Хоккей до Омана довёл. Артем Сурсов — о «Сахалине», Азиатской лиге и самой странной команде в карьере
Хоккеистов в мире много, но не каждый проходит такой путь, как воспитанник «Молота» Артем Сурсов. Сегодня он тренирует в родной Перми, а в 2018 году Артем сменил привычную ВХЛ на Азиатскую хоккейную лигу. Он поиграл в Чехии, Украине и Румынии, а в итоге дошел до сборной Омана. Бывший форвард рассказал «Хоккейной Экзотике» о любви к хоккею в Азии, срыве еврокарьеры из-за ковида и о самом необычном сопернике в жизни — румынском «Спортуле».
Первая часть карьеры Артёма Сурсова шла по стандартному пути многих российских хоккеистов: Артём дорос до дорос до второй лиги, где дебютировал в составе оренбургского «Газпром-ОГУ». Потом были «Лада», Рязань, «Зауралье», самарский «ЦСК-ВВС» в ВХЛ, а затем возвращение в родную Пермь. Именно там ему предложили вариант, который и стал прологом к нашему интервью.
(Не)легкая прогулка с «Сахалином»
— Артем, после сезона 2017/2018 ты оказываешься в «Сахалине». Как тебе вообще далась тогдашняя Азиатская Хоккейная Лига в сравнении с ВХЛ?
— На тот момент играл за родной «Молот-Прикамье». В команде тренировал Сергей Леонтьевич Востриков — он-то и пригласил поиграть за «Сахалин» в Азиатскую лигу. До того момента я о ней не слышал ничего. Вообще не представлял какой там уровень хоккея. Посоветовался с женой и решил попробовать поиграть там, пожить на Сахалине, поиграть в Корее и Японии.
Придя в лигу, я, честно, недооценил уровень. Думал: «Ну, что за хоккей в Японии и Корее?», а на деле практически все были с опытом в КХЛ. В первом моём сезоне там играли Александр Фролов, Николай Лемтюгов, еще канадцы с американцами неплохие были.
Россияне на тот момент не считались легионерами: в каждой команде было по два шведа, финна условных, а основные игроки были местные и из России. В «Хай 1» (команда из Кореи. — Прим. ред.) было где-то семь или восемь игроков с опытом ВХЛ — они даже в плей-офф не попали!
Лига очень сильная была. Очень быстрый хоккей, постоянная игра на контратаках. Всё же иностранные хоккеисты очень сильно помогали местным и в тренировочном процессе, да и в игре.
По первой мы притирались друг к другу, играли, работали. Спустя 3-4 месяца уже начал привыкать к стилю игры и полегче стало.
В первом сезоне вышли в плей-офф со второго места и выиграли долгожданное для «Сахалина» чемпионство — первое для клуба (Победный сезон 18/19 был пятый по счету для клуба в Азиатской лиге. — Прим. ред.). Второй сезон был намного проще: ужесточили лимит и россияне тоже стали считаться легионерами. Регулярку мы выиграли на одном дыхании.
А потом коронавирус закрыл для нас участие в лиге. Финальную серию отменили, нас признали чемпионами вместе с командой «Аньянг».
— Вопрос о еде, который не могу не задать. Собаку пробовал?
— Нет (смеется). У меня дома всю жизнь собака была. Поэтому если бы мне предложили собачатину, то я бы не стал её есть ни в коем случае. Даже на Сахалине есть корейские рестораны, мне предлагали туда сходить. Я не смог.
В Биробиджане был случай. Знакомые китайцы пригласили к себе домой на ужин на праздник китайский новый год. Положили в тарелку змею и лягушку. Не знаю, там, копчёная, жареная, вареная, непонятно было. Но видно было, что лягушка.
Хоть лягушек я и никогда дома не держал, я пытался отказаться. Но мне тонко намекнули, что это неуважение. Пришлось съесть. Мясо-то вкусное, но сам факт, что это лягушка — для меня это был ужас.
В итоге, если бы мне как-то предложили съесть собаку, при этом не говоря, что это собака, я бы съел. А так — нет.
