5 мин.

«Бычье» бешенство

122

Начнем с гвоздя этапа, поскольку за двое суток вокруг аварии напарников успели возникнуть целые конспирологические теории, авторами которых выступали как простые болельщики, так и зубры журналистики типа Джеймса Аллена или Джо Саварда. Сразу предупредим: черных кошек в темной комнате искать не будем, а попробуем провести расследование исходя из неоспоримых фактов и видеодоказательств, доступных любому желающему на бесплатных файлообменниках.

Итак, 40-й круг, к которому Марк Уэббер подходит в роли лидера, но при этом очевидно уступает в скорости молодому напарнику. Разницу в темпах отмечают практически все ведущие комментаторы Европы, банально сопоставляя прямо в эфире цифры лайв-тайминга. Феттель, наоборот, наращивает обороты и вплотную подтягивается к лидеру чемпионата мира. На беду австралийца при подходе к связке 10 и 11 поворотов на его пути рисуется «Хиспания» тянувшего аутсайдерскую лямку Бруно Сенны. Обгонять под голубыми флагами — дело, вроде, плевое. Но только в том случае, если дорогу уступает нормально управляемое шасси, а не вторсырье, собранное пионерами «Даллары» в свободное от учебы время. Страхуясь от контакта с нестабильно проводящим торможение зеленым «танком», австралиец берет чуть шире обычного — и вот здесь начинается самое интересное! Во-первых, зазор для рывка на внутренний радиус более скоростной машине преследователя в самом деле остается. Во-вторых, помарка Уэббо имела место, испортив ему дальнейший чистый выход из виража (это важный эпизод в свете дальнейшего движения рулем влево). В-третьих, Себ осуществил свой маневр чисто и атаковал вираж едва ли не по идеальной траектории, что — в теории — позволяло ему выйти из поворота как минимум вровень с визави. К чему веду? Да к тому, что по задумке и оценке ситуации Феттелю предъявлять претензии бессмысленно. Как метко заметил на пресс-конференции австралиец, «до конца гонки оставалась уйма времени, победа никому не была гарантирована, а значит борьбу за позицию никто не отменял».

В том, что произошло дальше, трактовки расходятся. Мы предлагаем свой взгляд, исходя из многократных покадровых просмотров эпизода с разных камер, Не претендуя на истину в последней инстанции, заключим: в последовавшей коллизии в равной степени виноваты оба пилота. Уэббера вроде бы упрекнуть не в чем: остался на изначально избранной линии движения, не выбивал сознательно соперника в траву (хотя мог это сделать, «захлопнув калитку» сразу же по выходу из виража — запаса хода еще хватало), не провоцировал борьбу как таковую. Но проблема в том, что мимолетное движение рулем в левую сторону все-таки было! И это четко зафиксировала бортовая камера. «Оно могло быть нечувствительным для машины. Да и просто за подруливание могло сойти, неактуальное для контакта», — скажет внимательный читатель. Возможно, но только если бы темп на участке был невысок. В данной же ситуации скорости царили весьма внушительные, а потому RB6 Марка определенное пространство у Себа «съел». Да-да, то самое пространство, которое Кристиан Хорнер просил оставлять напарников друг для друга.

Попытки оправдаться Феттеля вовсе выглядели наивными — его новая «подружка» по имени «Мэнди» за мгновение до контакта очевидно повела носом в сторону профиля австралийца. Однако здесь постерегли бы читателей от поисков злого умысла в действии. Как кажется, самым близким к истине объяснением ляпа немца будет… его же собственная версия, сразу после аварии выданная в интервью мобильной бригаде Би-би-си. Нырнув внутрь поворота, Себ при приближении к точке торможения внезапно потерял машину. Выйти из виража без потерь у вице-чемпиона мира еще получилось, а вот в дальнейшем выставить шасси хотя бы параллельно машине напарника — нет. Отсюда и не совсем понятная линия хода, на которую «Мэнди» выставилась за мгновения до аварии, и судорожный «дерг» (даже доворотом назвать это движение не получается) баранки пилотом. Опять же, держим в уме, что все события проходили на высокой скорости и в считанные доли секунды. По сути, предотвратить катастрофу шансов у напарников не было…

