Леонид Тягачев: «Президент IBU допустил ошибку – возможно, из-за давления на него со стороны Федерации биатлона Норвегии»
Президент Олимпийского комитета России (ОКР) Леонид Тягачев выразил мнение по поводу допинга в сборной России по биатлону и рассказал о тестах перед Играми-2010.
О том, почему нашли допинг у Юрьевой, Ахатовой и Ярошенко: «На это может ответить международная Федерация. Но вы же знаете, что под нарушения нашей троицы не подходил старый закон. Почему скандалы возникли, на мой взгляд? Президент IBU допустил ошибку. Как допустили ошибку и с Чудовым в Южной Корее. Да, у Бессеберга есть ошибки возможно, из-за давления на него со стороны Федерации биатлона Норвегии. И почему так долго не было выводов с их стороны о том, что же точно произошло?»
О работе WADA: «Внутри нашей команды есть убежденность, что к россиянам всегда относятся особо пристрастно. Касается это, например, и частоты, и времени взятия проб. Прослеживается такой подход: как бы где бы русских немного ущемить.
Вспомните: китайцы перед Играми в Пекине говорили, что у них будут жестко отсеивать и ловить на допинге всех, невзирая на национальность и заслуги. Но ни одного китайца в Пекине не поймали. Как не поймали и ни одного американца непосредственно в Атланте или в Солт-Лейк-Сити. И все скандалы всплывали значительно позже. Иногда спустя годы. Наша главная задача на Олимпиаде в Ванкувере чисто выступить. Пусть лучше мы выиграем всего 4 или 5 медалей. Но это будут стопроцентно чистые медали. Без какой бы то ни было химии!»
О работе против допинга: «Антидопинговые рычаги у нас некогда изъяло Агентство по спорту. Специалисты по борьбе с допингом ушли туда. Вместе с Дурмановым. Я, честно говоря, был доволен тем, что Росспорт взял на себя повышенные обязательства. Было провозглашено, что у нас допинга не будет. Притом России дали место в WADA. Глава спортивного ведомства автоматически становился членом исполкома WADA.
По формальной логике сейчас это место мог бы занять Мутко. Но если прежний наш представитель справляется дай бог ему успеха. При этом ни президенты федераций, ни президент ОКР не имели ни отчетов по общей работе антидопинговой лаборатории, ни конкретных итогов допинг-проверок. Олимпийскому комитету даже не было известно, какой врач за кем закреплен. Все это варилось внутри Росспорта. Сейчас новый министр делает эти данные открытыми для ОКР.
Представитель ОКР войдет в RusADA. Будет и участвовать в работе, и ее контролировать. Это не секундный момент борьбы. Это стратегия. И министр на коллегии заявил: мы пораженных допингом защищать не будем. Мы эту заразу будем уничтожать!» рассказал Тягачев в интервью «Советскому спорту».
у кого еще какие вопросы?))))
«Уважаемый Михаил Дмитриевич! Изучив письмо СБР №35 от 03.03.09 и положение о Совете СБР, я, как член Совета Союза и человек, проработавший в биатлоне 34 года, прошу рассмотреть следующие моменты.
На основании п. 5.1. действующего Устава СБР внеочередная конференция созывается по решению Совета, по требованию одной трети региональных отделений. Сроки, место проведения, предварительную повестку дня и норму представительства определяет Совет. В нашем случае эта норма нарушена, хотя, без сомнения, конференция нужна. Но начинается она сразу с нарушения Устава.
Кроме этого, представительство на конференции один регион – один делегат вообще непонятно. По положению, на конференции правом решающего голоса обладают только делегаты. Из их числа кто-то только и может вести и руководить конференцией. А как же тогда быть с представителями Москвы – Прохоровым, Аникиной, Алексашиным, Мелиховым и т.д. Они все не могут быть делегатами и если участвовать, то только на положении приглашенных и без права голоса. Или для них эта норма тоже будет нарушена? Кроме того, квота один делегат от одного региона – это вообще неправильно, так как кто-то из них попадет в Совет, кто-то в ревизионную комиссию, кто-то в другие органы управления, и уже одно это не дает нормальной возможности сформировать органы управления.
Положение о Совете Союза вызывает много вопросов и даже недоумение. Во-первых, до сих пор Совет был основным руководящим и решающим органом между конференциями со всеми необходимыми полномочиями. Это другое дело, что некоторые решения Совета не исполнялись или изменялись исполкомом или руководителями СБР. Но этот орган работал и нормально руководил. В его состав всегда входили наиболее грамотные, опытные руководители или представители с мест, на которых СБР и опирался.
Проект предусматривает в новом Уставе оставить Совету непонятные, какие-то консультационные функции, введя в него одного члена от одного региона, то есть конкретно делегатов. Тем самым устранить от руководства представителей регионов. Если Совет ничего конкретно не решает, то и участвовать в его работе нет никакого смысла, и в этом случае Совет просто, видимо, прекратит свое существование, и регионы будут отстранены от участия в работе СБР. И какой же тогда будет Союз биатлонистов? Тем более в этом случае президиум Совета вообще надуманная структура, не требующая комментариев.
Из положения и письма появилось понятие «правление». Совершенно непонятно, как и из кого, в каком представительстве будет формироваться этот, видимо, главный руководящий орган. Из делегатов сформировать трудно, так как все они входят в Совет. Если правление формируется не из числа делегатов, то кто же вообще туда планируется? И вообще как мы будем на конференции обсуждать Устав, если проект Устава не видели? Как выбирать правление, если непонятно, что это такое?
Создается впечатление, что проект готовили люди, рвущиеся к руководству СБР, нашедшие форму, чтоб их в это руководство точно избрали и чтоб «неудобные» представители «со всяких» регионов не мешали «пилить».
В связи с этим мои предложения:
1. Структуру «Конференция – Совет – президиум или исполком – президент (с предложенными полномочиями)» менять нельзя.
2. Если правление так необходимо, четко прописать, что вы в этом случае предполагаете сделать.
3. Думаю и надеюсь, что президент заинтересован, чтоб при нем наш вид спорта поднялся вверх и чтоб потом не пеняли за развал. Группа, готовящая этот проект, четко видно, имеет другую цель: попасть в руководство и «попилить».
От позиций, целей сегодняшнего руководства очень много зависит, в какую сторону мы пойдем на этом решающем этапе»
С тобой всегда приятно пообщаться)