2 мин.

Игорь Захаркин: «Тренеры получают на уровне лучших игроков»

296

– Итак, Игорь Владимирович, не так давно Павел Стрижевский из «Спорт-Экспресса» написал, что тренеры сборной выписывают себе тройные премиальные за победные матчи. Вы с Вячеславом Быковым были возмущены, но недавно появилась некая бумага, где указано, что вы действительно получили гораздо больше некоторых хоккеистов. Понятно, что премии выписываем не мы, но не могли бы вы объяснить ситуацию?

– Я эту тему проясню и призываю ее закрыть. Видимо, мы излишни демократичны. Иначе бы не предполагалось обсуждение наших внутренних корпоративных дел. А распределение премиальных после выигранных матчей, после выигранных турниров – из этой серии. Я не знаю, что за бумага вам попала, но все равно скажу: мы никогда не выписывали себе тройных премиальных. В сборной России есть бонусная система, о ней известно руководству ФХР, тренерам, игрокам. Деньги распределяются в зависимости от вклада в победу.

– И сколько получали тренеры?

– На уровне лучших игроков сборной. Таких игроков может быть один или два, но не исключено, что и несколько. Они всегда получали больше, чем остальные. Кто-то, естественно, был депремирован. Это касается ребят, приглашенных в сборную, но не выходивших на лед. Вот если говорить по вашей бумаге: там было указано, что Максим Афиногенов и Евгений Варламов получили по две тысячи. А мы по семь пятьсот.

– Так и есть.

– Так вот Афиногенов получил гораздо больше. Он во всех трех матчах чешского Евротура сыграл в прошлом году. А Варламов получил меньше: он сыграл только в одной встрече. Кстати, скажу, что какой-то хоккеист вообще мог остаться без поощрения. Получается, что тренеры получали на несколько тысяч больше этого игрока. Это же элементарная арифметика.

– Конечно.

– Это пример того, как можно подтасовывать цифры.

– Итак, вы не получаете тройные премиальные по отношению к лучшим игрокам турнира?

– К лучшим – да. Мы зарабатываем на этом же уровне. Просто этих игроков может быть очень немного.

– А что получают остальные?

– Средний уровень премиальных. А некоторые еще и меньше, но это касается ребят, которые мало играли. Есть определенная шкала, по которой оценивается вклад каждого хоккеиста.

– А почему вы занимаетесь премиями? Не лучше ли отдать этот вопрос менеджерам, руководству ФХР? Тогда бы и разговоров не было.

– А тренеры премиями и не занимаются. Мы только называем суммы, но документ подписывается руководством федерации. И вообще там есть специальная бонусная система.

– Как вы считаете, почему об этих проблемах заговорили сейчас?

– Одна из версий, что кто-то из бывших работников сборной, оставшиеся вне команды, затаили обиду. Только сотрудники федерации имеют доступ к финансовым документам. Я даже не знаю, что за бумага есть у вас.

– Я принесу как-нибудь.

– Да не надо. Если честно, то я считаю, что подобные вопросы не стоит выносить на суд публики. Это внутреннее дело команды.