Татьяна Садырина: «От Быстрова в Питере отказались, а тут – вернули, признали свою ошибку»

Вдова легендарного тренера «Зенита» и ЦСКА Павла Садырина Татьяна поделилась воспоминаниями о работе мужа в питерском клубе, а также поделилась мыслями о возвращении Владимира Быстрова.

«Паша был вспыльчивым, мог взорваться на ровном месте. Но всегда быстро отходил, извинялся. А вот когда его обижали, носил все в себе, жутко переживал. Из «Зенита» в 1987-м он ушел из-за ребят, которых за три года до этого сделал чемпионами. Тогда ведь демократия у нас начиналась, вот им и захотелось вольной жизни. Потом, сколько ни встречались, говорили: «Прости нас, Федорыч, дураки мы были».

В 1998 году после неудачного первого круга Пашу «попросили» из ЦСКА. А во втором круге с Олегом Долматовым команда «побежала», одержав 14 побед подряд и добравшись до серебряных медалей…

Но самым обидным для него был уход из «Зенита» в 1996-м. Ему в 1995-м задачу поставили: за два года вывести «Зенит» в высшую лигу. Он справился за один. На следующий год закрепился там, получил звание лучшего тренера Санкт-Петербурга. И… получил приказ об увольнении, «подарок» к 7 ноября. Привезли его к нам на квартиру, заставили Пашу на лестничной клетке на нем расписаться и не потрудились объяснить толком, почему решили его уволить.

С Виталием Мутко, который тогда клуб возглавлял, он потом больше даже не общался… Хотя нет, была встреча. В 1999-м, на пятнадцатилетии золотой победы «Зенита». Помню, Паша разговаривал то с одним, то с другим, а я в сторонке стояла. Дали мне брошюру, специально посвященную этому мероприятию. Один раз ее пролистала, второй, третий. И – представьте себе! – фамилию Садырин в ней так и не нашла! В голове не укладывается, кому и зачем понадобилось так обижать Пашу. До конца своих дней брошюрку эту он так и не увидел – я ему ее никогда не показывала.

За переходом Быстрова видят только деньги. Но я знаю: люди, пожившие в Санкт-Петербурге, а тем более выросшие в этих местах, всегда с особым трепетом относятся к городу и клубу. Мне кажется, это стало не последней причиной его возвращения. Да и спортивные амбиции наверняка присутствовали. Ведь, вспомните, от Быстрова в Питере отказались, решили, что он не нужен. А тут – вернули, признали свою ошибку. Для любого человека крайне важно, когда его ценят», – сказала Садырина «Советскому спорту».