А вот товарищи по «Макларену» глупых коллизий избежали, подарив один из самых выдающихся маневров не только этапу, но, пожалуй, сезону. Да простят читатели несвойственный автору этих строк романтизм, но сражение напарников, спровоцировавшее приступ ностальгии по старым-добрым временам бескомпромиссной «Формулы-1», больше походило на автоспортивный танец, нежели на бой. Рассматривать маневр Дженсона Баттона исключительно в его обгонной стадии — настоящее кощунство. Ведь атаку предваряли несколько хитроумных, хоть неудачных попыток обмануть Хэмилтона, растянувшихся на приличный метраж. Поначалу действующий чемпион мира постарался взять триумфатора-предшественника на испуг, затем пробовал заставить гадать траекторию, и уж только потом добился желаемого, чистенько отработав рулем на торможении. Можно с пеной у рта спорить, стал ли прессинг Баттона неожиданностью для Льюиса, или же бойфренд Николь Шерзингер на самом деле спасовал перед натиском. Но так ли это важно, коли Хэмилтон всего несколькими мгновениями спустя взял великолепнейший по убедительности реванш? Искренне жаль, что в нынешнем сезоне телевизионщики отказались от графики, отображающей плавность линии при прохождении виража. Потому как фигура, описанная болидом с двойкой на носу при обратном обгоне, могла бы стать геометрическим эталоном. Да, Баттон не пошел на обострение и не стал портить эпизод — слишком велика была угроза столкновения. Но давайте на мгновение закроем на это глаза, ведь в нынешнем сезоне эстетическое удовольствие маневры нам доставляли не так уж и часто…

К слову, Дженс оказался причастен еще к одной виртуозной атаке, несправедливо проигнорированной комментаторами (Мартин Брандл в воскресенье вовсе порывался трактовать борьбу на грани фола как нарушение всех спортивных принципов). На втором круге пилот «Макларена» оставил не у дел Михаэля Шумахера в пресловутом двенадцатом повороте, причем сделал это так, словно записывал видеопособие для учебников. На счет раз сместился в сторону внешнего радиуса, на счет два втопил педаль тормоза синхронно вывернув руль и фактически отсек шансы немца отбить наступление, а на счет три после выхода на апекс выловил и выставил машину в нужном направлении движения практически незаметными движениями конечностей. «Вернулись в исходное положение, закончили упражнение…»

В отличие от семикратного чемпиона мира Виталий Петров без боя сдавать позиции не собирался, хотя разница в классе с Фернандо Алонсо намекала на обратное. Об этом же вслух не стеснялся говорить гоночный инженер испанца, пообещавший подопечному скорый прорыв и отыгрыш места еще на 35-м круге. Однако и спустя 25 минут ситуация не изменилась. Более того, вошедший во вкус уроженец Выборга уверенно колесил по счастливому еще со времен GP2 треку, отбивая все больше кавалерийские и сумбурные наскоки терявшего терпение конкурента. Еще пара кругов — и оно наверняка бы лопнуло, что позволило бы россиянину финишировать в очках. Но, увы: вместо стройной душевной организации Нандо приказала долго жить покрышка на болиде «Рено»… Вообще, хорошо защищавшихся парней в Стамбуле преследовали какие-то дикие неудачи. Например, Камуи Кобаяси великолепно читал гонку, но всякий раз пасовал перед оппонентами, когда сталкивался с необходимостью проходить скоростные виражи — в них «БМВ-Заубер» больше напоминает челн, плывущий по воле волн, нежели управляемое шасси. Хейкки Ковалайнен пал жертвой гидравлики (ну и еще пары тройки технических дефектов), хотя в своей низшей лиге едва ли не толковее всех стремился сохранить нажитое. А Нико Росберг, две трети дистанции тащивший (и таки выдюживший под таким гнетом!) за собой квартет преследователей, страдал от изменения характеристик шин.