Сколько стоит слив теннисного матча? И как жуликов ловят по эмодзи и фото с яхты?
Изучили историю теннисиста, отстраненного на 20 лет.
Что делать, если ты играешь в теннис, но не можешь заработать и близко тех же денег, что Карлос Алькарас и Янник Синнер? У экс-488-й ракетки мира Кентена Фольо до недавнего времени была идея – 27-летний француз был частью синдиката по организации договорных матчей.
Фольо – ключевая фигура группировки минимум из семи человек. В его деле упоминаются еще шесть игроков, отстраненных на срок от полутора месяцев до семи лет.
Меньше чем за 2 года (с мая 2022-го по март 2024-й) француз успел нарушить антикоррупционные теннисные правила 27 раз и выручить с продажи матчей более 44 500 долларов – и это только деньги, которые нашли во время расследования.
Мы изучили 77-страничное дело Фольо, чтобы понять, как и за что Международное агентство по обеспечению честности в теннисе (ITIA) ловит нарушителей и как их наказывает.
Что ITIA запрещает теннисистам?
Антикоррупционных правил у ITIA много. Основные пункты кодекса относятся к противодействию ставкам. В целом игрокам, их команде и окружению нельзя рекламировать ставки на теннис и ставить самим, влиять или пытаться влиять на исход встречи, отдельных геймов, сетов, очков, использовать или передавать инсайдерскую информацию, если ее могут применить для ставок. И, конечно, проводить или предлагать любые денежные средства за манипулирование результатами или данными о результатах матча.
В деле Фольо, например, это вылилось в следующие обвинения:
● манипуляция исходом матчей;
● получение денег за намеренное снижение качества игры в целях заработка на ставках;
● предложение денег другим игрокам за участие в договорных матчах;
● предоставление инсайдерской информации;
● участие в коррупционном сговоре;
● несотрудничество с расследованием;
● уничтожение доказательств.
Как ловят жуликов?
По делу Фольо видно, что в ITIA потенциально договорные матчи отслеживают через объем ставок. Уведомления о подозрительном объеме ставок им могут присылать разные компании, и в случае француза это был Sportradar, один из основных поставщиков спортивных данных и аналитики. Подозрительными же ставки считают, если, к примеру, в один момент фиксируют большой объем ставок на непопулярное событие или в неожиданный момент матча (перед брейком или перед началом спада в игре).
После такого уведомления агентство начинает расследование – как и в случае, если нарушение обнаружилось каким-либо еще способом. Важно, что другие игроки обязаны сообщать о любых известных им нарушениях, в том числе если им, например, предложили слить матч, а они отказались.
По ходу расследования ITIA может проводить интервью с другими участниками тура, а те не имеют права в этом отказать. Судя по правилам проведения интервью, оно больше похоже на допрос – разговор обязательно записывается, на него можно брать адвоката. В деле Фольо слова из таких интервью очень много раз приводятся в качестве доказательства его вины. В связи с конфиденциальностью имена тех, кто говорил с ITIA и не был привлечен к ответственности, вымараны.
Помимо этого, ITIA может запрашивать доступ ко всем носителям информации. У француза, к примеру, они требовали телефон и ноутбук, а еще – аккаунт в телеграме.
Интересно, что Фольо мог не передавать телефон и никак не объясняться с агентством – потому что у того нет полномочий, чтобы его к этому принудить. Но в таком случае его бы просто отстранили пожизненно с назначением штрафа за отказ от сотрудничества – в этом году так поступили, например, с тайцем Ла Лумпхуном.
Как доказывают нарушения?
Через это дело хорошо видна механика работы ITIA при расследовании договорняков и то, как оно в итоге принимают решение о виновности игрока. Так же, как и в допинговых делах, здесь руководствуются «балансом вероятностей», и вывода «вероятнее нарушил, чем не нарушил» достаточно, чтобы признать человека виновным. И ITIA не всегда для этого нужны какие-то прямые доказательства.
А что вообще они относят к стоящим уликам?
Например, перед перед 15-тысячником ITF в Монастире в 2022-м некий покупатель писал Фольо: «Окей, чего ты хочешь в паре? Гейм – 750, поражение – 2 500». Француз согласился на второе и реально проиграл пару вместе с Симоном Ивановым. Затем француз отправил покупателю улыбающийся эмодзи – в результате ITIA считает это подтверждением осуществления сделки.
Покупатель, правда, не перевел всю сумму сразу. Через пару дней Фольо напомнил о себе: «Пришли последнюю часть сейчас. Я на вечеринке, мне надо заплатить». На вечеринке он и правда был – в телефоне Фольо ITIA нашло видео из снэпчата с яхты в Париже, датированное тем же днем. Доказано.
