. Знаете как говорят: если в команде происходят конфликты, значит команда жива. Когда полная тишина и спокойствие, то значит всё кончено, потому что это равнодушие. Поэтому когда спорят и ругаются игроки с игроками, тренер с отдельными игроками – это все от того, что они хотят добиться результата.  Нет тренера, который бы не проходил через это. Я будучи игроком не разговаривал с некоторыми тренерами, тренеры со мной не разговаривали, но шла игра, я выполнял их требования. Как тренер и я иногда сознательно шел на какой-то конфликт, когда считал, что желание игрока доказать мне мою неправоту может пойти на пользу команде.

 

- Может ли тренер реально влиять на ход игры от бровки?  Или тут основной является роль игроков, которые уже сами ориентируются на поле, принимая какие-то решения по адаптации схемы? И вообще, насколько «Арсенал» был управляем на поле?

- Роль игроков важна, но реализация этой роли зависит от понимания игры, футбольного интеллекта. Тренер со своей стороны тоже оказывает влияние на игру. Да, можно и от бровки пытаться что-то перестроить, а уж в перерыве он обязан вносить коррективы. Причем, по ходу матча необходимо уметь оставлять голову холодной. Уже за пять минут до ухода на перерыв ты должен понимать, что надо изменить, кому и какое задание дать, что сказать команде в раздевалке. Другое дело, насколько они будут поняты и реализованы игроками, ведь для этого необходимо наигрывать разные варианты развития ситуации. Кстати, тут тоже важна роль лидера на поле. Ему по ходу игры проще, чем тренеру кого-то взбодрить, кого-то успокоить.

 

- Этот вопрос я задал не из праздного любопытства. Фамилии называть не буду, но даже от пары игроков, не говоря уж о «приближенных» к команде людях, довелось услышать, что роль тренера Кирьякова и в управлении игрой, и в достижении конечного результата, несколько переоценена. Якобы игроки сами принимали решения по играм, играя иногда даже вопреки установке. И даже можно сказать, что не вылетели вопреки тренеру.

- Сказать можно всё, что угодно. У победы отцов всегда много. Но и поражение это не сирота, всегда есть единственный «козёл отпущения» – главный тренер. Я на это внимания не обращаю, отставляю это все ненужное в сторону. Поймите, это эмоции. Игроков, мои. А по сути это тоже показатель интеллекта футболистов. Да, эпизоды на поле решают игроки. И если он забивает, отдает голевую – он молодец. Но концепт игры, план игры – это тренер.

 

- За время Вашей работы в «Арсенале» были ли люди, которые удивили приятно, проявили себя лучше, чем Вы ждали, или наоборот, показали себя не с лучшей стороны, не оправдали доверия или подвели?

- Да, разумеется. Были и те, и другие. Начнем с того, в ком разочаровался. Это Илья Максимов, человек, про которого я думал, и мне также говорили, что это игрок высокого уровня, игрок, который должен определять игру, вести за собой. По факту же кроме пустых слов, рассказов, что он когда-то где-то играл, ни на поле, ни в тренировках не показал ничего. Причем он даже не хотел воспринимать то, что мы ему говорили. Сколько ему показывали видео, чертили на доске куда бежать, как открываться, всё бесполезно. Он выходил и играл сам с собой. Скорости нет, дриблинга нет, в обороне не отрабатывал, головой не играет. Один забитый гол, в последнем туре «Спартаку», в пустые ворота. Расич четыре месяца пахал на тренировках и забил шесть. Максимов, который мнил себя лидером, лишь болтал.

Приятно же удивил Беляев. Достаточно своеобразный человек, очень спокойный характер, сами игроки над ним частенько подшучивали. Да, были и пара грубых ошибок. Но он не взирая ни что выходил и работал. А потом еще работал. И еще. Выходил на поле – выкладывался на сто процентов. Всегда. Именно поэтому он и кандидатом в сборную был, и серьезные клубы им интересовались, и в «Арсенале» сейчас столп обороны.

 5 декабря 2016. «Арсенал» — «Анжи» 1:0. Максим Беляев. Фото ПФК «Арсенал»

- Среди болельщиков по поводу Беляева бытует мысль, что он был так хорош потому, что рядом был Сунзу. Что это замбиец был лидером обороны, ведущим. А Максим – игрок ведомый. Есть ли в этом доля правды и насколько вообще применимо такое распределение ролей у защитников?

