Леонид Вайсфельд: «Медвешчак» кого угодно продаст, хоть клубный автобус. Лишь бы деньги платили»

Генеральный менеджер «Салавата Юлаева» Леонид Вайсфельд рассказал, как договорился о переходе форварда Томаша Мертла.

– У нас в системе клуба 60 человек. Когда Захаркин говорит, что в команде не хватает игроков, он имеет в виду хоккеистов определенной квалификации. Энгквиста, например. Нет таких людей, как он или как Григоренко. Таких людей реально не хватает. Сейчас бы нам добавить Энгквиста, Макарова и Соина. Неплохая тройка получается.

Нужно понимать, что имеет в виду главный тренер. Я вам военную тайну открою. Таких хоккеистов в стране не хватает, не только в «Салавате Юлаеве». Мы стараемся компенсировать эти бреши. В пожарном порядке подписываем игроков. Компенсируем, как можем.

– Коротков, Мальцев и Паршин подписывались в пожарном порядке?

– Нет, вот эти три человека подписывались не в пожарном. У каждого из них своя ситуация. В пожарном порядке подписали Мертла.

– Если честно, его приобретение выглядело как жест отчаяния.

– Скажу честно, у нас был один кандидат. Человек, который, с моей точки зрения, мог просто на другой уровень команду поднять. И мы до самого конца ждали. Но эта сделка, к сожалению, сорвалась.

– Этот игрок был из КХЛ?

– Из НХЛ.

– Фамилия Мертла даже нигде не мелькала. Из «Медвешчака» ждали только Паре.

– Сорвались все сделки. И тренеры приняли решение, что это тот человек, который нам нужен.

Я ехал на игру «Тороса». В дороге у меня разрядился телефон, пока я подписывал Мертла.

– Расскажите подробнее…

– Тренеры посмотрели и говорят, что хотят Мертла в состав. Я говорю: «Пожалуйста, любой каприз». Звоню в «Медвешчак»: «Ребята, не хотите нам продать Мертла?». А они, мне кажется, кого угодно продадут, хоть клубный автобус. Лишь бы деньги платили. И все.

Проблема была в другом. У них же там праздник, Рождество. Они же капиталисты. Не как у нас – на работу вышел, никто не смотрит. А у них праздник – все. Я один раз с генеральным менеджером НХЛ договаривался, спросил у него: «Когда встретимся?». Он говорит: «На ланче». Я спрашиваю: «А во сколько?». Он мне: «Ну, на ланче». То есть, у них не бывает такого, что обед в два или в три. Ланч в 12, и все.

Мы до сих пор трансфертную карту не оплатили. Самое главное, что эти деньги у нас готовы, у бухгалтерии уже истерика, а из «Медвешчака» никак счет не пришлют. Потому что у них Рождество.

– Мертл в курсе этого?

– Нет. Он приехал, не говорит ни по-русски, ни по-английски. Но ничего, будем чешский язык учить, – ответил функционер.