Сергей Воронов: «Да, я катался плохо, но кто катался лучше? Только два человека на всем континенте»

Призер чемпионата Европы Сергей Воронов рассказал, как относится к своей бронзовой медали, передает корреспондент Sports.ru Светлана Векличева из Стокгольма.

– Ощущения от проката... Конечно, сегодня все было очень паршиво: и ощущения, и прыжки сами – всё как-то не особо заладилось. Не знаю, в чем именно причина: может быть, подустал... Вроде бы после чемпионата России был перерыв, был Новый год, но эти три недели были лично для меня довольно изматывающими. Я нормально готовился, но вот что-то как-то не сложилось. Может, меня вчера так впечатлила площадь, на которой Нобелевские премии вручают, не знаю.

С прокатом сегодня в любом случае не сложилось, но я рад, что оказался на пьедестале и что впереди меня только мой соотечественник Максим Ковтун и Хави. За них я чисто по-человечески очень рад. За себя я, конечно, тоже рад, что во второй раз оказался в тройке на чемпионате Европы. Передо мной, я думаю, очень достойные соперники. А вообще в этом сезоне я, наверное, выучу испанский гимн – уже три раза его слышал на пьедестале.

- А каково было сидеть после проката под прицелом шведских телекамер?

– Я считаю, это очень хорошая закалка. Многие после неудачного проката стены бьют, чемоданы пинают, а тут ты не можешь себе этого позволить, поскольку нужно держать лицо. Это отличная школа жизни!

- Этери Георгиевна упомянула, что серебряная медаль прошлогоднего чемпионата Европы сидела где-то в подсознании, и, хоть ты сейчас в этом и не признаешься, подсознательно целью могло бы быть не опуститься ниже того, что было в прошлом году.

– Я не знаю, что сказала Этери Георгиевна, но могу описать свои ощущения, которые у меня сегодня были. Я старался об этом не думать, но... Это был сложный старт. Я очень хорошо готовился, а буквально за неделю начались какие-то сложности. Восьмой старт в сезоне, я не знаю, с чем это связано... Как-то всё складывалось, будто обстоятельства были против меня. Там не пошло, здесь не пошло, аксель что-то разладился: в короткой эта глупая ошибка, в произвольной совершенно кривые были аксели.

- На утренней тренировке ты тоже долго «мучил» аксель.

– Да я на всех тренировках тут аксели эти мучил!

- Но по ощущениям в произвольной прыжки легче смотрелись.

– Не знаю, мне сложно себя оценить, потому что я еще ни короткую в записи не смотрел, ни, тем более, произвольную, да и не особо-то и хочется смотреть. Ну, в любом случае, второй год подряд завоевать медаль на европейском первенстве – это, мне кажется, не так плохо. Наверное, где-то мне повезло, что Михал Бржезина откатал плохо, но я говорю об этом честно и откровенно. Наверное, везет сильнейшему.

- Многие уже привыкли видеть три четверных в исполнении Хавьера Фернандеса, а сегодня три четверных заявил и Бржезина. Ты знал об этих его планах?

– Нет, я стараюсь интересоваться только своими планами. На этом турнире в мужском одиночном катании – и в короткой, и в произвольной – ребята все с ошибками катались. Был, конечно, не лесоповал, но что-то около того.

- Тем не менее, как реагировать на то, что соперники так резко накручивают уровень сложности? Это заставляет задуматься о собственном наборе элементов?

– Если рассматривать чужой контент, то его ещё нужно сделать. Если мои соперники сделают всё, что заявлено, я только сниму шляпу.

- Тогда вернемся к твоему контенту. Конкретно этот старт, наверное, сложно брать в расчет, но почему всё-таки не удается добиться стабильных двух четверных в произвольной?

– Например, на чемпионате России всё было в ногах, всё было спокойно, а здесь первый каскад какой-то черт знает какой, второй аксель тоже... И я уже еду и понимаю, что надо как-то брать себя в руки, задергался туда-сюда, вот и сделал тройной, чтобы дальше уже ничего не рассыпалось. Но, может быть, смалодушничал. Не знаю.

- А в тренировках, например, бывало такое, что после падения на втором четверном дальше рассыпалась программа?

– Нет, в тренировках я как раз всегда иду на четверной. Было бы здесь состояние получше, я бы и здесь рискнул, наверное. Может, и стоило даже рискнуть. Но что сейчас об этом говорить? Всё закончилось так, как закончилось.

– А что нужно сделать, чтобы вернуть драйв в программы?

– Знаете, эту фразу про драйв и вдохновение так распиарили, хотя я всего лишь говорил о своих ощущениях после проката. Речь ведь совсем не о том, что у меня нет вдохновения кататься. Конечно, оно у меня есть, ведь иначе меня бы здесь не было. Есть в прокате вдохновение или нет, всё равно нужно катать дальше, потому что это работа, и это моя любимая работа. Бывают сложные моменты, но у нас жизнь-то полосатая.