- Роли абсолютно необязательны. Да, один может быть опытнее, выше классом. Но что если оба игрока равны? Пара Игнашевич – Василий Березуцкий, кто там ведущий, кто ведомый? И чтобы Вы понимали: Сунзу вообще почти не разговаривал на поле, не командовал. Кстати, надо его отметить тоже. Очень хорошее приобретение. Я когда увидел его игру, то сразу сказал – надо брать. Очень удивлен тем, что он вообще оказался у нас. Для «Арсенала» это был игрок топ-уровня. Скорость, спокойствие, мощь, игра наверху, отлично ведет единоборства, игрок сборной – все в одном игроке. Это был настоящий подарок.

 

Вот Беляев, Сунзу, Габулов – это те люди, благодаря которым удалось укрепить оборону. Атака же жила Расичем и Муссой Думбия. Тоже отличный игрок. Многие ругали его за попытки обыгрывать, когда он терял мяч, то партнеры «пихали» ему, но я всегда говорил: не трогайте его, пусть пробует. Из четырех раз он один обыграет и сделает эпизод, который может решить игру.

 

- Среди тех, кого выделили, всё же больше легионеров. Они лучше воспринимали указания, точнее их исполняли?

- Нет, лучше воспринимали как раз наши. Легионеры иногда базировались на старом опыте. Вот возьмите Боурчану. Отличный игрок, огромный опыт. Когда мы начали определять ему круг работы, задач на поле, то столкнулись с проблемой. Вот никак он не мог играть с тремя центральными защитниками. Всю жизнь играл с двумя, привык опускаться ниже к ним за мячом, оттуда его двигать, распределять по полю. Мы ему говорили: принимай мяч выше, не опускайся, ведь тут и так три защитника, с тобой четыре, это много, это плохо для игры в центре поля, к тому же ты там сможешь отдать более острую передачу за спины защите, отрезать больше соперников. Он спорил, но старался делать то, что просили. Но это обычная ситуация, со многими приходилось спорить. Вот Горбатенко тут сказал, что мы играли в «бей-беги». Но я никогда в жизни на установке не произносил этих слов, что мол, вот выбей, там поборемся, и как получится. Единственное, что я говорил перед каждым матчем: если тебя накрывают и ты не видишь свободного адресата, не имеешь возможности осмотреться, то для того, чтобы избежать ошибки, играй длинной в ту зону, где по плану должен быть Расич. И в этом случае если он выполнил свое задание, оказался там, поборолся и зацепился за мяч – просто отлично. Если его там нет или он проиграл борьбу, то это не страшно, ведь ты не обрезал никого. Кстати, вспомните гол, который Расич забил дома «Крыльям». Он открылся, как его учили, получил мяч и забил. А отдал ему кто? Горбатенко ведь отдал то. Выходит, не зря мы наигрывали такую комбинацию. И еще я всегда говорил: ребята, пусть соперник нас обыграет, пусть он придумает что-то, чтобы забить нам гол. Вы сами ни в коем случае не должны помогать им своими ошибками, пропуская эти дешевые голы.

 

- Обвинения в скучной, «автобусной» игре основаны и на той схеме, по которой Вы играли. 5-4-1 сложно назвать схемой конструктивной и атакующей. Хотя, если вдуматься, то характер игры тут определяется той ролью, которая есть у фланговых игроков.

- Совершенно верно. Если надо играть более остро, давить, то эта схема легко перестраивается в 3-6-1, 3-5-1-1 и так далее. Да, еще раз повторю, что приоритетом для нас была плотная и надежная оборона, которую эта схема обеспечивает. Но опять, мы не открыли Америку, по этой схеме играет множество команд. Посмотрите на Бердыева, он культивирует 5-3-2 много лет в «Рубине», «Ростове».  Да, там иной уровень исполнителей. Когда у тебя на фланге бегают Кузьмин или Калачев, то тут явно про «автобус» никто не скажет. Основной вопрос тут один – баланс. Игроки должны четко понимать, когда наступает момент перестроения. За короткое время поставить это очень тяжело. Мы, кстати, перешли на ту же 5-3-2 начиная с матча в Краснодаре.

 

- При такой схеме очень важна роль крайних игроков. У нас справа был хорошо знакомый с этой позицией Кирилл Комбаров, а вот слева Вы использовали Александрова, который до того играл больше правого полузащитника. Это от кадрового голода решение? И как сам игрок его воспринял?

