Уткин о «Матч ТВ»: «Они просрали чемпионат Англии, и я несказанно рад. Уровень управления – ниже плинтуса»

Журналист Василий Уткин поделился мнением о работе «Матч ТВ», отвечая на вопросы Ирины Шихман.

– Как давно вы смотрели канал «Матч»?

– Да я вчера его смотрел.

– Как оцениваете сегодня этот канал?

– Ой. Обязательно говорить об этом?

– Интересно ваше мнение просто, не хотите портить…

– Ну мне портить-то нечего. Если учесть, что за те годы, что я там не работаю, на этом телеканале побывали абсолютно все люди, включая тех, кто едва может с трудом сказать слово «мама», и все уже поговорили о футболе, а я там не был с тех пор ни разу, и совершенно уже очевидно, что я даже не пойду, если меня и позовут... В этом свете мне портить отношения там особенно не с кем.

Но нельзя судить, нельзя сказать о каком-то цельном впечатлении от канала «Матч». Там есть разные люди. Есть люди, которые прогрессируют, есть люди, которые деградируют. Так бывало и будет всегда, это не зависит от того, на логотипе написано «Матч» или «НТВ-Плюс» или «ВГТРК Спорт». Уровень управления каналом ниже плинтуса.

– А в чем это выражается?

– На канале не происходит, прям скажем, ничего, кроме того, что они покупают трансляции и показывают их. Может быть, не знаю, я упускаю какие-то разовые документальные истории интересные, специально не слежу. Я, собственно, смотрю больше только футбол. Я больше знаю о том, что и как там происходит, из разговоров с коллегами, чем из наблюдения за эфирами.

Но в целом, поскольку я знаю, сколько это стоило, и вижу, как это выглядит… Если кто-то может назвать это эффективным управлением, то хотел бы я посмотреть на этого человека.

– А каким спортивный канал должен быть? Что вы берете за эталон? Вы говорите, что они покупают трансляции – правильно, это же спортивный канал.

– Ну правильно, но они же больше ничего не делают. Мало того, они просрали чемпионат Англии на ближайшие три года. Тоже надо было изловчиться.

– Они не купили права?

– Да, они не будут показывать чемпионат Англии.

– А как это происходит? Что значит «просрали»?

– Ну просрали! Проиграли борьбу за чемпионат Англии. Самый смотрибельный турнир наравне с Лигой чемпионов.

Некая компания проводит тендер. Как правило, международная компания, которая покупает права на обширный регион, обязуется перед правообладателем продать на такую-то территорию за такую-то сумму. И все. И просрали. Я этому несказанно рад.

Как можно отнестись к тому факту, что когда-то, к началу, собственно говоря, эпохи «Матча» у телеканала «Наш футбол», который посвящен российскому футболу, было, если не ошибаюсь, порядка 700 тысяч подписчиков, а сейчас они очень гордятся тем, что дошли, по-моему, до полумиллиона к новому году, заново перезапустив канал через три года и за это время его полностью уничтожив? А зачем было уничтожать-то?

Система платного телевидения в стране просто дуба дала. Ради того, чтобы напичкать большой канал с минимальными, правда, рейтингами. Как выразился один мой очень хороший знакомый, эта вот красивая студия «Матча», которая красная в основном – он сказал, что из этой замечательной студии, стоившей столько-то миллионов евро, еще не вышло ни одной программы рейтингом выше ГЦП (телевизионной тест-таблицы, которая видна, например, во время профилактики на каналах – примечание Sports.ru). Это шутка сотрудника «Матча». Я не знаю, вышла или не вышла.

– В интервью с Тиной Канделаки я никак не могла добиться ответа, почему же именно ее назначили на этот пост [во главе «Матч ТВ»].

– Потому что она карьеристка. Профессиональная карьеристка.

– Она-то да. Но есть люди, которые сказали: ты сможешь поднять эту махину. Почему она?

– Такое ощущение, что вокруг все просто кишит удивительно грамотными кадровыми решениями! Впечатляет меня эта история. Не знаю. Почему нет? Могли вообще медведя недрессированного назначить. Справился бы.

Я могу об этом говорить прямо и без тени зависти. Потому что о том, что назначение Тины Канделаки на этот пост просто постыдно, я написал практически сразу же. Да, я потом согласился поработать на этом канале. Но я не вижу в этом ничего унизительного. Я, простите, имею полное право сказать, что дал им шанс. Ровно все то, что я говорил, и произошло.

– Это унизительно, потому что она ничего не понимает в спорте, она не сможет руководить любым каналом, она женщина? Что не так?

– Это унизительно, потому что в глубоко профессиональную среду… Вы замечали, что вообще о спорте людям, которые не постоянно занимаются спортом, очень редко удается сделать что-то интересное?

Вы, например, наверняка поклонница Леонида Геннадьича Парфенова. А можете назвать хотя бы один его провальный проект?

Это был документальный фильм об Олимпиаде в Афинах. Леонид Геннадьич провел всю Олимпиаду, имел доступ к любым совершенно спортсменам в любой момент времени. Ничего не получилось. Не знаю, как там с музыкой или наукой, но в спорте точно совершенно самые большие мастера очень часто обламываются, потому что в этом есть своя определенная специфика. Спортивное телевидение вообще в своем роде уникально.

Вот вы о войне в Сирии как узнаете? Из новостей. Так или иначе кто-то что-то снял и вам показал. То же самое касается хоть прогноза погоды. Вы же знаете, что все может быть совсем не так.

А спорт – это единственная вещь, которую ты видишь в тот момент, когда он происходит, и в том виде, в каком он происходит. Ты смотришь именно его и именно в этот момент. И это живые люди. Для них в момент, когда ты на них смотришь, ничего более важного на свете не существует.

– Человек извне не может этого понять?

– Может. Просто этому нужно посвятить некоторое количество времени.

– А что было не так в фильме Парфенова?

– Да я его не с… Я уже не помню. Ну тоска и все. Я тоже был на этой Олимпиаде и знаю, как там все происходило. Хотя я не ровня Леонид Геннадьичу ни в чем, что касается документального кино, я бы совершенно точно сделал лучше. Потому что нужно же понимать, когда говорить, с кем и о чем. А для этого нужно живо интересоваться предметом.

– Находясь там, вы видели, что Тина пытается в это втянуться, начать живо интересоваться предметом?

– Да ничего она не пытается. Она находится в полном согласии с самой собой. Сейчас она продолжает оставаться на должности генпродюсера, у нее в подчинении два или три человека. Просто некуда девушку деть. Она ни за что не отвечает вообще, – сказал Уткин.