Но один раз меня мой напарник Миша Климчук напугал. Сидим перед игрой, кушаем в гостинице. Он говорит: «Ты в курсе, что ты только что целую тарелку мяса собаки съел?». Я ему: «Ты че, гонишь что ли?». Дальше диалог такой: «Вкусно?». Я отвечаю: «Да». А Миша такой: «Ну вот, а че ты брезгуешь тогда? Сам сказал, что собака вкусная». Я тогда с ума чуть не сошел, но он быстро дал понять, что пошутил.
— А если по более классической кухне: отличается ли рацион спортсменов в Азии и у нас?
— Вообще у нас в России как принято было: обед перед игрой, например. Макароны, курица, салат. Приезжаешь в Корею и Японию, заселяешься в гостиницу — такой еды нет. Там шведский стол: говядина, свинина, рис, бургеры, хот-доги.
На арену приезжаешь за полтора часа, видишь как японские хоккеисты уплетают хот-доги, а потом летают по всей площадке. Стоишь и думаешь такой: «Может, реально хот-дог съесть перед игрой?»
Азиатский шик и любовь зрителей
— Есть какая-нибудь интересная история, связанная с Азиатской Лигой?
— В первый сезон мы приехали на плей-офф в Японию играть против команды «Крэйнс» (город Ниппон. — Прим. ред.). Приезжаем как обычно за полтора-два часа до игры, а там в очереди на вход тысячи болельщиков. В регулярке такого не было.
После игры к нам эти толпы болельщиков местных подходили, фотографировались, давали нам для автографов карточки с нашими же фотографиями со времен выступлений в России.
Были случаи во время матчей уже с судьями. До смешного доходило. Было как на выездах: один главный судья русский, второй — из той страны, где играем. Линейные, понятно, тоже местные. Русский судья поднимает руку, фиксирует удаление. Второй главный арбитр отменяет. Не всегда, но наверно половина удалений так отменялось.
— А что по регулярке? И были ли активные фаны?
— Прям активной поддержки не было. Вот против «Аньянга» в Корее когда играли, там были на трибунах болельщики в джерси клубов НХЛ, поскольку на районе, где базировался «Аньянг», жило много североамериканцев. Вот в Японии да. В Саппоро на время плей-офф была активная поддержка местной команды.
— Ты в первом же сезоне там выиграл Азиатскую Лигу. В финансовом плане это отразилось? Как в лиге на тот момент было с обеспечением и финансами?
— Условия были шикарные, если сравнивать по российским меркам. На уровне чуть ниже среднего по нашим лигам, но для Азиатской лиги это было хорошо. У нас в клубе оклад был ниже, чем в Японии и Корее, но потому что в среднем по стране там зарплаты намного выше.
Наше руководство сделало верно: давали премиальные за каждую победу по 50 тысяч рублей. Представь, 8 игр в месяц выиграл — тебе кроме оклада давали еще по 400 тысяч бонусами. Никого не обделяли, всё было на уровне. Перелеты, гостиницы, всё было на высшем уровне.
Сборы в межсезонье были в Беларуси и Чехии. В «Сахалине» давали такие условия, что ты сам хочешь пахать и зарабатывать! Там я провел свои лучшие два года в карьере. У нас до сих пор чат в вотсапе есть, общаемся с ребятами, связь не теряем.
Я ни разу не пожалел, что переехал в эту лигу! Там я чувствовал себя востребованным хоккеистом.
— А второй сезон пришелся на пандемию…
— Ковид помешал только финал сыграть. Регулярку мы выиграли, полуфинальную серию выиграли, вышли в финал. Вся лига ждала этот финал. Российский клуб против команды «Аньянг Халла», базовый клуб сборной Южной Кореи с натурализованными игроками.
Мэтт Далтон, вратарь сборной Кореи там играл, например. Если сравнивать, то для нас самый принципиальный матч — это Россия-Канада. В тогдашней Азиатской лиге — «Сахалин»-«Аньянг». Технически, кубок остался у нас, но победителями чемпионата признали и «Аньянг» тоже.
Когда по Китаю пошел гулять этот вирус еще до закрытия всех границ, у нас был выезд в Корею. В России вот как было, тебе «пистолет» в голову наставляли температуру мерить, а там на арене у входа стоял какой-то огромный робот, который за секунду полностью делал чуть ли не чек-ап организма.