- Почему, он выступал уже на этой позиции, она не стала для него открытием. Когда мы только его подписали, то разговаривали по этому поводу. И он сказал: для меня тут все знакомо. Даже наоборот, когда мы смотрели на его игру именно в полузащите, то ему не хватало там агрессии, все равно его подспудно тянуло в оборону. Хотя, он подключался хорошо, Вы помните, наверное, какой прекрасный гол он забил «Томи». Или когда он подключился в игре со «Спартаком» и своей передачей сделал гол для Максимова.

 

- И если еще говорить про края. Много отмечали, что подключившись вперед и Комбаров, и Александров не успевали возвращаться. Причем, Комбаров, проиграв определенное расстояние, просто переставал бежать. Есть эта проблема и сегодня.

- Такое бывало, но компенсировать это должна были именно схема в три центральных защитника. Оба фланговых игрока никогда не должны были играть на одной высоте, один всегда должен был быть ниже. И тогда, при провале подключившегося вперед игрока, его страховал крайний центральный защитник, ближний к просевшему флангу. Таким образом, вся линия обороны смещалась на одну позицию в сторону провала, затыкая дыру.

 

- Но сейчас два центральных не успевают этого делать.

- Да, потому тут важна роль опорного. В этом случае обычным построением в центре является треугольник с широким основанием. Тогда ближний к зоне прорыва обороны опорный смещается, чтобы закрыть дыру. Или туда выходит центральный, а опорный опускается на его место. Когда же треугольник в центре расположен острием к своим воротам, т.е. ниже играет всего один человек, то данная схема весьма уязвима к контратаке при потере мяча. Но так у нас обычно играют топ-клубы с позиции силы. Да, у них сзади остаются свободные зоны. Но при этом у них много выше уровень игроков обороны, что позволяет не допускать серьезной проблемы. А если пара центральных не такого высокого уровня, то тут неизбежны проблемы. Очень много нюансов, на самом деле. Есть такой важный элемент, как тактический фол, когда при потере ты понимаешь, что за спиной открытое пространство, то должен успеть сфолить. Тренер определяет концепцию, но реализуют ее игроки. Не подстраховал, не добежал, не успел сфолить – получили гол. Это не значит, что сама схема выбрана неверно. Это просто ошибка. В футболе побеждает тот, кто меньше ошибается.

 

- Мы уже поговорили вкратце про выход в атаку. Заброс на Расича был основным вариантом?

- Все зависело от ситуации. Если нас долго возили в обороне, мы наелись там, бегая без мяча, да еще соперник начинал сразу прессинговать, то надо было выбивать в свободную зону, отрезая тем самым их центр. А дальше все зависело от нашего центрфорварда. Если же соперник давал играть, не успевал создать плотного прессинга, то надо было выходить в атаку низом, коротким и средним пасом. Мы наигрывали разные ситуации, но я всегда говорил игрокам: футбол это не баскетбол, я не могу решать за вас и показывать схемы комбинаций, вы должны сами принимать решения по ситуации. Тот же «Краснодар» играл очень высоко, оголяя фланги. Мы провели там хороший первый тайм за счет того, что хорошо использовали их слабости, Шевченко мог забить. Но вот этот дальний удар Каборе, в концовке гол Смолова – и мы проиграли. Но по структуре игры мы действовали грамотно.

 

- По второй части сезона, если абстрагироваться от результата конкретных матчей, Вы удовлетворены действиями команды, реализацией игроками Ваших задумок?

- В первую очередь я удовлетворен тем, что мы решили задачу. Есть не то, чтобы не удовлетворенность. Но просто есть мысль, ощущение, что должно было быть лучше. Мы должны были решать задачу без стыков. Но как-то вот так складывалось. Обидный гол в Уфе, уже в добавленное время, когда мы до последнего пытались дожать игру на победу. Да, многое не получалось, но мы действительно пытались победить. А главное – игра с «Амкаром». Игроки вышли под огромным давлением, с гирями на ногах. Я это понимал, пытался как-то разгрузить, но не получилось. Еще хорошо, что в концовке нас простили.

В футболе много решают какие-то эпизоды. Возьмем первый стыковой матч. Второй тайм мы просто играли на их половине, придавили, забили, могли и должны были забивать еще, а одна ошибка Григалавы, Малоян убежал и забил. В результате валидольный второй тайм.

 

- Какие для Вас лучший и худший матчи по содержанию игры?

