4 мин.

О теории стилей и чемпионате стран бывшего СССР

399

Раунд за раундом руки-лучи ослепительно белого света расходятся паучьими лапами и вновь сходятся в одной точке, концентрируясь на белой, как холст, поверхности ринга. Зрелище для богов. Определенно было бы, если на ринге одним из двух был бы не Сэмюэл «бейте прямо сюда» Питер, а другим – не Виталий Кличко, не собиравшийся допускать критических ошибок.

Я, признаться, чувствую легкие угрызения совести. Я ошибался. Например, не далее как в мае я написал, что Виталий Кличко смотрелся бы очень выигрышно, боксируя с более молодыми бойцами. Нет, Кличко против Питера вчера ночью выглядел не выигрышно. Это чемпион-нигериец смотрелся паршиво. Кличко выглядел как всегда – нестандартный, но совсем неплохой боксер – с чувством дистанции, приличной координацией и умением глядя с высоты своего роста бить по цели. Простите.

Еще я ошибся самым непростительным образом в статье прямо перед этим боем. Кубанский самогон или густой задымленный московский воздух ударил мне в голову – я не знаю. Я сказал, что Сэмюэл Питер будет идти на Кличко, представляя собой открытую мишень. Что он будет пытаться зацепиться вялым и небыстрым джебом, но будет получать в лицо все, что летит. Нет, Сэм Питер не был открытой мишенью – его голова была двумя большими открытыми мишенями, по одной для каждого из кулаков его соперника. Извините. Я вас дезинформировал. А Кличко, я считал, не в состоянии свалить его одним ударом, но будет накапливать урон и, в конце концов, поставит точку одним двумя ударами... Точки не было. Сэм был толстым неповоротливым медведем, в которого с дерева охотник стрелял из мелкокалиберной, но вполне настоящей винтовки. До тех пор пока зверь не понял, что ловить здесь нечего. А в июле я имел наглость заявить, что возвращение Кличко создаст определенную интригу, назреют несколько хороших боев. Я заранее прошу прощения. На тот случай, если назреют только три-четыре варианта хороших переговоров. Они, правда, тоже бывают зрелищные и интригующие. И на них тоже можно принимать ставки.

К счастью, я еще никогда не говорил, что из Питера что-нибудь да получится, не прочил ему долгое чемпионство и не считал исполнение мечты братьев маловероятным сценарием. И она – их мечта – исполнилась. Теперь нам остается только подождать – и со временем подсчитать, не много ли иметь три чемпионских пояса на одну семью. Есть еще такая вещь в боксе – теория стилей. Обычно она работает. Но здесь – у Питера ведь вообще не было стиля. Боксер, который сделал себе имя ударом, этим ударом пользоваться категорически не мог. Так что в этом бою сработала теория одного неудобного стиля. Избитая физиономия Сэмюэла Питера, с глазами, заплывшими от гематом, это вообще déjà vu, не правда ли? Видели. Не раз и не два. В промежутке между боями с Джеймсом Тони Питера научили бить джеб. Глупая была затея. Против низкорослого бойца с невысоким уровнем активности это работает. Но подойти с таким джебом к высокому боксеру не выйдет, особенно если он не хочет, чтобы к нему подходили. Впрочем, тактика – это не по части Питера. Он и в английском языке такого слова, видно, не знает. А Кличко полиглот, он может сказать слова «джеб», «раз-два» и «чемпион мира» на трех-четырех разных языках, он и победил. Заслуженно.

Боксерам, выходящим на ринг против братьев Кличко, любого их них, часто дают один и тот же совет, реже перед боем, чаще в процессе, когда «план А» и «план Б» не работают: «не надо с ним боксировать, дерись с ним!». Примерно это сказал тренер Питера своему бойцу после седьмого раунда, за три минуты до того как прекратить бой. Успешно драться против Кличко-старшего удалось когда-то только Льюису, который после четырех раундов боя вдруг вспомнил, что он старый, не тренировался, да и вообще обещал съесть «одного Кличко на завтрак, а второго на ланч». Факт остается фактом – никто и никогда не выигрывал у братьев по очкам. В профессионалах, конечно. И раз за разом в углу мы видим боксера, у которого тактика не сработала, который наелся джебов и встречных ударов, села скорость и кислород тоже закончился. И ему говорят «дерись!», когда у него «силы слабые».

Меньше всего я хотел бы, чтобы то же самое сказали в ходе поединка Александру Поветкину. А то у нас в супертяжах уже боксеры заканчиваются. Остались еще Николай Валуев и Руслан Чагаев, у которых вдобавок один пояс на двоих. Обратно у нас чемпионат бывшего СССР по профессиональному боксу. Что, в сущности, не так уж плохо – по крайней мере, нам это покажут по центральным каналам. Костя Цзю на коньках в телевизоре пусть остается, но хотелось бы и хороших боев.