Бывший президент армавирского «Торпедо»: «Ожидал от Карпина большего. Думал, он сильнее на уровень»

Бывший президент армавирского «Торпедо» Валерий Оганесян поделился впечатлениями от работы Валерия Карпина, рассказал об отношении к президенту ЦСКА Евгению Гинеру и сообщил о том, что полузащитник Генрих Мхитарян мог перейти в «Спартак».

О работе с ЦСКА

У нас сложились очень доверительные отношения с Евгением Ленноровичем. Потом уже, когда я столкнулся с другими командами, понял, что Гинер — это гениальный президент. Ты заходишь в кабинет Евгения Ленноровича со своими мыслями, а уходишь – с его. В хорошем смысле. Я много, что у него перенял, можно сказать, жизни научился.

О Мхитаряне

Еще до перехода в «Боруссию» он должен был из «Шахтера» перейти в «Анжи». Давали фантастические деньги – подъемные 6 миллионов евро, зарплата примерно такая же. Комиссионные – космическая цифра.

И получилось так, что из-за уговоров перейти в «Анжи» я поругался с Генрихом. Дело не в деньгах. Просто искренне хотел осуществить этот трансфер, выполнить задачу. Руководители «Шахтера» сами больше склонялись к варианту с «Анжи», но Генрих не соглашался. Говорил, что хочет уехать в Европу.

В общем, хочу извиниться перед ним за то давление, и сказать: он – молодец, что перешел в Дортмунд и не посмотрел на деньги. У него ведь еще и серьезное предложение от «Спартака» было. Я привозил его в «Спартак». Ему Джеван Челоянц, акционер красно-белых, сказал: «Вот тебе бумага – пиши, сколько ты хочешь получать». Но Генрих нацелился на Европу.

Об армавирском «Торпедо»

Если честно, я был уверен в том, что у нас все получится. Думал, минимум в десятке будем. Были слабые места, конечно, но до конца не верил, что проблема только в футболистах. Они же пришли, и первые пять матчей сыграли 0:0. Если бы они пришли и проигрывали по пять шесть мячей, тогда – да, проблема в них.

Я ожидал от Карпина большего как от специалиста. Думал, он сильнее на уровень. Когда тебе дают команду, и ты можешь купить кого хочешь, как было у него в «Спартаке» – это одно, а в Армавире у нас таких средств на трансферы не водилось.

Мы с Карпиным проводили по 24 часа вместе. Карпин – мой выбор. Челоянц был против, говорил, что Карпин не может строить команду. Спрашивал себя: «Сколько надо матчей для победы: три-два?». Потом уже говорю Карпину: «Давай уйдем вместе». А он: «Нет, я хочу работать». Потом чувствую, уже переговоры начинаются за моей спиной между акционерами.