Другой кейс: после одного из матчей, который Sportradar пометил как подозрительный, французу перевели 7 000 евро. После этого в снэпчате он опубликовал видео (его тоже нашли в памяти устройства), где держит большой пакет налички с подписью на французском: «Ca met un peu de beurre dans les epinards». ITIA объясняет, что эта идиома, переводимая как «Это добавляет немного масла в шпинат», значит улучшение финансового положения. ITIA решили трактовать это как то, что «деньги были приятным дополнением к его обычному доходу».
Если у вас появляется вопрос, откуда вообще у ITIA банковские данные, то все просто: француз горел на скриншотах чеков с переводами, которые хранил у себя в телефоне. Все деньги были, конечно, переведены не лично ему. Он использовал банковские аккаунты третьих лиц (исключение – криптопереводы, потому что 10 000 долларов в криптовалюте прислали напрямую Фольо), но за счет того, что скрины хранились у него, ITIA подвязывало все к расследованию.
Еще Фольо обучал других игроков продавать матчи. Например, у ITIA есть сообщения, где он объясняет, как нужно организовывать договорняки: советует заводить фейк-аккаунты в инсте или «предлагать изначально 5 тысяч или даже 3».
А какие вообще расценки на теннисном черном рынке?
Мы собрали все цены на договорняки, которые были в расследовании.
● Один проигранный гейм парного матча на 15-тысячнике ITF – 750 долларов;
● поражение в паре на 15-тысячнике ITF – 2 500 долларов;
● поражение в одиночке на неком турнире ITF в 2022-м – 5 000/7 000 евро;
● поражение в одиночке на 15-тысячнике ITF в 2023-м – 15 000 евро;
● поражение в квалификации «Челленджера»-75 в 2022-м – 10 000 евро;
● поражение в паре на некоем турнире – 15 000 евро;
● поражение в парном матче на «Челленджере» в 2023-м – 10 000 евро.
Стоит учитывать, что цены актуальны для 2022-2024-го.
Помимо этого, ни один матч не назван в расследовании прямо, но по косвенным признакам часть из них можно восстановить. Например, если в парном матче оставлены имена обоих игроков, месяц и год, то чаще всего под эти критерии подходит только один матч. В одиночке тоже иногда видно, что игрок провел за указанный в деле месяц одну встречу. Она-то нам и подходит.
Видно, что сделки по парным матчам чуть более популярны, чем по одиночным – их было шесть из 10. Минимум два матча при этом прошли на «Челленджерах» – парный с участием Фольо и одиночный квалификационный матч с участием Джейми Флойда Анжеле в ноябре 2022-го. Из расследования город, в котором проходил турнир, вымаран, но легко найти, что им был Шампейн (США) – в том году его, кстати, выиграл 20-летний Бен Шелтон.
ITIA посчитало, что Фольо за все коррупционные сделки получил как минимум $44 624 доллара. Это те переводы, скрины которых успели восстановить по ходу расследования, потому что после передачи телефона француз включил функцию «Пометить утерянным» (потом говорил, что это якобы сделали обеспокоенные родственники, которым он не отвечал). Так у ITIA на руках оказалось заблокированное устройство, с которого Фольо еще и удаленно стер информацию. Но это не помогло – айфон в итоге вскрыли, а данные удалось восстановить.
Должен ли в итоге Фольо заплатить штраф и вернуть полученные деньги?
На слушании Фольо не признал ни одного нарушения. Все как в детстве: сообщения писал не он, а его сосед по комнате, денег не было – а скринил он потому, что был в шоке от «фейкового» перевода в 10 тысяч долларов. Плохо он играл из-за «глубокой депрессии», из-за которой ему хотелось уйти из тенниса. На матчи он выходил, «просто чтобы не получить штраф, вылететь и вернуться домой». Еще он часто в таких случаях утверждал, что был болен. А часть матчей, по его мнению, ему не было смысла сливать, потому что в тот момент он «поднялся с 700-го до 400-го места в рейтинге (на самом деле 488-го) и находился на пике карьеры».
«Я никогда не видел этих денег. Это точно… Эти деньги были не для меня», – заявлял он о переводе в 5 000 долларов за проданную одиночку. Кстати, с пачками налички он тоже фотографировался просто так – деньги ему «дали подержать». Это прямая цитата со слушания.
На самом деле Фольо мог вообще отказаться от сотрудничества с ITIA. И штраф в 70 000 долларов и те 44,6 тысячи, которые ему назначили как выплату за незаконно полученные деньги, он может не платить. Отдать их придется, только если после дисквалификации, которая закончится в мае 2044-го, француз захочет вновь играть в туре. Ему будет 45.
На новость о дисквалификации Фольо отреагировал тем, что выложил мем с Марио Балотелли «Почему всегда я?»
Фото: instagram.com/quentinfolliot, fptenis, atpchallenger; East News/ANDREW YATES / AFP
Или лошадиная голова внезапно оказалась на правильной стороне весов?