Полный локдаун перечеркнул чешский план
— И после «Сахалина» у тебя был переход в Чехию. Как так резко получилось?
— Японцы долго тянули: будет сезон или нет. Кто как мог тренировался: локдаун, все закрыто. У нас в Перми вообще покататься было негде — ездили в Глазов на тренировки.
И мне знакомый чешский агент предложил съездить в Чехию, в команду второй лиги (Тргачи Кадань. — Прим. ред.), как наша ВХЛ. Там немного поиграл. Должен был быть переход в Экстралигу — было предложение, но через два дня ввели полный локдаун.
— Из-за этого переход «встал»?
— Не то что переход, а выйти из дома было сложно, не то что перейти в другой клуб! Из дома по спискам выпускали! Ну я сидел дома, тренировался. На лед не выпускали. Два месяца так прошло, а по итогу менеджер подошел и сказал: так, мол, и так, игр до конца сезона не будет, ну и смысл тут сидеть — можешь ехать домой. Причем до этого он вообще ни в какую не хотел отпускать. Тогда возник другой вариант.
Крутой Краматорск и харьковский конфликт
— Про вариант ты имеешь в виду Украину?
— Да. Мои друзья с «Сахалина» поехали играть туда. там собирали «Краматорск». У них из-за локдауна чемпионат подзадержался и они в итоге где-то в ноябре собрались.
Я, конечно, до последнего на Чехию надеялся, но в конце-концов после разговора с менеджером с парнями созвонился и приехал в Украину. Так и доиграли сезон.
— Российские любители помнят «Донбасс» в КХЛ. Наверное, на этом познания об украинском хоккее и ограничатся. А расскажи про их внутренний чемпионат?
— Тот год был неплохой, мне понравилось. Мы и с «Донбассом», и с «Мариуполем» играли в одной системе. И было интересно играть! Ребята неплохие приезжали с нашей Вышки, но понятно, что уровень в целом пониже.
Молодежь у них неплохая росла. Думаю, за взрослыми парнями они набирали.
— Если всё хорошо было, то почему не задержался в «Краматорске»?
— После сезона поехал на просмотр домой, в «Молот» и получил травму. Думал, за две недели вылечусь. Вернулся на лед — ещё хуже стало. МРТ сделал — разрыв. В итоге не попал в «Молот». Хорошо, есть врач знакомый в Перми. Говорит: через месяц я тебя поставлю на коньки. Так и было! В «Краматорске» уже не ждали, и я поехал в Харьков.
— В Харькове у тебя в итоге всё закончилось нехорошо. Можешь рассказать поподробнее, в чем дело?
— Да вроде поначалу всё норм было. Было понимание, что такая средненькая команда. Да, бывали задержки с зарплатой, но все мы понимаем, но потом начали в наглую обманывать (с зарплатой)...
Это ни в какие ворота не лезет! Край для меня был — игра с «Соколом». И русские, и украинцы вроде решили не выходить на лед. На раскатку даже не вышли, а в итоге большинство прям перед стартом приняло решение — играть. Ну я прямо сказал: раз такой коллектив, то это моя последняя игра.
Мы сыграли без эмоций, 1:6. Но я даже гол забил. После игры мне тренер говорит, что меня директор клуба чуть ли не в лес хотел вывезти, но типа не переживай, в обиду не дадим. А я не то что испугался, просто не хотел уже там находиться. И на следующий день мы с Лёхой Ефимовым просто собрались и уехали по домам.
Журналисты потом спрашивали, что да как, ведь я один из лучших бомбардиров лиги был, и уехал посреди сезона. Придумывали всякое, что чуть ли не игры сливали. Но мы ничего не сливали, да даже в последней игре. По факту я-то требовал просто, чтоб мне мои заработанные деньги отдали. С ребятами с УХЛ, с кем играли, и сейчас общаемся. Понятно, без политики. Со всеми нормальные отношения.
— То была середина сезона. Что дальше, как посреди сезона клуб нашел?
— Уехал в Пермь, в декабре появился вариант с Германией. Но не получилось из-за трудностей с рабочей визой.
