Барановская об Аршавине: «Тот, кто не общается с детьми, тяжело болен. Иногда человек выздоравливает»

Телеведущая Юлия Барановская, бывшая сожительница Андрея Аршавина, ответила на вопросы об общении футболиста с их общими детьми.

– Как ты отнеслась, когда Андрей пришел с детьми повидаться?

– Да никак.

– Ну вот он вдруг опять появился…

– Ему никто не запрещал. Никто не ставил каких-то преград, условий. Чушь. Я терпеливо… Я получала отголоски этого, потому что я, так случилось, публичный человек. Но я не следила за жизнью Андрей Сергеича и его жены (Алиса Казьмина – прим. Sports.ru). Отголоски от людей, потому что это когда-то даже выходило в открытое публичное пространство, что она поливает меня и всем рассказывает, что я не даю и запрещаю им общаться… Чушь собачья.

Он летал с ними отдыхать на Мальдивы. Я отпустила его с детьми на Мальдивы вместе с ней. Почти на три недели. Мне было тяжело? Да. Но это мне было тяжело, а детям с папой было прекрасно. Все. Точка.

Мои переживания – это мои переживания. Я же понимала, что она их там не сожрет, не убьет, на костре не спалит. Ну я же адекватный человек, да? Моя боль – это моя боль. Отношения к детям она не имеет. Это было непросто, да, непросто, честно говорю. Но я это сделала. Моя совесть чиста.

Что случилось после этого? Они прилетели с отпуска, он привез детей. И с того дня он их пять с половиной лет не видел. Когда долетало, что я что-то запрещаю – ну это чушь. Просто чушь. Давайте к фактам все-таки. Можно как угодно все что угодно приукрасить. Есть факт: вот, пожалуйста, они летали вместе отдыхать. Точка.

– Как ты детям объясняла?

– Что?

– Что папы нет пять с половиной лет.

– Ой, ну мы разговаривали всегда про это. Мне кажется, что очень важно не врать детям. И я им не врала в том, что говорила, искренне считаю. До сих пор считаю, что каждый человек, который не общается со своим детьми, болен. Болен ментально. И это тяжелое заболевание.

Иногда этому сопутствуют наркотики. Это очень тяжелое заболевание. И им правда становится все равно на их детей.

Алкоголизм – это тоже тяжелое заболевание. И вот, просто вот... Я искренне так считаю, я не обманываю. Я по-прежнему так считаю. Ко всем относится. Люди, не общающиеся со своими детьми, глубоко душевнобольные. Но не все болезни, к счастью, длятся вечно. Человек иногда выздоравливает. Вот и все, примерно так.

И детям говорила: это не в вас дело, не в вас. К вам это никакого отношения не имеет. Сейчас такой период у папы. Это его личный период. Он не может вас разлюбить. Это невозможно. И это, кстати, правда. Я искренне так считаю. Разлюбить ребенка невозможно. Можно заболеть самому, и у тебя происходит какое-то измененное сознание. Но разлюбить ребенка невозможно.

– Ты сейчас веришь в искренность его чувств к детям?

– В нем ничего не поменялось. У него чувства были, уверена, и все эти годы. Единственное, чего нет в Андрей Сергеиче – это ответственности. Все.

– Фотографии, видео, которые он выкладывает – это искренне?

– Мне это странно, но это его дело, я же с ним не общаюсь. Я не присутствую на этих встречах, не контролирую эти встречи. Я увидела его первый раз за шесть лет или сколько две недели назад. Первый раз. Минуту. Все. Я не знаю, что сейчас движет этим человеком. Не знаю, что у него внутри, какие переживания, чем он болеет.

Единственное, что я вижу: у человека как не было ответственности, так и не появилось. Об этом я могу говорить смело. В лицу ему сказать. Ответственность – это не встречи, – сказала Барановская в интервью журналистке Ирине Шихман на YouTube-канале «А поговорить?».