Допинг-офицер РУСАДА: «Когда устраивались на работу, проходили исследование на детекторе лжи и психологическое тестирование»

Представительница допинг-офицеров РУСАДА рассказала о том, возможна ли подмена допинг-проб, взятых на соревновании.

– Вы неоднократно держали в руках баночки компании Berlinger, в которых хранятся пробы. Вы можете себе представить, как их можно нелегально вскрыть?

– Это невозможно! У меня была связанная с этим история, когда я только начинала работать допинг-офицером. По моему недосмотру, спортсмен закрутил бутылочку с пробой до того, как там оказалось достаточное количество биоматериала. Произошел щелчок, и все – открыть крышку было просто нереально! Пришлось парню сидеть еще пару часов, пока он не смог сдать пробу по-новой...

– Ведется ли какой-то учет испорченных бутылочек?

– Конечно. Если бутылка по какой-то причине испорчена, объяснительные пишут и инспектор, и спортсмен. Необходимо подробно рассказать, что и почему произошло и заполнить кучу разных бумажек.

– Существует ли какой-то внутренний контроль работы допинг-инспекторов? Возможно, чтобы на эту должность попал человек, готовый содействовать, например, в подмене пробы?

– Мы с коллегами, например, проходили исследование на детекторе лжи плюс психологическое тестирование. Нам задавали каверзные вопросы, например: “Ваш близкий друг попросил вас сделать что-то запрещенное, как вы поступите?” Исследовали склонность к коррупции, мягкость характера и тому подобное. Если человек тестирование не проходил, в РУСАДА он не работал.

– Ваш коллега Виталий Степанов утверждает, что ему регулярно поступали различные коррупционные предложения от спортсменов. Вы с чем-то подобным сталкивались?

– Ни разу. Про Степанова могу сказать, что им, видимо, двигала обида и нереализованные амбиции. На его антидопинговые семинары жаловались федерации, что он невнятно объясняет. В самой РУСАДА он вел себя тише воды, никаких вопросов не поднимал, инициативы не проявлял. Честно, Виталик даже в коллектив не вписывался, и я еще тогда задавала себе вопрос, что он у нас делает. Было логично, когда он попал под сокращение, – рассказала допинг-офицер.