- Лучший – со «Спартаком», в последнем туре. До сих пор с удовольствием пересматриваю этот матч. Еще, пожалуй, «Краснодар», где мы хоть и проиграли, но показали хороший футбол. Худший – «Амкар», однозначно. Ну и еще добавил бы выездную игру с ЦСКА. Мы понимали, в каком ключе будет проходить эта игра, что нам будет тяжело. Так и вышло. Не понравилась игра, прежде всего тем, что абсолютно ничего не создали в атаке. Но даже при всем при том, игра складывалась таким образом, что продержись мы первый тайм, могли появиться шансы. Вместо этого глупый фол Власова на Чалове, потом удар, который Габулов не видел и игра была сделана.

 21 мая 2017. «Арсенал» — «Спартак» 3:0. Фото ПФК «Аосенал»

- Раз уж вспомнили эту игру. Когда команды уходили в подтрибунное помещение, камера выхватила Габулова. И он в этот момент обреченно махнул рукой, сказав при этом фразу, которая легко читалась по губам. Эту фразу можно печатно изложить как: да ну, надоело. На второй тайм вышел уже Левашов. Что случилось в раздевалке?

- Момент, о котором говорите, я не видел. Когда пришел в раздевалку, Володя сообщил, что получил повреждение и играть не может. Поэтому произошла замена вратаря. Не могу же я выгонять играть футболиста, который говорит, что я не могу или травмирован.

 

Если честно, то от этой игры много не ждали. Мы анализировали свои игры, где нам будет проще набрать очки, смотрели игры конкурентов, считали расклады. Не то, чтобы мы ехали в Москву проигрывать, нет. Мы старались, бились и могли при определенном раскладе увезти очко.

 

- В следующем матче с «Ростовом» Габулов снова защищал ворота. А кто принимал решение по тому, какого вратаря ставить на игру?

- Решение по составу принимает главный тренер. Всегда. Другое дело, что в 90% случаев принимается мнение тренера вратарей. И это логично, если ты работаешь с человеком, то доверяешь ему.

 

- Среди болельщиков много говорилось о том, что Габулов играл именно потому, что тренер вратарей был его учитель, что Чанов не видел других вратарей.

- Такого не было. Понятно, что Чанов давно его знает, но мы ведь тоже не посторонние люди в футболе, видим сильные и слабые сторону у вратарей. Левашов хороший вратарь. Зимой на сборах я его вызвал и сказал: «Миша, мы на тебя рассчитываем, но сейчас такая ситуация, что мы делаем ставку на Габулова. Он опытнее, не дрогнет в сложной ситуации. Но ты нужен команде, спокойно работай, твое время придёт». И он спокойно продолжал работать. У меня о Мише самое лучшее мнение. Он не просто вратарь достаточно высокого класса, он очень хороший человек, что куда важнее. Настоящий профессионал.

 

- А было так, что кто-то приходил и говорил: поставь вот этого футболиста, а не того, раз мы взяли вот этого игрока, то он должен играть?

- Нет, в «Арсенале» такого не было. Даже никто и не заикался.

 

- Был хоть один момент, когда засомневались или потеряли веру в то, что можно спастись?

- Никогда. Я привык биться до конца. Пока есть игры, есть шансы – надо сражаться и цепляться за них. После «Амкара» нас все похоронили. Все, в том числе болельщики, федеральная и тульская пресса. Да, не всё зависело от нас. Но я верил. Хотя и рассчитывал, что «Ростов» не проиграет «Оренбургу».

Да, наверное, мы играли не так красиво и эффективно, как хотелось бы кому-то. Но так играла половина лиги. А тот же «Ростов», он что, феерил? Там просто были игроки более высокого уровня. Да что далеко ходить, наша сборная сейчас как с Испанией играла? Открыто, комбинационно, в атаку? Нет, конечно. Иначе бы получили штуки три. Плотно, от обороны, прессинг, самоотдача, выловили шанс на стандарте. И что? Встали возмущенные болельщики, журналисты, стали кричать «что за фигня, как мы играм»? Нет, все же плакали от счастья. Атакующий футбол возможен только при сильных игроках. Жаловаться на соперника, который слабее вас, что он играет от обороны, а не в удобный вам открытый футбол, глупо. Именно такой футбол его единственный шанс набрать очки.

 

- История с пресс-конференцией после игры с Енисеем уже набила оскомину, думается. И все же, что тогда случилось?