В итоге друзья пригласили в Биробиджан детскую хоккейную школу наладить. Маленький городок, но хоккейный. Приятно было там, полгода проработал. Я б до сих пор там работал, если б не предложили в хоккей поиграть. Трясло без хоккея, да даже сейчас потряхивает.
Румыния: знакомство со «Спортулом» и Оман
— Следующий интересный этап твой карьеры — это Румыния, клуб «Галац».
— Да, после полугодовой тренерской карьеры поехал туда. Предложили друзья поиграть. Вообще ничего плохого не могу сказать.
— Каково было играть против «Спортула»?
— Ой, это вообще отдельная история. Команда одного богатого дядьки, на которого работают хоккеисты клуба, без своей арены. Для чего эта команда играет — непонятно. Может, есть какие-то интересы. Играть против них — даже удовольствием не назовешь!
Хоккеисты других клубов, которые далеко не самые сильные в команде, начинают проявлять бомбардирские способности только против «Спортула», а потом к руководству клуба приходят и улучшенные контракты просят, мол, «вы статистику мою видели?». Ну, бред же.
Опытные игроки разницу делают и после первого периода уходят в раздевалку. Нет смысла играть против них весь матч.
— Вам давали премии за победу над «Спортулом»?
— Конечно же нет. У нас в «Галаце» вообще премий не было. На какую зарплату договорился, такую и получаешь.
— Выступая за «Галац», ты оказался игроком сборной Омана. Как это произошло?
— Изначально вообще друзья позвали поиграть за сборную Бахрейна на Arab Cup в 2023 году в Кувейте. Там было 7 россиян полевых и вратарь Игорь Тяло. Сашка Агеев, Яков Селезнев были с опытом КХЛ и ВХЛ. Мне предложили, но я отказался, потому что только-только закончили сезон в Румынии, я не хотел от семьи уезжать.
Принял решение с женой, что не поеду. А потом поступило предложение от знакомого моего, который в Омане живет долгое время. Сам он из Перми, на две страны вот живет. Говорит: «Приезжай с семьей, всё оплатим». Я уже согласился приехать с семьей, но мы не успели сделать паспорт ребенку. Отказываться уже нельзя было, поэтому пришлось лететь туда одному.
В итоге за третье место с Бахрейном и сыграли, выиграли. Я в той игре 4 гола забил. Прикольно было, конкуренция живая между русскими из разных сборных. Ливан там еще был, но там приехали все из Северной Америки, без шансов было. У нас два хоккеиста действующих, два закончивших, остальные местные были.
Не скажу, что кайфанули на турнире, тяжело было. Те же египтяне привезли хоккеистов из-за океана. А вообще, Оман — классная гостеприимная страна. Меня в гости приглашают часто, я прилетаю. Мне понравилось.
Беларусь похоронила карьеру… или
— Получается, ты тогда еще был в «Галаце»? Почему не остался в клубе?
— Да не было конкретики особо, а я и не настаивал. По итогу расстались, но с менеджером до сих пор общаемся, всё нормально. Нет такого, что я не хотел оставаться или наоборот.
В межсезонье было предложение из «Динамо-Молодечно», и я поехал. Месяца два там пробыл и... Решил закончить с хоккеем. Какая-то предсезонка, не знаю, неправильная была что ли. В общем, я просто подошел к тренеру и сказал, что не хочу так продолжать. Нормально мирно разошлись.
— И не было вариантов?
— Вроде были, но была и семья. Она перевесила. У меня же первый ребенок родился, когда в Чехии был. А тут жена второго рожала. Тяжело это. Когда узнал, то чаша как-то перевесила и вернулся домой.
Потом варианты присматривал всякие. На завод думал устроиться, ну тяжело после хоккея. Особенно когда играть хочется, что смотреть не можешь. Проболтался три месяца и предложили тренировать.
— Биробиджан?
— Нет, здесь, «Академия Молот». Сначала ребята 2010 года, вот сейчас задачи с 2008 годом. Боремся за первую четверку, чтоб в плей-офф играть. Надеюсь, все получится, так что за ЮХЛ следите!
А про себя... Ребят выпускаю и будет что-то новое, возможно. Пока сконцентрирован на ребятах, чтоб показали себя и с ними пошуметь с лучшими командами страны!
Беседовал Виталий Нестеров