– На этой бронзе сложности заканчиваются? Как двигаться дальше?

– Ну, вот Максим говорил, что он сразу же будет оттачивать программы. Я не готов. Мне нужно отдохнуть и прийти в себя. Для меня это был уже восьмой старт, поэтому перед чемпионатом мира не хочется бросаться в омут с головой. Хочется просчитать все, постараться подвести себя к чемпионату в оптимальной форме. Тут я, может быть, немножко не рассчитал, потому что эти три недели между чемпионатом России и Европой я довольно хорошо прокатывал программы, а потом наступил небольшой спад, который я не смог проконтролировать. Может быть, это повлияло на результат. Если проводить некий экспресс-анализ, то, наверное, получается так. Сейчас, наверное, кто-то может спросить что-нибудь вроде «Как вы относитесь к тому, что проиграли Максиму?». Да нормально я к этому отношусь, просто на данный момент он оказался сильнее и удачливее. В нашем виде спорта всегда нужна удача. Сегодня все не особо чисто катались. Я откатался чуть хуже, а он – чуть лучше. Это жизнь и это спорт. За это я и люблю спорт, что ты не можешь знать на сто процентов, как всё обернется, независимо от того, как ты готов – плохо или хорошо.

– Если сравнить две бронзовых медали – только что завоеванную и финал Гран-при, то какая из них далась сложнее? Как складывался турнир?

– В Барселоне были свои сложности, там сильно болело колено, но здесь было тяжелее физически... Вот сейчас потихоньку анализируешь ситуацию, и, может, здесь была какая-то апатия. Барселона была на драйве, а Стокгольм... Некрасиво, наверное, говорить о том, что Стокгольм – не мой город или что он не понравился; он красивый, да, но Барселона мне была ближе. От этого ведь тоже складывается настроение.

– А могла сказаться другая конкуренция? На финале Гран-при выступали те же японцы, например.

– Я где-то прочитал, что европейское катание сейчас на плохом уровне. Не знаю, кто это сказал, но мне, если честно, смешно это слышать. В Европе катается Хавьер, Максим, я – где-то в конце, тот же Бжезина. Подтягиваются и другие ребята – Адьян, Алексей Быченко. Я не могу сказать, что это низкий уровень фигурного катания. Да, если рассматривать конкретно этот турнир, то не у всех были удачные прокаты, за исключением разве что Быченко, но эти ребята и на мировой арене не затеряются, как мне кажется. В себя хотелось бы верить, что я не затеряюсь. На финале Гран-при я во всяком случае доказал, что занимаю не последнее место.

- Давайте лучше о позитивном. Чем ты можешь гордиться на этом чемпионате Европы?

– Тем, что смог завоевать медаль. Да, я катался плохо, но кто катался лучше? Только два человека на всем континенте. Значит, на сегодняший день я третий. В прошлом году был второй. Ничего, доказывать всегда тяжелее, чем завоевывать, и я это очень четко осознал.

- Это осознание пришло конкретно на этом чемпионате?

– Сейчас, когда уже всё закончилось, я понимаю, что, наверное, это отчасти где-то в мозгу всё равно трансформируется в какую-то отдаленную навязчивую идею: в прошлом году ты был таким-то, и ты же не хочешь терять эту позицию. В спорте существуют три места: первое, второе и третье. Если ты туда не попадаешь и получаешь деревянную медаль, а то и вообще не получаешь ничего, то ты на никаком месте. Задачу-минимум на этот турнир я выполнил – взошел на пьедестал.

- В этом сезоне очень сильно выросли ожидания от тебя и твоего катания. Тебя называли и самым стабильным, и самым сильным фигуристом. Это оказывает какое-то влияние?

– Честно говоря, впервые об этом слышу, потому что стараюсь не читать, что обо мне пишут. Чем меньше я знаю, тем лучше. Нет, на меня это совершенно не давит, мне ведь уже не семнадцать лет. Я катаюсь до тех пор, пока я получаю удовольствие, пока в меня верит мой тренер и моя команда. Кстати, очень жаль, что я во время пресс-конференции забыл поблагодарить всю свою команду. Это, мне кажется, только их заслуга и их вера в меня. Я уже сам иногда начинал в себе сомневаться. Благодаря Этери Георгиевне, Сергею Викторовичу, моей маме, бабушке, девушке всё получилось. Они в меня верят, и это здорово. Это их медаль, а не моя. Я не сделал ничего феноменального: я откатался ниже среднего для себя, но благодаря моей команде я здесь. У меня, наверное, самая лучшая команда в мире, а мне нужно до них дотягивать!