«И здоровье поправила, и красоту навела». Медведева впервые рассказала про пластику носа
Евгения Медведева часто рассказывает, как менялось ее тело – из-за травм, расстройства пищевого поведения, стресса. Но про другие изменения внешности почти не упоминает.
И вот в интервью Лауре Джугелии фигуристка впервые открылась. Какую она делала операцию и почему так изменилась в последние годы?
– Говорили, что ты и комки Биша удалила, и нос прооперировала. Что-то из этого имеет место быть?
– Я достаточно свободно говорю про какие-то внешние изменения. К пластической хирургии я тоже спокойно отношусь. У меня был… Кстати, первый раз об этом рассказываю. Давным давно уже это все обсосали со всех сторон – обманывать тоже будет очень странно.
Короче, 2019 год, Канада. Я катаюсь, вышла на лед, думаю: вау, пустой лед, дай-ка я сейчас разгонюсь, вставлю один наушник в ухо, скорость наберу наконец-таки. В Канаде маленький лед, там в принципе было сложно набрать скорость. И тут я решила воспользоваться этой возможностью.
С нами в группе у Брайана (Орсера) каталась девочка, казашка. Она вот такого роста (показывает в уровень со своим носом – Спортс’’).
И я в какой-то момент… Это я сейчас с улыбкой рассказываю, на самом деле в тот момент было несмешно. Я делаю раз-два-три-четыре-пять (показывает разворот – Спортс’’), выхожу, и откуда ни возьмись там берется эта девочка. Она едет спиной, и я ей вот так вот, носопыркой прямо в затылок. Мы разлетаемся.
И сотряс у меня, и перегородка у меня вот так (показывает волну – Спортс’’).
У меня все зажило, перегородка такая, левая ноздря не дышит. Я закончила со спортом и такая: надо делать! В принципе, и здоровье поправила, и красоту навела.
– Видно, что какие-то изменения произошли, но они настолько незначительные, настолько они тебе подходят – и ты не радикально его (нос) изменила, он буквально чуть-чуть стал тоньше. Кажется, что ты как будто просто похудела – и он вместе со щеками. Ну у тебя и так их не было, но они впали совсем.
– Просто сбалансировалось чуть-чуть.
– Так, конечно, никогда не скажешь. У тебя идеальная работа хирурга, на мой взгляд.
– Спасибо.
– Те, кто помнит тебя, следил за каждым твоим шагом, они, наверное, заметили. Но если человек тебя настолько хорошо не знает, то так и не скажешь.
– Ну если взять фотографии до и после, то, конечно, видно.
– Так – да, но если ты просто смотришь, то думаешь – ну похудела, лицо (стало уже). У тебя идеальное лицо – как ты ухаживаешь за собой? Смотришь – как фарфоровая куколка.
– Спасибо большое. Если говорить про что-то радикальное, то это, конечно же, виниры. Так случилось, что у меня и генетика, честно говоря, не очень. И после Олимпийских игр я летала в Германию, пыталась понять, почему у меня кости так легко ломаются. У меня было такое заболевание, как остеопороз – мне кололи уколы, вылечили, заполнили пустоты в костях. Со мной все нормально, но при этом у меня пострадали зубы. Кости были состояния 82-летней бабушки – так себе.
Дела давно минувших дней, но все это я все еще разгребаю, потому что в какой-то момент я пришла к стоматологу, мне сказали: ой, у вас нормальные зубки, сейчас мы там подчистим. А начинают расчищать, а у меня полые зубы. Я говорю: господи, давайте от и до меняем, чтобы потом не париться.
И мне еще чуть-чуть осталось. Это все так сложно, блин, так долго – пипец вообще.
– Ты сразу сделала и тебе понравилось?
– Нет. Я сейчас уже третий раз в жизни переделываю. Я два раза не попала ни в цвет, ни в форму – вообще ни во что. Оказывается, зубы – это очень тонкая материя, которая меняет полностью весь твой облик.
– И ты меняла дантистов?
– Меняла, да.
– Сейчас ты уже довольна?
– Да. Сейчас я более-менее довольна. Дожму чуть-чуть. Потому что то цвет, то форма, то толщина. Оказывается, у нас мозг, зрение воспринимает миллиметры. Чуть-чуть туда, чуть-чуть сюда – и это сразу другое лицо.
– Что ты делаешь вообще с лицом?
– Косметолог.
– Это что: инъекции или просто уходовые процедуры?
– Как бы это ни звучало… Я всегда, когда что-то подобное говорю, мне говорят: ха-ха-ха, смешно, да-да-да… Реально: после 25 надо на постоянке уже работать с косметологом. Если у тебя работа именно лицом, ты все время в камере. Я в этом убеждена.
До 25 я могла все мазать, мне в принципе нормально – и текстура хорошая, и поры, и все супер. И на камеру тоже кожа замечательно выглядит. Прошло полгода после того, как мне стукнуло 25, и я поняла, что мне уже перестает нравится все мазать себе на лицо, потому что эффекта ноль, а то и еще хуже становится.
Я просто пришла к косметологу, и все – у меня пять моих банок, я ни влево, ни вправо. Стабильно раз в месяц я прихожу, какие-то консультации, меняем уход, что-то подкалываем, чтобы кожа была увлажненная, холеная. Чтобы от косметики не портилась и восстанавливалась нормально. Это постоянная работа над собой.
– Мне нравится, что ты это открыто говоришь, потому что часто бывает: я вся такая вот естественная, у меня все от природы. Понятно, ты красивая от природы, но чтобы кожа тоже была красивая, за ней нужно все-таки ухаживать. Не у всех генетика, которая позволяет не следить за своей кожей. Я таких не знаю людей, которые совсем ничего не делают.
– Если девушка выглядит невероятно не в 15, 16 или 19 лет, а когда уже сильно старше, то это, конечно же, только какая-то работа над собой, причем очень постоянная.
Как Тина Канделаки все время выходит в сторис – я обожаю эти сторис, потому что в каждой из них она говорит про дисциплину. Хотите хорошо выглядеть – дисциплинированно ходите в зал, хотите хорошую кожу – к косметологу, кремы, маски. Это все реально надо делать, чтобы круто выглядеть.
Фото: t.me/jmedvedevaj_official; РИА Новости/Рамиль Ситдиков, Виталий Белоусов
вот с самыми первыми вмешательствами во внешность у Загитовой было всё гармонично, а потом она уже начала заниматься ерундой и судя по всему, и сама остановиться не может и остановить некому
Зубы только можно было менее белыми. Вообще правило же такое, отбеливать так, чтоб не белее белков глаз были по цвету, тогда не будет дисбаланса
Если сравнить зубы на фото, которое слева в сравнении с олимпийским, и на фото в белом платье - стало заметно естественнее по форме.