1 мин.

Правила жизни. Александр Панов

Я поссорился с Радимовым, потому что он сказал, что я не забивал Бартезу, а облизывал ему лысину, на что я ответил: «Я никогда этого бы не стал делать без текилы и лайма».

На иглу меня подсадил Давыдов.

Смешно было раньше слушать, что я состою в группировке с Лепехиным и Горовым, уже тогда я был с Тамбовскими. 

Радимов назвал меня колобком, потому что только в 20 лет я ушел от бабушки.

Когда Зенит в 2006-ом подписал со мной контракт на пол миллиона, я уже тогда отправил половину денег в пенсионный фонд Романцева.

В Зените на скамейку запасных можно было сесть быстрее, чем на морфий, но я специально иногда получал травмы ради этой порции.

С Овсепяном меня связывала не только дружба, но и бизнес, в Армении отменный мак.

Первую дозу ввел иглой от футбольного мяча.

Я до сих пор обладаю хорошей скоростью, первым занимаю сидячие места в метро.

В четвертом сезоне «Форт Боярд» именно я нес ключи, а не Паспарту.

Я бы отлично вписался в Барселону Гвардиолы в качестве кофейного столика.

При покупке пива у меня просят паспорт, а мне почти 40.

Мои дети со мной не разговаривают. Они не понимают, как можно болеть за Спартак, я это тоже с трудом могу объяснить.

В Петербурге я теперь зовусь «Колпинская котлета».