Сергей Воронов: «Хочется поздравить Меньшова, потому что он много выстрадал»
Российский фигурист Сергей Воронов после второго места на чемпионате Европы поздравил Константина Меньшова с бронзой и признался, что ему было сложно выступать первым в последней разминке, сообщает из Будапешта корреспондент Sports.ru Светлана Векличева.
– Счастье есть?
– Счастье есть, потому что все закончилось (смеется).
– В первую очередь поздравляем с двумя четверными.
– Давайте не забывать о том, что эти оба четверных прыжка не были идеальны. В любом случае, я рад, что мне удалось хорошо откатать обе программы. Наконец-то я показал свой лутц, сделав это на международном соревновании. Признаюсь, сложно было и в короткой, и в произвольной программе кататься первым в сильнейшей разминке.
В произвольной передо мной катался Константин Меньшов и показал блестящий прокат. В первую очередь, хочется именно его поздравить, потому что он как спортсмен тоже много выстрадал. За него я чисто по-человечески очень рад.
– А ты видел его прокат?
– Нет, но я не слепой, я видел оценки и все понял.
– Ты казался несколько сдержанным на прыжках. Сказалась помарка на первом четверном и кутерьма с каскадами?
– Да, после ошибки на первом четверном надо было переставлять каскад, потом меня болтануло на акселе, пришлось ехать на второй четверной... Слава богу, потом я все просчитал, понял, как и что лучше сделать и не допустил той ошибки, которая случилась на чемпионате России.
– А не давил тот факт, что выступать пришлось в роли лидера сборной по итогам короткой?
– Наверное, если об этом думать, то можно вообще спрятаться и не выходить. Конечно, я гнал от себя эти мысли, старался просто выйти и сделать свою работу так, как я делаю это на тренировках. Считаю, что сделать это мне удалось, – рассказал Воронов.
Вот что может сделать блестящий тренер с почти разуверившимся в своих силах спортсменом.
Знал бы где упасть - вторую ногу подставил.
Напрасно Сергей в свое время ломанулся к Морозову, не оставшись у Этери (она вела Сергея после ухода от Урманова, пока Морозов устраивался в Москве). Но с другой стороны, наверное, ему нужен был этот отрицательный опыт, чтобы повзрослеть и взяться за дело. Жаль только, что это растянулось на три года.