Хомутовский играл с итальянцами в беспамятстве

Такого история мирового футбола наверняка еще на знала: на протяжении семидесяти минут травмировавший голову голкипер защищал свои ворота в беспамятстве!

Это случилось на 22-й минуте матча национальных сборных Италии и Беларуси. При счете 0:0 Василий ХОМУТОВСКИЙ, выйдя на перехват, поймал верховой мяч. В этот момент итальянский форвард Альберто Джилардино врезался в его ноги, и белорусский вратарь, потеряв в воздухе равновесие, свалился на Андрея Лаврика, ударившись затылком о его голову. После оказания Василию медицинской помощи тот продолжил игру вплоть до финального свистка, но о ее исходе узнал... через сутки. Василий, вы помните тот злосчастный эпизод, в котором получили травму? с этого вопроса началась беседа корреспондента ПБ с голкипером сборной Беларуси.

Я вообще ничего не помню, даже того, что происходило до этого момента. Память отшибло напрочь. Говорят, после игры я то и дело спрашивал у ребят, с каким счетом она закончилась. А жена рассказала, что спустя час после окончания матча я позвонил ей в Минск на мобильный, и у нас состоялся такой диалог: Света, привет! Как дела? Нормально. Где ты сейчас? Как, где? В роддоме, естественно. А что ты там делаешь?.. После этого вопроса супруга, почуяв неладное, расплакалась в трубку. Ведь еще за два дня до матча в Парме я поздравил ее с рождением нашего первенца дочушки Ани... Я не помнил ни-че-го. В том числе и того, за какой клуб играю и что меня ждут в Бухаресте... Можете себе представить? Честно говоря, жутковато такое слышать... Странно только, что вас срочно не заменили. Как мне рассказали, оклемавшись после удара затылком, я показал большой палец вверх и сказал нашим докторам, что готов продолжать игру. Поэтому они возражать не стали. А уже потом выяснилось, что у меня случилось сотрясение мозга. Оставшиеся семьдесят минут я доигрывал в сознании, но в состоянии шока, на автомате, не отдавая отчета своим действиям. Куда прыгал, что отбивал, что пропускал не имею понятия. А когда стали приходить в себя? Проблески в памяти наступили в самолете, незадолго до посадки в Минске. Вспоминаю фрагменты разговора с Лешей Сучковым. Но потом снова провал. И новое озарение уже в аэропорту. Встречавшие нас из Италии ранним утром Леонид Дмитраница и Михаил Вергеенко заранее вызвали скорую, она меня уже ждала и сразу умчала вместе с врачом сборной Евгением Лосицким в 5-ю клиническую больницу. Там мне сделали магнитно-резонансную томографию и поставили диагноз: сотрясение мозга. Предложили остаться, но я письменно отказался от госпитализации. Мне прописали полный покой и постельный режим. Сейчас живу в Минске у родителей и каждое утро наведываюсь в центр спортивной медицины на процедуры под контролем Евгения Лосицкого. Капельницы, уколы, таблетки... Что скажете о пропущенных в Италии голах? А что о них говорить, если я впервые увидел голы лишь через день, в четверг, по телевизору. Тогда же осознал, с каким счетом закончился матч, посмотрев его фрагменты по EuroNews. Голы-то увидел, но так и не вспомнил. Ни одного. И только в пятницу утром, проснувшись, начал припоминать, как выглядели стадион в Парме, подтрибунные помещения, раздевалка, как здоровался за руку с Буффоном... Поражаюсь, как такое могло со мной случиться. На следующий день после матча с итальянцами вы должны были авиарейсом Парма Рим Бухарест прибыть в расположение Стяуа, однако оказались в Минске... У меня уже был билет в Румынию. И в Болонье, откуда наша сборная улетала домой, меня ждали вице-президент Стяуа, а также капитан клуба Радои, который лечил в этом городе колено. Мы все вместе должны были перебраться в Парму и вылететь в Бухарест, однако так и не встретились: доктора и руководители сборной резонно посчитали, что в таком состоянии оставлять меня на ночь в гостинице опасно, и настояли на моем возвращении чартером в Минск. Как отреагировали на это в клубе? На днях разговаривал по телефону с Вальтером Дзенгой (главный тренер Стяуа. ПБ.). Рассказал ему во всех подробностях о случившемся, сообщил, что наша федерация уже отправила в клуб детальное врачебное заключение о моей травме и состоянии здоровья. Однако он не скрывал своего возмущения по поводу того, что меня в таком состоянии транспортировали в самолете, а не оставили в одной из итальянских клиник. Мол, а если бы со мной что-нибудь случилось в воздухе. И никакие объяснения его, увы, не переубедили. Так что меня наверняка ждут неприятные разбирательства с тренером по прибытии в Стяуа. Кстати, матч в Парме Дзенга смотрел по телевизору, но ничего о нем не сказал. Зато мне звонили румынские журналисты и поздравляли нашу сборную с хорошей игрой, особенно во втором тайме. Как чувствуете себя сейчас? Уже лучше. В ближайший четверг вылетаю наконец в Бухарест, чтобы в тот же день побывать на матче Кубка УЕФА Стяуа с бельгийским Стандардом. Через неделю рассчитываю приступить к легким тренировкам, пробежкам, а через две надеюсь уже работать в общей группе в полную силу. В нынешнем году вас преследует злой рок. На Кипре скорая увезла вас с сотрясением мозга прямо с поля, когда вы виском ударились о колено Тарловского. В Турции соперник рассек вам головой бровь. И вот теперь в Италии... На Кипре я на пять минут потерял сознание, но зато все помнил. А в Италии случилось наоборот... Характерно, что все три травмы получил на выходах. Я всегда играю по ситуации, если надо, вступаю в жесткую борьбу, не задумываясь, естественно, о последствиях и о том, как бы уберечься от повреждения. Впрочем, так действует большинство вратарей. Мне же просто не везет. Надеюсь, на этом мои неприятности закончатся.