Евгений Коротышкин: «Если мельдоний крайне необходим, давайте действовать по той же схеме, что и астматики»

Серебряный призер Олимпиады-2012 в Лондоне российский пловец Евгений Коротышкин прокомментировал многочисленные случаи обнаружения милдроната у российских спортсменов.

– Когда вы впервые узнали о милдронате?

– Лет в пятнадцать. Я попал в больницу с диагнозом – перетренировка. И мне прописали этот препарат для поддержания работы сердца. У наших врачей милдронат действительно был популярен.

Но я надеюсь, международные федерации, и в частности Международная федерация плавания (FINA), прислушаются к рекомендациям Всемирного антидопингового агентства (WADA). Ефимова значит для нашей команды очень много.

– Вы сами следили за обновлением списка препаратов, запрещенных WADA?

– Конечно, ведь сам спортсмен отвечает за свое тело. Если какой-то препарат действительно жизненно важен для здоровья, нужно пройти комиссии, получить справки – и тебе выпишут специальное разрешение на него. Принимай в целях сохранения своей жизнеспособности сколько угодно. Ведь именно так происходит с астматиками.

– В плавании они тоже есть?

– Заходишь в комнату ожидания на чемпионате мира – и со всех сторон слышишь эти «пшики» аэрозолей. Если честно, я не верю, что столько людей больны. Да и что делать больным в здоровом спорте?

Но тем не менее такой путь легализован. И астматики соревнуются с остальными. Если крайне необходим мельдоний, давайте действовать по той же схеме. Выписывайте справки.

– Когда вы перестали употреблять милдронат?

– Как только уехал в Италию к Андреа ди Нино, перестал принимать вообще все. Там это не поддерживается. Если ты атлет, пользуйся спортивным питанием. А лекарства – для больных людей. И это логично, – сказал Коротышкин.