- Да, я позволил себе на пресс-конференции сказать пару слов. И то, это относилось не ко всем болельщикам, а только к той маленькой группе, которая все время говорила гадости, не верила в нас. Почему? Что я сделал? Это что, такое выражение отношений Орёл – Тула?

Конечно, у меня, как у любого нормального человека, есть самолюбие. Я честно работал, отдавал все силы, нервы для того, чтобы спасти клуб. А в ответ видео вот это. И тут ситуация позволяла мне сказать пару слов на эмоциях. Ведь мы сделали то, во что никто не верил.

 26 апреля 2017. «Арсенал» — «Крылья Советов» 2:0. Фото ПФК «Арсенал»

- Было за время Вашей работы в «Арсенале» что-то, о чём Вы жалеете? Что-то, что сделали бы по-другому, будь такая возможность?

- Жалею, что не выгнал Максимова в зимнюю паузу. Был момент, когда произошел очень неприятный эпизод, он был отстранён от тренировок и мной поставлен вопрос о его отчислении. Может быть, тогда и решение задачи по сохранению места в премьер-лиге упростилась бы. Но потом за него стали просить, и я дал слабину. Смалодушничал. Простили его, а оказалось, что зря.

Жалею, что мало было общения с болельщиками, в том числе через СМИ. Это было моей ошибкой. Сам не уделил этому внимания, да и времени не было особо. И в клубе не нашлось никого, кто смог бы тут подсказать, помочь. Если бы получилось объяснить людям то, чего мы хотим, как и что строим, почему не получается, то возможно и отношения с болельщиками сложились бы иначе.

 

- Была возможность остаться работать дальше?

- Из-за всего давления, которое было, концовка сезона далась очень тяжело. Я потом почти полгода приходил в себя, столько сил потратил. Где-то за месяц до конца сезона я принял для себя решение, что не останусь. Вариант остаться все равно был, можно было сесть, поговорить, я бы высказал свое видение ситуации. Но я понимал, что такого разговора не будет. Руководство клуба говорило, что вот может быть, вот будет приниматься решение, вот возможны условия, вот мы поговорим… Но я сам уже принял решение. После последней игры, после той пресс-конференции снова пошли публикации, петиции. И я позвонил Балашову, потом мне позвонил Аджоев. И я им сказал: опять начинаются какие-то истории непонятные, давайте закроем эту тему, я уйду спокойно, тем более, что можно сделать это красиво, решив задачу.

 

- И последний вопрос. Когда Вы слышите «тульский «Арсенал»», что чувствуете, что первое приходит в голову?

- С теплотой вспоминаю Тулу. Смотрю почти все игры команды. Это было отличное время. Это был серьезный вызов. Я вспоминаю полные трибуны, радующиеся после победы во втором стыковом матче. Думаю о тысячах людей, которым мы смогли подарить радость, решив задачу в трудных условиях, когда на нас многие поставили крест. Это была очень сложная задача, но я справился, сохранив команду в премьер-лиге. Я вложил все силы, все нервы, всю душу в то, чтобы команда спаслась. Приятно, что есть люди, которые это помнят.

 

 

 Интервью является эксклюзивным, специально для паблика болельщиков

 Использованы фото ПФК "Арсенал"

Этот пост опубликован в блоге на Трибуне Sports.ru. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
ФК Арсенал Тула
+25
Популярные комментарии
Alexandr Anufriev
+4
Сергея знаю с самого детства,выросли в одном дворе. Он самый честный и порядочный человек. Многим помог в жизни . Не буду писать все достоинства,они человек с Большой буквы.Всем болельщикам АРСЕНАЛА желаю удачи и хорошего выступления команды в этом сезоне.
приупский
+3
Уже нет.Время "лечит".Как бы ни было-оставил команду в ПЛ.За что спасибо!
Ответ на комментарий igrig
А в Туле его с ненавистью!
приупский
+2
Орловчанин?! В двойне приятно,спасибо.Тула,как не крути,сейчас за всю провинциальную Россию,древнюю Россию,бьётся.
Ответ на комментарий Alexandr Anufriev
Сергея знаю с самого детства,выросли в одном дворе. Он самый честный и порядочный человек. Многим помог в жизни . Не буду писать все достоинства,они человек с Большой буквы.Всем болельщикам АРСЕНАЛА желаю удачи и хорошего выступления команды в этом сезоне.
igrig
+1
А в Туле его с ненавистью!
Написать комментарий 4 комментария

Новости

Реклама 18+